Хай, неучи!

      — Люси, ты готова? Фестиваль через две недели! — спросила Джувия.       — Фак! — показала средний палец Хартфелия.       Так продолжалось весь день. Люси была напряжена. Каждую перемену репетировала, а на двух последних уроках первой смены торчала в зале и репетировала на сцене.       Она не боялась ничего, просто лишний раз повторить тоже не плохо.       Люси подготовила около двадцати песен. Практически на протяжении всего фестиваля открытия учебного года она будет выступать на сцене. Иногда её будут подменять, показывая народу танцы, проводя конкурсы, ведь не может она петь вечно, как радио. Когда-нибудь и радио ломается.       — Люси! — подбежала к ней Леви. — Ты можешь с пацанами отрепетировать свои песни, заодно они подготовят пару номеров.       — Фак! — закрыла лицо руками. — Ладно, но при одном условии, — МакГарден поникла. — Они будут играть живую музыку. Под живую поётся легче и лучше, — учительница физики облегчённо вздохнула.       — Хорошо. Я скажу Гажилу и остальным.       — Стой, мелкая. А ты мутишь с ним, да? — хитро прищурилась блондинка.       — А т-тебе какое дело? — смутилась синеволосая.       — Просто ты рядом с ним так мило краснеешь. Столько раз вас вместе видела. Он тебя провожает от туда сюда… Странно это всё…       — Да, мы встречаемся. Ты бы тоже поискала себе парня. Никак Локи не можешь ответить взаимностью. Не стыдно? А парень-то хороший, приличный, привлекательный…       — Дебил…       — Дебил… Стоп, что? Почему?       — Потому что. Не твоё это дельце. Передай своему бойфренду, что жду их на следующей перемене в актовом зале. Без опозданий, по звонку. Заберу их с урока.       — Хорошо.

***

      В зал ворвались четверо запыхавшихся парней: трое учеников и их учитель английского. Люси удивлённо посмотрела на опоздавших.       — Долго вы, ребят. Двадцать пять секунд. Нехорошо опаздывать, — в шутку ругалась Хартфелия.       — А я тоже в группе. На ударных играю, между прочим.       — Да я уже поняла. Начнём? — повертев часы в руке, девушка взобралась на сцену к микрофону. — Сцена будет намного больше и будет располагаться на одном из школьных стадионов. Помимо старших и средних классов, придут ученики других средних школ на поступление в старшие классы академии. Поэтому не должна случиться лажа.       — А Вы хоть петь-то умеете? — хмыкнул Грей.       — Фубластер, я лучше тебя пою! — ухмыльнулась Люси, Грей же обиделся.       Она зашагала в сторону кулис, постукивая чёрными ботфортами с замками. Чёрное обтягивающее платье до голени подчёркивало фигуру учительницы и не позволяло делать широкие шаги. Всё та же чёрная кожаная куртка. Не меняется эта черта.       За кулисами стоял ди-джеевский стол и аппаратура, колонки, микрофоны.       Также была небольшая каморка, которая именовалась гримёрной. Места было мало для одного человека: три на три квадратных метра.

***

      Спустя почти два часа ребятам удалось прорепетировать около двадцати песен, включая пару-тройку песен мальчиков. Все, кроме Джерара и самой Люси, были шокированы её умением так прекрасно петь. Все песни были на русском, потому что очень она любила этот язык и средней школе нужно будет показать, что здесь он изучается. И показать с помощью песен, произношения и её сильного голоса.       — Вы сможете спеть это всё перед зрителями? — снова полез к ней Грей.       Люси показала средний палец и пошла домой.

