Кофе со вкусом твоих губ

Я так и не смогла заснуть. Боль от ударов Деймона не давала мне забыться ни на минуту. Было невыносимо больно даже вдохнуть, не то что пошевелиться. В голову юркими тенями пробирались самые разные мысли. Я думала о маме, о Кэролайн, об этом ужасном дне, таком же отвратительном и мерзком, как и предыдущие… Сколько времени мне предстоит ещё здесь находиться? До самой смерти?! Уверена, эти сволочи сделают так, что смерть для меня покажется высшей наградой, избавлением от адских мучений. Хотелось домой. Снова оказаться в своей маленькой, но уютной комнатке, лечь в свою кровать, закутавшись в тёплое одеяло, и тихо наслаждаться покоем и тишиной, до тех пор, пока мама не заглянет, чтобы пожелать спокойной ночи, при этом не забыв заботливо и так по-детски поцеловать в лоб. Как же сильно я скучаю по ней… Я никак не могла поверить в то, что я больше никогда не вернусь домой, не увижу маму, Кэролайн, своих одноклассников. Всё что меня окружало раньше вдруг показалось таким милым сердцу и родным. Счастье крылось в самых простых вещах, жаль, что раньше я не ценила этого. А теперь всё потеряла. Мне оставили лишь мою жалкую, истерзанную душу и не менее истерзанное тело, на котором уже нет живого места. Нет! Нельзя так думать! Я должна вернуться. Должна! Ради себя. Ради мамы. Ради всех тех, кому я дорога и кто дорог мне. Моя жизнь не может закончится в этом ужасном месте. Нужно только уловить подходящий момент, и убежать от этих омерзительных подонков, которые издевались надо мной просто так, ни за что. Будь проклят тот момент, когда я наткнулась на эту компанию бандитов! Не могу себе простить это глупое любопытство! Надо было уносить оттуда ноги! Побег. Это было моим единственным желанием. Моей целью. Из меня не успели выбить способность здраво рассуждать. Здесь прохладно и влажно, значит, это, должно быть, подвал какого-то дома. Судя по массивной железной двери, это очень большой дом, так как в подвалах обычных домов нет таких огромных дверей. Мою версию доказывает то, что люди, которые меня похитили, являются убийцами, а ни один преступник не станет прятать свою жертву в подвале обыкновенного дома. Слишком ненадежно. Скорее всего это какая-то заброшенная фабрика или что-то в этом роде. Чтобы выбраться отсюда, нужно хорошенько осмотреть место, где я нахожусь. Мало ли, найдётся что-нибудь полезное. Что мало вероятно, конечно. Но попытка — не пытка. Стараясь сдержать стоны от ноющей боли где-то в районе печени, я смогла встать с кровати. Минута потребовалась на то, чтобы подождать, пока легкое головокружение хоть немного утихнет. Да, они хорошо приложились! Ублюдки! Первым делом я стала осматривать стены и потолок. Подойдя к двери, я приложила ухо к холодному железу, пытаясь примерно определить толщину. Ничего не слышно. Дверь довольно плотная. Открыть её невозможно. Лишь с другой стороны. Нет абсолютно ничего! Придётся расчитывать на собственную хитрость и ловкость. Сил практически не осталось. Боль сопровождает каждое движение. Сильно сомневаюсь, что в таком положении я далеко убегу.

