Два брата-психопата

В кабинет я ворвалась, еле совладав со своей скоростью, и чуть не упала на бедную Чеён, которая собиралась выходить. Остановившись на секунду, я пыталась отдышаться, но не потому что торопилась. Я очень сильно волновалась, что Джиён уже в курсе произошедшего в больнице. – Сонхи, тебе так не терпелось прийти на работу, что мчалась к нам со всех ног? – ухмыльнулся парень, сидевший за столом перед многочисленными документами, и, кинув на меня короткий взгляд, вернул всё своё внимание обратно к бумагам. – Ты ещё не ушёл, – проговорила я, садясь за другой край стола, и без спроса стала рыться в бумагах, выискивая что-нибудь на немецком. – Сегодня не поеду, наверно, – безразлично ответил он, не поднимая головы. – Почему? – Не важно, – всё тем же тоном произнёс он, и я знала, что парень не смотрит на меня не из-за того, что так сильно занят документами. Он делает вид, что читает написанный австрийским адвокатом контракт, текст которого полностью на немецком. – Очень даже важно, Джиён. Каждая минута, проведённая с ним, важна, – я старалась звучать не слишком настойчиво, но, кажется, у меня не получилось, ведь он резко поднял на меня сердитый взгляд. – Значит, важно было ехать к нему сегодня и устраивать шоу, да? – спросил он требовательно, встав на ноги, и повернулся лицом к окну, приняв позу ожидания. Но я не знала, как оправдаться. Я даже не совсем понимала, почему должна это делать. – Мне показалось, что я нужна ему, – ответила я неуверенно, виновато опустив голову. – Как тебе это может казаться, если он ни разу не говорил о тебе? Ни мне, ни даже психотерапевту? – возмущался он, к счастью, выказывая свои эмоции на улицу, а не на меня. – Джиён, не надо скрывать то, что... – Я ничего не скрываю. Ты можешь думать, что я специально делаю вид, чтобы показать безразличие Джунёна к тебе. Но это правда, и она мне так же не нравится. Раз ты выбрала его, то почему он ещё ни разу не говорил о тебе на наших терапиях? – этот вопрос он задал уже лично мне, посмотрев на меня непонимающим взглядом. И, наверно, если б не то, как Джунён сегодня крепко обнимал меня, я бы поверила Джиёну. Но я, как никто, знала, что Джунён одержим своим братом. Настолько, что не будет говорить о девушке, которая тому нравится. Сейчас уже меня никто не убедит в том, что после излечения я не нужна Джунёну. – Скажи мне, Джиён, о чём ты говоришь на этих терапиях? – тихо спросила я после долгой паузы и медленно подошла к директору. – Я? – кажется, он сильно удивился моему вопросу и даже не посмотрел на меня, словно боясь встретиться со мной взглядом. – О чём я могу говорить? О работе, конечно. О проекте помощи корейским сиротам, об австрийских спонсорах, о поддержке венских приютов, о своём переводчике... – Обо мне? Ты говоришь обо мне? – переспросила я и не понимала, как он сам не может понять причину того, что Джунён молчит. На мгновение я подумала о том, что если он сегодня не шутил, а на самом деле хотел на секунду притвориться, что не знает меня? Чтобы у его брата появился шанс. – Постоянно, – ответил Джиён хриплым голосом и, быстро откашлявшись, посмотрел на меня с улыбкой. – Может, уже примитесь за работу, переводчик Квон? Или я Вас перехвалил? – Ладно. Сегодня можешь не идти на сеанс. А завтра мы поедем вместе, – проговорила я и вернулась на своё место, делая вид, что не замечаю его вопросительный взгляд. – С каких пор ты решаешь, что делать? – возмутился он, широким шагом подходя ко мне. – С тех самых. Раз пациент часто говорит об одном человеке, значит, тот должен присутствовать на сеансах, – ответила я ровным голосом без единой запинки, словно это общеизвестный факт из психотерапии, а не только что придуманный мною вывод. – Но пациент не я, а Джунён! – парень был очень недовольным, но