***

      «Что же он меня так ненавидит? Ещё Локи… конкурс, отчёты», — сидя в кресле и ухватившись руками за голову, думала Люси. За несколько дней, работая в этой школе, девушка поняла одно: работать тяжелее, чем учиться.       Жила она не так уж и далеко от академии и школы, в которой работала. Светло-голубой двухэтажный дом матери, который унаследовала Хартфелия-младшая, расположен на соседней улице от школы и в двух кварталах от академии. К дому прилагался гараж, в котором стояла дорогая машина, подаренная отцом на шестнадцатилетие дочери, и чёрный мотоцикл.       Внутри дом не выглядит таким величественным и дорогим. Каждый месяц мама высылает ей сумму для покупки новых вещей, бытовой химии и еды.       Отец с матерью в разводе шесть лет. «Не сошлись характерами», как говорится. Мама Люси — Лейла — дала дочери деньги на первое время и ключи от дома в Токио. Сама Лейла живёт в пригородном доме, куда часто приезжает Хартфелия-младшая.       В доме два года назад был сделан евро-ремонт.       Блондинка включила телевизор в гостиной и ушла на кухню. Взяв сока из холодильника и печенья, она потопала обратно.       После получасового просмотра телепередач в дверь раздался звонок.       На пороге стояли Локсар и Скарлет. Обе они после школы, вот и решили заглянуть.       — Какими судьбами? — пропуская подруг, спросила она.       — Да так, решили заглянуть, — ответила Джувия.       — Люси, ты же знаешь, что мы с Джераром встречаемся и вообще знакомы с самой школы, — начала разговор Эрза, садясь на диван.       — Ну да. А что такое? — красноволосая потупила взгляд. — Ты забыла про его день рождения и вспомнила только сейчас? — кареглазая выпучила глаза.       — Ну…       — Капец, Эрза, ну ты даёшь! Его день рождения уже послезавтра, а ты не готова.       — Я не знаю, какой подарок ему преподнести, — немного покраснела Скарлет.       — Ты девственница? — в Люси полетела подушка с возмущённым «Люси!». — Ну, раз ты ещё девственница, подари ему себя. Я думаю, он будет просто счастлив, не находишь? — коварно улыбаясь, произнесла учительница русского языка.       — Нет!       — Ну, тогда мне нечем тебе помочь.       — Эрза, Люси права, — поддержала блондинку Джувия. — Я знаю, насколько ты его любишь, насколько он тебя любит. В этом не будет ничего плохого.       — Вы так думаете? — сжимая края своей красной юбки, задала вопрос Эрза, немного краснея.       — Мы не думаем, мы знаем, — приобняла её Хартфелия. — Завтра у нас что? О! Завтра суббота, никто завтра не учится. Отлично. Сходим за шмотками, заодно тебе эротический костюмчик подберём, — сверкнула глазками блондинка.       — Спасибо, Люси!

***

      Суббота. Одиннадцать утра. Люси красила глаза бежевыми тенями. Подкрасила реснички тушью и подводкой нарисовала стрелки. Накрасила губы прозрачным блеском, положила блеск в ящик и пошла на выход из дома.       Одета она была в чёрные шорты, чёрно-белую тельняшку, чёрную длинную кофту до голени и белые кроссовки.       Сев в машину, она стала искать камеру и чип. «Если отец узнает, что я в Токио, то мне будет полный пипец. Нужно быстро найти эту долбанную камеру и чип. Ах да, он же чип в моей флешке оставил, которую я постоянно слушаю», — Люси разобрала флеш-карту на части и вытащила ненавистный чип. Она вышла из машины и кинула чип на асфальт, не забыв встать на него ногой, тем самым раздавив его на кусочки. — «Вот так-то. Теперь камера», — девушка снова села в машину и оглядела углы. — «Точно, он же камеру на зеркало заднего вида посадил», — кареглазая внимательно осмотрела зеркало. Спустя две минуты она раскрошила самую маленькую камеру в мире пальцами. — «Вроде всё, можно выдвигаться».       Хартфелия ехала по дороге очень плавно, на средней скорости. Нужно было заехать за Эрзой, а потом в торговый центр, к Джувии.       Подъехав к белому дому Алой, Люси посигналила. Дверь дома открылась, на пороге стояла сама красноволосая девушка, одетая в чёрные кожаные лосины, белый топ без рукавов и чёрные босоножки на каблуке с золотыми пряжками.       Эрза закрыла дом ключом и села на переднее сидение рядом с подругой.       Через десять минут они подъехали к огромному семиэтажному центру с множеством разных отделов и магазинов.       На первом этаже располагался супермаркет, в котором было много разной еды. Второй этаж брал на себя обувные магазины и одно кафе. Третий этаж был заполнен магазинами аксессуаров и одной кофейней. На четвёртом этаже был туалет и множество магазинов нижнего белья. Пятый этаж был в бутиках одежды, шестой — фастфуд, а седьмой — развлекательный: боулинг, кинотеатр, автоматы и так далее.       Глаза разбегались…

