Поцелуй тьмы от лица Дмитрия Беликова.

ТРИ

      Полевые испытания начались на этой неделе. Как раз закончилось моё дежурство, и я буду в них участвовать. Да, я хотел бы проверить полученные навыки многих новичков, но больше всего Роуз. Нам в начале дня на «педсовете» назначали, кого мы будем испытывать. Удивительно, но Роуз не была назначена никому, видимо, они приготовили для неё что-то потруднее. Мне же были назначены Шейн и Эдди, и еще Райан. Я ни в коем случае не стану сдерживать свои силы: их ждет реальность, злая реальность, их ждут настоящие стригои, которые отличны и значительно сильнее порой даже меня! Я потерпел поражение в сражении с Эдди и Шейном - мне не повезло, они атаковали меня вместе, да и действия их были не очень-то плохи для новичков. Радовало то, что я отделался несколькими синяками, ох и работёнка у нас, стражей. Конечно, эти синяки и прочие ранения ничто не значат для меня, это же моя работа, да и потом, всё бывает значительно ужасней, поэтому это мелочи.       Последний мой противник на сегодня явно был не готов, по многим причинам он оказался побежден. Во-первых, этот смельчак не нанёс ни одного действительно сокрушительного удара. Во-вторых, тактика не то что бы была плохой, она вообще отсутствовала. В-третьих, да что в-третьих, он конкретно облажался. В общем незачёт, я разочарован.       Когда Эдди и Шейн победили, я заметил, что за происходящим многие наблюдали, среди этих наблюдателей была и Роуз. После сражения Кастиль подошел к ней и довольно заулыбался, а потом они как дети ударили друг другу по ладони. Я на это неодобрительно кивнул, когда поймал взгляд Роуз, а после удалился по своим делам.       На сегодня мои испытания закончены, я отправился в свою комнату и сел читать очередной вестерн, я получаю от чтения этих книг невероятное количество положительных эмоций. Так хорошо расслабиться с книжкой и приятной, спокойной музыкой в наушниках. Ближе к вечеру, к комендантскому часу, я сходил в душ, переоделся и, поставив будильник, погрузился в спокойный мирный сон.       На следующий день назначений у меня не было, сегодня я выполнял работу стражей, которые должны подменить меня, когда я уеду во дворец на суд Дашкова.       Пара уроков с мороями, и опять - свобода, но вот Альберта вызвала меня сообщить что-то о Роуз. «Хмм, странно, что она опять такое натворила, что меня так срочно вызывают?!» Когда я после стука зашел в кабинет Альберты, и она мне рассказала историю Роуз, что с ней случилось, я стоял в недоумении. «Как это не похоже на Роуз, что-то произошло, я уверен, что-то пошло не так, с ней что-то случилось, я должен узнать!»       Меня очень тревожило это происшествие, более того, последствия могут оказаться очень серьёзными, более чем, вплоть до отстранения от полевых испытаний, а следовательно, она не закончит школу и не станет стражем. Кто знает, что с ней тогда случится. В моей голове промелькнули тёмные мысли. «НЕТ! Я определённо обязан помочь ей! Я обязан сделать всё, что в моих силах, ради неё! Она мне слишком дорога, что бы так просто потерять её!»       Альберта сказала, что завтра будет созван совет и будет решаться судьба Хэзэвей, а сейчас я мог быть свободен.       Я попытался найти Роуз, но её нигде не было, поэтому я отправился в свою комнату и погрузился в музыку, раздумывая о том, почему она могла так поступить.       Я быстро уснул, а с утра проснулся за час до официального окончания комендантского часа для студентов.        Я отправился в душ, чтобы смыть всё самое ужасное, что пришло мне вчера в голову, а когда вернулся - взял книгу и, лёжа на кровати, начал читать, дожидаясь времени начала совета, где я должен присутствовать как её наставник. Да, с одной стороны она очень меня подставила, но я понимаю, что не могла она так поступить, чтобы меня просто отчитали, с ней что-то произошло в тот момент.       Когда оставалось полчаса до начала совета, я направился в комнату, где он проходил, и занял свое место неподалеку от двери. Вскоре все собрались и Альберта привела Роуз.       