Шестое чувство (Предчувствие)

      Помятая клетчатая рубашка сваливалась с плеча при беге, выставляя ЧиМина едва ли не в пикантном виде. Сегодня он не успел даже причесаться. Опоздав на нужный автобус, студент скользил в пространстве и изо всех сил старался успеть хотя бы на вторую пару.       Задыхаясь и хрипя, ЧиМин влетел в пустующий холл университета, безразлично пробежал между двух предостерегающих красных табличек «МОКРЫЙ ПОЛ» и, совершив пару сказочных пируэтов, поцеловался с натёртым до блеска полом. Перед глазами всё поплыло, а под неудачный конец утреннего марафона не осталось ни капли сил, чтобы подняться. И где же доблестная охрана, вечно трескающая солёные огурцы из стеклянной банки?       На секунду ЧиМину показалось, что у него начался внезапный приступ асфиксии, но разум прояснился, представив ему ТэХёна, со всей небрежностью тянущего его за ворот рубахи. Сегодня он был одет в чёрный плащ, белую рубашку и серые брюки — мажор. Он перекинул руку ЧиМина через свою шею и, придерживая за ноющие рёбра, проводил до медкабинета.       На лбу раздулась большая лиловая шишка, и опухла прикушенная губа. Теперь ЧиМин стал похож на одну из моделей любимого журнала «Playboy», но легче от этого не становилось. Холодный компресс не помогал, кровоточил нос, тяжелели веки, и хотелось с храпом рухнуть на удобную кушетку до конца этого злосчастного дня.       ТэХён присел рядом с ним на корточки, чтобы громко щёлкнуть пальцами перед его лицом. ЧиМин встрепенулся.       — Ты такой «красивый», — невинно ухмыльнулся ТэХён и растрепал и без этого его шикарную причёску.       Припухшие губы поджались, и ЧиМин, превозмогая боль, скривил недовольную гримасу. Зачем он помог ему? Чтобы потом издеваться?       — Не трогай меня! — отрезал парень и скинул его руку со своей головы.       ТэХён вытянулся во весь рост; улыбка с его лица бесследно исчезла. Теперь он казался раза в два крупнее, и ЧиМина невольно передёрнуло.       — П-пожалуйста… — он сжался и попытался отгородиться руками и правым коленом от удара, которого почему-то не произошло.       Точёная бровь ТэХёна стрелкой вздёрнулась вверх. Он засунул руки в карманы брюк и, тряхнув головой, подавил нарастающий смешок. Если ЧиМина волновал вопрос «За что?», то ТэХёна беспокоил — «Почему?», и зарождались бесконечные подозрения с неудержимым желанием следить.       Что такого о нём мог знать этот растрёпанный воробей, о чём не догадывался сам ТэХён?       Он ступил шаг навстречу к кушетке, пребывая всё в той же деловой позе «Ф», и максимально близко наклонился к ЧиМину, едва не касаясь его своим носом.       — Как скажешь, — тихо прошипел он.       Щёки ЧиМина вспыхнули, и, наверное, его всё-таки бросило в жар, правда, совсем не похожий на тот, когда ТэХён поймал его с поличным за изучением его драных джинсов. За секунду другую он даже успел облизать свои распухшие губы, вероятно, ожидая чего-то большего. ЧиМин готов был поклясться, что за эти жалкие три с половиной секунды успел рассмотреть всю его пугающую красоту, запомнил маленькую милую родинку на кончике его носа, но поджилки всё равно продолжали трястись.       Молчком развернувшись, виновник трагедии задёрнул белые шторы рядом с кушеткой и перед тем, как хлопнуть входной дверью, сказал:       — Отдохни и проваливай домой. Сегодня тебе здесь, точно, делать нечего.       Отсчитав последние шестьдесят секунд от получаса, ЧиМин смело слез с кушетки и твёрдым шагом двинулся вдоль светлого холла, вновь наполненного галдежом. На этот раз покидать стены университета ему было ничуть не совестно, но обратить на это внимание ЧиМину вообще не пришло в голову. Одарив напоследок свирепым прищуром толстую охранницу, он толкнул тяжёлую дверь и вышел на крыльцо. После вчерашнего дождя ещё оставались глубокие холодные лужи, но тёплый майский ветер приятно забирался под футболку и понемногу остужал горящее от потрясений лицо.       — Зонтик! — опомнился ЧиМин. — Я забыл отдать ему зонт.       Вот только возвращаться ему никак уж не хотелось: вдруг поймают? Или побьют… ЧиМин решил сходить к ТэХёну сегодня вечером, после того, как хорошенько отоспится.       Придя домой, он первым делом набрал целую ванну тёплой воды и погрузился в неё с головой. С непривычки кожа покрылась маленькими мурашками, и ЧиМин приятно вздрогнул. На глаза попалось посиневшее запястье — с какой же силой ТэХён схватил его в тот раз? Но после припомнилось сегодняшнее утро и маленькая родинка на тэхёновом носу. Он и, правда, очень необычный человек, а ещё высокий, сильный и чертовски… красивый?       ЧиМину определённо не нравился поток его мыслей. Он хлестнул себя по лицу мокрыми ладонями и съехал по спинке ванны глубже в воду, пока та не закрыла его до подбородка, но прекратить думать о мерзопакостном гаде получалось с трудом. Он лишь на секундочку представил, что вернулся опять в это утро, как ТэХён грубо схватил его за волосы, нагло усмехнулся и властно поцеловал в саднящие губы, а потом…       ЧиМин едва не сгорел со стыда, касаясь себя между ног. Его член впервые за всё это время так сильно требовал ласки. Парень провёл по нему рукой и, крепко зажмурившись, облегчённо выдохнул. Перед глазами снова рассыпались звёзды, а в самом эпицентре — ТэХён. Было бы интересно узнать, какой на самом деле вкус у его губ, ощутить на себе его тёплые руки, и потихоньку сгорать от удовольствия под тяжёлым давлением его груди. Тяжело вздыхая, он медленно довёл себя до конца, кончив, крепко сцепившись с краешком ванны.       Сердце внутри стрекотало, словно бешеное, но дышалось, на удивление, легко. Поспешно сполоснувшись под душем, он накинул на себя жёлтую домашнюю футболку и за горячим обедом постарался всё забыть. ТэХён ему никто и уж тем более не пара. Он просто едва не довёл его до сердечного приступа вчера ночью, а после чуть не задушил воротом собственной рубашки в попытке помочь. Да ещё и этот его фирменный убийственный взгляд, от которого на месте закопаться хочется… жуть, да и только.       Опустив голову на мягкую подушку, ЧиМин крепко обнял себя и свернулся клубочком. Обдумывать свои поступки он будет потом. В конце концов, кому какая разница, на кого он дрочит?

…

      Слабый сигнал будильника, доносящийся из кармана куртки в коридоре, он услышал лишь на третий раз, да и то только потому что слишком громко захрапел и в ужасе из-за этого проснулся. Восемь вечера. Он ещё успевает добежать до ТэХёна — в прошлый раз он возвращался домой чуть ли не в полночь, так почему сейчас должен спать?       ЧиМин причесал свои волосы и вымыл руки с мылом дважды, мало ли. Щёлкнув выключателем у входной двери, он плаксиво простонал, ведь до сих пор не купил новую лампочку в коридор, и, набросив на плечи кожаную осеннюю куртку, вышел во двор.       Похолодало. С завтрашнего дня придётся выйти на работу, и у него уже будет не так много свободного времени, нужно было всё-таки вернуться в аудиторию и отдать ему зонтик там, чем сейчас мёрзнуть, оббегая тёмные вечерние подворотни. В кармане завибрировал телефон. Ему снова звонил тот незнакомый номер. Впрочем, ЧиМин ответил не глядя, о чём спустя пару секунд сильно пожалел.       — Слушаю, — звонко отрапортовал он.       На другом конце провода не послышалось ничего, кроме завывающего свиста ветра. Тогда ЧиМин повторился ещё раз, но на этот раз громче. Динамик продолжал подозрительно молчать. Парень остановился. По спине снова забегали крупные мурашки, даже волосы, казалось, встали на затылке дыбом. ЧиМин сглотнул и, вздрогнув, обернулся. Вокруг никого не было. Пугающая тишина на проводе сменилась нарастающим истерическим смехом, от которого хотелось где-нибудь надёжно спрятаться. Студенту было не до шуток — подступала сумасшедшая паника.       — Ал-лё?.. — его голос заметно дрожал. Звонок внезапно оборвался.       