***

      — Осталась неделя до фестиваля, — скучающе протянула Люси на весь класс, заставив учеников обернуться на неё, на секунду оставив контрольную по литературе. — Вы пишите, пишите. Эх, ещё Локи приедет, — помешивая чайной ложкой свой капучино, снова протянула девушка. Сделав глоток, она перевернула страницу классного журнала. Ничего нового и интересного в нём не было, поэтому она оставила эту затею и сняла с блокировки свой телефон — серебристый айфон пятого поколения «S» в голубом силиконовом чехле с белой надписью «PINK» и двумя белыми полосами.       Люси сидела в чате со своими друзьями до конца урока. Со звонком она лишь сказала, что если кто доделал, сдать ей, а если кто-то не доделал, прийти на пятом или шестом уроке.       Во всей школе проходили контрольные работы и тесты. Выпускников готовили к поступлению, а десятиклассников готовили к сдаче тестов за два года.       Вот и у Джувии был сейчас урок. Класс «2-1» — самый дружный класс — сидел на её уроке тихо и мирно, так как на столе у неё лежала супер-ручка, конец которой был очень острым, и Джувия могла просто выколоть ею глаза.       Дверь в класс открывается, и в кабинет биологии входит Люси собственной персоной.       — Как думаешь, наш план сработал? — присев на край стола, задала вопрос Локсар блондинка.       — Насчет прошедшего дня рождения? Думаю, да.       — Он в восторге. Эрза звонила позавчера в обед. Произнесла многочисленные слова благодарности,— Люси продолжила шепотом:        — Всё-таки то бельё потрясающее, ему понравилось.       — А у тебя урока нет? — озадаченно спросила синеволосая.       — Сейчас у того класса поездка в музей, поэтому во время этого урока я свободна. Ах да. Ребят, после уроков жду вас в своём кабинете, у меня объявление, — обратилась блондинка к своему классу.

***

      — До фестиваля открытия учебного года осталось меньше недели, — оперевшись руками о парту, начала разговор Хартфелия. — Ваша задача — в воскресенье прийти в три часа дня, флаеры и указания дам в пятницу. Вы должны явиться в свободной форме, но эмблема школы должна присутствовать, ясно? — класс кивнул. — Ваш класс будет представлять творческие кружки школы. То есть музыкальное творчество, языковое, культура, искусство и то, в чём вы хороши. Всем понятно? — класс снова кивнул. — Все свободны.       Ребята собрались и ушли по домам.       Сама классная руководительница решила погулять по городу, прикупить подарков своим друзьям и еды.       Девушка гуляла по району Гиндза — культурному району Токио. Гиндза являлся не только одним из районов Токио, но и торговым кварталом. Особо здесь не купишь подарков, но вот универмагов на улице Тюо-дори достаточно, чтобы купить продуктов.       Следующим на очереди гулянья по Токио был район Акихабара — район магазинов с новинкой техники. Люси долго бродила по району и наткнулась на магазин нано-технологий.       Прикупив Джерару и Эрзе приставку, наушники и киберглаза для полного перехода в реальность игры, захватила Джувии новые наушники, плеер, а Леви прикупила электронную книгу.       Вернувшись домой почти за полночь, она положила подарки в свою спальню и пошла в душ.

***

      За день до фестиваля уже было всё готово, и настраивали только аппаратуру и нервы. Выступающие учителя репетировали, а учителя-организаторы прокручивали всю программу от и до.       Уже завтра они должны будут в четыре часа дня начать программу, в семь закончить, а в половину восьмого вечера начать выступление Люси и музыкальной группы, другими словами, начать дискотеку.       Инструменты настраивались, сцена строилась (восьмой день, кстати), фонари украшались бумажными флажками и другими бумажными гирляндами.       Мира пробовала микрофон. Люси подключала свет гирлянд. Эрза проверяла всё. Леви проверяла сайт школы. Гажил ставил столы для ярмарки и закусок.       Каждый что-то делал: руководил процессом, как Эрза и Лаксус; проверял всю программу и крутил всю музыку, как Мира и Джерар; настраивал аппаратуру, как Леви и Люси; ставил столы, как Гажил, Нацу и Грей…       Все готовились к завтрашнему дню, ведь именно от них зависит настроение учеников средней школы, которые будут выбирать, куда поступать в старшую школу…

