Life under the dome.

      Уже прошла целая учебная неделя, но Коннор всё не мог привыкнуть к новым шестидневным мукам, которые буквально высасывали из него всю радость, как дементоры. И, хоть он не мог точно знать это чувство, он его испытывал.       Каждый день он. через мягкие одеяла сна, пролезал в реальный мир под звенящий будильник, выключал его(К ЧЕРТЯМ) и пытался встать с постели. Если же получалось, то он полз на кухню, где точно такие же его друзья пытались попасть вилкой с едой в рот, не заснуть с носом в кружке, да хуже того, глаза разодрать. Он кидал своё тело на свободный стул, клал голову на стол и ждал, когда заботливый Фил поставит перед его лицом горячий кофе, который хоть как-то его взбодрял. Не будем уточнять,что на пару минут. Не будем запоминать, что хуже Троя в полотенце. Просто не будем.       Он всё удивлялся такой заботливости Фила. Как это грёбанное солнышко могло светить в 7 утра? ЭТО ЖЕ 7 УТРА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ!!! Но эти мысли уходили сами собой, когда он замечал напротив себя маленького паренька с двумя голубыми океанами вместо глаз. Они буквально бушевали в его радужках, захлёстывая в свои владения человека, который в них смотрел. И если пустить в дело всю свою никчёмную фантазию, то можно было представить, как эти самые волны в глазах Сивана "запрыгивали" на его зрачки, которые сейчас было очень тяжело заметить из-за полуопущенных век парнишки. Чёрные ресницы изредка хлопали, закрывая и открывая створки, через которые были видны эти самые зрачки с этими самыми радужками. Он зевал раза четыре в двадцать секунд, чем заставлял Коннора каждый раз сонно улыбаться. Он, скорее всего, лёг под утро. И Франта хотел наругать за это Троя, но знал, что он не его мамочка, да и сам такой же, поэтому ругать его у него оснований не было.       Франта зевнул и протёр глаза одной рукой, начав потягивать кофе. Глаза сами собой закрылись, и он почти заснул, но тут последовал толчок в бок, что заставило Коннора открыть глаза и перевести глаз на того, кто так безжалостно потревожил его спокойствие. Обнаружив рядом с собой такого же сонного Тая, который сейчас так же сонно кивнул Коннору и, видимо, задремал, потому что после этого действий не последовало. Пожав плечами, Кон положил свою голову на плечо друга, попытавшись разодрать глаза.       - Я сегодня иду на кружок фотографирования. Кто со мной? - неожиданно разрушил тишину хриплый ото сна голос Франты, заставив всех присутствующих обратить своё затуманенный взгляд на парня.       Они сидели, не мигали глазами, переваривая ещё тугим мозгом слова друга. Потом кто-то пожелал удачи, кто-то пожелал, чтобы Кон не набил себе на лице синяк от камеры, а Трой просто расплылся в улыбке, оголив белоснежные зубы. И этого Франте хватило, чтобы окончательно проснуться и начать здраво мыслить.       - Я постараюсь придти к тебе, если закончу с группой. Хорошо? Уверен, что Джо и Дэн тоже придут. Да, парни? - спросил Трой и зевнул, но всё равно попытался проявить энтузиазм.       Ответом последовало мычание умирающего кита, которое Сиван воспринял как знак согласия.       Голубоглазый написал что-то на краешке белоснежной салфетки, и где-то внутри Коннора заплакал перфекционист. Трой быстро отправил в путешествие по столу салфетку Франте, разом допил свой кофе и буквально вспорхнул со своего места, улетая в коридор, по которому направился в свою комнату.       Зеленоглазый поймал "послание" друга, перевернул так, чтобы можно было читать, пробежался глазами по кривым буквам на белой узорчатой поверхности и буквально почувствовал в груди сердце. Оно так приятно кольнуло, что описать это чувство было очень сложно. Бабочка, которая так плавно опустилась на твоё плечо, и вы стоите, как давние знакомые, прошедшие через многие трудности и препятствия. И потом, когда она улетит, ты будешь пытаться воспроизводить в памяти рисунок её аккуратных и тонких крыльев, которые некоторое время назад слегка колыхались на твоих плечах. И в тот момент ты чувствовал себя частью этого большого и сумасшедшего мира вместе со своим маленьким приятелем по судьбе. Несправедливой, странной, неожиданной. Именно так можно было описать все чувства внутри Коннора сейчас. И где-то глубоко внутри он понимал, что он, возможно, любил Троя больше, чем просто друга. Но он пытался выкинуть эту мысль из своей головы, потому что вопросы об ориентации и влюблённости его всегда пугали.       С грохотом отодвинув стул и встав, Коннор взял "блокнот" Троя и, попрощавшись с ребятами, быстро пошёл в свою комнату. У тебя всё получится. Ты замечательный фотограф.

