Два брата-психопата

Тяжело вздохнув, я решила на время отложить свои страхи и, сделав маленький глоток противной жидкости, принялась без остановок рассказывать про статью, про мой уродливый перевод, увольнение и, конечно же, про Сынхёна, не скрывая своей былой симпатии к однокурснику и причину давней неприязни. Джиён внимательно выслушивал каждое моё слово, не перебивая и вовремя заполняя мой стакан. – Ты бы видел его усмешку над моими переводами. Так и хотелось избить его до полусмерти, – проговорила я, злобно уставившись в стену и крепко сжимая стакан в руке. – Ну всё, тебе можно уже не наливать, – подытожил Джиён, отбирая у меня стакан с недопитым виски, и я умоляюще посмотрела на него, злобно фыркнув. – Ты сам сказал, что Джек меня успокоит, – пробормотала я, поудобнее укладывая ноги на коленях парня. – Я ожидал девичьи слёзы, а не угрозы об избиении и смерти, – усмехнулся он, сразу пристроив ладони на моих бёдрах. – Ах да, я и забыла, что ты работаешь ангелом, – ответила я, положив тяжёлую голову на подлокотник дивана, и ощущала лёгкое пьяное головокружение. – И когда ты стал таким любителем выпить? – Я год не пил, недавно опять начал, – он пожал плечами, а ладони тем временем постепенно перемещались к ягодицам. – Похоже, год назад у тебя что-то случилось, что ты расстался с бывшей, даже не заметив этого, и бросил пить. Что ещё ты перестал делать и решил сейчас возобновить? – поинтересовалась я, стараясь звучать не слишком требовательно. Почему-то, мне казалось, что эта пачка с таблетками, название которой я весь вечер не раз перечитывала и умудрилась уже запомнить, как-то связана с тем, что Джиён решил поменять образ жизни, который, как оказалось, он вёл год назад. – Год назад я вместе с единомышленниками открыл НКО, – ответил он коротко и с холодной безразличностью, что даже его ладонь остановила свои поглаживания и тянулась к пачке с сигаретами. – Ну так что, ты идёшь к Ёнбэ? – спросил он после короткой затяжки. Я с трудом подняла голову и, опустив ноги на пол, лениво покачала головой. Парень не стал на этот раз настаивать, и я мысленно поблагодарила его за это. Сегодняшний день слишком сложный, что даже если б хотела, то не пошла бы на эту тупую вечеринку. Мне нередко приходилось ехать по утрам в одном лифте с гостями Ёнбэ, вышедшими из его дома после очередной шумной гулянки, мешающей мне спать по ночам. И часто это были еле стоящие на ногах девушки, от которых несло жутким перегаром и которые вешались на шею. И сейчас, вспоминая этих самых девушек, я заметила, что ещё ни разу не видела, чтобы из квартиры соседа сверху выходила гостья немодельной внешности. Я посмотрела хмурым взглядом на Джиёна, молча докуривающем свою сигарету, и злобно проскрежетала зубами. Можно понять причину, по которой он не пропускал ни одного пати в доме Ёнбэ, но то, что он и сегодня собирается туда идти и даже не уговаривает меня пойти с собой, заставило проснуться во мне сильную ревность. – Всё ещё думаешь об этом ублюдке? – спросил он, заметив мой недоверчивый взгляд, и я лишь покачала головой. – Я иду к Ёнбэ, – ответила я, вставая на ноги, и, чуть пошатавшись на месте, направилась на поиски ванной комнаты. Квон Джиён слишком легкомысленный для того, чтобы я доверяла ему, а Дон Ёнбэ чересчур любитель женского общества, чтобы обойтись сегодня исключительно мужской компанией для празднования такого важного события в своей бездельной жизни. Да и надо же разок посмотреть, как проходят эти вечеринки, которые я два месяца с переезда соседа сверху проклинаю. Свою дозу алкоголя на сегодня я уже получила, значит, успею