***

      Локи звонил в субботу слишком часто. Пять раз за полчаса. Каждый раз что-то у Люси шло потом не так: то уронит из-за него телефон, то стол на ногу упадёт кому-нибудь, то ещё что-то.       — Да, Локи. Что тебе надо? Да, занята. Нет, не изменяю. Нет, — сбрасывает трубку.       — Что, Локи? Нет, я не злая, нет. Да, отвлекаешь. Нет, не на свидании, — сбрасывает трубку.       — Что, опять? Какое тебе дело? Нет, не с другим парнем. Всё, пока, — сбрасывает трубку.       — Сколько можно, Локи? Пойми, я занята! Я на работе! Подготавливаю школу к фестивалю. Не звони мне сегодня больше! — злостно сбрасывает трубку.       — Да иди ты нахрен! — уже на пятом звонке за час кричит Люси. — Ой. Мастер? Да, работаем. Да. Конечно. Жених просто достал…

***

      Наступило долгожданное для всех учителей воскресенье. С десяти утра все продолжали репетировать. В самый последний момент Люси приняла такое решение…       — Мне не особо нужна живая музыка. Пусть отдыхают, я принесу все свои инструментальные. Некоторые песни буду проигрывать сама на синтезаторе.       — Хорошо. Я позвоню Грею, — ответила Джувия.       Хартфелия не хотела нагружать учеников, всё-таки им ещё свои песни играть. А она просто учительница, которая была вполне самостоятельной девушкой.       — Два часа дня. Я пошла домой, переоденусь и другие вещи возьму.       — Хорошо, Люсь, — просматривая список еды, сказала Леви, почти не обращая внимания на подругу.       Люси зашла в дом. Никого нет. Совсем. Одиноко.       Блондинка прошла в свою спальню и села за туалетный столик, она хотела сделать макияж, который не спугнёт людей, но в то же время придаст ей изящности. Бежевые тени мягко укладывались на веки, чёрные стрелки придавали взгляду некую изюминку.       Чёрное элегантное платье — до жути простое — до голени с рукавами в три четверти прекрасно сидело на фигурке Люси. Синие босоножки с золотым каблуком подчёркивали всю красоту ступней блондинки. На шее на золотой цепочке колье с синими и белыми камнями украшало платье. На ушах были золотые серьги-крылья с синими пёрышками*.       Губки в розовой помаде — ну чем не конфетка?       Выйдя из дома, кареглазая села в машину и поехала к чёрному выходу школы.       Там стоял весь молодой состав учителей и ученики, которые участвовали в фестивале. Всё уже давно было приготовлено. Девушки проверяли, всё ли на месте, парни подключали свет, аппаратуру и софиты.

***

      Фестиваль шёл своим чередом: многие ученики помогали молодым учителям и участвующим, проводились десятки конкурсов, на входе стояли Нацу и Грей, которые раздавали флаеры и приглашали людей на фестиваль.       Люси танцевала в паре со Скорпио. Он был тоже одним из молодых учителей — двадцать три года, преподаёт географию. В него была тайно влюблена тридцатилетняя Аквариус, которая никаким боком не относилась к составу молодых учителей. И на данный момент, во время лирического контемпорари Люси и Скорпио, она наблюдала из-за кулис и чуть не сломала микрофон…       После последнего своего танцевального выступления Люси переодевалась в свою изначальную одежду. Она поняла для себя, что не любит никакого Локи и что пора им расстаться, но она не хочет ранить ему душу, ведь он всё ради неё сделает… А мутить с другим на стороне тоже не хочется, ибо это ещё больнее.       Через полчаса начнётся дискотека для всех присутствующих учеников школ. Люси не нервничает, она спокойна: не первый раз на сцене.       В гримёрку зашли Леви и Джувия. Джувия — божий одуванчик: синее короткое платьице с розовыми цветами подчёркивало все её достоинства, розовые лаковые лодочки, розовый клатч на плече, синие матовые часы и синие серёжки.       Леви же — дерзкая, но милая девчонка: розовый свитер, синие завышенные джинсы с дырками на коленях, розовые босоножки на большом каблуке делали девушку выше, синий браслет на ручке, цепочка с синим камнем и синяя сумка.       — Классно выглядите. Сговорились на синее и розовое? — спросила Люси.       — Договорились, а не сговорились.       — Тебе, мелкая, кстати, очень идёт такая прическа: два хвостика и накрученные сзади волосы. Дерзкий наряд и такая милая причёска.       — Ой, заткнись!       — Нет. Зачем?       — Просто.       — Ладно, скоро начнётся выступление.       — Какой список? — спросила Джувия, перелистывая страницы папки.       — Большой. Обещаю большие овации…