***

      Коннор скучающе грыз карандаш на ещё более скучном уроке физики. "Куда ещё хуже?" - думал Кон всё это время. Однако ха, есть куда. На этом уроке учитель решил рассказать им увлекательную историю из своей жизни о том, как однажды в два года он сунул руку в огонь, а потом аккуратно сдирал с неё обгоревшую кожу. И это скучное бытие превратилось ещё и в противное.       Упав головой на парту, Франта глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Он сразу начал прокручивать в голове все будущие замечания от директора о том, что "Нельзя спать на уроках, мистер Франта!", но ему как-то было плевать на физику и всё, что творилось вокруг него. Но тут в кармане завибрировал телефон оповещая хозяина о том, что ему пришло смс. И пару тысяч раз, пока парень доставал и снимал блокировку с телефона, он поблагодарил всё на свете за то, что хоть кто-то помнил о нём на каком-то там уроке. Глянув на экран телефона, Коннор расплылся в довольной улыбке, окончательно забив на тему рассказа учителя. Открыв его сообщение, парень прочитал и моментально ответил: Т: Ты прочитал? К: Я приду к вам на репетицию Т: Я и не сомневался Т: Потому что я бы тебя съел за то,что ты не пришёл       Коннор закатил глаза и на его щеках проступили ямочки от улыбки, которая сейчас во всю сияла на его лице. К: жду тебя в коридоре через 30 секунд       Выключив телефон, Франта поднял руку и попросился выйти. Учитель просто махнул ему рукой в направлении двери, через которую парень и вылетел через мгновение.       Остановившись перед дверью, парень оглянулся и стал надеяться на то, что никто их не увидит тут. В середине урока. Одних. Коннор отошёл от двери, сел у стенки и откинул голову на неё. Дверь из его класса открылась, из которой вышел кудрявый мальчик с океанами на месте глаз. Он быстро опустился рядом с другом, закинув свою ногу на ногу Франты.       - Я ударился ей об ножку парты, когда выходил. Помассируй, пожалуйста, - Трой закрыл глаза и положил голову на плечо друга, - Я несчастный одуванчик, жалей меня, Фанта.       Коннор закатил глаза, но взял ногу Сивана в руки и начал разминать. Трой выдохнул и что-то промурлыкал другу про то, что ему надо идти в массажисты. И, хоть этот момент был таким неловким,то они сидели бы так долго, как могли, но их прервал звонок с урока. Беспощадно разрывая тишину и спокойствие между парнями, звук разнёсся по всей школе, оповещая о конце уроков, поэтому буквально через пару секунд подростки начали кучами вываливаться из душных помещений, толкаясь и наполняя коридоры разными голосами. Парни тоже не отставали, поэтому спустя несколько секунд после спада волны старшеклассников вышли из класса уже с рюкзаками и друзьями.       Парни договорись о том, что Коннор зайдёт на репетицию друзей после фотографирования, а Фил придёт сразу же, как закончит с кружком для младших классов. Дело в том, что Лестер предложил его старой учительнице вести у её класса кружок после уроков, на котором дети делали браслеты на благотворительность. Точной никто не знал, только поверхностно. Да и Филу было просто приятно проводить время с маленькими ангелочками после такого сумасшедшего дня. Каспар решил сходить с ним, потому что он хотел побыть с людьми, у которых развитие шло в ногу с Ли. И это было обидно, ведь на самом деле Касп был не таким уж и тупым.

