Ангел Мщения

      В Лагере Полукровок изменилось все: от распорядка дня, до ощущений. Только одно осталось неизменным. Если гарпии застанут тебя после отбоя вне домика — ты будешь съеден. Вот сейчас на пирсе, опустив ноги в воду и рискуя быть съеденным, сидел Персей. Если бы ему кто-то раньше сказал, что он будет беспокоится и скучать по своему непутёвому отцу, он бы рассмеялся, а сейчас… а сейчас не раньше. Сейчас судьба мира лежит вновь лежит на его плечах и от этого становится тошно. Если он сделает неправильный шаг, мир сгинет, боги умрут, а привить будут Титаны. Почему нет чего-то вечного, нерушимого, пусть то тюрьма, дружба, или любовь. Возможно, это по-детски верить в вечное, но Перси всей душой хочет вернуться в детство, когда он прибегал с улицы с разбитыми коленками, а мама ему так тепло улыбалась, говорила какой он непоседа и нежно, старясь не причинять боли, обрабатывала ранки.       — Помогите нам, — ели слышно прошептали губы полукровки. Он и сам не понял к кому конкретно обращается, к богам, к Единому богу или к другим сверхъестественным силам.       — Персей? — от этого имени парень скривился. — Не спится?       — Эрин, почему именно я? — не поворачиваясь, задал пусть детский, не свойственный парню прошедшему такое количество испытаний, вопрос, на который уже очень давно хотел получить ответ.       — Не знаю, — искренне ответил бог. — Но знаю одно: судьбы не посылали бы тебе невыполнимых заданий. Все они ведут к чему-то большему. И это тебе по силам. Если только ты не боишься умереть?       Перси покачал головой, он не боялся и Эрин это знал. За четыре года работы с этим полукровкой бог сам многому научился. Перси, не смотря на все выпавшие на его долю испытания оставался открытым и не забывал своего специфического чувства юмора. Он боялся только одного, как будет без него мать. Салли всегда была готова на все ради сына, любила его больше всех, и вдруг его не станет. Что будет с бедной женщиной, у которой такие добрые глаза? Перси надеялся только на одно — на Пола. Он позаботится о его матери, Перси не сомневался в этом, но что-то тяготило душу.       Он прекрасно помнил пророчество и прекрасно понимал, что Танатос может и обойти его, но погибнуть другу он не даст. Лучше он умрет сам, но сделает все, чтобы в этой войне погибло как можно меньше полубогов. И Джейсон не погибнет. Это Перси знал точно. И Джексон уже знает как сделать так, чтобы Кронос не выжег сына Зевса. Только сам Джейсон должен помочь, должен бороться.       — Перси, ты меня слышишь? — оказывается, все это время Эрин сидел рядом с полукровкой, который не замечал ничего, а был далеко в своих мыслях.       — Что ты говорил? — сын Посейдона взлохматил волосы и перевел взгляд с водной глади на бога.       — Тебе не стоит забивать голову, иди отдохни, — улыбнулся бог, прекрасно понимая, что Перси был бы не Перси, если бы не сидел бы сейчас здесь и не думал обо всем о том, что его тревожило. Друзья, как бы он не старался показать своё холодное отношение к ним, Перси всегда останется верен им. Его ахиллесова пята — его друзья, за которых он готов погибнуть, но они останутся жить. Наверно единственная, на которую Перси действительно все равно — Аннабет, но воспоминания о ней продолжали съедать его все время, что он был вдали от лагеря. И просто в одно мгновение он понял, что страдать нет смысла, а лучше забыть и жить настоящим, пока Мойры тебе это позволяют. Да он любил её, да хотел прожить всю жизнь с ней. Да, да и ещё раз да. Но все это прошло. Все те чувства, что были, растворились. Что это было — козни Афродиты или же Купидона, Перси не знает, но он благодарен этому жизненному уроку. Именно уроку.       А сейчас он просто не знает как вести себя с дочерью Афины. Подругой она быть не может, после всего что между ними было, знакомой тем более. Проще игнорировать. Наверно. Он и сам ещё не понял легче это или нет.       И все-таки неудачное время для того, чтобы вернутся в лагерь.       Где-то вдалеке слух Перси уловил шелест крыльев гарпий. Быть съеденным гарпией-уборщицей во время войны не хотелось, поэтому сын Посейдона направился в строну своего домика. А Эрин был прав, надо отдохнуть.