Believe It Or Not

Фредерик Франсуа Шопен – Симфония №5 «Нежность»

Сижу в такси. Я выскочила из дома, не обращая внимания на вялые попытки Бена меня остановить. По-моему он понял, что я собираюсь уйти только тогда, когда достала куртку из шкафа. Но это неважно. Молчание громче крика. Куда ехать? На работу – бессмысленно, Макс в Париже. Значит, к Алексу и Кейт. Отключаю телефон – Бен пытается дозвониться. Не хочу его слышать. Сейчас он просто паникует из-за того, что я молча ушла. Решение принять Бен точно не успел. Минуты текут крайне медленно. Словно время замедлило свой бег, чтобы я могла ещё раз подумать, что делаю и куда еду. Кофе не помог: всё вокруг кружится, словно я сижу на карусели. Зря только эту гадость глотала. Расплачиваюсь. Звоню в дверь. Через тысячу лет я, наконец, попадаю в их дом. Кейт. - Привет, Эн! Это она так по-дурацки сокращает моё имя. Что сокращать, если в нём всего четыре буквы? Хотя я ей этого никогда не говорила, пусть называет, как хочет. - Что-то ты неважно выглядишь, - тараторит Кейт. - Бледная, как… ой! Алекс!!! Нет, я не упала. Просто пошатнулась. Карусель раскрутилась ещё сильнее, и я, по всей видимости, не смогла удержаться на лошадке. - Эн! Ты в порядке? Эн! И этот туда же. Алекс усаживает меня на диван и заглядывает в глаза. - В полном. Просто ночью мало спала и ещё не завтракала. Наверное, просто давление упало. Это не смертельно. - С каких пор ты вообще завтракаешь? Ну вот откуда он знает, что я не ем по утрам? Вяло отмахиваюсь от вопроса. Карусель остановилась, и я начинаю вспоминать, зачем приехала. - Алекс, я пока поживу у Макса, он всё равно в Париже. Не выдавай меня никому, ладно? Ключи у меня есть, но они на работе, так что давай свои. Алекс, очевидно, услышал только начало фразы. - Никому – это Бенедикту? - В частности. - Вы поссорились? - Это нельзя назвать ссорой. Просто ему нужно время. - Время? Для чего? - Чтобы принять решение. Всё всегда упирается в принятие решения. Ключи давай. Алекс, видимо, понял, что допрашивать меня бессмысленно, и решил подчиниться. А вот Кейт стоит рядом и буравит меня взглядом. - Что? – не выдерживаю я. - Слушай, а… ты случайно не беременна?

***

Всё вокруг опять закружилось. Едем с Кейт в известном только ей направлении. Я не сопротивляюсь. Сил ей перечить нет, пусть делает со мной всё, что хочет. Она всю дорогу не умолкает, но это даже хорошо – я концентрируюсь на звуке её голоса и таким образом контролирую карусель. - Ты немного похудела, не заметила? Не всех сразу разносит как меня. И голова у тебя кружится. А противозачаточные такая ненадёжная вещь - одну таблеточку пропустил и всё. Я так же забеременела в этот раз. Вообще-то мы хотели ещё подождать со вторым ребёнком, но так уж вышло. Но это даже хорошо. Разница в возрасте у детей будет маленькая, ссориться не будут, драться. Кейт решила не дожидаться вердикта врачей и приняла за истину предположение о моей беременности. Похоже, ей просто другие варианты в голову и не приходят. Противозачаточные я перестала принимать не так давно: после выхода статьи о моей «беременности», когда мы оба поняли, что хотим общих детей. Слишком рано для беременности. Ладно, проверить, что же со мной такое и правда не помешает.

