Дневник из пыльного чулана

Любит Алиса фрукты и сладкий сок, Яблоки, вишню, клюкву и пироги; Любит Алиса пробовать пряный грог И представлять себя лучшей из всех богинь; Может напялить на кролика старый фрак, Всунуть в пушистые лапы свои часы И умолять: «Ну давай же, скажи "тик-так"» − И, не дождавшись, подёргать его усы. Любит Алиса в чаще найти нору, Жирную рыхлую землю разбередить И, покидав туда листьев, корней, кору, Спрятаться там ото всех и про всё забыть. Любит представить: он в комнату входит к ней В шляпе цветастой; плещется в чашке чай; Бархатным голосом он предлагает: «Пей!» − Бархатным рыком он молит её: «Летай!» Тётки Алисы, сёстры и даже мать Шепчутся тихо: «Боже ж, сошла с ума! Может, пора её доктору показать? Может, он вырвет её из дурного сна?» Так и решили − девчонку пора менять! И запретили Алисе собою быть. Ей приходилось родным очень много врать, Чтоб хоть частичку души своей сохранить. Годы летят, а Алиса всё так же врёт, «Нет, я не вижу кроликов в сюртуках! Шляпник за мной не приходит и не придёт; Нет страшных снов об отрубленных головах! Нет, извините, от чая я откажусь − Я не люблю его, знаете, с малых лет! О, фехтовать я давно уже не учусь, Вышивки крестиком лучше на свете нет!» Только ночами Алиса глядит в окно, В эту алмазно-жемчужную россыпь звёзд, И вспоминает: когда-то давным-давно Кролик с часами ей задал один вопрос: «Слушай, Алиса, а если настанет час Выбора между реальностью и мечтой? Выберешь ты сумасшедших, безумных нас? Или твой выбор падёт на тот мир гнилой?» Так до сих пор и не может решить она − То ли безумно счастливой в психушке жить, То ли очнуться от милого сердцу сна, Здравым рассудок до старости сохранить? «Как пролетят остальные мои года? Знаю, лишь выбор может мне дать ответ... Я отвечаю рассудку − конечно ... Я отвечаю безумству − конечно ...»