немного отрезветь и проследить за своим бойфрендом. *** – Выключи свет! – закричала я, но мой голос с трудом выдал глухой хрип. Сухое горло не позволяло мне повторить мою просьбу, и мне пришлось кое-как раскрыть глаза. Джиён опять заснул в моей кровати, ведь он, словно коала, прижался к моему телу. Глаза слепли под ярким светом, голова болела из-за сильных ударов мелких молоточков, а ноги почему-то мёрзли. Кое-как подвигав ими, я поняла, что на мне нет пижамных штанов. Осознание этого заставило глаза быстро открыться на всю ширину. – Чёрт! – прошептала я, закрывая их обратно, и немного поморгала, чтобы привыкнуть к яркости выглядывающего из окна солнца. С трудом раскрыв их, я поняла, что лежу совсем не в своей кровати. Память немного подводила, но я всё-таки надеялась, что кровать принадлежит Джиёну, который что-то бормотал во сне. Я хотела повернуть к нему голову, но его лицо было уткнуто мне в шею, что я встретилась взглядом с сахарной ватой. Постепенно сознание приходило в себя, и с каждой секундой мне всё больше становилось неловко от крепкого объятия парня, который, я точно уверена, лежал сейчас с голым торсом. – Джиён, ты проснёшься, нет? – поинтересовалась я, когда мне стало жизненно необходимо принять в себя чего-нибудь жидкого. Это было жуткое похмелье, теперь я знаю, какое это хреновое чувство. И самое ужасное, я не совсем помнила, как его достигла, что пугало сильнее, чем неловкость от того, что я заснула в кровати своего парня. – Я надеюсь, он не помер? – услышала я слишком знакомый голос и совсем не хотела, чтобы его обладателем оказался Ёнбэ, гуляющий по коридору в одних шортах. – Какого чёрта! – закричала я во весь голос, по крайней мере, попыталась, и стала руками и ногами толкать бессознательную тушу Джиёна. – Боль… но… – промямлил тот, поворачиваясь в другую сторону кровати, и плюхнулся на живот, продолжая спать. Мой крик повторился с большей силой, так как он был полностью голым, и сейчас я смотрела на нагие ягодицы Джиёна, который резко вскочил на ноги. Я быстро закрыла глаза, опуская голову к прижатым к груди коленям, и пыталась на ощупь найти одеяло, которым можно было прикрыться, ведь я сама была в одном нижнем белье. – Что случилось? – спросил Джиён, запыхавшись, и притронулся ладонью до моего локтя. – Наверно, её смутила твоя нагота, – услышала я усмешку Ёнбэ, и пыталась проиграть в голове события вчерашней ночи. – Думал, ты уже к ней привыкла, – ответил тот, и я резко подняла на него хмурый взгляд, уставившись в непонимающие глаза. – О, а вы быстро, – говорил Ёнбэ, скорей всего, поняв всё совсем не так. – Ничего мы не быстро! – прикрикнула я ему, бросая подушку, не долетевшей до цели, и пожалела об этом, так как это была единственная вещь, которой я могла бы прикрыться, пока искала бы свой сарафан. – Может, кто-нибудь из вас оденется? – возмутилась я, стараясь не смотреть ни на одного из парней, которые совсем ничего не предпринимали для того, чтобы не смущать меня. – С хрена ли ты это? Я у себя дома, отдыхаю после тяжёлой ночи, – спокойно ответил он, словно специально зевая и потягиваясь. – Мы у тебя? – удивилась я, что только путало хаотичные мысли, заставляющие голову болеть ещё сильнее. – Если что, ты первая заснула на его кровати, – быстро добавил Джиён, сидя на краю кровати и покуривая, а я еле различала его слова, так как взгляд был уставлен на копчик и верхнюю часть ягодиц, на которых тоже были набиты татуировки. – Я не хотел тебя будить и заснул ря… – Оденься уже, твою мать! – крикнула я сердито и еле как повернула голову в другую сторону, скрестив руки