Дыхание прошлого

      Стараясь не обращать внимания на разговаривающих всю дорогу Эдварда и Альфонса, Кира пыталась окончательно определиться, что сказать Марко при встрече. В своём времени она виделась с ним всего пару раз, поэтому подборка нужных слов давалась девочке с большим трудом.       Возможности ошибиться у неё не было. Ведь при таком развитии событий мужчина может заподозрить что-нибудь неладное и не захотеть общаться со странными детьми. Мужчина уже наверняка неплохо запуган гомункулами, о которых столько всего слышала в детстве Мустанг-младшая.       После того что случилось в Ишваре, Тим наверняка должен подозревать в сотрудничестве с искусственными людьми практически всех, тем более тех, кто интересуется философским камнем и Вратами. Когда Эдвард из будущего встречался с алхимиком, то ему помогал Алекс, который на гражданской войне был знаком с ним. А сейчас не было никого, кто бы мог помочь.       И это сильно усложняло ситуацию. Нужно было всё время держать себя в руках, чтобы не взболтнуть лишнего. Кира не могла в данный момент никому рассказать всего, что она знает. Внятного объяснения этого у неё до сих пор не было, а правда была ещё нереальнее лжи.       Ни один нормальный человек в это не поверит.       Тем более те, кто изучает алхимию.. Девочка прекрасно помнила, как отец говорил, что сам не особо верит в возможность перемещения во времени. А если он так считал, то и другие учёные могли разделять его мнение.       Поэтому про истинные причины её нахождения здесь лучше помалкивать до поры до времени. По крайней мере, пока рука не срастётся. Сейчас она была совершенно бесполезна. Будучи правшой, в сложившейся ситуации левой не удастся нарисовать хоть какой-то круг преобразования (которых, к сожалению, знала не так уж много).       Всего один неправильно изображённые символ может стоить жизни. Эту простую истину она усвоила давно. Рой не раз рассказывал дочери, что случалось с теми алхимиками, которые допускали ошибки в своей работе. А происходившее в Ишваре было хуже всего.       И Кира решила лишний раз не рисковать. Такой исход ей не был нужен. Тем более сейчас с ней был Эдвард, и можно было положиться на него. Из-за того что парню нет необходимости ничего чертить, у него меньше шансов ошибиться, выводя формулу.       Не то что у девочки.       Выйдя из поезда, Мустанг-младшая остановилась. Немного прогнувшись в спине, при этом держась за поясницу руками, она устало застонала и слегка прищурилась. За время достаточно долгой поездки мышцы неприятно затекли от нахождения в одном положении, и сейчас их хотелось поскорее размять.       Кинув косой взгляд на своих спутников, она слегка нахмурилась, пытаясь как можно скорее взять себя в руки. Ей не нравилось, что происходило практически всю поездку и продолжалось сейчас. И хоть она пыталась войти в положение своих спутников, что-то внутри всё равно неприятно сжималось.       Видеть, как Эдвард и Альфонс о чём-то перешёптываются и изредка косо на неё посматривают, было ужасно противно. Да, подобное было вполне ожидаемо, ведь в этом времени они ещё толком не знакомы, но ведь Кира прекрасно помнила, как она хорошо общалась с ними…       И чувствовать это недоверие от людей, которых она уже успела про себя окрестить хорошими, не хотелось. Девочка же доверяла Элрикам, и те проведённые вместе дни не позволяли ей спокойно принять то, что происходило сейчас.       Пускай разум и доказывал необходимость обратного. — Идёмте, — наконец подала голос Мустанг.       Ей хотелось поскорее прекратить эти удручающие перешёптывания, которые вызывали столько негативных эмоций. Рушить уже устоявшиеся привычные образы Элриков совершенно не хотелось. Она была просто-напросто сейчас к этому не готова, да и собиралась в конечном итоге вернуться в своё время, где всё по-правильному. — Конечно, — Эдвард быстро закивал головой и постарался как можно искреннее изобразить хорошее настроение вместо столь неуместного недоверия.       Девочка только тяжело вздохнула, спрятав левую руку в карман. Когда молодые люди её нагнали, то продолжала изредка немного недовольно поглядывать на них, вспоминая, как в будущем (а её настоящем) Стальной пытался скрыть свои истинные эмоции.       Теперь она хоть поняла, когда всё началось. — А Марко далеко живёт? — громче, чем было необходимо, поинтересовался Альфонс.       Переведя взгляд на парня, девочка в очередной раз удивилась, что у него вместо нормальных человеческих глаз были яркие маленькие огоньки карманных фонариков. Она за столь короткое время ещё не успела привыкнуть к тому, что Элрика-младшего вместо настоящего тела был доспех. Его она таким видела только на старых фото. — Насколько я помню, нет, — достаточно спокойно ответила Кира, пытаясь вспомнить, где жил Марко до того, как его снова забрали гомункулы, при этом отведя глаза. — И говори, пожалуйста, потише. Нам лучше не привлекать внимания. — Хорошо, — Альфонс коротко кивнул, отчего метал слегка звякнул.       Достаточно быстро покидая вокзал, желая поскорее встретиться с Тимом и задать ему несколько очень важных вопросов, ни Мустанг, ни Стальной, ни его младший брат не обратили никакого внимания, что ими заинтересовалась весьма странная женщина, которая села в их вагон на одной из станций.       Заправив тёмную прядь за ухо, она слегка коснулась изображения уробороса на своей груди и слабо усмехнулась.