***

С каждым днём моё самочувствие всё ухудшалось. Сильный кашель буквально разрывал мои лёгкие. Слабость постоянно окутывала тело, болела голова. Поэтому, окончательно потеряв силы даже просто стоять, я снова прилегла на кровать, стараясь не думать о новой порции боли, которую я только что получила. Я уже готова была заснуть, но внезапно дверь открылась, издавая противный звук, и показался Стефан. На этот раз его лицо смягчилось, не было той суровости. Он присел рядом, с сочувствием глядя на меня. Грубый кашель снова вырвался из моей груди, что озадачило парня. Я лишь крепче обняла себя руками, закутываясь в обшарпанный плед, который ни капли не согревал. Он поднёс руку к моему лбу, проверяя температуру, и, кажется, результат ему не понравился. — Слабость чувствуешь? Голова часто кружится? — задумчиво спросил он. За время моего пребывания здесь, я успела заметить, что его чуть ли не основаная черта характера — молчаливость. Он всегда немногословен, говорит кратко и по делу, взвешивая каждое слово. — Постоянно, — выдыхаю я, морщась от колкой боли в боку. Стефан молча достаёт телефон и быстро набирает номер. Он сидел близко ко мне, поэтому я отчетливо слышала гудки. Кто-то поднял трубку. — Дей, спустись в подвал. Это срочно, — кратко сказал Стефан и, услышав положительный ответ, сбросил. — Может, тебя ещё что-то беспокоит? — уже не так серьёзно спросил он. — Ежедневные побои не ведут к хорошему самочувствию, знаешь ли… Ты, разве, врач? — поинтересовалась я, иначе откуда он столько знает о медицине. — Я учился на врача когда-то. Но потом бросил, так как отец настаивал на другой профессии, — ловко увильнул от ответа парень. Как только он договорил, в подвал зашёл Деймон. На нем был одет не костюм, как в прошлый раз, а темно синие джинсы и белоснежная свободная рубашка с закатанными до локтя рукавами. В руке он держал наполовину пустую бутылку из-под алкоголя. Сейчас, мне кажется, у него хорошее настроение. Это, несомненно, добрый знак. — Что же стряслось такого важного, что ты отвлёк меня от работы? — ухмыльнулся он, переведя хищный взгляд на меня. В его глазах плясали озорные бесенята, видимо, вызванные выпитым алкоголем. — Елена заболела. У неё сильный кашель и поднялась температура, — объяснил Стефан и выжидающе посмотрел на брюнета. — А от меня ты чего хочешь? — небрежно спросил он и сделал большой глоток из бутылки. — Чтобы я сутками дежурил у её постельки и кормил бульоном из ложечки?! — Ей нужно быть в тёплой, уютной обстановке, побольше питаться и ещё принимать некоторые лекарства, — сообщил Стефан, игнорируя неуместный сарказм Дэймона. — То есть ты предлагаешь переселить её отсюда в одну из комнат в доме? — он удивленно вскинул брови, поражаясь такой просьбе. Вот он, мой шанс выбраться отсюда! Я не могу его упустить! Стефан даже не подозревает, какую услугу мне оказывает. Господи, хоть бы всё получилось! Хоть бы Деймон смягчился и переселил меня. — Временно. Пока не выздоровеет. Она и так очень слаба, а болезнь может ещё больше усугубить ситуацию и, если бездействовать, то вдобавок привести к летальному исходу. Ты же сам говорил, что трупы нам не нужны. — А если она сбежит? — настроение Деймона было отнюдь не серьезным, а несколько заинтересованным, он с неким любопытством склонил голову на бок. А вот Стефан стал суровым, и с каждой секундой хмурился все больше и больше. Он прекрасно понимал, что ситуация более, чем серьёзная. — Как ты себе это представляешь?! Дей, она очень слаба. А после того, что ты ей устроил, ей даже пошевелиться трудно, не то что на ноги встать. Девчонка никуда не денется. Ты ей сладкую жизнь устроил! В который раз я становлюсь свидетельницей диалога, касающегося меня, в котором даже не имею права голоса, словно я третье лицо. Или даже просто тряпичная кукла, которой все вольны распоряжаться, как вздумается. Захотели, швырнули, попинали ногами… А захотели, разорвали на куски. — Ладно, — фыркнул он, — но если вдруг она только попытается сбежать, первым пулю в голову получишь ты, а потом уже она. Деймон грозно посмотрел на меня. Было видно невооружённым глазом, что он далеко не в восторге от этой затеи: — Зайди в мой кабинет и напиши название необходимых лекарств, а я пока отнесу нашу великомученицу в её новую комнату. Стефан недоверчиво посмотрел на босса, но всё-таки ничего не сказал и вышел. И вот мы снова с ним наедине. С Деймоном. Он подошёл к кровати. От него так и разило спиртным. Слегка опьяненный взгляд, самодовольная ухмылка. Шикарный мужчина, если бы не одно «но». Он убийца, бесчувственный убийца, которому самое место за решеткой. Но вместе с этим, он неописуемо красивый убийца, который манит к себе взгяд. Жаль, что под этой привлекательной оболочкой скрывается насквозь прогнившее сердце, которое вряд ли любило кого-то на своём веку. Мужчина наклонился, чтобы поставить практически пустую бутылку на пол. Все это время я лишь изучающе смотрела на него, пытаясь определить своё отношение к нему. Хотя тут и думать нечего! Он монстр, каких ещё поискать надо. Он бил меня! До полусмерти. И в его душе ничего даже не дрогнуло. Ничто не заставило его остановиться… Он просто чудовище! Но его дьявольски красивая внешность сводит с ума, опьяняет разум. Видимо я медленно слетаю с катушек в этих проклятых стенах, взаперти без свежего воздуха. Деймон прочистил горло и как-то странно посмотрел на меня. Дрожь буйной рекой пронеслась по телу, отчего я крепко сжала краешек шерстяного пледа и поёжилась. — Боишься меня? — он довольно улыбнулся, словно этого он и добивается. — Опасаюсь, — хриплым голосом ответила я. — Правильно делаешь, — таинственно сказал он и взял меня на руки. Голова начала кружиться. Я нехотя обхватила руками его шею. Его божественный запах проникал в легкие и заставлял расслабиться. Я чувствовала его довольную ухмылку, но продолжала прижиматься к нему. Меня знобило. Отчего я ещё сильнее жалась к его телу, ища тепла. Я напрочь позабыла о том, что думала минуту назад. Мысли вихрем покинули моё подсознание, которое было только радо избавиться от них. Он, наконец, доставил меня в мою новую тюрьму. Это был очень долгий путь, ибо дом казался огромным дворцом. Я ошиблась, это никая не фабрика, это жилой дом. Скорее даже, особняк. Я пыталась запомнить все повороты, но голова жутко кружилась и было просто невозможно это сделать. Веки тяжелели, и глаза закрывались. Теперь передо мной встала ещё одна проблема — нужно было выбраться от сюда, не заплутав в этом лабиринте, что, по сути, казалось неразрешимой задачей. Но я должна справиться. Должна выбраться отсюда. Деймон положил меня на большую кровать и навис сверху. — Эта комната находится рядом с моей, так что я услышу каждый твой вздох. Даже самый слабый шорох от меня не укроется, поняла?! Это на случай, если подумаешь сбежать, — угрожал он, переходя на шёпот. — Ну, или захочешь развлечься, если станет скучно. Не стесняйся! Я постаралась отодвинуться, но он крепко схватил меня за запястье, которое ещё не забыло его мёртвую хватку. Мои суставы отчаянно заскрипели. — Я предупредил, Елена. Только посмей! Клянусь, ты пожалеешь! И то, что было с тобой до этого, покажется тебе райским курортом. Разжав стальную хватку, он поправил ворот рубашки и чинно удалился. Было страшно. Но я не намерена сдаваться. Если есть шанс, им нужно обязательно воспользоваться. Это лучше, чем жалеть об упущенной возможности. Хуже уже быть не может. Устроившись поудобнее, я начала обдумывать план побега и ждать, когда особняк погрузится в немую тишину.