на груди. – Помнится, вчера ты сама его раздевала, – рассмеялся Ёнбэ, и я вытаращила на него глаза, заливаясь краской, но совсем не помнила такого. – Я и не думал, что ты можешь так хорошо играть в покер. Или твой талант проснулся лишь потому, что мы играли на раздевание? – парень двусмысленно скалился, а я облегчённо выдохнула, начиная постепенно вспоминать причину, по которой проснулась полуголой. – Солнышко, заткнись уже и принеси нам воды что ли, – проговорил Джиён, и я бы расцеловала его за эти слова, но тот был в процессе поисков своих боксеров. – Они там, – тихо буркнула я, когда Ёнбэ послушно вышел из комнаты, и показала пальцем на дверную ручку. Я не помнила того, как он от них избавлялся, и поняла, что заснула ещё до последнего раунда. – Где? – он стал искать их под дверью, словно специально дразня меня своим голым задом. – Да висят на ручке, – нервно проговорила я, но тот всё равно стоял на месте, уставившись на дверь. Это не могло не разозлить меня, и я раздражённо встала на ноги, готовая засунуть боксеры ему в глаза. Не успела я дойти до двери, как Джиён повернулся ко мне лицом, хитро улыбаясь, и прижал меня за талию к своему торсу, крепко целуя в губы. – Джи… – прошептала я сквозь поцелуй и хотела оттолкнуть его, оправдавшись тем, что он голый и в любую секунду Ёнбэ может зайти в комнату, подсознательно надеясь, что тот ещё долго будет нести нам воду. От поцелуя становилась так жарко, что я даже была рада, что стою в одном белье. И то, что я всем телом прижималась к полностью голому парню, заставляло кровь бурлить. Сердце билось в бешеном ритме, и я почти задыхалась, ухватившись за плечи Джиёна, как за спасение. – Я вчера тебе поддавался, – проговорил он мне в губы, затейливо усмехаясь, а мне уже было неважно, так как моё тело требовало реванша. Я хотела показать ему это через поцелуй, но он повернулся ко мне спиной и слишком быстро надел боксеры, не дав мне напоследок насладиться видом сзади. – Ваша вода, друзья, – Ёнбэ словно специально выбирал момент, чтобы вернуться. Я жадно выхватила у него бутылку, бросая крышку, и начала глотать долгожданную жидкость, надеясь, что она сможет унять сильное возбуждение, заставляющее ныть низ живота. Приняв на себе две пары удивлённых глаза, я ладонью вытерла губы и мило улыбнулась. – Похмелье, – пожала я плечами и, наплевав на всю неловкость, начала гулять по комнате в поисках моего сарафана. Как же мне повезло вчера, что я проиграла лишь один раз, а то я от стыда и не проснулась бы даже. *** Как и ожидалось, мы с Джиёном были не единственными гостями, ночевавшими к квартире Ёнбэ. И увидев нескольких девушек, слишком свежо выглядевших для людей, которые всю ночь пили и танцевали, мне стало не по себе. Я пообещала себе, что это была первая и последняя вечеринка соседа сверху, которую я посетила, и чуть ли не бегом выходила из квартиры. Но открыв входную дверь и выйдя за порог, я животом столкнулась с собачьей мордой и первым делом взвизгнула, делая шаги назад. – Всё хорошо, Соник, не бойся, – проговорил Джиён, который встал рядом со мной, и погладил макушку Топа. Возле собаки стояла женщина, держащая его за поводок, и прошла внутрь, коротко кивая парню. Я отошла в сторону, пропуская её мимо себя, и вопросительно посмотрела на Джиёна, который уставился в след псу. – Ёнбэ нанял Топу няньку? – спросила я в шутку, выходя из квартиры, и надеялась благополучно добраться до своей ванной комнаты, так как немного шаталась из-за головокружения. – Да, такой вот Солнышко обходительный, – ответил парень, положительно кивая, и я не сразу поверила, удивлённо