Пытаясь сдвинуть окаменевшие колени с места хотя бы на сантиметр, ЧиМину удалось лишь по-глупому скатиться вниз по стене. Руки и ноги предательски тряслись. И почему он такой жалкий трус? Быть может, это всего-навсего дурацкий розыгрыш. Но, зная ЧиМина, чересчур жестокий. И, главное, чей?       До дома ТэХёна оставалось всего ничего — нужно скорее бежать. Конечно, он будет сильно ругаться, даже, возможно, не впустит, но у ЧиМина его зонт, а значит, шанс всё-таки есть. Покрепче сжав кулаки, парень соскочил с нагретого места у бетонной стены и припустил по глубоким лужам со всех ног. Спина холодела от одной только мысли о том, что маньяк прямо сейчас наблюдает за ним, а совсем скоро его острые пальцы вопьются в его бедное плечо и утащат куда-нибудь в тёмный закоулок, распотрошат и выбросят, как никчёмную тряпку.       Совсем скоро ЧиМин разглядел знакомый подъезд с периодически мигающей лампочкой под козырьком и, сжимая в руках бордовый зонтик, постепенно начал приходить в себя. Наверное, ТэХён его всё же простит, когда заглянет в эти глаза, полные ужаса и страха, и услышит душераздирающую историю про то, как он, трус несчастный, едва не захлебнулся своими же соплями после совершенно лишённого смысла звонка.       Домофон был сломан. ЧиМин с лёгкостью проник в недавно перекрашенный подъезд и с облегчением схватился за деревянные перила — перевести дыхание. До ТэХёна топать ещё целых четыре этажа. Как жаль, что в его доме нет заплеванного лифта с выжженными кнопками, ведь ЧиМин был бы рад даже этому.       С видом измученного таракана, парень прошагал череду лестничных пролётов и очутился перед порогом драгоценной квартиры, хватая себя за ноющую из-за едва не лопнувших внутри от перенапряжения лёгких грудь. Пухленький пальчик требовательно нажал на чёрную кнопку дверного звонка, и от этого скрипучего сигнала, пронёсшегося по полупустой квартирке, у ЧиМина снова задрожали колени — кажется, ТэХёна нет дома. Куда теперь бежать? Где прятаться?       Где-то далеко внизу послышался вой несмазанных заржавевших петель и тихое шарканье. Кто-то поднимался наверх, и его шаги становились всё громче и отчётливее. Лицо парня перекосила гримаса ужаса и полного отчаяния. Куда молиться? Здесь даже нет горшков с завядшими цветами, чтобы вмазать со всей дури потенциальному маньяку по башке. ЧиМин поднялся. Приняв, как он считал, оборонительную позу, схоронился в тени и принялся ждать. Всё, что у него было, — зонтик. Не проворонить бы момент, иначе придётся навсегда распрощаться с жизнью.       Через долгих две минуты из-за перил показалась чья-то голова. Незнакомец устало хрипел и, казалось, вот-вот рухнет без сил на грязные бетонные ступеньки. Он бесконечно долго переставлял ноги и, наконец, очутился на пятом этаже. «Маньяк» был одет в чёрный длинный дождевик. Кажется, он даже не заметил ЧиМина. Но парень его совершенно точно узнал. «Маньяком» оказался ТэХён, и его руки были испачканы в крови.       — Т-тэ… Хён?.. — жалобно промямлил ЧиМин из тёмного угла и подался чуть в сторону, чтобы тот смог его разглядеть. Ну зачем же он это сделал? Разве умирать от рук красавчика будет приятно и безболезненно?       Зрачки блондина сузились, он продолжал тяжело дышать. ТэХён уверенно сделал два быстрых шага в его сторону и крепко прижал ЧиМина к стене, нависая над ним, словно голодный коршун над беззащитной мышкой. Глаза Пака беспомощно заблестели и округлились, став похожими на два крупных блюдца; в ушах загремело сердце. ТэХён грубо толкнулся ему в губы, сжав ладони на оттопыренной заднице, и проник в его рот языком, обжигая сбивчивым дыханием побледневшие щёки. ЧиМин успел только запищать и крепко зажмуриться, не найдясь, чем ответить на дикий поступок однокурсника.       — С ума схожу, когда ты так делаешь, Пак ЧиМин… — трепетно прошептал «маньяк» ему на ушко.       — Д-делаю чт-то?.. — не решаясь открыть глаза, пробубнил ЧиМин.       ТэХён вырвал из его рук свой зонт и тихо направился к входной двери.       — Боишься.