Пушкаревы
11 января 2016 г., 15:47
— Андрюша, мне нужно уезжать. Я должна, наконец, повидаться с родителями.
— Ты никак не можешь остаться?
— Нет, милый.
— Тогда собирайся, я тебя отвезу. Хорошо, что Саша дома. И нужно будет заехать в одно место.
Они заехали в цветочный магазин и Андрей купил два букета. Один, составленный из красных глориоз и белых аквилегий, тут же подарил Катюше. Другой — торжественный и немного помпезный, огромный букет темно-бордовых бархатных роз, положил на заднее сиденье. Катя даже призадумалась, а кому это Андрюша купил второй букет. Но потом решила, что лучше наслаждаться своим подарком, чем думать о чужом. Ведь ей впервые в жизни дарили цветы.
— Все, Андрюшенька, до завтра. Встретимся на работе, — Катя потянулась, чтобы поцеловать Андрея, но он подачи не принял, достал букет и тоже начал выходить из машины. — Ты куда собрался? — с замиранием сердца спросила Катюша.
— К твоим родителям. Я же порядочный человек, должен познакомиться с твоими родителями, посмотреть из какой ты семьи, ну… и так далее.
— Андрей, ты что задумал? Мы не можем сейчас. Вспомни о деле.
— Я все помню, Катенька, пошли.
Катя открыла дверь своим ключом и родители вышли в прихожую из кухни. Картина, открывшаяся им, заставила Елену Александровну взяться за телефон, чтобы вызвать милицию. В прихожей стояли парень с девушкой, оба с букетами цветов. Парень был очень прилично одет, девица же была похожа на уличного хулигана. Но самое странное было в том, что они как-то попали в дом Пушкаревых и вели себя по-хозяйски. Девица, например, сбросила туфли и начала надевать Катенькины тапочки.
— Молодые люди, вы не ошиблись дверью? — Спросила Елена Александровна дрожащим голосом, еще крепче сжимая в руках телефон.
— Нет, мамочка, не ошиблись, — голосом Кати сказала гопница, — Андрей, познакомься. Это моя любимая мама, Елена Александровна.
— Очень приятно, — сказал Андрей, протягивая букет Катиной маме. Букет она приняла, однако и телефон не поставила. То, что стояло перед ней, не могло быть Катей по определению. Ровные белые зубки, красивые очки, вся такая ладненькая и красивая девочка, хоть и оборванка. Да ее Катенька никогда даже не примерила бы эту рвань.
Валерий Сергеевич, отец Кати не просто молчал, он молчал многозначительно, постепенно закипая, как чайник с поздним зажиганием. Это не может быть его скромной, милой девочкой, да еще и с парнем пришла!
— А это мой папа, Валерий Сергеевич. Папа, а это Андрюша.
— Здравствуйте, Валерий Сергеевич, — однако чайник уже вскипел.
— Какой я тебе Валерий Сергеевич? Ты кто вообще? А кто эта оборванка?
— Папа, успокойся, я тебе все сейчас объясню.
— Объяснит она мне! Раньше надо было объяснять. Так вот у какой подруги ты ночевала? А вы, молодой человек, как вам не стыдно разгуливать с девицей, когда она в таком виде. Катя, немедленно ступай к себе, переоденься во что-то приличное. И только потом я, может быть, тебя выслушаю.
Не говоря больше ни слова, Катя пошла к себе, а когда она вышла из своей комнаты через пять минут в своем обычном наряде, на кухне был слышен веселый смех отца. «Вот это темпы, — подумала Катя, — мне никогда не удавалось утихомирить его так быстро».
— Ну, теперь мне можно к вам присоединиться? — Спросила Катюша, показывая на свой убогий мешковатый наряд.
— Ладно, Катюха, не злись. Андрей нам все объяснил, — Кате тоже хотелось бы узнать версию Андрея, но это было невозможно.
У мамы глаза были в слезах, а папа наливал водочку в рюмки, и видно уже не первую.
— Мама, ты чего плачешь? Папа, прекрати спаивать Андрея, ему еще за руль садиться.
— Катенька, я рассказал твоим родителям, как мы познакомились. Как Даша признала в тебе маму и связала нас с тобой навсегда. Вот мама твоя и расстрогалась до слёз, а папа решил выпить за внучку. Сейчас покажу, — это он говорил уже Елене Александровне, доставая фотографию Дашки из портмоне.