уставившись на него. – Не проще ли отдать его в приют, ты же не собираешься вечно держать его у Ёнбэ, – сказала я, не понимая, почему он не сделал этого раньше. – Я не собираюсь отдавать его, он мой пёс. А я своих не бросаю, – хоть и его слова звучали серьёзно, я не смогла сдержать улыбки. – Ребёнок, – тихо произнесла я, подходя к своей квартире, и по привычке думала, что Джиён последует за мной. – Не зайдёшь? – спросила я и только потом поняла, как странно звучат мои слова. – На завтрак, – добавила я, надеясь, что Квон не подумал ничего пошлого. – Мне надо забежать в офис, – он лишь пожал плечами, усиленно почёсывая предплечье. – Ты так пойдёшь? – поинтересовалась я, показывая на его потрёпанную одежду и лохматые волосы. Я уже и забыла, что Джиён является учредителем благотворительной организации, и даже не знала, как должна вести себя девушка человека с такой серьёзной и важной должностью. – Просто улажу маленькую вещь. Много времени не займёт, – ответил он и, нажав на кнопку лифта, одним шагом подошёл ко мне. Сжав ладонями мои щёки, он поцеловал меня, но не успела я среагировать, как быстро повернулся к открывшимся дверцам лифта, входя в кабинку. Я грустно улыбнулась ему, помахав перед тем, как дверцы закрылись, и не могла избавиться от мысли, что после окончания отпуска Джиён станет прежним: занудным и вечно занятым. Проведя слишком много времени с парнем, я поняла, что уж сильно привязалась к нему и к тому, что он постоянно рядом. И на этот раз я решила воспользоваться освободившимся временем, чтобы убраться в квартире. Приняв душ и приготовив суп от похмелья, я собралась с духом, чтобы начать уборку со спальни. И весь процесс уборки я не прекращала думать о Джиёне, а точнее о том, что ему понравится чистая и убранная комната, словно мы жили в ней вдвоём. Я смущалась самой себе, но мысли о голом парне, лежащем в моей кровати всё не прекращались. И, наверно, продолжали бы мучить меня, если бы не звонок от шефа. Я ещё не успела удалить его номер, наивно надеясь, что могу ему понадобиться, но не думала, что это произойдёт так скоро. – Шеф? – неуверенно проговорила я, надеясь, что он не позвонил для того, чтобы напомнить о моих корявых переводах. – Квон Сонхи, доброе утро, – голос мужчины звучал тихо и настороженно, что заставляло меня сильнее волноваться. – Я решил вернуть тебя на место переводчика с немецкого. На время, – быстро добавил он, пока я не успела что-либо сказать. – Пошлю на мейл статью, которую срочно нужно перевести к завтрашнему утру. – А что, Сынхён не справляется? – усмехнулась я, пританцовывая, но стараясь не показывать шефу свою радость. – Сынхён попал под автобус, сломал два ребра, нос и… Короче, он не в состоянии даже встать с больничной койки, заменишь его, – ответил он, испортив мне настроение. Получается, я просто заменяю больного, а не являюсь лучше него. – Если за это время справишься, возьму на полную ставку вместо Сынхёна. Не подведи, – не дожидаясь ответа, он бросил трубку, а я продолжила танцевать на месте. Всё же я не просто замена. Просто мне немножко повезло, и за это мне дали ещё один шанс. На секунду я задумалась о том, как там Сынхён со сломанными рёбрами, и мне даже стало немного стыдно за свою радость, полученную за счёт его аварии. Но я легко отмахнулась от угрызений совести. Как-нибудь навещу его в больнице, так и быть. Сейчас мне важно справиться так, чтобы попасть в штат. Хотя бы на остаток лета. Мне хотелось позвонить Джиёну, чтобы поделиться радостной новостью, но я опять забыла взять у него номер мобильного. Уж слишком привыкла, что он всегда рядом.