Дыхание прошлого

      Сидя в просторном светлом номере, про себя молодой человек отмечал, что даже гостиная в его родном доме в Ризенбурге была в несколько раз меньше. И от того, что одни люди с трудом волочат жалкое существование, а другие - живут вот таким образом, становилось до жути неприятно. - Прошу, не стесняйтесь, - Ёки наигранно улыбнулся.       Эдвард только сидел на своём месте, медленно отрезая от свинного стейка маленькие кусочки, при этом стараясь сохранить спокойное выражение лица, слушая беспрерывные рассказы Ёки, которые немного раздражали.       Хотя нет. Сильно. - Мы наслаждаемся хорошей едой, а город в таком ужасном состоянии… - констатировал парень, сдержавшись, чтобы не броситься на своего собеседника, который не чувствовал ничего, кроме гневного взгляда.       Элрик прекрасно понимал, что ему необходимо сохранять спокойствие и трезвый разум, чтобы заставить мужчину сделать то, что было необходимо ему. В противном случае у него не получится ни забрать с собой Киру, к которой у него было очень много вопросов, ни расправиться с управляющим. - К моему стыду, у нас есть некоторые затруднения со сбором налогов, - с безмятежной и наигранной улыбкой сообщил лейтенант. – К тому же, как вы, наверно, заметили, народ здесь дикий. Ха-ха-ха! Мне так неудобно перед вами!       За это парень был готов убить его на месте. - То есть они заботятся только о своих правах, но забывают об обязанности платить налоги? – перед тем, как отправить кусок мяса в рот, поинтересовался алхимик.       Стальной прекрасно знал, что это совершенно не так. Он слишком хорошо узнал, как чувствуют себя люди, живущие в таких маленьких городках. Они, доведённые до ручки, готовы в любой момент начать бастовать против власти, а то и даже свергнуть её. Но всё начиналось именно с таких мелочей, какие были в Юсвелле. - Именно! Вы меня прекрасно понимаете! Всё в нашем мире можно объяснить законом равноценного обмена – основным законом алхимии! Если есть права, то есть и обязанности, - довольно улыбнувшись, Ёки на секунду задумался, а потом продолжил, схватив со стола небольшой колокольчик: - Могу ли я тоже воспользоваться этим мировым законом?       Эти слова управляющего совершенно не нравились Элрику. Он на интуитивном уровне чувствовал, что после этого ему придётся столкнуться с не самыми приятными вещами. И расхлёбывать их последствия совершенно не хотелось.       В памяти опять всплыли давно забытые картины открытия Врат.        Тем более сейчас. Он слишком хорошо знал, какую ужасную цену иногда бывает нужно заплатить за одно-единственное неправильное решение, которое было принято из-за банальной глупости и нехватки информации.       К ним вышел мужчина в голубой форме, несущий в руках поднос. - Господин Эдвард, вы ведь государственный алхимик, а значит, имеете влияние в высших кругах, - лейтенант искоса смотрел на своего гостя. – Это просто порыв души, но…       Когда предмет, который до этого держал старшина, оказался на столе, Элрик недовольно окинул пристальным взглядом небольшой серый мешочек, который находился в нескольких десятках сантиметров от него. Взяв его в руки, молодой человек слегка потрусил им, от чего понял, что там находятся монеты. - То есть, так называемая взятка? – парень сильно нахмурился.       Подобное отношение выводило из себя. - Порыв души, - поправил его Ёки. – Я бы не хотел прожить жизнь мелкого чиновника в этой глуши. Вы же меня понимаете? – он поднёс руки к лицу.       То, что лейтенант считал его человеком, который способен на такое, только усиливало появившееся в груди ещё где-то полтора часа назад желание преобразовать этого придурка в кучку пепла или отдать на растерзание полковнику, который бы непременно оставил от него неприятно пахнущие людским мясом угли.       Большая (даже, скорее, роскошная) дверь без единого намёка на скрип открылась. Эдвард отреагировал на это только потому, что его собеседник практически сразу перевёл немного недовольный взгляд на вошедших в помещение людей. - Уже закончили? – снова надев на себя маску благосклонности, спросил лейтенант.       На удивление, всё прошло достаточно быстро. - Ну как ты, сестрёнка? – наигранно счастливо улыбнулся алхимик, осматривая Киру, которая с долей обречённости и злости смотрела на него с Ёки из-под лба.       Отчасти Стальному не очень нравилось, что ему приходилось называть своей родственницей девку, которую он видел впервые в жизни. Но и отказаться от неё он тоже не мог. Учитывая то, что он увидел несколько часов назад, заставляло парня продолжать играть и называть Киру своей кузиной.       Та, видимо, хотела недовольно фыркнуть, но вовремя сдержалась. Косо глянув на военного, который всё время сопровождал её, она шмыгнула носом и тяжело вздохнула. На руку, на которой был наложен гипс, девочка уже практически не обращала внимания. - Закрытый перелом, - с тяжестью в голосе сообщила Вагнер. - Ладно, тогда пошли, - Эдвард встал из-за стола, при этом кинув тряпичный мешочек с деньгами обратно. – А о вас, господин лейтенант, я непременно сообщу начальству, - с плохо скрываемой неприязнью ответил парень и направился к своей знакомой. - Угу, - Кира коротко кивнула и, окинув подавленным взглядом всех присутствующих, добавила: - Спасибо за помощь.       Хотя нахождение рядом с этими людьми не было приятно им обоим.