***

Пять недель. Я беременна. Срок – пять недель. Фантастика. Рядом сидит сверхдовольная Кейт и радостно улыбается. Карусель опять остановилась – от удивления, наверное. Слышу, как Кейт звонит мужу и рассказывает, что оказалась права, а потом тормошит меня: - Ну же, улыбнись! У вас с Беном будет маленький! Бен… Я исполнила твою мечту, любимый. - Эй, ты не рада? – Кейт заметила моё оцепенение. - Нет, рада, конечно, просто как-то неожиданно. - А ожидаемых беременностей вообще нет. Вполне логичное замечание. Но, пожалуй, момент для счастливой новости не самый удачный. Почему сейчас, когда всё вдруг стало так сложно? Я беременна. Надо же. Выходит, Алекс тогда в офисе ошибся, и если бы поспорил, то проиграл. Наверное, первый раз в жизни. Надо решить, что делать.

***

Несмотря на уговоры Кейт, едем в квартиру Макса. У него есть чудесная гостевая спальня и мне она подойдёт, пока всё разрешится. По дороге небольшой шопинг – вещи-то я собой не брала. Возмущению подруги нет предела: бубнит всю дорогу, что из-за беременности у меня нарушилась психика и меня нужно не домой к Максу, а на кушетку психотерапевта, а ещё лучше психиатра. Бубнит, но подчиняется. Беременным отказывать нельзя. С ключами я справилась быстро, хоть и давно здесь не была. Уверяю Кейт, что со мной всё хорошо и отправляю её домой к ребёнку. Вообще-то это запрещённый приём: она терпеть не может оставлять малыша с няней и пригласила её только, чтобы отвезти меня в клинику. Как бы то ни было, меня оставили в покое. Можно просто посидеть в тишине и подумать. Беременна. У нас с Беном будет ребёнок. Так странно. Как будто в сказке. Или, скорее, в сериале. Она любит его, а он любит двоих. Малыш-малыш, твоему папе сейчас нужно принять решение. И мы не будем ему мешать. Череду мыслей прерывает требовательный звонок в дверь. Алекс с кучей пакетов. Решил, что мне надо поесть. В принципе я согласна, но зачем столько. Боже, что у него за парфюм?! Дышать же нечем! - Велика вероятность, что половина окажется в унитазе. Кейт на твоём сроке во время первой беременности всю наизнанку выворачивало. Так что запас продуктов точно не повредит, - отвечает он. – Ты уже сказала Бенедикту? - Нет. - Нет? Дозвониться не можешь? Давай я его привезу сюда. Ну или если не хочешь сюда, хотя бы в офис. - Нет. - Нет??? – Алекс наклоняется ко мне, а потом и вовсе садиться рядом. – Ты с ума сошла? Я слышал у беременных бывает заскоки, Кейт, например, в первый раз рыдала целыми днями и всё никак не могла остановиться, но не до такой же степени! - Это не заскок. - А что это? Это глупость чистейшей воды, глупость! - Нет, это рациональность. Алекс даже рот открыл от удивления. Сидит, хлопает глазами и никак не может подобрать слов, чтобы не назвать меня идиоткой. - Ты идиотка!!! Вот, не получилось. - Ты идиотка, - повторяет Алекс. Спасибо, я и с первого раза поняла. Но оказалось, что ему ещё есть, что сказать: - Он же отец ребёнка, он имеет право знать! - Я с этим не спорю. Узнает. - Когда? - Когда примет решение. - Боже мой, какое решение? - Вчера Бен поздно домой пришёл и от него пахло её духами. - И? - И утром я спросила, любит ли он её до сих пор? - А он? - Промолчал. И глаза отвёл. Пыл Алекса поутих, но поле сражения он не покинул: - Ты прекрасно знаешь, что когда человек отводит глаза в сторону во время разговора, он вспоминает. - А ты считаешь, что здесь есть что вспоминать? Он должен это знать, чувствовать. Причём тут воспоминания? - А эмоции, какие эмоции были у него на лице, когда ты спросила про неё? - Не знаю. - Не знаешь? Не разобрала? - Я не смотрела на него, когда спрашивала. - Боже мой, почему? Что он заладил «почему, почему»? - Мне было страшно. - Страшно? Ты не боялась, когда