I'm beginning to love you.

Что их связывает? Год отношений. Год взаимной любви. Год счастья. Он даже ей предложение сделал и планировали свадьбу. Эмма хмурит брови и резко ставит стакан с кофе на подставку. Напиток едва не выплескивается за края, но девушка не обращает на это внимания. Что их уничтожило? Девушка мотает головой, чтобы отвлечься от дурацких и совершенно ненужных мыслей. Все закончилось уже давно, так почему она думает об этом? Они остались друзьями. Эмма больше не чувствует к нему ничего. И винит себя за это. Самолет не лучшее место для размышлений. Генри бы придумал ей сейчас интересное занятие, думает блондинка и прикусывает язык. Всегда был только Генри. Они и познакомились-то за два месяца до того, как Киллиан узнал о ребенке. Эмма возилась с малышом, потому что он всегда в разъездах. Потому что сама росла без матери и отца, а опекун и вовсе не присутствовал в ее жизни. Она хотела, чтобы мальчик считал себя нужным, любимым. То, что его отец не мог ему дать до ухода Эммы из их жизни. И она ушла. На месяц, но ушла. Киллиан потом рассказал, как справлялся с ребенком и продолжал выступать. Когда Генри исполнилось 3, Джонс-старший оставил музыку, лишь изредка давая концерты. После долгого перелета они оказались в своем номере, который забронировали еще два дня назад. Киллиан откинулся на спину, раскидывая руки в стороны. Эмма скептически взглянув на него, прошла к окну. Балкона у них в номере не было, поэтому девушка решила оставить мужчину одного и, взяв гитару, направилась к двери. -Генри по тебе скучает. — услышала она и резко остановилась. Развернувшись на носках, блондинка нахмурилась и моментально воздвигла между ними невидимую стену, которая не давала пробиться кому-либо к ее чувствам. Джонс всегда упомянал сына в начале беседы, когда хотел поговорить о чем-то серьезном, потому что только мальчишка удерживал ее рядом с ним. -Он хочет, чтобы ты снова жила с нами. Насовсем. Мужчина смотрел в потолок и не двигался. Эмма стояла, не решаясь подойти или заговорить. Они ведь так и не поговорили об этом после ее ухода. -Ему нужна мама. -Я не его мать. — тихо возразила Свон. Она всегда одергивала себя, когда думала об этом. У Генри была любящая мать. И она не станет ее заменой, как бы им этого не хотелось. Киллиан вздыхает и переводит усталый взгляд на девушку. После их разрыва, который он не хотел признавать, Эмма ушла полностью в музыку. Короткие вылазки с ним и Генри, встречи с Авророй и агентом. Она действительно любит музыку, но он знает, что если она не притормозит, то быстро сгорит, как однажды случилось с ним. -Не опаздывай на ужин, у Авроры какое-то дело к тебе. — приподнимаясь на локтях, попросил мужчина. -Хорошо, буду к семи в ресторане. Облегченно выдохнув, когда дверь в номер закрылась, блондинка поспешила к лифту. Парк был почти пуст. Опустившись на скамейкую в дальней аллее, Эмма положила ладонь на струны и заставила их звучать. «I'm lost in time. Where are you? Find me now! It'll be just you…» Эмма улыбнулась на шутку Авроры и скользнула взглядом по заведению. Люди в кафе что-то бурно обсуждали, кто-то молча обедал, кто-то ругался с кем-то по телефону. Девушка заметила знакомую фигуру в углу комнаты и пристально всмотрелась. Реджина. Брюнетка скучающим видом смотрела по сторонам, подперев щеку ладонью и мешая трубочкой напиток. -Эй, Земля вызывает Эмму! — перед лицом Свон, Аврора помахала рукой, поджимая губы от нетерпения и раздражения. В последние недели две, Эмма часто отвлекалась на все и стала еще более отстраненной. -Эмма, твой кофе остыл. — Киллиан осторожно сжал ее ладонь, вытаскивая девушку из мыслей. -Киллиан сказал, что ты хотела поговорить о чем-то? Свон выдернула руку и подперла подбородок, встречаясь взглядом с брюнеткой, которая рассматривала ее не скрывая своего любопытства и взволнованой улыбки. Смутившись, Эмма повернулась к Авроре, которая смотрела подозрительными глазами. -Что с тобой происходит, Эм? На этот раз Аврора предприняла попытку отвлечь девушку. Она провела пальцами от локтя до кисти Свон и мягко обхватила ее ладонь, переплетая их пальцы и совершая круговые движения большим пальцем. Опустив глаза на их руки, Эмма улыбнулась и сжала ее в ответ. -Я в порядке. Немного вымоталась, но все в порядке. — протянула она, притягивая их переплетенные пальцы к своей щеке. Реджина перестала улыбаться, когда увидела, что Эмма ответила на прикосновения сидящей рядом девушки. Она нахмурилась и уставилась на стол, дергая в руках салфетку и краснея от глупой надежды, которую она дала сама себе. И Кэтрин тоже хороша, не отговорила ее от этой идиотской идеи. Злясь на себя, Реджина вскочила и поспешила к выходу, упорно не смотря в сторону столика троицы. Вернувшись в свой номер, она распласталась на кровати, закрыв глаза и лихорадочно думая, как ей поступить дальше. За номер она уже заплатила, билет на самолет тоже уже был взят, точно так же, как и билет на концерт. Приняв душ, заказав себе ужин в номер и поужинав, Реджина только тогда набрала номер подруги, чтобы все высказать, но когда раздалось сонное «Реджина?» все слова куда-то улетучились. -Кэтрин… я… она… На том конце раздалось мужское недовольное ворчание и женское шипение, призывающие к молчанию. Реджина ждала, когда ее подруга окажется на кухне, чтобы продолжить разговор. -Реджина, что случилось? -Я видела ее в кафе и, кажется… Кэт, она была с Киллианом и девушкой. Раздался короткий вздох и смешок. -Аврора? Брось, Миллс, это для публики. Они самая обсуждаемая троица. — хихикая, заметила Нолан. Раздраженно махнув рукой в воздухе, брюнетка поставила громкую связь, потягиваясь и зевая, она прошлась по комнате. -Так ты думаешь, у меня есть шанс? -И если ты не станешь глупить, когда она будет рядом, а действовать, то все в твоих руках. И не думай, что кто-то может тебе помешать. Реджина Миллс-Королева, помни это. Расслабившись и смеясь, девушка согласилась и попрощалась с Кэтрин, надеясь уснуть и не думать о том, какой идиоткой она оказалась, поддавшись первому порыву ревности. А ведь Эмма даже не ее. Оказавшись под одеялом, Реджина прикрыла глаза ладонью и тихо напела слова одной из песен Эммы Свон, продолжая улыбаться и утыкаясь носом в подушку: «Do not let me go, Even if the wing is no more. Do not let me go, Even if I want to drop.»