***

      За те полтора дня, которые Эдвард и Альфонс пытались уладить дела в Юсвелле, Кира ничего особо не делала, лишь иногда бегая хвостиком за ними. Всё остальное время она просто молча сидела в стороне и пристально наблюдала за тем, как они разбираются с Ёки.       С поломанной рукой она почти ни на что не способна, кроме как крутиться под ногами и мешать парням проворачивать их аферу. Да и прекрасно зная свой характер, который иногда ей самой не сильно нравился, девочка могла в любой момент сорваться.       Точно так же, как и Рой.       В подобные моменты она ненавидела то, что была очень похожа на своего отца. Сейчас Мустанг-младшая была готова сделать всё, что угодно, чтобы избавиться от этого и начать жить спокойно. Девочка была бы не против пойти в мать, которая всегда жила умом, а не эмоциями.       И хоть снайпер говорила своей дочери, что пару раз срывалась и позволяла чувствам затуманить ей разум, Кира не обращала на это никакого внимания, продолжая желать о том, чтобы хоть как-то измениться в лучшую сторону.       Но ничегошеньки не получалось.       Когда же в нескольких метрах от себя она увидела знакомые силуэты, то не смогла сдержать слишком счастливой улыбки. Резко поднявшись на ноги, девочка стала ждать, когда они подойдут к ней и наконец расскажут о том, как всё прошло.       Сидеть в одиночестве на вокзале и ждать тех людей, которые должны были помочь, порядком надоело. И хоть в первое время «Вагнер» пыталась понять, что пытались сделать те два алхимика, которые отправили её в это неспокойное время, она всегда приходила к одному и тому же выводу: они пытались либо воскресить кого-то, либо создать философский камень.       И ни то, ни другое её не устраивало. Пускай ни отец, ни кто-то ещё из старших алхимиков не рассказывал девочке абсолютно всего, но и той информации, которой она обладала, было вполне достаточно, чтобы бояться любых экспериментов с Вратами.       А дядя Эдвард, к которому пару раз ездила Кира в гости, вместо сказок на ночь рассказывал о том, что игры с Истиной никогда до добра не доводят. И в качестве примера говорил о том, как дорого обошлась ему и брату попытка воскресить погибшую мать. - Ну, как всё прошло? – девочка с нескрываемым интересом рассматривала своих знакомых.       Хоть она и понимала, что этим двум пока всё рассказывать нельзя, но скрывать некоторых своих эмоций не было никакого смысла. Если Мустанг будет вести себя слишком спокойно и сдержанно, то это наверняка вызовет ненужные в сложившейся ситуации подозрения.       И тогда шанса всё исправить больше не будет. - Да нормально, - довольно усмехнулся Эдвард. – Теперь этот усатый придурок не будет больше выпендриваться, - и один раз хохотнул. - Ага, - Альфонс утвердительно кивнул. – Но для этого братику нужно сначала всё рассказать начальству.       На это Мустанг ничего не ответила, только продолжила пристально рассматривать стальные доспехи. Видеть своего старого знакомого таким… Было до жути непривычно и немного страшно. Она уже успела привыкнуть к тому, что у него полноценное тело, а тут вдруг такое… - А теперь рассказывай, - резко потребовал Элрик-старший и сложил руки на груди, не сводя строгого взгляда с девочки.       От этого она инстинктивно напряглась и прижала к груди свою поломанную руку. «Вагнер» прекрасно знала, что Стальной рано или поздно станет спрашивать её о том, что она знает и как сюда попала. Но подобное ей всё равно не очень нравилось. - Что именно? – Кира нахмурилась.       Сразу выкладывать всю информацию было нельзя.       Ей было необходимо немного прощупать почву и узнать, что именно хотел выяснить Эдвард. И рассказывать всё, что она знала, после такой общей фразы было невероятно глупо. Это совсем ей не на руку. Уж лучше всё понемногу выдавать, чтобы не навредить самой себе. - Ты знаешь, о чём я, - ровным голосом сообщил государственный алхимик.       Этот тон совершенно ей не нравился. Она привыкла к тому, что Стальной разговаривает с ней совершенно иначе. И принять то, что он сейчас на пару десятков лет моложе, было невероятно трудно. Сознание почему-то это отвергало. - О Вратах? – девочка решила немного подтолкнуть своего собеседника к началу разговора в нужном русле. - Ага, - коротко ответил парень.       