Сатаны цветок

Сатаны цветок расцветает вновь, В пламени возмездия сгорая. Рай его разрушен и растоптаны цветы, Сломаны все куклы и разбиты все мечты.

      Это был ужасный осенний день. На улице было холодно, и лил сильный ледяной дождь. По дорогам ездили машины. Сегодня их было куда меньше чем обычно. Как, впрочем, и людей на улицах, но сегодня они спешили ещё больше. Никто не хотел мокнуть. Посреди улицы стояли две фигуры — обе мужские. Одна высокая, держала в руках большой чёрный зонт, вторая ниже просто стояла, немного запрокинув голову. Длинные белые волосы высокого мужчины были чуть мокрыми, а короткие золотые волосы парня были совершенно сухие, но это можно было объяснить тем, что в руках он держал только что снятую шапку. Странно, не так ли? — Твоё последнее желание… — в голосе явно звучит горечь. Неужели он жалеет? Почему? Смысл сейчас жалеть? Уже поздно… Хотя… Ведь он не виноват. Он ничего не смог сделать с его выбором… Но почему именно так? Зачем? Зачем ему душа любимого? — Обними меня… — как ему сейчас хотелось, чтобы это была шутка… Или ошибка… Или непонимание… Да что угодно, только не правда! — Это желание — подарок Смерти… Ты можешь разорвать контракт… — «И сохранить себе жизнь!» — мысленно добавил он. Взгляд собеседника спокоен и устремлён в пол… Только губы подрагивают. Золотая чёлка спадает на голубые глаза… — Я знаю… Но прошу, просто обними меня! — он сам этого хочет… Хочет обнять, коснуться губами лба… Взъерошить золотые волосы… Но нельзя! Ведь тогда… Тогда всё закончится… Навсегда! Он выполнил свою часть договора, осталось совсем чуть-чуть… Забрать жизнь… Но почему он не может этого сделать? Потому что любит… Любит больше всего на свете! Любит эти короткие золотые волосы, наивные голубые глаза, этот родной и любимый запах вишни… — Разорви контракт! — рявкнул в ответ он, хватая собеседника за плечи. Впервые за весь разговор златовласый поднимает взгляд, встречаясь им с кроваво-красными глазами Демона. В голубых глазах блондина мелькает что-то неуловимое… Страх? Неужели он боится? Ничего не боялся… Не боялся, когда его пытались убить Демонессы, не боялся, когда вставал на защиту Демона от Ангела… Не боялся… А тут вдруг испугался. И кого? Того, кто не в состоянии не то, что причинить вред, а просто чуть сильнее сжать руки на таких хрупких плечах. — Я не могу… — шепчет, отводя взгляд. Ложь! Может! Ещё как может… Вопрос в том хочет ли? Конечно, хочет! Все люди дорожат жизнью! Но он не все… Демон ещё никогда не встречал более чистой и открытой души. Если даже Ангел не смог коснуться этого златовласого мальчишки, то смысл сравнивать его с другими людьми? Всем ведь ясно, что он другой… Колечко на безымянном пальце левой руки вдруг начинает нещадно жечь кожу, но мальчишка молчит, закусив губу. Понимает ведь, что Демон в ярости, но молчит… Хотя может сказать лишь одно слово, и Демон подчинится, успокоившись. — Почему? — Демон понимает, что уговаривать дальше бессмысленно, всё равно не выйдет. Мальчишка слишком серьёзен, чтобы отступиться. Проще понять… И попробовать что-то исправить, если это вообще возможно. Блондин долго смотрит в пол, обдумывая ответ, после чего выдаёт, буквально на одном дыхании: — Ты ведь уйдёшь! Если контракт будет разорван, ты освободишься! И уйдёшь! К себе в Преисподнюю! А я останусь здесь… Лучше уж умереть, чем так! — глаза мальчишки блестели от слёз, а голос то и дело срывался на крик или резко затихал, превращаясь в едва слышимый шёпот. Так вот в чём дело! Он просто боится потерять… Боится остаться один… Боже, какой он всё-таки глупый! — В качестве желания, подари мне возможность сделать то, что я хочу… Один раз… — мальчишка кивнул. Он не знал, что сейчас произойдёт, но и спорить с любимым Демоном не хотелось… Подросток закрыл глаза, чтобы не мучиться ещё сильнее от возможности видеть, но при этом невозможности коснуться любимого… Через несколько секунд он почувствовал, что его руки осторожно касаются ледяные пальцы Демона. Странно, но пока он не знал, что общается с Люцифером, он наивно думал, что ледяные руки — это вполне нормально… Холодные, чуть потрескавшиеся губы осторожно коснулись тыльной стороны тёплой маленькой ладошки, а потом щеки, и блондин с ужасом понял, что теперь с Демоном его не связывает совершенно ничего! Но если его… Хотя, нет, уже не его Демон так захотел, значит нельзя его удерживать… Всё равно это невозможно… — П-прощай… — голос срывается, и блондин уже не может с ним совладать. Глаза всё так же закрыты… Он не может смотреть… Больно… — Какой же ты всё-таки глупый… — улыбка касается бледных губ Демона, но блондин этого не видит. И думает, что Люцифер просто издевается. Холодные руки легко касаются плеч, а после прижимают хрупкое создание к груди. После чего ледяные пальцы зарываются в короткие светлые волосы. Демон невольно прикрывает глаза, просто наслаждаясь ощущением, а его собеседник замирает, распахнув глаза, и вслушивается… Но ничего! Тишина… Он слышит лишь стук своего сердца. Даже не слышит, скорее чувствует. Он всегда верил, что у этого Демона есть сердце, но сейчас он понимает, что его нет… — Оно есть… Просто уже где-то двести тысяч лет оно не бьётся… — шепчет Демон, боясь спугнуть, ведь блондин пока не вырывается, а значит можно немного подождать. Маленькие ручки неуверенно обвиваются вокруг талии Люцифера, а сам блондин тихо утыкается замёрзшим носом в холодную шею любимого… Властителя Преисподней. — Ты ведь больше не уйдёшь? — осторожное прикосновение обветренных губ Демона к нежным, чуть подрагивающим губам блондина. Мальчишка неуверенно отвечает на нежный поцелуй. Резкий порыв холодного ветра уносит чёрный зонт, но ни один из них не обращает на это внимания. Ледяные капли дождя падают на волосы, одежду, лицо и неприятно холодят кожу. По спине блондина пробегают мурашки, а в его голове мелькают тысячи мыслей. Слёзы, которые блондин уже не в силах сдерживать катятся по щекам, из-за чего поцелуй приобретает чуть солоноватый вкус. Лёгкие просто разрываются от нехватки воздуха, и блондин отстраняется, тяжело дыша. — Ты не ответил… — шепчет он, провожая взглядом улетающий зонтик, издали напоминающий огромную чёрную птицу. — Я никогда не оставлю тебя… Я уже говорил об этом, помнишь? — блондин кивает. Ещё бы! Такое не забывается…