Партия в шахматы

Рокси всегда была сдержанной девушкой. Она не могла позволить себе расслабиться ни на минуту, не могла позволить себе выставить все свои мысли и чувства напоказ. Но рядом с Эггси это становилось проблематично. Ей казалось, что с каждым днем она влюбляется в него все сильнее. Она старалась, очень старалась вести себя непринужденно, чтобы он ни о чем не догадался. Рокси не хотела разрушать их дружбу и мучилась из-за этого со времени вечеринки в честь спасения мира. Она все чаще вздрагивала, когда ловила на себе изучающий взгляд Эггси, который будто заглядывал в душу. Все чаще смущалась и прикладывала весь свой выработанный годами контроль, чтобы никто этого не заметил. Такая практика, само собой, жутко выматывала, и Рокси, к своему стыду, радовалась, что на нее пока не вешают никаких заданий. С тех пор, как она и Эггси завершили миссию в Италии, прошла почти неделя, а Рокси врезался в память именно тот момент после возвращения, когда он поспешно сбежал от нее во время их беседы в комнате отдыха. Теперь Рокси стала наведываться туда очень часто и играть в шахматы или читать книги в потрепанных обложках. Складывалось такое впечатление, что, кроме нее, об этой уютной, но темной комнате в штабе никто не помнит. Но это было ей на руку, потому что только в этой комнате в полном уединении Рокси отвлекалась от всего, что творилось в ее душе. Но однажды ее покой нарушил Мерлин. Он вошел в комнату и сделал вид, что совершенно не ожидал кого-либо здесь увидеть. Он вежливо предложил Рокси сыграть в шахматы, и она согласилась, хотя играть с собой ей нравилось больше. Мерлин как бы невзначай завел беседу, и Рокси была вынуждена ее поддерживать. Но вскоре их разговор зашел куда-то не туда. — Ланселот, у вас что-то случилось с Галахадом? — не поведя и бровью, спросил Мерлин и сделал достаточно глупый ход слоном. — Прошу прощения? — Рокси чуть не поперхнулась. — Мне кажется, он… слегка недоволен тем, что вы его избегаете. — А с чего вы взяли, что я его?.. — она замолчала на полуслове, и Мерлин многозначительно поднял брови. — По-моему, только слепой не заметил, что вы днями и ночами сидите здесь, — заключил он, вставая с места. — Внимательнее, Ланселот. Шах и мат. Рокси держала в руке ладью, которой не успела пойти, не заметив опасного хода Мерлина, и, приоткрыв рот, провожала его спину взглядом. — Тут вообще пыльно и мрачно, — остановившись на пороге и обернувшись, поморщился Мерлин. — Не люблю это место и вряд ли когда-нибудь зайду сюда еще раз. Потом, шумно откашлявшись, он вышел и захлопнул за собой двойные створки дверей. Не двигаясь, Рокси сидела, как громом пораженная. Значит, Мерлин пришел, посидел здесь десять минут, наболтал какой-то смущающей ерунды, да еще и обставил в шахматы. Рокси никогда не была так возмущена, но и никогда не была так пристыжена. Кажется, этот чертов координатор обо всем догадался.

____________________________________________________________________________

Эггси уже не знал, куда деться от эротических снов с участием Рокси. Когда на следующий день после его ночной прогулки по парку Kingsman он проснулся уставший, потный и со стояком, то понял, что дело — дрянь. Он во всех красках помнил каждый свой сон за последние несколько дней. И это выводило его из всякого равновесия. Но нельзя было сказать, что ему не нравилось. Наоборот, он каждый вечер засыпал в каком-то предвкушении. Но Эггси бесило, что Рокси вздумала от него прятаться. Общались они катастрофически мало, а если общались, то очень уж натянуто. Он старался разрядить обстановку, а она сидела как на иголках, а лицо ее абсолютно ничего не выражало. — Рокс, какого черта с тобой происходит? — раздраженно воскликнул как-то раз он. Она только потупилась, но осталась такой же напряженной и безэмоциональной. Потом она подняла на него ласковый взгляд, что совсем сбило с толку Эггси, и ответила: — Все в порядке, Эггси. Правда. И так всегда. Но вскоре ситуация стала еще хуже. С каждым новым сном самому Эггси уже становилось не по себе в присутствии Рокси. Он все время пялился на нее и ловил себя на мысли, что совсем не против осуществить то, что снится ему ночью. Такие мысли его пугали, а вкупе с постоянной отстраненностью Рокси выводили из себя не по-детски. Тем не менее Эггси хотел видеть Рокси постоянно, несмотря ни на что. И после того, как их разговоры и встречи сократились до минимума, он начал пребывать в жутком замешательстве. И в жуткой злости. Рокси сводила его с ума и в плохом, и в хорошем смысле.

