The Time She Couldn't

Следующие два дня она провела в постели, не желая общаться. Родители Маринетт уважали её уединение, лишь иногда приходя и молча сидя рядом. Никто не мог до конца понять, что она чувствует. Маринетт потеряла двух близких людей в течение нескольких секунд. Она держала их — его — в свои последние минуты. Последним, что она запомнила, была его улыбка и последние слова о ней. Как ей жить дальше после всего этого? Она спала, чтобы скрыться от своих мыслей. Было бы замечательно, если бы её Удача вернулась или что-то другое, но это была лишь дремота без сновидений. Возможно, если бы она спала дольше, всё стало бы лучше, говорила она себе. Или, возможно, она не проснётся снова. Честно говоря, второй вариант был заманчивым. Тогда ей не о чем было бы беспокоиться — если бы она просто перестала существовать.   Это была лишь мысль, всего лишь предположение. Тихий голос в глубине её сознания подсказывал, что, возможно, всё станет лучше, если она исчезнет. Однако, несмотря на своё отчаяние, она не могла заставить себя действовать. Тикки всегда была рядом, чтобы присматривать за ней, если Маринетт чувствовала, что готова совершить необдуманный поступок. На третий день после выписки из больницы состоялись похороны. Подготовка заняла у неё много времени. Даже простая процедура принятия душа казалась самой сложной задачей в мире. Маринетт чувствовала усталость, как физическую, так и эмоциональную. Мысль о том, что Адриан навсегда останется под землёй, вызывала у неё тошноту. Но как бы сильно ей ни было плохо, она должна была собраться. Она никогда не простит себя, если пропустит похороны.   По дороге туда всё, что она могла делать, — это смотреть на свою правую руку, где лежало серебряное кольцо. По словам Тикки, это было кольцо Адриана, с помощью которого он превращался в Кота Нуара. Она взяла его, чтобы Бражник не украл его. Реальность была такова, что Плагг должен был искать нового Кота Нуара, ведь так было заведено: когда супергерой исчезает, новый приходит ему на смену. Маринетт не могла представить, что будет работать с кем-то, кто не является Адрианом, не станет её Котом Нуаром. Но она также не могла отказаться от того, чтобы быть Ледибаг. Кладбище было полно охраны, так как Габриэль Агрест не хотел, чтобы пресса беспокоила похороны его сына. Маринетт не смела смотреть в глаза отцу Адриана. Она боялась, что он обвинит её в случившемся. А Мари не смогла бы смириться с этим, ведь она и так постоянно винит себя в этом наедине с собой.   Она увидела знакомые лица: Нино, который смотрел на неё с грустью и махал рукой. Хлоя, которая впервые в жизни выглядела так, будто действительно чувствовала что-то к кому-то другому. Аля тоже пришла, ни на секунду не оставляя Маринетт. Она ощущала, как все смотрят на неё, и это раздражало её. Это было не о ней. Речь шла об Адриане Агресте, прекрасном парне, который хотел защитить Париж. О том, кто любил флиртовать, подшучивать и придумывать глупые каламбуры про кошек. О прекрасном идиоте. О парне, который просто хотел, чтобы отец заметил его. О одиноком мальчике, который нашёл утешение в своём партнёре. Об удивительном, невероятном, заботливом, нежном, самоотверженном, прекрасном парне, который покинул их слишком рано. И Маринетт позаботится о том, чтобы все это знали. Адриан заслуживает того, чтобы его помнили таким, каким он был на самом деле. И он был всем этим и немногим больше.   Когда все ушли, Маринетт всё ещё стояла там, на её плече сидела Тикки, а рядом была верная Аля. — Как ты думаешь, Плагг хочет попрощаться? — тихо спросила Маринетт, положив кольцо на землю над могилой Адриана. Здесь покоится Адриан Агрест, защитник Парижа и спаситель всех нас. Мы благодарим тебя за твою храбрость и жертву, Кот Нуар. Из кольца появился маленький чёрный кот. Это была не первая встреча Маринетт с ним, она уже разговаривала с ним в своей спальне. Маленький квами шмыгнул носом.   — Я буду скучать по тебе. Никто не угощал меня таким вкусным сыром, как ты, Адриан, — пробормотал Плаг, нежно касаясь лапкой могилы. — Извини, я не хотел этого говорить, но это правда. Ты знаешь, что я имею в виду, Адриан. Я никогда не хотел, чтобы всё закончилось вот так, особенно для тебя. Ты заслуживал лучшего. Затем маленький квами взял кольцо и надел его на палец Маринетт, чтобы снова исчезнуть в нём. Ему требовалось время, чтобы прийти в себя, и Маринетт была готова дать ему столько, сколько нужно. Аля сказала, что пойдёт выпьет и скоро вернётся. Маринетт поблагодарила её за то, что она позволила ей побыть одной, и села рядом с могилой Адриана, наблюдая, как её подруга уходит. Она не могла говорить. Горло болело от слёз, лицо покраснело, а глаза опухли. Было так много всего, что хотелось сказать, но слова не шли с языка. В голове проносились тысячи мыслей, но не было слов, чтобы выразить всё, что она чувствовала. В конце концов, она просто расплакалась, обняв свои ноги и время от времени произнося «мне жаль». Она корила себя за глупость и эгоизм. Адриан не хотел бы видеть её такой. Вскоре вернулась Аля, принеся бутылку воды для подруги и пирожное для красного квами. Она села рядом с Маринетт и взглянула на небо, больше всего на свете желая, чтобы ее подруга скоро поправилась.