выглядел так, будто у него реально нет выбора, что заставляло меня чувствовать своё превосходство. Всё-таки на этих мальчиков можно подействовать. – Не важно, – отмахнулась я, делая вид, что очень сильно занята переводом. До конца рабочего дня мы с Джиёном не затрагивали тему нашего совместного похода в лечебницу, но я чувствовала, что она не на шутку его насторожила, раз он всячески сторонился меня целый день. Словно я начну опять говорить о Джунёне. Я застряла в замкнутом круге, в котором Джиён пытается привлечь моё внимание, я постоянно думаю о Джунёне, а тот одержим своим братом. И мне начинает казаться, что мне эта их семейная терапия нужнее, чем братьям Квон. Они сумели свести с ума совершенно здорового человека, оправдываясь своими психозными генами. – Джиён, не засиживайся сегодня допоздна, – произнесла я робким голосом перед уходом. – Отдохни немного, завтра... – Завтра я иду один, – отрезал он твёрдым тоном, окинув меня решительным взглядом. Но этого было недостаточно, чтобы остановить меня, поэтому я устало вздохнула и подошла к его столу. – Мы договорились, – ответила я, недовольно нахмурившись, и оперлась ладонями об его стол, нависая над бумагами, которые он читал. – Ты загораживаешь свет, – тихо проговорил он, не поднимая головы. – Я ж всё равно поеду к нему. Я каждый день буду ездить! – прикрикнула я, не совладав с эмоциями. – Так почему бы нам не объединиться и не помочь ему вдвоём? Я знаю, что он дорог тебе так же, как и мне. – Но и ты дорога мне не меньше! – ответил он ещё громче, встав на ноги. – И я не думаю, что готов делить тебя с ним, – на этих словах он, сжав ладонями мои щёки, резко прильнул к моим губам. От неожиданности я широко раскрыла глаза, замечая, как дрожат его закрытые веки, и ощущала то, как неуверенно двигаются его губы на моих. – Я предупреждаю тебя, Квон Джиён, – прошептала я, медленно отодвигаясь от парня, – в следующий раз ты получишь мощную оплеуху за такое, – я угрожающе посмотрела на него, всем своим взглядом пытаясь показать, что мне совсем не нравится то, как он себя ведёт со мной. – Я вам не игрушка, чтоб делить меня. И поверь мне, если даже Джунёну я буду не нужна, с тобой я никогда не буду, – на этих словах я повернулась и быстрым шагом вышла из кабинета. И только в лифте я поняла, что Джиён смотрел на меня оскорблённым взглядом, из-за чего мне стало не по себе. Я слишком грубо выразилась, словно он был противен мне. Может, и надо ему показать, что у него нет никаких прав на меня, но добиваться того, чтобы парень возненавидел меня, я не хочу. Я знаю, что Джиён запутался. Может, я даже и не нравлюсь ему. Может, это подсознательная конкуренция с братом, с которым они никак не могут понять, кто есть кто. Да я просто обязана присутствовать на сеансах терапии. Я знала, что следующим утром Джиён не постучится в мою дверь, чтоб с улыбкой позвать поехать в лечебницу. Поэтому я стояла у двери его квартиры, проснувшись ранним утром, и держала ухо востро, чтобы не пропустить момент, когда сосед выйдет на лестничную площадку. Но было уже одиннадцать утра, а это нетипично для директора Квон не пойти на работу перед визитом к брату. Несколько раз постучавшись в дверь, я без ожидания стала звонить в звонок, надумывая себе хитрый план парня ускользнуть от моего внимания через окно. Или может вообще он не ночевал у себя, чтобы не столкнуться со мной? Но мои глупые параноические домыслы быстро развеялись, когда передо мной открылась дверь и я встретилась с заспанным лицом Джиёна. – Ты спал? – потрясённо спросила я, наверно, никогда не видевшая его таким невыспавшимся. – Да, этим занимаются все нормальные люди по утрам, – ответил он безразличным тоном и широко зевнул. – Нормальные, ага, – ухмыльнулась я и без разрешения вошла