преступников допрашивала, лезла в дикие авантюры, а тут тебе стало страшно? Ты идиотка! – Алекс помолчал пару секунд, а потом продолжил: - Ладно, будем считать, что это так на тебя изменение гормонального фона действует. И какое решение ему нужно принять? - Я или она. Алекс замолкает на несколько секунд, а потом продолжает: - Допустим. Ладно. Но почему ты не хочешь ему сказать, что беременна? - Чтобы шансы были равны. - Что? Какой же он непонятливый! - Пока он не знает о ребёнке, наши шансы с… Оливией… равны. Ребёнок – это сильный аргумент. А я не хочу, чтобы чаша весов склонилась в мою сторону только потому, что я беременна, а она нет. Не хочу, чтобы Бен был со мной из-за банального чувства ответственности или благодарности. Я хочу знать, что он выбрал меня, потому что любит. Любит не потому, что я жду от него ребёнка, а потому, что я – это я! - Ты не можешь лишать его ребёнка, которого он так хочет, - выдвигает последний аргумент Алекс. Друг пытается создать для меня дилемму: моя гипертрофированная ответственность против желания знать правду. Нет, Алекс, я крепкий орешек. - В ближайшие пару месяцев я не лишаю Бена ничего, кроме возможности прикоснуться к моему животу, которого ещё, кстати, пока нет. У него есть время, чтобы принять решение. - Нет, ты лишаешь его куда большего. Бен не знает, что где-то уже растёт его часть. Он не может видеть, что с тобой происходит, как ты меняешься, - тихо произносит Алекс. – Даже токсикоз нужно переживать вместе. Я как раз в это время понял, насколько люблю Кейт. Всё, что было до этого, казалось мелочью, когда я видел, как ей плохо, но она счастлива, потому что носит моего ребёнка. Это фантастические ощущения, когда с её телом вроде толком ещё ничего не произошло, но ты уже знаешь, что там есть маленькая жизнь, которую ты любишь просто потому, что она есть, - он погрузился в мир воспоминаний и собственных эмоций: глаза блестят, на лице играет улыбка. – И в этот раз так же, хотя всё вроде уже знакомо, но иначе. Сейчас у неё и токсикоза почти не было, и мы оба знаем, что делать, как всё происходит. Я это к тому, что такие моменты могут быть несколько раз в жизни, но каждый из них совершенно уникален, беременности не похожи одна на другую, как и дети все разные. Не лишай его этого. Невольно улыбаюсь. Остаётся только удивляться, куда сейчас подевался тот любитель тотализатора, которого я вижу каждый день в офисе. Пытается выдавить из меня эмоции и заставить меня изменить решение. Хитрюга. Весьма действенный психологический ход. Я непреклонна и этим разочаровываю его. Конечно, я бы хотела, чтобы любимый был сейчас рядом, но давить на него…. Нет, давить на него я не буду. Пусть решает сам. Алекс обнимает меня, целует в щёку и говорит: - Ладно. Ты подумай над моими словами. Звони, если что-нибудь понадобится.

***

Утро принесло обещанную Алексом тошноту и мой вчерашний ужин оказался смытым в унитаз. Вот же накаркал! Вчера вечером отправила SMS Бену по Интернету, чтобы не волновался, где я пропадаю: «Со мной всё в порядке. Мне нужно побыть одной». Получилось довольно безлико. Опять полночи не могла уснуть: каждый раз, когда начинала дремать, просыпалась из-за того, что вторая половина кровати пустует и прижаться мне не к кому, матрац слишком мягкий, а одеяло слишком тёплое. А потом вспоминала, что не дома. А главное: его нет рядом. Нам и раньше приходилось не видеться неделями из-за съёмок и поездок, но тогда всё было иначе. Разговоры по телефону и SMS помогали пережить расстояние, а теперь всего этого не стало. К тому же теперь я ждала не его приезда, а его выбора. И ждала не одна. Абстрагироваться от невесёлых мыслей и потеряться во времени не получилось. Телефон я так и не включила.