Тайная игра

В тот день Чарли остановила свой автомобиль у дома и выскочила из салона в насквозь промокшей одежде; осенний дождь не прекращался весь день и теперь освещался оранжевой дымкой уличного освещения тихой маленькой улочки с выстроенными в ряд домами, возле которых струился поток машин. Соседи уже давно разошлись по домам. Какой-то грузовичок проехал слишком близко, едва ли не облив её струями грязи из-под колес. Чарли вильнула в сторону. По ступенькам она поднялась к дому и, прежде чем открыть дверь, снова оглянулась на тихую и безмолвную улочку с припаркованными автомобилями. Когда три года назад она переехала сюда, здесь был захудалый райончик, заселённый в основном пожилыми людьми. И, хотя с того момента изменилась лишь пара жителей, этот район был всё ещё спокойным и тихим, вдали от порта, но с чистым морских воздухом и зеленью вокруг. Идеальное место для жизни. Прежде чем отвести взгляд, Чарли увидела чуть подальше от дома припаркованную машину Йена и разволновалась. До сих пор она торопилась встретиться с ним каждый вечер, торопилась так же сильно, как и два года назад, когда она была здесь совсем одна, и они только что познакомились, а порой казалось, что ещё сильнее. Словно школьница. И, хотя Чарли никогда не отличалась мягким характером, размолвки и бытовые ссоры не уничтожили её любовь и надежду на тихую жизнь. Ведь так хотелось начать всё заново в этом тихом городке на восточном побережье под названием Сэнт-Эндрюс. Восточная часть Шотландии, низменная и равнинная, живописная, с зелеными холмами и пологими склонами, бескрайним морем, вид которого всегда поднимал Чарли настроение. И даже несмотря на то что солнечных дней в этом месте была всего лишь пара, на смену которым всегда приходили густые холодные туманы, из-за которых не видно даже пальцев собственной руки, всё это никак не отбирало надежду на светлое и счастливое будущее. Чарли, отперев входную дверь, закрыла её за собой, в последний раз взглянув на мокрую мостовую от дождя, которая блестела, словно глянец. Она закрыла за собой дверь и крикнула: — Есть кто дома? — Привет! — отозвался Йен с кухни. Чарли стряхнула воду с волос, стащила вишневое пальто, швырнула его на перила лестницы и мельком взглянула в зеркало, быстро поправляя растрепавшиеся волосы. Некогда туго стянутые в хвост волосы спутались и торчали, вдобавок — размазалась тушь. С решительным выражением лица Чарли потёрла щёки, а потом пальцами расчесала волосы и, отойдя на шаг, поправила рабочий мундир: чёрный классический костюм с голубой рубашкой. Она прошла по коридору на кухню к Йену. В тёмной и уютной кухне, освещённой лампой, склонившийся над столом Йен в фартуке сервировал стол. Он поднял голову и улыбнулся. — Привет, — мягко, стараясь скрыть усталость, произнесла Чарли. Поверх голубой рубашки на нём был серый пуловер с круглым вырезом. — Прости, что задержалась, — сказала она, подходя и целуя его в щёку. Он снова улыбнулся. У Йена был открытый спокойный характер, он редко выплескивал на других своё мрачное настроение. Она смотрела на него и, присев за стол, потянула руки к бутылке минеральной воды. — Как прошёл день? — поинтересовался Йен. — Как обычно, ничего достойного криминального шоу, — улыбнулась Чарли и, отломив кусочек хлеба, сунула его в рот, затем спросила: — А как прошёл день у тебя? — Нормально. Послезавтра везу детей в Эдинбург в зоопарк, — пожимая плечами, ответил Йен и снова улыбнулся, возвращаясь к плите, чтобы взять сковороду. — Послезавтра? — спросила Чарли, и по выражению её лица Йен понял, что что-то забыл. Чарли решила не томить и выложила сразу же: — Но у нас назначена встреча с доктором. Накладывая еду, Йен с мгновение смотрел на жену и, опустившись на колени, нежно прильнул, обхватив ноги жены, и улыбнулся. – Знаю, поэтому и перенёс встречу на завтра, ты ведь не против? Он положил руку ей на живот. Она пожала плечами с легкой улыбкой. — Я согласна, а что сказала доктор Макдональд? — Ну, получая тридцать фунтов стерлингов за приём, она, конечно, согласна перенести его. Чарли улыбнулась и хотела было прильнуть к губам мужа, как он тут же отстранился от неё: — Господи, да ты промокла! — Прогноз обещал солнечный день. — Ты ведь была на машине. — Да, это так, но потом у меня спустило колесо. — Ты ведь помнишь, что переизбыток физических упражнений способствует бесплодию, — с укором произнёс Йен, качая головой и снова указав на живот, добавил более серьезно: — Я бы вообще исключил подобные нагрузки, если хочешь знать. Уж тем более замену колеса. Не геройствуй. За окном прошумела машина. Чарли взяла в руки вилку и, постучав по тарелке, вдруг отложила её обратно. — Я не голодна, — виновато произнесла Чарли. — Я бы приняла душ и легла спать. Заметивший упадок настроение жены Йен спокойно пожал плечами и, вздохнув, постарался улыбнуться ободряюще. — Хорошо. Уберу со стола и поднимусь, ты дождешься меня? — Йен, я устала, не думаю, что сегодня я смогу... Он покачал головой. — Не занимаясь сексом, нельзя ведь сделать ребёнка. Чарли молчала. Обсуждать-то нечего. Вот уже год как у них одни научные эксперименты и никакой сексуальной жизни. Она встала и подошла, снова поцеловав его. Йен тут же смягчился и, обняв жену, погладил по голове, заглядывая в глаза. — Дорогая, все говорят, что ты не беременеешь, потому что слишком много и напряжённо работаешь. Он стиснул её руку. — Знаю, — вздохнула Чарли. — Но я и так оставила много дел. Я только и делаю, что перебираю отчёты, и ничего больше. Йен притянул Чарли ближе и поцеловал её. Капелька дождевой воды упала на щеку, но он этого не заметил. Чарли обнимала его крепче, отчего Йен вновь почувствовал себя виноватым. Ему следовало быть терпеливым и понимающим, сочувствующим и заботливым и не заводить разговор о её работе. — Выспись, как следует, хорошо? — улыбнулся Йен и провёл рукой по волосам жены. — Завтра будет долгий день. Она кивнула и посмотрела на их свадебную фотографию, которая стояла на полке. Они такие счастливые и красивые, что поверить трудно, как работа и дом изматывают такие молодые и привлекательные лица. – Хорошо, – напоследок целуя мужчину, ответила девушка. – Буду ждать тебя в спальне. Чарли поднялась в ванную. Когда она, повернув краны, пустила воду, по какой-то непонятной причине её впервые за долгое время пребывания в этом маленьком городке охватила тревога.