в квартиру, чуть оттолкнув удивлённого парня в сторону. Приходится идти на определённые меры, чтобы не упустить парня. А точнее, буду преследовать его, пока мы не дойдём до больницы. – Поздно пришёл? – поинтересовалась я, направляясь на кухню. – Не спал всю ночь, – ответил он, не прекращая широко зевать, и последовал за мной, садясь на стул. Я включила кофеварку и открыла холодильник в поисках яиц для завтрака. И только через несколько секунд поняла, что мы слишком обыденно себя ведём, словно я ничего не наговорила ему вчера. И вообще, наши отношения не настолько развиты, что я готовлю ему завтрак. – На работе торчал опять? Сказала же... – Да дома был, – огрызнулся он и тихо добавил: – Кошмары снились. Я застыла на месте и медленно подняла голову, чтобы посмотреть на его лицо. Ему тоже снятся кошмары. Но те ли, что снились его брату? Я не решалась спросить, чтобы в который раз случайно не затронуть болезненную тему. – Где ты яйца держишь? Из чего тебе омлет сделать? – спросила я, стараясь отвлечь себя от воспоминаний, в которых Джиён бормотал во сне и царапал себя. – Сонхи, ты чего? Какие яйца? Я ж веган, – усмехнулся он и подошёл ко мне, доставая из холодильника два яблока. – Я завтракаю фруктами, – улыбнулся он и, потрепав мои короткие волосы, подошёл к кофеварке. – Не делай так больше, – тихо буркнула я себе под нос, закрывая дверцу. Ненавижу, когда он ведёт себя, как Джунён. – Ты портишь мне причёску. – Я же сказал, ты не идёшь к нему. Можешь не волноваться за свой марафет, – произнёс он, и его голос уже не звучал усмешливым. – Ты не хочешь, чтобы он поскорее вылечился? – нервно спросила я, встав перед ним. – Может и не хочу, – спокойно ответил он, отпивая кофе из кружки, и, посмотрев в мои глаза безразличным взглядом, откусил яблоко. – Думаешь, если он не вылечится, я не буду с... – Дело не в тебе, Сонхи, – перебил он меня усталым голосом, садясь за стол. И дожевав откушенный кусок, ответил куда-то в сторону: – Что если, если он вылечит свой психоз, а я нет? Вдруг я стану таким, как он. Или как отец? – Джиён, – прошептала я, быстро садясь рядом, и взглянула на него по-другому. Интересно, он делится своими страхами с психотерапевтом? А то я совсем не знаю, что сказать такого, чтобы ещё сильнее не испортить его состояние. – Не обязательно же, чтобы кто-то из вас был психом. Хочешь, я побуду долбанутой, а вы нормальными? – спросила я с улыбкой, надеясь заставить его хоть как-то настроиться сегодня на позитив. Парень тихо рассмеялся, но быстро переменил взгляд на серьёзный. – Тебе не надо было связываться с нами, – ответил он, медленно качая головой. – Если ты думаешь, что я жалею о том, что ты оказался моим соседом, – то хрена с два, – проговорила я, продолжая улыбаться. – Но как видишь. Лучше ты, чем он, – я показала указательным пальцем вверх, и парень удивлённо вскинул бровь. – Дед Ким? – переспросил он, рассмеявшись. – Тьфу ты! Тот, который надо мной, – переправила я, делая намёки на Ёнбэ, и была рада, что парень хоть немного зарядился энергией. Я сидела на заднем сидении такси и думала о том, что с гордостью приму какую-нибудь премию. Ведь Квон Джиён сидел рядом со мной и до сих не сказал ни единого слово о том, что мне не стоит сегодня ехать с ним на сеанс. Надеюсь, он не просто смирился, поняв, что я очень упрямая, а на самом деле проанализировал всё и осознал, что я реально нужна на терапиях. В какой-то степени я знала, что навязываюсь к братьям, которым нужно для начала выяснить отношения между собой, но лёгкий эгоизм всё же твердил мне, что я не чужой Джунёну человек. Да и как ещё увидеть любимого человека? – Так. Надо незаметно пройти мимо этой ведьмы в приёмной, – сказала я Джиёну, когда мы подходили к зданию больницы, и осматривалась вокруг, как беглая