***

      Раз за разом вздрагивая буквально от каждого шороха, Марко метался по своему дому, пытаясь впопыхах собрать все необходимые вещи. Но руки из-за сильного волнения дрожали, отчего подобные простые действия давались с трудом. И все попытки успокоиться не приносили должного эффекта.       Хотелось взмахнуть волшебной палочкой, чтобы всё сделалось само собой и не нервничать из-за возможности что-то забыть. Но, к сожалению, на это не была способна даже алхимия. Наверное, если бы у мужчины было больше свободы и времени, то он бы непременно занялся подобным.       Бросив очередной испуганный взгляд в сторону двери, алхимик вздрогнул от одной мысли о том, что с ним могут сделать гомункулы, если доберутся сюда. Эти существа ни за что не станут жалеть человека. Они всегда ставили людей на несколько уровней ниже, считая себя высшей ступенью эволюции из-за того, что они могут сами воссоздавать себя.       Подобное было совсем не выгодно. Если создания Отца хотя бы немного нейтральнее относились к другим жителям Аместриса, то у ветерана Ишвара был маленький шанс остаться живым и продолжить своё существование в этом маленьком и тихом городке, а не собираться бежать куда подальше.       И всё для того, чтобы не умереть в ближайшие пару часов. — Чёрт, — устало пробурчал себе под нос Кристальный.       Ему очень хотелось, чтобы всё поскорее закончилось, а мысли о суициде намного чаще, чем раньше, начинали казаться неплохим выходом из ситуации. На том свете его никто не сможет достать (ни вездесущая Ласт, ни вечно изменяющий вид Энви, ни психопат Кимбли, который до сих пор наверняка был в резерве у гомункулов) и начать вымещать на нем всю свою злобу.       Ведь так?       Но что-то внутри всё равно не позволяло в один момент закончить свою жизнь, и поэтому мужчина продолжал двигаться дальше, хотя и единственной целью в последнее время было не попадаться на глаза искусственным людям и поскорее забыть о том ужасе, который творился на гражданской войне.       А воспоминания никак не хотели отступать.       Внезапно раздавшийся стук в дверь заставил Марко вздрогнуть и с животным страхом посмотреть в сторону выхода. Внутри всё в один миг сжалось и похолодело от осознания того, что на пороге могли стоять те, кто уже однажды пустил его жизнь под откос, заставив принять участие в том эксперименте.       Алхимик не хотел с ними встречаться. Не для этого он приложил столько усилий, чтобы сбежать куда подальше, жил долгие годы в страхе под придуманным именем. Допустить, чтобы его старания оказались бесполезны, он не мог, хотя и изменить что-то было не в его силах.       В дверь снова постучали из-за того, что хозяин дома слишком долго не отвечал. У Кристального просто не было сил хотя бы пошевелить пальцем, а на разговор с нежданными гостями и подавно.       Мужчина нервно сглотнул и плотно зажмурился, чтобы если кто-то ворвётся в его обитель, то умереть так и не видеть тех, кто решил его навестить. Их лица он и так прекрасно знал ещё со времён гражданской войны, когда ему приходилось создавать философские камни.       В этот момент Тим был даже готов поверить в Бога, лишь бы остаться живым. — Господин Марко? — донёсся снаружи голос неизвестного молодого человека.       Алхимик практически сразу предположил, что это мог быть Энви. Он не раз менял свою внешность, поэтому вполне мог принять облик случайного прохожего, которого когда-нибудь увидел, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. — Да должен быть, — послышался женский голос. — Куда он мог пойти? — А вдруг он решил с кем-нибудь встретиться? — отозвался другой парень.       Мужчина сейчас ничего толком не понимал.       Зависть вполне мог имитировать голоса нескольких людей сразу. Для того чтобы изменить хрящи гортани, гомункулу не нужно много времени. Да и обращение по его настоящему имени сильно настораживало. В этом небольшом городке никто его не знал…       На трясущихся и подкашивающихся ногах Тим направился к двери. Хоть Кристальный и не хотел встречаться с порождением Отца, шанса спастись у него нет. Если кто-то из искусственных людей прибыл сюда, то бежать и скрываться нет смысла.       Его всё равно рано или поздно достанут.       Медленно открыв дверь, оттягивая такой пугающий момент встречи, алхимик посмотрел на тех, кто пожаловал к нему. И сильно удивился, когда увидел перед собой троих буквально детей, которым было по четырнадцать-пятнадцать лет. Что-что, а имитировать внешность сразу нескольких людей Энви не мог. — Вы кто? — чуть охрипшим голосом спросил мужчина.       Сейчас у него появилась надежда на спасение.