beati possidentes

      Ночь стоит тихая, прозрачная. В воздухе витают мелкие пылинки, подсвечиваемые лунным светом и кажется, что это сами звезды прилетели поближе глянуть на то, как я влачу свою никчемную жизнь. Сон не идет и я, хмурясь, дышу на заледеневшие пальцы, пытаясь отогреться. Неловко повозившись под шкурой, устраиваюсь поудобнее. Теперь мерзнут ноги. Черт же дернул подумать о том, что дров хватит до утра. Хоть сейчас тащись в лес за хворостиной. Выглядываю в окошко, из которого виднеются верхушки сосен, что трепетали от порывов зимнего ветра. Эх, бабка, на кого же ты оставила такую бестолковую бабу как я? Заслышав хруст снега снаружи, настороженно замираю и под соломой нашариваю тонкий серебряный клинок. Тихий стук по доскам. 2-1-2. Все ясно, очередной покупатель. Уныло кошусь на полупустую полку со снадобьями и молюсь, чтобы незнакомцу понадобилось что-то из имеющегося. В доме невыносимо воняет рыбой. Пытаясь выбраться из-под тяжеленной медвежьей шкуры, я неловко подвернула ногу, от чего ее тут же свело. Прикусив губу, я спрыгнула на ледяной липкий пол и прошлепала к двери, схватив по дороге почти догоревшую свечу. Если то, что нужно - есть дома, то я наконец смогу поесть впервые за четыре дня. Все запасы пожрали крысы, потому что кто-то забыл запереть дверь в хранилище. Да, этот кто-то - я. Осторожно приоткрываю дверь и одним глазком выглядываю на улицу.       - Чего тебе?       - Отравы сладкой флакон. Невольно кладу руку на живот и вздыхаю:       - Кончилась. Закрыть дверь мне не дали, резко просунув лезвие меча в щель.       - Мне. Нужна. Отрава. Испуганно гляжу на блестящую сталь и тяжело сглатываю. Да, Виви, ты влипла.       - Ну честно кончилась, - блею я, прижимаясь к заиндевевшей стене. Пару мгновений было тихо и я уж было обрадовалась тому, что посетитель ушел, как ловким взмахом меча этот гад перерубает держащую дверь цепочку. С визгом уношусь к постели, где я по дурости оставила клинок. Ну а что мне еще остается? только визжать и надеяться на то, что меня сегодня не убьют.       - Так, курица, я непонятно изъясняюсь? - послышалось из-за спины. Схватив клинок вспотевшими ладонями, порывисто оборачиваюсь и беспорядочно машу им, пытаясь хотя бы царапнуть незнакомца, без приглашения вломившегося в мой дом. Страшно-страшно-страшно. Нереально страшно - носиться вокруг собственной постели с клинком в обнимку, убегая от какого-то лохматого чудовища. Делая уже круг десятый, спотыкаюсь о сапог и падаю прямо под ноги тому, кто сейчас скорее всего меня и прикончит. Ну и ладно, без денег я бы все равно к концу зимы померла. Бессильно распластавшись на полу, гляжу вверх и натыкаюсь на веселый взгляд. Чего? Он еще и смеется? Буквально пару мгновений в зеленых глазах сияли искорки веселья, которые потом сменились угрожающим блеском.       - Ну у меня правда ничего нет, - тихо шепчу я, ладонями размазывая по щекам слезы. Взгляд незнакомца немного смягчился.       - Тогда свари. - Он подает мне руку, облаченную в черную кожу и помогает подняться. Стыдливо поправив задравшуюся юбку, беспомощно всхлипываю и пожимаю плечами.       - Ингредиентов нет, кончилось все, - я рукой обвожу веревки, висевшие над печью. - Можете к соседнему дому дойти, у нее тоже неплохие отравы есть.       - Мне нужна именно твоя. Не зная, как ответить, чтобы не рассердить незнакомца, я молчу. Пока еще живая - разглядываю посетителя. Из-под мехового башлыка виднеются только светлые пряди с налипшим на них снегом и яркие зеленые глаза. Нижняя часть лица была скрыта под черным воротником.       - Чего молчишь? - грубо одернули меня.       - Понимаете... - тяну я, - я не смогу сварить зелье без нужных трав. Некоторые, конечно, можно купить, но в городе, куда я в жизни пешком не дойду. И самая нужная растет только в середине лета. Без нее ничего не выйдет. Поджав пальцы на ногах, я поежилась. Из-за распахнутой двери в дом намело снега, а буйный ветер окончательно затушил и так едва тлевшие угольки в печи. Холодно. Стащила с постели тяжелый тулуп и напялила на себя под пристальный травяной взгляд.       - Из-за вас стало очень холодно, - обиженно отвечаю я на немой вопрос и натягиваю на ноги сапоги. Носом зарывшись в грубый мех, в мертвой тишине прошлепала к двери и прикрыла ее, пинками спихивая снег наружу. В таком же молчании незнакомец протягивает мне кожаную флягу и кивает головой, скидывая капюшон. Непонимающе хмурюсь и склоняю голову к плечу. Раздраженно вздохнув, человек рукой отодвигает ворот и приказывает:       - Пей. Женщина... В полутьме я сначала даже не смогла понять, что передо мной, черт побери, женщина! Такая же как я, только старше. Невольно охаю и удивленно таращусь на нее. Баба и с мечом... да еще каким.       - Чего уставилась? Пей, я сказала. Какая-то жидкость, пахнет горько. Недоверчиво покосившись на нее, уточняю:       - Там точно не яд? Она устало потирает лицо ладонями и отвечает:       - Стала бы я тратить его на столь убогое существо как ты? Вполне справедливо, думаю я, и припадаю к горлышку больше от любопытства, чем от желания попить. Меня будто огнем полоснуло изнутри! Поморщившись, я начинаю упорно отплевываться под хриплый смех незнакомки.       - Что за дьявольское пойло ты мне подсунула?       - Всего лишь вино, - отвечает она и делает пару больших глотков, - помогает согреться, правда? Чувствуя, что живот мой полыхает адским пламенем, согласно киваю. На самом деле стало гораздо теплее, только вот, сделав еще пару глотков, я начала странно хихикать и беспокойно дрыгать ногами.       - Так что там насчет зелья? Где травы купить можно? Пытаясь сфокусироваться и собрать разбегающиеся мысли, спрыгиваю с постели и чуть пошатываясь бреду к старому столу покойной бабки.       - Тут где-то было, - бросаю через плечо, зажигая свечу. Сколько тетрадей, сколько бумаги. Пытаюсь собрать разъезжающиеся глаза в кучу и громко хлопаю себя по лбу, вспоминая, как бабка перед смертью все важное к чертям спалила.       - Ты чего? Не отвечаю, сосредоточенно кусаю губы. В памяти пролетают обрывочные воспоминания, как мы со старухой тащимся на другой конец света к ее престарелой вонючей сестрице за той чудо-травой. Зельевары - отшельники, а еще очень злобные. Поэтому я очень хорошо запомнила, как меня отхлестали крапивой по ляжкам за то, что пыталась подружиться с соседским мальчишкой. Печально вздыхаю, выбора нет, жрать-то хочется... Еще б та бабка живой была, вот тогда хоть в пляс.       - Лошадь есть? - бросаю через плечо.       - Есть, - чуть помедлив отвечает девушка, - а что, далеко нужно?       - Весьма...       - Тогда собирай пожитки, сейчас и выдвигаемся. - С готовностью ответила она, подхватывая себя поясом. Умоляюще смотрю на незванную гостью и с надеждой перевожу взгляд на кровать.       - Можно с утра?..       - Нет, - жестко отрезала кикимора, всем видом давая понять, что возражений она не терпит. Уныло вздыхаю, пока собираюсь, тем самым раздражая ее. Закинув в сумку оставшиеся бутыльки, пару вещей на смену и некоторую бабкину писанину на пару с тонким клинком, набрасываю под тулуп на себя сразу две накидки. На вопросительный взгляд вздорно отвечаю:       - Мне будет холодно! И очень скоро я стояла у лошади, не зная, с какой стороны к ней подступиться.       - Ты чего медлишь? - нетерпеливо поторопила меня девушка.       - Вместо того, чтобы упрекать меня, лучше бы помогла! - нагло отвечаю я, глядя прямо в глаза. Ни слова не говоря, меня хватают за капюшон и буквально закидывают на спину гнедой.       - И чтоб не ворчала мне, у меня и кнут имеется. - Предупреждает меня всадница, срываясь с места.