преступница. – Ты про медсестру Кан? – уточнил парень, усмехнувшись. – Она же ангел. – Шутишь? – я на секунду остановилась, уставившись на него немного охреневшим взглядом, на что он рассмеялся. – Конечно шучу. Не волнуйся, я защищу тебя от её гнёта, – улыбнулся он и взял меня за ладонь, когда мы вошли в приёмную. – Не надо брать меня за руку, – недовольно прошептала я. – Прости. Привычка, – ответил он, виновато посмотрев, и отпустил ладонь. И когда он вообще успел привить эту привычку? Но я не стала уточнять, так как увидела ту самую злую тётку, которая, заметив меня, сузила глаза, наверно, пытаясь получше разглядеть. Но не думаю, что ей придётся долго вспоминать, ведь я стояла с копией Джунёна, а это уже хоть какое-то напоминание о вчерашнем моём визите. – Господин Квон, – сдержанно обратилась она к Джиёну, а потом окинула меня высокомерным взглядом: – Вы. Я поняла, что если что-то отвечу ей, то точно буду выведена отсюда охранниками или, наоборот, санитары заберут меня в какую-нибудь палату. Поэтому я промолчала, незаметно кивнув, и вдыхала ртом воздух, пытаясь не потерять самообладание. Сегодня я пришла с Джиёном, а значит, надо вести себя прилично. – Я не могу разрешить ей пройти дальше этой приёмной, – сразу же предупредила она парня, когда тот сказал, что он записан на терапию. – Конечно, не можете, – вежливо ответил ей парень, и я поражалась его спокойной ухмылке. – Ведь не Вы решаете, кто будет присутствовать на терапии, а доктор Хван. А она уже предупреждена о том, что я буду не один, – коротко кивнул он и прошёл дальше по коридору, а я быстрыми шагами последовала за ним. Мне хотелось попросить его немного задержаться в приёмной, ведь я считала, что обязана сфотографировать лицо заткнувшейся тётки и послать фото Ёнбэ. Я даже не стала спрашивать у парня, когда это он успел сказать психотерапевту о моём визите, ведь до моего прихода он был уверен в том, что я не поеду в больницу. Мне просто было хорошо от того, что я была отомщена, хоть и знала, что это, наверно, и Джунён успел сделать. – Доктор Хван очень хорошая женщина. Хоть и молодая, но знает, что и как сказать. Можно расслабиться и не напрягаться из-за присутствия совсем чужого человека, – объяснял мне Джиён, пока мы шли в сторону нужной комнаты. И только сейчас я поняла, что мне придётся не просто смотреть на то, как братья делятся друг с другом своими мыслями, историями с прошлого, страхами и мечтами, но также участвовать в этом обмене. Сглотнув слюну, я зашла за ним в комнату и сразу же заметила Джунёна, скучающе сидящего на стуле. Сначала он безразлично кивнул брату, а, увидев меня, быстро вскочил на ноги, что даже его стул покачнулся. – Соник? – он широко раскрыл глаза, медленно подходя ко мне, и протянул пальцы, осторожно касаясь щеки. – Тебе не мерещится, – спокойно произнёс Джиён, самодовольно улыбнувшись уголком губ. – Привет, – проговорила я дрожащим голосом, не зная, как сегодня парень отреагирует на моё присутствие. – Зачем ты пришла? – спросил он шёпотом, посмотрев на меня разочарованным взглядом, и медленно качал головой, продолжая поглаживать мою щёку. – Соник, ты часто приходишь в эту больницу. Тебе тут совсем не место, – говорил он заботливо, и я не могла не заметить сильное сожаление в его глазах, словно он заставил сделать меня что-то преступное. – А мне значит место, – услышала я насмешливый голос Джиёна, который получил злобный взгляд от брата в качестве ответа. – Джиён, прошу тебя, – строго сказала женщина в белом халате, и я только сейчас поняла, что в комнате мы были не одни. Я сразу узнала её, ведь вчера именно она не дала мне последовать за Джунёном. – Пожалуйста, присаживайтесь, и мы приступим, – продолжила она, ярко улыбнувшись, и я уже сильно сожалела о том, что пришла.