Тайная игра

Когда утром Чарли спустилась из спальни, Йен, закрыв окно, уже вернулся к раковине, не торопясь взял тарелку и начал тщательно её ополаскивать. Чарли с мгновение топталась у самого входа на кухню, смотря, как муж справляется с хозяйством: стряхивал капельки воды и устанавливал посуду на подставку, а затем, вернувшись к кастрюле со спагетти, накрыл её крышкой. Наконец почувствовав, что за ним кто-то наблюдает, Йен обернулся, но получилось это немного резко, отчего Чарли дрогнула. Губы мужчины растянулись в лёгкой улыбке. – Доброе утро. Когда Чарли увидела лицо Йена, то ужаснулась. Застывший взгляд, расширенные зрачки. Кожа бледная, глаза красные, словно не спал. — Господи, снова мигрень? — спросила Чарли, подходя к мужу. — Скорей всего, — сказал он, пытаясь улыбнуться. — Как поспала? — Выспалась, — довольно произнесла девушка и встала к шкафчику, начиная что-то искать. — Когда я устаю, сон всегда приходит вовремя. А что у нас на завтрак? — Спагетти, — опираясь на стол, сказал Йен, следя за движениями жены. Прежде чем снова заговорить, она протянула ему две таблетки ибупрофена и стакан воды. Йен с мгновение смотрел на руки Чарли, а затем медленно принял таблетки и воду. Чарли следила за ним, словно за ребенком, который заболел и теперь не хочет принимать лекарство. Состроив страдальческую гримасу, Йен проглотил таблетки и увидел, что Чарли довольно улыбается. — Садись, а я поухаживаю, — натягивая фартук, произнесла Чарли и снова улыбнулась, оборачиваясь к мужчине. — Не часто я это делаю, верно? — Если бы ты меньше работала, то, возможно, твои кулинарные шедевры я бы пробовал чаще. Чарли молча подошла к плите и зачерпнула из кастрюли полную ложку соуса. Удовлетворенно улыбнулась сама себе, но старательно перевела тему. Йен замолк, смотря в спину жене. Она с улыбкой протянула тарелку мужу, целуя его в щёку. Завтрак проходил в молчании. Йен читал газету, Чарли просматривала новостную ленту в Твиттере до тех пор, пока мужчина не поднялся с места. Он молча собрал грязные тарелки и начал их мыть. Чарли слабо улыбнулась. Ей всегда нравилась эта педантичная натура Йена. Всегда чисто, убрано, в доме царит настоящий уют, и порой ей бывает стыдно, что она не такая, как он. Порой разбрасывает вещи, забывает вынести мусор, а, когда одна, в их с Йеном спальне творится настоящий бедлам, словно она подросток. Но, к счастью, муж всегда отличался терпимостью и ещё ни разу не упрекнул её за беспорядок. Чарли обняла его со спины, и Йен, отключив воду, медленно развернулся к ней, смотря сверху вниз на жену. Он на целых пять дюймов выше её ростом, и это рождает в ней странное чувство робости, словно она на время превращается в ребёнка. Он поцеловал её в макушку, и она медленно закрыла глаза. — Не хочешь пойти полежать немного? Мы успеем на прием, — произнесла тихо Чарли. — Да ничего, скоро пройдет, — в тон ответил Йен, гладя её ладонями по спине. — Тогда я пойду переоденусь. Прежде чем отстраниться, он провёл рукой по каштановым волосам, по щеке, и Чарли прижалась к его ладони. Но спустя мгновение Йен мягко оттолкнул её. — Давай, — сказал он. — Я буду ждать тебя в машине. Спустя некоторое время, когда Чарли выходила из дома, она оглянулась вокруг. Маленький город просыпался, снова оживая. Мимо их дома прошёл мужчина, чья собака мягко ступала с ним рядом, отчаянно вертя хвостом. Когда раздалось шуршание шин по гравию подъездной дорожки, Чарли взглянула в сторону шума. Где-то рядом послышался щелчок замка закрывающейся дверцы, приглушенный голос соседа Сэма и громкий голос его жены Эллы. Вот Чарли наблюдает за тем, как они выходят из дома и Элла что-то говорит, жестикулируя: — Ты чем, интересно, слушал? Сэм обратил внимание на Чарли, которая с добрых двадцать секунд пялится на них. От этого взгляда стало немного не по себе. С её профессией любой взгляд дольше чем на