Они долго допрашивали её, что с ней случилось, но она явно не желала говорить им правду и осознавали это, к счастью, не многие. Альберта в очередной раз задала всё тот же вопрос, а Роуз ей вновь ответила:       - Повторяю в последний раз, — сказала она хриплым голосом. — Это произошло ненамеренно. «Ох, Роза, хотелось бы верить» — так наверное думают другие стражи. «Роза, Роза, Роза, что же с тобой произошло, почему ты не хочешь рассказывать?»       - Мисс Хэзевей, — заговорила Альберта своим тоном требовательного командира, — ты не можешь не понимать, почему нам трудно в это поверить. — Селеста кивнула, поддакивая Альберте, она видела сцену, когда было распределение. — Страж Альто видел все собственными глазами. Ты не стала защищать двоих мороев. И включая того, к которому приписана. — продолжила Альберта.       - Я защищала! Просто… действовала неуклюже. — так же неуклюже оправдалась она, как и, как она выразилась, защищала мороев.       - Действовала неуклюже? Нет, это не тот случай, — сказал Стэн, находившийся среди наблюдателей, и посмотрел на Альберту, прося разрешения вмешаться. — Можно? — Она кивнула. Он снова перевел взгляд на Роуз. — Если бы ты блокировала или атаковала меня, но потом сплоховала, тогда можно было бы сказать, что ты действовала неуклюже. Но ты не блокировала меня. Ты не нападала. Даже не пыталась. Просто стояла, как статуя, и не делала ничего. — я начал волноваться, что доводы в её защиту будет найти трудно, очень!       - Почему у меня неприятности из-за того, что я просто сплоховала? — напряжённо спросила Роза. Она очень нервничала, это было хорошо слышно в её голосе. — В смысле, я видела раньше, как Райан не справился с заданием, но у него нет никаких неприятностей. Разве не в этом смысл полевых испытаний? Не в практике? Если бы мы достигли совершенства, нас уже можно было бы выпускать в мир!       - Ты что, ничего не слышала? — спросил Стэн. — Сплоховала! К тебе это не относится, потому что «сплоховала» означает, что ты делала хоть что-то!       - Ладно. Я замерла. — она посмотрела на него, думая, что у него на это не найдется нападки. — Почему это нельзя рассматривать как «сплоховала»? Сломалась под давлением обстоятельств и плохо соображала. Просто оказалась не готова. Настал тот самый момент, и я запаниковала. Такое всё время случается с новичками.       - С новичками, которые уже убивали стригоев? — спросил Эмиль. — Что-то не верится.       - Ага, понимаю. Ожидается, что после одного-единственного случая я стала экспертом по стригоям. Не могу запаниковать, или испугаться, или ещё что-то в этом роде? Что ж, это имеет смысл. Спасибо вам. Справедливо. По-настоящему справедливо. — сказала Роуз и откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. «Ох, Роуз, а вот твои амбиции здесь не нужны!»       Альберта вздохнула и наклонилась вперед.       - Мы спорим о терминах, а между тем технические детали не отражают сути дела. Важно другое: вчера ты абсолютно ясно дала понять, что не хочешь быть стражем Кристиана Озера. Помнится, ты даже говорила, что делаешь это против воли, и что очень скоро мы поймем, какая скверная это идея. И потом, когда пришло время защиты выясняется, что ты полностью проигнорировала свои обязанности.       - О чем это вы толкуете? По-вашему, я не защищала Кристиана из мести? Дикость какая-то! — «ее самообладание даёт сбой, это плохо, она все испортит, пусть все будет нормально, пожалуйста, Роуз, не наделай глупостей!»       - Всем известно, что ты не склонна спокойно и терпеливо принимать то, что тебе не нравится, — сухо ответила Альберта.       - Это неправда. Я подчинялась всем правилам, наложенным на меня Кировой после нашего возвращения. Тренировалась, сколько было сказано, и соблюдала комендантский час. – Ну, несколько раз я нарушала комендантский час, но ненамеренно и всегда для пользы дела. — С чего бы я стала таким образом ему мстить? Чего я этим добилась бы? Стэ… Страж Альто не причинил бы Кристиану никакого реального вреда, даже бить не стал бы. Единственный результат таких действий — если рассматривать их как сознательные — оказаться втянутой во всё это и столкнуться с возможностью отстранения от полевых испытаний. — честно говоря я был поражён, нет, шокирован!       - Тебе действительно грозит отстранение от полевых испытаний, — решительно заявила Селеста.       - Ох! — она испугалась, так, сейчас должен вмешаться я, ещё не поздно всё исправить.       - В её словах есть смысл, — сказал я убедительным тоном. — Если бы она хотела выразить протест или отомстить, то нашла бы для этого другой способ.       Селеста нахмурилась.       - Да, но после той сцены, которую она устроила при распределении…       Я подошел к Роуз и встал позади её сидения, надеюсь, её это хоть немного успокоило, ну а стражам я дал понять, что тоже теперь «играю в эту игру» и настроен я серьезно. Роуз получит минимальное наказание!»       - Это косвенное обстоятельство, — Я заговорил очень низким голосом, мне кажется, он выражает уверенность в своих словах. – Да, ситуация выглядит подозрительно, но никаких доказательств нет. Отстранить её от испытания – и, соответственно, лишить возможности закончить школу — чересчур серьёзное наказание, особенно в отсутствие полной уверенности.       Члены комитета задумались. Она поманила Селесту и Эмиля наклониться к ней поближе, и они шепотом обсудили что-то. Альберта кивнула, явно уступая, и двое других вернулись на прежние позиции.       - Мисс Хэзевей, у тебя есть что сказать, прежде чем мы объявим своё решение? — спросила Альберта. Меня это насторожило, она может сказать лишнее.       - Нет, страж Петрова, — коротко ответила она. «Ох, умничка, Роза, ты молодец, все будет хорошо!» — Мне нечего добавить.       Хорошо, — устало сказал она. — Итак, вот что мы решили. Тебе повезло иметь такого защитника, как страж Беликов. В противном случае решение могло бы быть другим. Преимущество сомнения на твоей стороне. Ты продолжишь полевые испытания в качестве стража мистера Озера, но на условиях испытательного срока.       «Хух!» — промелькнуло у меня в голове, всё более чем хорошо закончилось.       - Хорошо, спасибо. — поблагодарила Роуз. Как уместно в ней проснулся разум.       - И… — продолжала Альберта — Поскольку подозрение не полностью снято, свой выходной день на этой неделе ты проведешь на общественных работах.       - Что? — она снова сорвалась с места.       Я взял её за руку и слегка сжал и прошептал ей: «Сядь и довольствуйся тем, что имеешь». — она послушно села и, казалось, успокоилась.       - Если это вырастает в проблему, можно и на следующей неделе сделать то же самое, — предостерегла меня Селеста. — А потом и на пяти оставшихся.       Роуз покачала головой и негромко сказала:       - Простите. Спасибо вам.       Наконец совет закончился, я увидел на её лице усталость. Альберта велела ей вернуться к Кристиану, но я подошел к ней и спросил:       - Альберта, могу я с ней поговорить?       - Беликов, она должна вернуться к работе!       - Это важно! Она моя подопечная, я должен у неё многое расспросить, пожалуйста, Альберта!       - Хорошо, Дмитрий, только не особо сильно задерживай её.       Я подошел к Роуз и сказал, что мне нужно с ней поговорить. Она кивнула и уставилась в пустоту. Когда комната опустела, я, не сказав ни слова, поманил ее за собой.       Мы подошли к двери, ведущей в одно прекрасное место. Я вспомнил, что в этой комнате есть напитки и мягким голосом спросил Розу:       - Ты хочешь горячего шоколада?       - Конечно, — немного подумав ответила она. Наверное, для неё это было неожиданным - она, видимо, ожидала, что я её сейчас начну отчитывать.       Я сделал свой фирменный «двойной шоколад» и сказал Роуз, что бы отвлечь её:       - Секрет в двойной порции.       Я протянул ей чашку и направился к той самой таинственной двери, Роуз последовала за мной, очень хорошо.       Когда она сравнялась со мной она спросила:       - Куда мы… Ох! — в этот момент я уже отворил дверь.       За дверью оказалась маленькая застекленная галерея, уставленная небольшими столиками. Я прошел в глубину комнаты, подойдя к одному из кресел я смахнул с него пыль и сел на него. Роуз сделала тоже самое, сев на кресло напротив меня.       