***

      — Йоу! Все готовы начать нашу дискотеку? — вышла на сцену Леви. — У нас будут два исполнителя: рок-группа и певица. Начинаем!       На сцену вышли парни Леви, Джувии и Эрзы, и Нацу (Авт.: Бедный одинокий волк выходит на охоту на самочек).       Они пели довольно красиво, созвучно и ни разу не сбивались. Их музыка и голос нравились Люси. Она была в восторге. Её выступление после них, поэтому ещё не скоро.       Хартфелия набрала номер Локи. Гудки. Она должна была сказать об этом ему.       — Алло? — раздалось на том конце.       — Локи? Знаешь, я хочу сказать, что… — девушка сглотнула. — Я не… Я… В общем, нам надо расстаться. Я просто привязана к тебе и не ощущаю никаких чувств… Прости. Лучше сказать так, чем изменять тебе на стороне. Никого другого у меня нет и долгое время не будет, поэтому не думай, что я шлюха какая-то. Прости, — «отбой».       «А сейчас на сцену выйдет Люси Хартфелия!» — раздалось на сцене.       «Пора…» — подумала Люси, взяла микрофон и вышла на сцену.

***

      Разнеслись первые аккорды гитары. Ещё пара секунд, и она запоёт. Дыхание сбивалось.       — От проблем не беги, Покажи всем клыки. Просто встань и иди. Мы же все не враги. Спаси меня… И каждый раз ты стараешься, пробираешься вперёд, Не зная, что тебя ждёт, куда этот ветер тебя занесёт: Бежать без повода из города, в никуда. Сливаюсь с фоном, выбиваю законный свой пьедестал я. Шестнадцать проблем делим на шестнадцать лет. Я не позволю подрывать свой авторитет — Из ложной информации разжигаете провокацию, Но я держусь, в конце шоу будут овации. Люди горели пачками… Дурными мыслями пачкали, Давились подачками и крутыми тачками. Ну же, поймите, я не в обиду говорю. Образовали свой приют, а вот я на виду. Походу, кучи проблем нерешённых Столько же, сколько и людей отречённых — Их не десятки, их миллионы. Жаль, нашим миром правят наркобароны. От проблем не беги, Покажи всем клыки. Просто встань и иди. Мы же все не враги. Спаси меня… Или примени яд. (1)

***

      — Эту песню я хочу посвятить своему бывшему жениху, которого безумно любила… — играя на синтезаторе, Люси запела:       — Разорваны дни, Разорваны сны, Разорвана ночь. Ну как тут собрать, Ну как тут соврать, Ну чем тут помочь? Я буду ловить, Губами ловить тебя. Я буду просить, Руками просить тебя. Я буду тонкой нитью На твоём запястье. Не снимай меня, Не позволяй упасть мне. Я буду тонкой нитью, Чуть заметно красной. Не снимай меня, Не убивай напрасно. И, просыпаясь с утра, Ты держи меня под шум городов. И, одеваясь с утра, Ты спрячь меня в тени рукавов. И пусть говорят, что всё унесёт водой — Не верь никому, Я буду всегда с тобой. Я буду тонкой нитью На твоём запястье. Не срывай меня, Не позволяй упасть мне. Я буду тонкой нитью, Чуть заметно красной. Не снимай меня, Не убивай напрасно. Я буду тонкой нитью На твоём запястье. Не срывай меня, Не позволяй упасть мне. Я буду тонкой нитью, Чуть заметно красной. Не снимай меня, Не убивай напрасно, — мягкий голос Хартфелии нравился всем. С чувством ощущения песни, она пела. Пела. Просто пела. Мягко пела, как колыбельную…