пару секунд выглядит настораживающим. Чарли попыталась улыбнуться соседям как можно дружелюбнее. — Привет, Чарли! Чарли помахала рукой и быстро спустилась по ступенькам к машине. Йен снова улыбнулся. — Готова? — спросил он, и у Чарли вновь появилось странное чувство внутри. Уже в клинике, когда Чарли открыла дверь, Йен, держа её за руку, решительно следовал за ней. Люди, сидевшие креслах из белой искусственной кожи, смотрели поверх своих утренних газет и журналов и почти не переговаривались. Семейные парочки, мужья и жены, молодые и не очень, с обеспокоенными или напряженными лицами, дожидающиеся своей очереди, и все, как и они с Йеном, полны надежд. Пройдя по стерильному коридору, освященному люминесцентными лампами, Чарли постучала в дверь. — Войдите. Когда они вошли, Чарли и Йен увидели не очень молодую женщину, лет сорока пяти, в белом халате, на котором висел бейдж, где значилось имя – доктор Макдональд. У неё были длинные седые волосы и весьма приветливый вид. Чарли мягко улыбнулась, сильнее сжав руку мужа. Доктор, всё это время записывающая что-то в блокнот, наконец обратила на них внимание и улыбнулась, жестом приглашая их присесть на кресла. — Доброго утра, — сказала она, доставая их карты. — Ну что ж, вам повезло, что анализы уже готовы. Давайте-ка посмотрим. — Доктор начала листать карту, — Итак, миссис Уилкерсон... От официального обращения Чарли напряглась. — Ну что ж, выглядит весьма неплохо, — сказала доктор мягким голосом. — Анализы стали заметно лучше, но, для того чтобы прояснить полную картину, нужно обследовать и вашего супруга. Верно, мистер Уилкерсон? Он смущённо кивнул в ответ. И, когда доктор испытующе посмотрела на него, он со вздохом наклонился к своей сумке и, вытащив оттуда голубую банку, протянул её доктору. Пока та держала в руках принесенный ей анализ, Йен опустил голову с пылающими щеками, смотря себе на чищенные ботинки. — Вы направили сюда первую струю? — отставляя банку и доставая маркер, спросила доктора так просто и беззаботно, словно спрашивала о погоде. Не успел Йен ответить, всё ещё смущенно смотря по сторонам, как доктор Макдональд оценивающе посмотрела на него краем глаза, подписывая в этот момент банку. — О, да не смущайтесь, это простая процедура. К тому же, этого должно хватить, чтобы не только провести анализ, но ещё и оплодотворить половину Эдинбурга. Весьма неплохо. И, хотя доктор старалась приободрить пару, своим комментарием она вызвала ещё большее смущение у обоих, словно говорила о сексе с подростками. Они вышли из клиники, и, когда оказались в машине, чтобы направиться на свои работы, у Чарли зазвонил телефон. Он издал три последовательные трели, прежде чем она ответила на звонок. — Детектив Уилкерсон, — ответила она деловитым тоном. Йен поднял брови; он наблюдал за тем, как лицо его жены меняется с каждой секундой, проведённой за разговором по телефону, и наконец, когда та отложила трубку, он решился спросить: — Что-то случилось? — Звонил Скотт, спросил, не у нас ли Анна. Кажется, она не ночевала дома. Йен пожал плечами. — Они поругались? — Пока не знаю, может быть, он не видел, как она вернулась, а утром не видел, как она ушла? — Бред какой-то! — усмехнулся Йен и, заводя машину, спросил спустя пару секунд: — И что, поедешь её искать? — Попытка не пытка. Некоторое время они сидели молча. — Надеюсь, что она просто на работе, — вдруг сказала Чарли и посмотрела на Йена. — Если бы они поругались, она бы пошла к нам, так что, думаю, всё в порядке. На это мужчина лишь посмотрел на дорогу, а затем, переведя взгляд на жену, мягко улыбнулся. — Думаю, с ней всё хорошо. Они ведь не в первый раз ругаются, верно? Подумаешь, повздорили, с кем не бывает. В ответ на улыбку мужа улыбнулась и Чарли. Она откинулась на сидение и, вздохнув, закрыла глаза. Есть ещё немного времени отдохнуть, прежде чем она вернётся на работу.