Я долго сидел, не говоря ничего и глядя на один из причудливых цветков, нужно чтобы Роуз успокоилась. Я чувствовал, как она тайком смотрит на меня, в какой-то степени это было приятно, мне так хотелось поговорить с ней о чем-то хорошем, но в голову ничего не лезло. Такая тишина между нами не казалась жгучей или гнетущей, она была приятная, уютная, наверное, я бы всё отдал за то, чтобы иметь возможность быть с ней - так, как она, меня еще никто не понимал. Только её присутствие создавало такую теплую атмосферу для меня.       Меня очень мучил один вопрос, я не удержался и выпалил его, нарушив тишину:       - Что все-таки произошло? — я внимательно посмотрел на неё. — Ты не сломалась под давлением обстоятельств? — Роуз немного вздрогнула от неожиданности и лишь изменила свой скрытный взор на мне, на открытый.       - Конечно, так всё и было, — Она врёт! Она мне врёт? Конечно, врёт, она отвела взгляд. — Если только ты не считаешь, что я сознательно позволила Стэну «напасть» на Кристиана.       - Нет. Я так не считаю. И никогда не считал. Я знал, что ты огорчилась, узнав о своем назначении, но ни минуты не сомневался — ты сделаешь всё, что требуется. Был уверен, что не позволишь личным переживаниям помешать выполнению своих обязанностей. — я сделал вид, что не заметил лжи, и сказал фразу, которая должна внушить доверие. Она резко вновь перевела на меня взгляд и ответила:       - Я и не позволила. Просто злилась… да и сейчас есть ещё немного. Но раз я согласилась его защищать, то действительно намерена делать это. И проведя с ним даже немного времени… Ну, я вовсе не ненавижу его. Я считаю, что он подходит Лиссе и заботится о ней. С чего мне так уж расстраиваться? Просто мы с ним иногда расходимся во мнениях, вот и всё… Но ведь тогда, со стригоями, мы действительно хорошо действовали вместе. Я вспоминала об этом, пока была при нём сегодня, и все мои возражения против назначения начали казаться ужасно глупыми. Ну, я и решила — буду делать своё дело как можно лучше.       - Так что же произошло потом? — настаивал я, мне хотелось знать правду, может, я смог бы помочь… — Со Стэном?       Она отвела взгляд, наверное, она заколебалась, неужели она никому не доверяет настолько, чтобы рассказать об этом. Честно говоря, меня это немного укололо, огорчило. Я думал, она мне доверяет, хотя, с чего ты взял Беликов, она вовсе не обязана, да ещё и при том, что сам ты ей не особо доверяешь!       Я все еще ждал от неё ответа, не желая сбивать её с мысли. Наконец она ответила:       - Я не знаю, что произошло. Я хотела сделать всё, как надо… просто… сплоховала. — ой не верю, плохо она врёт, ну по крайней мере, я вижу, когда она лжёт, видимо, я ее слишком хорошо знаю.       - Роза, ты очень неумелая лгунья. — в моем голосе послышались теплые нотки, меня это действительно забавляло. Она оторвала взгляд от чашки и посмотрела на меня. Возразила она мне очень странным голосом:       - Вовсе нет. Мне много раз в жизни приходилось лгать, и получалось совсем неплохо. Люди всегда верили. — оправдалась, ох, Роуз, зачем ты уходишь от темы, ну, ладно.       - Не сомневаюсь. Но со мной не срабатывает. Во-первых, потому, что ты не смотришь мне в глаза. Во-вторых… Ну, не знаю. Просто чувствую. — я слегка улыбнулся, сейчас я могу не скрывать эмоции, так легко рядом с ней. Она заметно запаниковала. Потом встала и направилась к двери и почти дойдя до неё, она остановилась и сказала.       - Послушай, я ценю твое беспокойство обо мне… но, правда, всё в порядке. Я просто не справилась. Меня это смущает… и очень жаль, что я посрамила твое потрясающее обучение… но я исправлюсь. В следующий раз заднице Стэна достанется. – нет, так не пойдет.       Я неслышно поднялся и подошел к ней, оказавшись в полуметре от неё я положил руку ей на плечо. Она вздрогнула, наверное, от неожиданности, хотя, может, и по другой причине.       -Роза, — отбросив ненужные сейчас мысли сказал я, — Не знаю, почему ты лжёшь, но уверен, ты не поступала бы так без серьёзной причины. И если существует что-то плохое… что-то, о чём ты боишься рассказать остальным… — я не договорил, потому что она резко обернулась.       - Я не боюсь! — закричала она. — И да, у меня есть причина, но, поверь, то, что произошло со Стэном, полная ерунда. Правда-правда. Объяснение настолько глупо, что выходит за рамки всякой соразмерности. Не нужно жалеть меня, не нужно думать, будто ты непременно должен сделать что-то. Произошедшее неприятно, но я переживу получение черной метки. Я сама позабочусь обо всём. Я сама позабочусь о себе. — я немного испугался такой её реакции, видимо, это то, что она тщательно пытается скрыть ото всех.       Я боялся за неё, никогда такого не испытывал, в тоже время меня пожирала боль из-за того, что она мне не доверяет так, как мне бы хотелось, и опять «Беликов, а что ты для этого сделал?»       Я сжал её плечо и почти сразу ослабил хватку поняв, что моя рука все ещё на её плече, а потом подавив грусть в голосе я произнес:       - Ты вовсе не обязана справляться с этим в одиночку, — я очень хочу ей помочь, я не могу смотреть, как она страдает, даже не зная из-за чего! Нет, не получилось скрыть тоску, я хотел её прижать к себе, успокоить, объяснить, что моего осуждения бояться не надо, что ни за что в жизни я не буду осуждать её.       - Ты говоришь это… Но скажи мне правду. Разве ты тут же бежишь к другим, если возникает проблема? — она улыбнулась, какой каверзный вопрос, она же знает на него ответ, я очень одинок, мне некому жаловаться, да и потом, я предпочитаю решать все сам, но…       - Это не одно и то же…- только и смог сказать я, очень неопределенно получилось.       - Ответь на вопрос, товарищ.       - Не называй меня так. — мне не очень нравится это слово, ну от Роуз слышать его приятно, но не от любимой Розы.       - А ты не увиливай от ответа. — подловила, девчонка та еще…       - Нет… — я выдержал паузу, Я стараюсь справиться со своими проблемами самостоятельно. — «не только потому что считаю правильным, — закончил я мысленно, —, но и потому, что мне некому жаловаться» Она вырвалась из-под моей руки и сказала:       - Видишь?       - Но у тебя в жизни немало людей, которым можно доверять, которые заботятся о тебе. Это все меняет. — вот главная причина, почему хоть кто-нибудь должен знать о том, что произошло. Она удивленно посмотрела на меня и сказала:       - A y тебя нет людей, которые заботятся о тебе? — ох, опять вопрос на который нельзя ответить прямо, можно и обидеть, и сказать что-то не так.       - Ну, в моей жизни всегда были хорошие люди… и такие, которые заботились обо мне. Но это не означает, что я мог доверять им и рассказывать обо всем. — вроде нормально ответил, уклончиво, надеюсь она не станет продолжать эту тему.       Она задумалась о чем-то, а между нами повисло молчание. Я запереживал, вдруг она поняла, что мне действительно некому довериться. Чёрт! Конечно же поняла, это же настолько очевидно! Это худшее, что случилось за сегодня, она узнала мою самую тайную частичку души. Спустя минуту она посмотрела на меня и задала очень неожиданный вопрос:       - Ты доверяешь мне? — я заколебался: я многое ей про себя рассказывал, она знает гораздо больше чем остальные, я готов рассказывать ей больше, но не всё, можно ли назвать это доверием или нет. Конечно, я просто обязан доверять ей.       - Да, — ответил я наконец поняв, что задержался с ответом.       - Тогда доверься мне сейчас. И конкретно в этом случае не тревожься обо мне. — это было ударом в спину. Она направилась к выходу и вскоре ушла из зала совещания.       Я же остался смотреть ей вслед, погружённый в свои размышления. Я вернулся к креслам, на которых мы недавно сидели, и присел, откинувшись на спинку.       «Она использовала моё оружие против меня. Что ж, если она так говорит, значит, я так сделаю, я должен довериться ей, как бы сильно не беспокоился за неё!»       Надеюсь, с ней просто не произошло ничего очень страшного и опасного.       Спустя несколько часов раздумий я встал и направился в свою комнату, мне совсем не хотелось ничего делать. Сегодня ночью я дежурю вместо Селесты, поэтому нужно выспаться. Я лег в кровать и с трудом заставил себя уснуть.