***

Эггси развалился в кресле в кабинете Мерлина и вертел в пальцах карандаш. Мерлин с неизменной чашкой кофе изучал какие-то документы, сидя за столом. Эггси снова задумался о ситуации с Рокси и не заметил, как сломал карандаш пополам. — Оу, Эггси, сделай лицо попроще и прекрати крушить мой кабинет, — Мерлин внимательно разглядывал его. — У тебя какие-то проблемы? Эггси перевел, как ему показалось, непонимающий взгляд на координатора. — Это связано с Рокси? — Мерлин отпил кофе. — Нет, — соврал Эггси, выбрасывая поломанный карандаш в мусорное ведро. — Серьезно? А мне показалось… ладно, неважно, — Мерлин, махнув рукой, вернулся к документам и притворился, что ему вообще неинтересно происходящее. Эггси молча встал и направился к выходу, но на лестнице его остановил голос Мерлина: — Эггси, — протянул он, — советую тебе прогуляться в западное крыло. Там в комнате отдыха очень красивый вид на закат. Эггси нахмурился, совершенно не понимая, зачем ему знать про какой-то закат, и продолжил подъем наверх. Он неспешно шел по коридорам штаба. Голову все не покидали мысли о Рокси. Он не видел ее уже два дня и начал понимать, что не может больше ждать. С каждым шагом у него прибавлялось решимости, а на губах появлялась его фирменная улыбка. Эггси все понял. Ноги почти сами принесли к комнате отдыха, и он, не колеблясь, повернул изящную позолоченную ручку. Ну, Мерлин... Рокси сидела за шахматным столом, поджав под себя одну ногу. Лучи яркого закатного солнца путались в ее волосах. Она сосредоточенно смотрела на поле, приложив пальцы к подбородку. Эггси, пользуясь своими навыками, бесшумно повернул замок на двери. Потом кашлянул, привлекая к себе внимание. Рокси вздрогнула, но, увидев Эггси, несколько успокоилась и даже приветливо ему улыбнулась. — Развлекаешься? — усмехнулся он, подходя к столу и садясь напротив Рокси. — Да, — она улыбнулась краем губ и нервно заправила за ухо прядь волос, выбившуюся из высокого хвоста. Ее очки лежали в стороне. — Тренирую стратегическое мышление. Она окунулась в игру, делая вид, что очень увлечена партией с самой собой. Рокси, казалось, не обращала на Эггси никакого внимания. Он окинул ее странным взглядом и резко сдвинул расставленные по полю фигуры в сторону. Лицо Рокси вытянулось, его исказило неподдельное возмущение. Эггси просто восторжествовал. Он вскочил с места, насмешливо улыбнувшись. Она встала следом, ее глаза метали молнии. Эггси наслаждался ее видом. В горле у него пересохло, сердце колотилась. Он как будто смотрел на огромную волну, которую шторм гнал с моря прямо на него. Сейчас его накроет, и он задохнется, захлебнется, утонет. Но как же он этого хотел. — Ты испортил мою самую удачную игру! — она фурией подлетела к нему. Потом очаровательно зловеще сузила глаза. — Ну, ничего, я еще на тебе отыграюсь. Во взгляде Эггси сверкнул ехидный огонек. — Можешь прямо сейчас, — он развел руки в стороны, как бы приглашая. — Хорошо, — Рокси хмыкнула и подошла к Эггси почти вплотную. — Выбирай, куда мне тебя ударить. Улыбка сползла с лица Эггси. Он снял очки и, сложив их, сунул в карман пиджака. Рокси молча наблюдала за его манипуляциями, скрестив руки на груди. Он серьезно посмотрел ей в глаза и хрипло пробормотал: — Лучше поцелуй. Эггси успел пожалеть о том, что сказал это, но выжидающе смотрел на Рокси сверху вниз. Она, быстро переводя