— Какая красавица, какая милая девочка. Андрюша, а ты привози ее к нам. Я и присмотрю за ней и пирожки мы с ней сделаем. Я так всегда о внуках мечтала. Думала, что никогда у меня не будет этой радости, — Елена Александровна совсем раскисла.
— Что здесь происходит? Мама, папа, остановитесь. Мы совершенно не собираемся с Андреем жениться. По крайней мере пока. Андрей, что все это значит?
— Как не собираетесь? А Андрей нам сказал, что вы собираетесь.
— Ты так налетел на него, что он еще и не то сказать мог. Мне он, по крайней мере, никакого предложения не делал. А если бы сделал, то все на что я согласилась бы, так это на то, чтобы вернуться к этому разговору через год. И вообще, родители, давайте мы во всем сами разберемся, а потом все-все вам доложим. Ладно?
— Не ладно, Катя! Я не хочу, чтобы Даша и дальше росла без матери. Я хочу, чтобы и у нас с тобой были дети. Я хочу засыпать и просыпаться с тобой. И не через год, а уже сегодня.
— Андрей, пожалуйста, давай с утра сходим к юристам, все выясним, потом соберемся в твоем доме, я приглашу Кольку. Мы вместе все обсудим и решим. Андрей, ты меня слышишь? Если все провалится из-за меня, ты никогда меня потом не простишь.
Они словно забыли, что они не одни. Катины родители недоуменно смотрели то на одного, то на другого, но пока молчали.
— Хорошо, Катенька, ты только скажи, другой причины для отказа нет?
— А я тебе и сейчас не отказываю. Я только говорю, что все нужно сделать по-уму. Вначале все выясним, а потом уже будем решать. Родители, считайте нас женихом и невестой. Но это большой секрет. Не стоит пока никому рассказывать. Договорились? И еще. Папа, как бы ты не был против, я больше не буду носить эти старомодные вещи. Я изменилась, и мне это нравится. Андрюшенька, я очень устала. Давай до завтра, а? У меня сегодня есть еще кое-какая работа.
— Катенька, как тебе не стыдно выгонять гостей?
— А он не гость, он жених, — засмеялась Катя.
— Андрюша, вот, возьми пирожков в на дорожку. А Дашенька с чем пирожки любит? Я вот тут ей завернула разных. Пусть кушает.
Андрей ушел, и Катя знала, что сейчас начнется, но у нее не было сил на разговоры. К тому же ей сегодня еще предстояло взломать некоторые базы данных некоторых учреждений.
— Катя, мы, как твои родители должны знать, — начал папа.
— Родители, миленькие, пощадите. Я очень устала и очень хочу спать. Давайте отложим все разговоры на завтра. Пожалуйста.
Катя ушла к себе, а на кухне семьи Пушкаревых еще долго горел свет. Елена Александровна и Валерий Сергеевич обсуждали случившееся. Андрей им обоим понравился, а от Дашеньки, так они и вовсе разомлели. Но непонятное поведение Кати выбило из колеи этих замечательных, искренних, но очень простых людей, для которых белое — это всегда белое, без оттенков, ну, а черное, так оно вообще оттенков не имеет.
***
Пока Катя взламывала пароли и скачивала необходимую ей информацию, в квартире у Киры шло совещание. — Саша, мы не можем этого сделать. По уставу фирмы не можем. Перечитай дополнительные соглашения и ты поймешь, что разделить компанию можно будет только через год, только через год, после прихода нового президента. А для смещения необходимы очень веские причины. У тебя они есть? — Сашка помотал головой. — Вот! И у меня их нет. Разрыв помолвки — это не причина, для созыва совета директоров. Я буду следить за каждым его шагом. Но пока мы ничего сделать не можем. — Кира, нужно как-то подружиться с этой Пушкаревой. Возможно нам удастся через нее что-нибудь сделать. Попробуем ее подкупить. Не получится, так я даже готов приударить за ней. Этот крокодил будет рад, что на нее хоть кто-то внимание обратил. — Нет, Саша, только не это. Во-первых, она уже далеко не крокодил, а во-вторых, не дай Бог ты не сдержишься. И тогда все, тюрьма. А вот подкупить попробовать можно.