***

      Дэн сидел у клавиш, что-то набирая в телефоне. Он не особо замечал то, что Сиван размахивал руками и распинался о том, что если у них ляжет сейчас, то вскоре они станут великой группой, которая будет устраивать туры и собирать сердца фанаток, как ветер опавшие листья осенью. Джо только кивал ему и говорил, что парнишка прав, хотя и не хотел сейчас строить планы, а позже на них вбухивать всё время, чтобы потом они с грохотом и пылью обрушились в бездну "ваши мечты и слёзы". Сейчас переписка шла с Каспаром, который давно бы уже ушёл к парням, но ждал Фила. Он пару раз форсил Дэну фотки заботливого Лестера, который аккуратно приглаживал волосы на голове какой-то девочки, натягивал ей ободок и отпускал к подругам. Вокруг него гурьбой сидели маленькие дети, которые каждый раз просили у него помощи, а в замен он мило улыбался им, говоря, что в следующий раз будет лучше. А они благодарно обнимали его, называя Филли. И в этот момент на лице Дэна проскальзывала лёгкая улыбка. А потом появлялась другая, которая была от тупых подписей Каспа о том, что вот, мол, смотри на то, как твой будущий муж будет ухаживать за вашими детками. А потом Хауэлл слал Ли куда подальше, в душе надеясь на то, что он хорошо скрывает чувства к Лестеру.       Трой распевался, иногда проверяя свой телефон. Раз в 20 минут Коннор присылал ему фотографии с кружка, описывая то, что он делал, потом обещал, что напишет позже и уходил. Сиван же просто сохранял каждую присланную Франтой им фотку, закидывая их в самую сокровенную папку. Он специально поставил на неё пароль, чтобы никто никогда не смог посмотреть кроме него её "внутренности". Он надеялся, что когда-нибудь найдётся человек, которому он сможет сказать пароль от этой секретной папки с сердцем Троя, не боясь измены. И этот человек будет медленно пролистывать фотографии, задавая вопросы буквально про всё. А после закроет её, поцелует Троя и они вместе пойдут пить кофе на вкус Сивана, разговаривая о соке и музыке, держась за руки.       Джо настраивал гитару, то натягивая струны, то расслабляя их. Он пару раз уходил головой в телефон, забывая про репетицию. За это же ему летел смачный подзатыльник от Троя, из-за чего Дэн смеялся так, что на его ровных раньше щеках проступали ямочки, которые Фил называл высохшими озёрами. И Джо даже начинал их шипперить, но без фанатизма. Он понимал, что это очень некрасиво, поэтому не показывал это. И он сам себя иногда шипперил кое с кем, но это уже совсем другая история.       Взяв гитару в руки, он встал позади Троя и начал дёргать струны, чтобы из них плавным ручейком вылетели приятные звуки. Песня всё нарастала и нарастала, а Джо уже был потный. Да, секс бой для женских журналов. После окончания песни, все парни плюхнулись вниз, но вот кто-куда попал - удача и чистая сноровка. Трой оказался на диване, обмахиваясь телефоном. Он откинулся на спинку и прикрыл глаза. Дэн уместился на полу, у ног друга. Он плюхнулся на пол после минутного размышления, положив руки на лицо, чтобы противный свет не слепил глаза. Джо же - просто сел на стул и стал покачиваться, обдувая себя тетрадкой Троя.       Растянувшись на мягкой поверхности, Сиван начал думать о том, как придёт в комнату, уткнётся в уроки вместе с Коннором, а потом плюхнется в кровать, которая будет напоминать ему пушистые кучерявые облака. И, возможно, он попросит остаться Франту с ним, ссылаясь на то, что так ему не будут сниться кошмары. И Коннор останется, ляжет рядом и обнимет руку Троя. Он заснёт быстрее младшего, проваливаясь в паутину приятного блаженства. А в это время Трой будет смотреть на его слегка колыхающиеся ресницы от дыхания друга. Перед тем, как закрыть глаза, Сиван чмокнет Франту в нос и пожелает спокойной ночи и приятных снов, а Коннор лишь слегка поморщился от неприятного звука, который услышит сквозь слои сна. И Трой отворачивается от друга, постепенно засыпая от милого бормотания Кона сквозь сон.       