Кира с трудом сдержалась, чтобы не нахмуриться. Значит, Врата видны даже тем людям, которые не открывали их. Но сейчас это было ей только на руку. Если она сможет заинтересовать Элриков, то они хотя бы в первое время не бросят её.       А пока они будут вместе во всём разбираться, то у неё, как минимум, срастутся кости. Это уже достаточно неплохо, ведь тогда появится возможность самой всё нормально делать. Не будет такой бесполезной и никчёмной, как сейчас.       Но всё равно называть себя такой даже в мыслях было неприятно. - Подобное я не могу рассказать просто так, - достаточно спокойно сообщила девочка.       В голове почему-то сразу всплывал принцип равноценного обмена, о котором она постоянно слышала как от отца, Эдварда с другими алхимика, так и читала в тех трактатах, которые Лиза с трудом уговаривала своего супруга оставить в их небольшой казённой квартирке. - И что ты хочешь? – Альфонс слегка склонил голову влево. - Помощь, пока у меня не заживёт рука, - уверенно заявила Мустанг.       Эдвард задумался, при этом слегка опустив взгляд и зачем-то пнув ни в чём не повинный камушек, который отлетел в сторону. Девочка совершенно не торопила его с ответом, всё время напоминая самой себе, что с таким человеком бессмысленно спорить и что-то доказывать.       Он слишком своевольный. - Идёт, - молодой человек, наконец, посмотрел на свою собеседницу.       После этого Кира слегка довольно улыбнулась и снова села на землю, подобрав ноги под себя. Братья Элрики, немного замешкавшись, последовали её примеру. И если Альфонс был достаточно спокойным и предпочитал сохранять некий нейтралитет, то вот Стальной с явным предвкушением ожидал рассказа.       Девочка аккуратно подбирала слова, чтобы, упаси Господь (в которого она никогда особо не верила, да и не собиралась), не проколоться раньше времени. Да и всего этим двоим знать совершенно не обязательно.       Хватит и того, что её схватили какие-то идиоты и, ничего толком не объяснив, «принесли в жертву» Истине, после чего она и оказалась возле той харчевни. Да и она же не соврала. Всё, сказанное ею, чистейшая правда! А то, что она скрыла некоторые детали, всего лишь мелочи.       На них можно закрыть глаза. - Может, они хотели попытаться получить что-то из-за той стороны Врат, я не знаю, - Мустанг пожала плечами. – Но это можно будет спросить у Тима Марко.       Да, она прекрасно знала, что в прошлом её знакомые, которых ей всё время хотелось называть дядями, встречались с этим человеком. Но у неё не было столько свободного времени, чтобы ждать, когда это произойдёт само собой.       Кира хотела поскорее вернуться в своё время. Туда, где ей всё было до боли знакомо. Туда, где бы разные твари не управляли Аместрисом, а множество людей могли умереть от одной чёрной тени, которая уже давно привыкла пробовать кровь на вкус.       Она была даже готова простить отца. - То есть? – искренне удивился Альфонс.       Сейчас девочка была искренне рада, что смогла заинтересовать своих собеседников. Её пока не очень интересовало то, чего хотели добиться молодые люди. Но встретиться с тем мужчиной, о котором ей когда-то рассказывал Рой, было бы неплохо. Ведь у него есть философский камень… - Насколько я знаю, он когда-то занимался то ли изучением обхождения алхимических законов, то ли ещё что-то в этом духе. Точно не помню.       Пожалуй, это был первый раз, когда она соврала. Раньше девочка просто недоговаривала некоторые факты, которые пока её знакомым знать не обязательно (в некоторые факты они просто-напросто не поверят), а сейчас в открытую лгала.       Хотя и не хотела обманывать этих людей.       «Вагнер» уже давно знала, что Марко занимался созданием философских камней во время Ишварской зачистки. Лиза когда-то обмолвилась, что эти красные камни, созданные из человеческих душ, использовал человек, который до сих пор снился ей в редких кошмарах. - Если это так, то у него можно всё расспросить, - у Эдварда заблестели глаза.       Именно на такой ответ девочка и рассчитывала. Если бы Стальной не согласился и решил продолжить задавать ей не самые приятные вопросы, то она бы совсем скоро не смогла бы придумать убедительного ответа. - По крайней мере, это лишним не будет, - добавила Кира.       Сейчас она была счастлива, что смогла дать такую выгодную для неё наводку.