***

— Осторожные шаги Тихо пряча подо льдом, Мягкой поступью зима Убаюкала мой дом, Раскидала жемчуга По бескрайним небесам, Опустив хрустальный шлейф На продрогшие леса… — блаженно закрывая глаза, она ощущала песню. Ощущала чувство. Ощущала зрителей. Белой россыпью снега Упадут, склоняясь ниц, Под прозрачным серебром Лёгкий взмах её ресниц, Заколдует, запоёт Песни дивной красоты И, усталая, к утру Заметёт свои следы. Всё забудется с летними грозами И закружится жизнь не спеша… Нет той девочки с длинными косами, Лишь тихонечко плачет душа. Вдруг неслышно проскользнёт, Как хозяйка, в мой мирок, Молча взглянет мне в глаза И присядет на порог. «Что так больно? — я спрошу. — Где под сердцем стынет лед?» Улыбнётся мне в ответ: «Подожди, и всё пройдет». Не встревожат мой сон, Не настигнут в толпе Мимолётные виденья о тебе. И затихнут мечты В беспокойной тоске — Просто искорки, погасшие в руке. Всё забудется с летними грозами И закружится жизнь не спеша… Нет той девочки с длинными косами, Лишь тихонечко плачет душа, — Нацу смотрел на неё с восхищением. Он не видел никого с таким голосом.

***

      Снова игра синтезатора. Любит она такие песни. Они чувственные.       — И пока эта муха будет гладить свои лапки, Я буду говорить, что у меня всё в порядке. В среднем человек в день может врать до двухсот тысяч раз — Вот и я солгу сейчас. А потом ты уйдёшь, Ты уйдёшь, а я останусь: Станет странное сердце, Бестолковая усталость. И я буду бояться остаться один на один В этой комнате цветных пелерин, Тобою связанных на мне пелерин… Целуй меня, целуй меня, целуй меня. Целуй меня, пока лучи не целятся в нас, Пока ещё мы что-то чувствуем, Пока мы ещё здесь. Целуй меня, я ненавижу, когда ты так нужен, Потом ведь всё намного может быть хуже… Ты выдыхаешь: у нас есть час, час, один час. Твои руки теплы — Значит, выстрел будет метким, Будут чёткие круги на воде, и тонкой веткой Я останусь смотреть, как они летят стремительно вниз. Научи меня так, please. И я буду молчать, Никогда. Нигде об этом. Я не буду бояться остаться один на один В этой комнате цветных пелерин, Тобою связанных на мне пелерин. Целуй меня, пока лучи не целятся в нас, Пока ещё мы что-то чувствуем, Пока мы ещё здесь. Целуй меня, я ненавижу, когда ты мне так нужен, Потом ведь всё намного может быть хуже… Ты выдыхаешь: у нас есть час, час, всего час, И мы кладём на ковёр оружие…

***

      Играют гитары, бьют ударные. Песня кажется снова медленной. Но только кажется.       — Я искала тебя годами долгими. Искала тебя дворами тёмными. В журналах, в кино, среди друзей. И в день, когда нашла, с ума сошла. Ты совсем как во сне, Совсем как в альбомах, Где я рисовала тебя гуашью. Дальше были звонки, ночные больше Слёзы, нервы, любовь и стрелки больше, Но не мои, и старые зазнобы Куришь каждые пять. Мы устали оба. Ты совсем как во сне Совсем как в альбомах, Где я рисовала тебя гуашью. Годами долгими, Ночами тёмными, Годами долгими. Ты совсем как во сне, Совсем как в альбомах, Где я рисовала тебя гуашью. Ты совсем как во сне, Совсем как в альбомах, Где я рисовала тебя гуашью. Я искала тебя годами долгими. Искала тебя дворами тёмными. В журналах, в кино, годами долгими. Искала тебя ночами…

***

      — Сейчас мы уйдём на перерыв, а пока веселитесь!       Люси жадно глотала воду из бутылки. Глубоко дыша, она вышла подышать на улицу. Вдохнув носом как можно больше прохладного воздуха, залюбовалась декорациями: яркие гирлянды висели на столбах, воздух был прохладным; жёлтые фонари освещали этот вечер, создавалась приятная весенняя атмосфера. Всем, кто замёрз, выдавали плед и горячее какао.       Прекрасный вечер…