взгляд с его глаз на его губы и обратно, подалась вперед, сильно удивив его. Она прижалась к его губам, и Эггси мгновенно ответил. Казалось, Рокси не ожидала такого от себя, но даже не попыталась отпрянуть. У Эггси из головы тут же вылетели все мысли. Он углубил поцелуй, обнимая Рокси за талию. Как же долго он этого хотел, он даже не мог сейчас осознать, как долго. Она отвечала на его требовательные поцелуи не менее неистово, обвив его шею руками и приподнимаясь на мысках. Ее хваленый контроль рушился вместе с благородными принципами. Рокси провела языком по нижней губе Эггси, а потом прикусила ее, чем вызвала у него неожиданную дрожь. Он не мог больше. Быстро расстегнув свой пиджак и сбросив его под ноги, Эггси жестко припечатал Рокси к шахматному столу, почти зарычав ей в губы. Она тихо застонала, когда он начал покрывать поцелуями шею, расстегивая ворот ее рубашки, стягивая с ее плеч пиджак. Рокси забралась на стол, поддаваясь ласкам Эггси и зарываясь пальцами в его рыжие волосы. Он вернулся к ее губам, но вскоре отстранился, прижавшись к ее лбу своим. — Я без ума от тебя, Рокс, — сглотнув, прошептал он. — Уже очень давно… Рокси взяла лицо Эггси в свои ладони. — Я тоже. От тебя. С этими словами она притянула его к себе и нежно поцеловала. Эггси улыбнулся сквозь поцелуй и бесцеремонно распустил светлые волосы Рокси. Потом он откинул в сторону ее наплечную кобуру и принялся за остальные пуговицы ее рубашки, не переставая страстно целовать губы Рокси. Она тем временем не глядя пыталась дрожащими пальцами справиться с ремнем на его брюках, через которые уже чувствовалось его возбуждение. Эггси наконец снял с Рокси рубашку и, не в силах оторвать взгляд от открывшегося ему зрелища, судорожно стал расстегивать свою. Рокси сидела на шахматном столе, держась за его край руками, и пыталась скрыть свое покрасневшее лицо, смущенная тем, что Эггси остановился. Ее пышные волосы растрепались и беспорядочно рассыпались по плечам. Когда Эггси закончил со своей рубашкой, он развернул лицо Рокси к себе. — Если бы ты только знала, как ты сногсшибательно выглядишь сейчас, — проговорил он, заглядывая ей в глаза, и она, прерывисто вздохнув, потянулась к своему спортивному лифчику. Сняв его через голову, совершенно по-женски и оттого еще сексуальнее, она просто не оставила Эггси выбора. Он, коварно ухмыльнувшись, прижал ее к себе так тесно, насколько это было возможно, и, крепко держа, медленно уложил на клетчатую столешницу. Рокси, цепляясь за его плечи, неожиданно застонала, снова ощутив у себя на шее горячее дыхание Эггси. Он решил ее добить окончательно, потому что с улыбкой прошептал ей на ухо, едва касаясь его губами: — Шах и мат, Рокс. Я тебя раскусил. От этих слов в животе Рокси разгорелся немыслимый пожар. Она, пользуясь моментом, поцеловала Эггси куда-то в шею, укусила его за мочку уха так, что он замер и напрягся. А потом, не сдержавшись, полувыдохнул-полузастонал, давая понять, что ему нравятся ее действия. Рокси чуть отодвинулась и опустила взгляд ниже. У нее перехватило дыхание, а в горле запершило от вида тела Эггси. Она, пожирая его глазами, осторожно провела пальцами по его торсу, по плечам, ключицам. Он вздрагивал от каждого прикосновения, сжимая руки на талии Рокси. Когда ее блуждающие пальцы дошли до ремня на брюках Эггси, их обоих словно током ударило. Она