Сиван слышит щелчок камеры и только сейчас понимает, что заснул. И всё это он не представлял, а видел во сне. И он пытается разодрать глаза, которые так не хотят ему поддаваться. Он заставляет свой разум пробудиться, тело поддаться его контролю и глаза разлепить свои створки. В них светит неприятно-режущий свет, из-за чего парень жмурится. После же он видит улыбку перед собой и камеру, которая закрывает глаза человека, который стоит над ним. Но он всё равно может легко узнать этого парня. Он может представить эти зелёные глаза, которые светят лучше всех фонарей и солнц, которые когда-либо существовали. Они напоминают ему фары, которые освещают любой путь. И ты идёшь за их светом, почти ступая по краю жёлтого контура, как бы играя с освещением в игру. Но ты проигрываешь, потому что оно не живое, а ты человек, который двигается и совершает ошибки. И ты начинаешь глубоко размышлять об этом всю оставшуюся дорогу, ведя диалог с самим собой. И дело доходит до смысла жизни, который мы так долго ищем, но всё равно не можем найти. Думаешь и веришь в то, что мы находим смысл жизни только перед смертью. В последние секунды. Хочешь озвучить его, но сдерживаешься, потому что не хочешь нарушать эту игру в жизнь, приз которой будет велик. Пропускаешь какие-то мысли без очереди, задерживая только самые глупые. Идёшь в метро, где шум заглушает всё, что могло бы мешать думать. И просто окунаешься с головой в мысли, путаясь в их длинных нитях. Хочешь взять их под контроль, но они связывают твои пальцы, затягивая узлы. Переходят на горло и душат-душат-душат, а потом отпускают. Вымученного, нечеловечного, потерянного, но отпускают. Ты скитаешься по миру в поисках человека, который тебя из них выведет, но не находишь. И опускаешь руки в конечном счёте, но тот самый человек, которого ты искал так долго, поднимает их тебе. И ты путаешься в этих нитях вместе с ним, только теперь он развязывает твои узлы, ты делаешь то же самое. И вы постепенно узнаёте друг друга, всё сближаясь и сближаясь. А потом проходите эту игру под названием "жизнь". Было бы славно, если бы вы умерли вместе, но ведь каждый умирает в одиночку. И это не плохо. Мы всю жизнь являемся частью толпы и человечества, пользуясь им, а они пользуются нами. Под конец они выжимают из тебя все соки, и ты начинаешь его ненавидеть, поэтому в конце этой игры приходит долгожданный приз. Она даёт тебе отдых, отпуская все грехи и поступки, которые ты совершил. И Трой не верил, что есть какое-то подразделение на ад и рай. Он верил в лучшее, хоть и был в вечной депрессии. Он следовал за лучами света, которые выпускали глаза парня, который сейчас стоял над ним.       Он медленно поднимается на локтях и мягко улыбается другу, который сейчас смотрит на него с такой же улыбкой.       И они ещё долго будут разговаривать про кружок Франты, про то, как там было здорово и про то, что Коннор влюбился в камеру ещё больше, но сейчас был тот момент, когда все ребята были в сборе, поэтому они решили понаблюдать за Дэном, Джо и Троем, которые пытались что-то слепить из такого маленького опыта. Ребята садятся перед парнями, скрещивая ноги и внимательно наблюдая. Сиван смущается, но находит утешение и спокойствие в глаза Коннора. И он буквально сходил с ума от той мысли, что глаза его лучшего друга так кружили голову. И в воздухе витало такое спокойствие и умиротворение, что Коннор просто не мог отвести глаза он Троя, Каспар пожирал каждый миллиметр кожи Джо глазами, а Фил держал контакт глазами с Дэном. Они пялились друг другу в глаза, что было очень мило со стороны. Но они так не считали, ведь они же парни, которые должны ненавидеть всё милое. Но Фил всё равно подходит к Дэну после песни, шепча на ухо то, что он был удивителен, что их контакт был просто изумителен, и сам парень играет так хорошо, что мог бы заменять клавиши у Фобов. Дэн краснеет в ответ, улыбается, из-за чего на его щеках проступают ямочки и просто резко обнимает друга, прижимая к себе, утыкаясь носом в его плечо.       -Ты уникален, Лестер.       И в этот момент Коннор незаметно снимает парней на камеру, пополняя свою коллекцию фотографий Троя маленькой милой фотографией Фэна, которую позже пихает Хауэллу в руки со словами о том, чтобы потом показал Филу. Дэн взглядом благодарит друга, кивая. Франта же подбегает к Трою, который сейчас смотрит на милующихся Джаспар, и кладёт подбородок на плечо младшего, обвивая руками тонкую талию.       - Мы со стороны выглядим как милая парочка геев, но мне плевать, - говорит Трой и расплывается в глупой улыбке в унисон с Коннором.