***

      — Не открывая замки, я буду вспоминать, Как горели огни, и от любви умирать. Может, рядом с тобой нам было хорошо, Что-то там за спиной меня так обожгло. Нежные «обними», нежно я опять. Мою руку возьми, чтобы вместе упасть. И в объятиях твоих так хочу я дышать, Не могу без тебя и не могу ждать. Я схожу с ума, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Знаю я сама, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Я схожу с ума, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Знаю я сама, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. И я тебе прошепчу, сейчас глаза закрой И тихонечко в такт мне на ушко напой. Эта тихая дрожь, но я же не одна. Даже если всё — ложь, так будет не всегда. Нежные «обними», нежно я опять. Мою руку возьми, чтобы вместе упасть. И в объятиях твоих так хочу я дышать, Не могу без тебя и не могу ждать. Я схожу с ума, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Знаю я сама, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Я схожу с ума, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Знаю я сама, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Я схожу с ума. Я схожу с ума. Мне мало-мало-мало, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало, мне мало-мало-мало тебя. Я схожу с ума, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Знаю я сама, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Я схожу с ума, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя. Знаю я сама, мне мало-мало-мало, Мне мало-мало-мало тебя…

***

      Люси вышла из школы. Холодный ветер ударил в лицо. Домой ехать не было никакого желания. Скорее всего, её бы ждал возле порога Локи и требовал объяснений. Ехать никуда не хочется. Она бы так и стояла на пороге школы, пока не услышала сзади голоса. Ей безумно хотелось куда-нибудь пойти пешком. Прогуляться по ночному Токио, повеселиться.       — О, Лю-чан, ты не ушла ещё? — подошла сзади к ней Леви. Люси вздрогнула от неожиданности.       — Не хочу никуда. Ни домой, ни к маме, ни в супермаркет.       — О, мы как раз с ребятами собирались погулять по ночному Токио, — сказала Джувия. — Не хочешь присоединиться?       — Буду не против, — мягко улыбнулась блондинка. — Только куртку из машины заберу.       — Ребят, Люси с нами идёт.       Хартфелия взяла свою неизменную (Авт.: просто до гроба несчастную-ненастную-чёрную-охрененную-классную-суперскую-любимую-обожаемую) кожанку и закрыла машину на ключ.       Прогуливаясь по парку, они забрели в самое сказочное место в Токио — на Радужный мост. Красивое место для того, чтобы гулять ночью. Мост оснащён радужным светом, который и отражается в воде.       Люси облокотилась о перила. Сюда она забрела два года назад и встретила Леви. Девушка плакала.

В этом городе я знаю пути. Знаю тех, кто мне мешает идти… Каждый шаг, каждый миг По кольцу и в час пик…

      Люси тогда спросила её, что случилось, на что та ответила, что ей очень плохо. Тогда Люси присела на корточки напротив неё и сказала: «Меня никогда не любил отец, они с матерью развелись. Я сбежала из дома. Я живу одна, и никого у меня нет, даже друзей. У меня нет парня, и я в нём не нуждаюсь. И я живу и не реву. Поднимайся!» — Люси протянула ей руку. Леви ухватилась за неё и встала, вытерев слёзы тыльной стороной ладоней. — «Пойдём, угощу мороженым».

В этом городе не каждый герой, Кто не первый, тот уже не второй! Каждый груб, каждый смел. Опоздал. Не успел.

      Люси отвела её домой и вернулась к мосту. Она стояла и думала о Леви. После всех мыслей, бросив лепесток сакуры в воду, она зашагала прочь…       Сейчас она с улыбкой вспоминает тот день.       — Знаешь, знаешь, знаешь, ты не первый такой, Кто хочет всё и сразу, только унести бы с собой! Ты видишь только то, что хочешь видеть, а за спиной Все говорят, а ты не слышишь-слышишь… — тихо пропела Люси под нос.       — В этом городе мы только на час, Остальное не зависит от нас: Повезёт или нет? Иль обратный билет? — поддержала её Леви, тоже вспоминая день их знакомства…