принялась лихорадочно расстегивать застежку, а он нетерпеливо помогал ей в этом. Когда брюки улетели вглубь комнаты, Эггси снова перехватил инициативу и, мягко положив ладони на груди Рокси, покрыл ее ребра жаркими поцелуями. Затем, целуя живот девушки, Эггси рывком снял с нее брюки. Он подтянул ее к себе, аккуратно подхватив за бедра, невесомо провел ладонями по ногам Рокси, подцепив пальцами ее белье. Он снял его и отшвырнул в неизвестном направлении. Эггси потянулся к губам Рокси, но она уперлась ладонью в его грудь и, возмущенно посмотрев на него, специально потерлась об его стояк. С губ Эггси сорвался стон, и он, чертыхнувшись, освободил себя от ненужной одежды и снова навис над Рокси. Он на мгновение замер. Под ним лежала раскрасневшаяся Рокси, в глазах которой одновременно плескались желание, страсть и нежность. Эггси готов был отдать все что угодно, лишь бы изо дня в день видеть на лице этой девушки такие эмоции. Он был влюблен до потери пульса и сейчас хотел Рокси всю без остатка. Теперь между ними больше не было преград. Эггси, впившись в губы Рокси безумным поцелуем и закинув ее ноги себе на талию, резко погрузился в нее. Рокси показалось, что весь мир перевернулся. Она ощутила, как глубоко вошел Эггси, и задрожала от удовольствия. Она запрокинула голову и, закусив губу, протяжно застонала. Эггси медленно задвигался в ней, гладя руками ее бедра, поясницу, но надолго его не хватило. Он сорвался и начал толкаться все сильнее, увеличивая темп. — Эггси… Эггси, прошу… Эггси… Не останавливайся… — извиваясь под ним, в полубреду шептала Рокси. Ему просто сносило крышу от звука ее голоса, от того, как она произносила его имя. Он никогда еще такого не слышал. Рокси выгибалась ему навстречу и двигала бедрами, подстраиваясь под ритм. С каждым ее стоном Эггси двигался все быстрее и вскоре почувствовал, как вокруг его члена все сильнее сжимаются мышцы Рокси. Они оба были уже на пике. Она хватала ртом воздух, закрыв глаза, и через мгновение по ее телу разлилась волна сладкого удовлетворения, которая заставила все звуки, все чувства и саму Рокси исчезнуть на миг. — Ох, черт, Рокс… — глухо застонал Эггси и тоже кончил, повалившись на стол рядом. Эггси, глубоко дыша, повернулся к Рокси. Ее волосы разметались по шахматному полю, глаза были закрыты, ресницы слегка подрагивали, отбрасывая полупрозрачные тени на щеки. Ее грудь тяжело вздымалась, а припухшие губы соблазнительно приоткрылись. Он не удержался и, приподнявшись на локте, подарил Рокси долгий чувственный поцелуй. Эггси чуть оттянул ее нижнюю губу и ухмыльнулся, отстранившись. Рокси смотрела на него полным бескрайней любви взглядом. Потом, так же опираясь на локоть, привстала, погладила Эггси по щеке и чмокнула его в нос. — Отличная партия. Будем считать, что я отыгралась, — она игриво закусила губу и соскочила со стола. Эггси, широко улыбаясь, наблюдал, как Рокси медленно застегивает белую рубашку, доходящую ей до середины бедра, а потом бегает в ней, разыскивая свои брюки. Ее вид с растрепанными волосами и голыми стройными ногами возбудил Эггси с новой силой. Он даже не удивился. — Можешь не искать, — объявил он и быстро оказался возле Рокси. Он вжал ее в стену и завел ее руки над головой. Рокси заулыбалась, томно прикрыв глаза. — А вы, оказывается, ненасытны. — Да, мэм, — промурлыкал Эггси. — И я требую реванш.