Киллер против киллера

      – Сожалею, – Нацу чуть обиженно толкнул заложников в такую же комнату с электронным замком, что распознавал только отпечаток пальца Драгнила, только чуть более просторную и душную, чем их прежние покои: новая камера заточения находилась под землёй, – Но сегодня вы останетесь без ужина. Мы хотим относиться к вам, как к гостям, так что хорошенько подумайте над тем, что вы сделали.       – ДА ПОШЁЛ ТЫ! – зарычал Грей, поднимаясь с пола, на который рухнул от силы, с какой запихнул его в камеру Нацу, но двери перед его носом захлопнулись, и воцарилась давящая тишина. Даже удаляющихся в небытие шагов слышно не было: его и вымученную Локсар, что зло треснула кулаком в стену за его спиной, отрезало от внешнего мира. Их затолкали в подземелье, преградив все пути к бегству, и втолкнули в оснащённую ярким светом комнату.       В оснащённую СЛИШКОМ ярким светом комнату.       Это было похоже на какое-то сумасшествие, и Грей мог бы поклясться, что обстановка, в которой им не посчастливилось очутиться, очень схожа с комнатой для проведения «белой пытки». Пытки, при которой человек психологически ломался или элементарно сходил с ума: давящее на мозг яркое однообразие. Действительно, стены, пол и потолок в камере были белыми, а от яркого света болела голова. Ни кровати, ни стульев.       Ни-че-го.       – Надеюсь, кормить нас будут не белым рисом, – пыхтела Джу от зла, расхаживая взад-вперёд: была не в силах устоять на месте. У неё, как и у Грея, адреналина в крови ещё оставалось порядком. Им хотелось рвать и метать, бежать без остановки. Бездействие сводило с ума. – И, благо, нам оставили цветную одежду.       – Тоже подумала о «белой пытке»?       – Ещё бы, я же не тупая! – обозлилась она. – Этот способ как нельзя лучше подходит для нас! Драгнил и Хартфилия хотят сломать своих непослушных киллеров, и если мы проведём в этой психушке ни одни сутки, – как знать? – может, им сойдёт это с рук.       – Надо думать, как выбираться, а не паниковать, ясно тебе?       – «Надо думать»! – передразнила она, нелепо размахивая руками. – Уже придумал, как выбраться один раз. Спасибо тебе огромное, нечего сказать! Наши дела стали только хуже.       – Я ещё и виноват?! – заорал он, и двое воинственно стукнулись друг об друга грудными клетками и лбами. Казалось, оба в шаге от того, чтобы разодраться насмерть. Он зашипел, брюзжа слюной в самое лицо Джувии, что оставалась неподвижной, и не думая о том, чтобы трусливо отпрянуть: – План был хорошим и он бы сработал, не будь «Хвостатые» такими предусмотрительными! Наверняка они заранее готовили ловушки, чтобы подловить нас, а выход сделали где-нибудь в другом месте. Я же не знал! Если бы не уловка, мы были бы на свободе!       – Всё равно, дерьмовый план.       – Сама тогда и придумывай.       – Я не могу думать без шоколада.       – Вот и не выпендривайся тогда!       – Не смей на меня орать!       Они смотрели друг на друга, тяжело дыша, словно одновременно преодолели стометровку. Зло глядели друг другу в глаза, как королевские кобры, которым предстояло помериться силами, чтобы решить, кто из них, в конце концов, будет съеден. Горячее, разъярённое дыхание обоих било друг другу в губы… и вдруг Грей, предварительно шумно втянув воздух через нос, стиснул губы в ниточку… и резко схватил Локсар за голову, прижав её к своему лицу столь сильно, что у Джувии перед глазами заплясали звёзды.       Она шарахнулась, вытаращив глаза, и попятилась, но сопротивление с её стороны не дало абсолютно никакого результата. Она вскрикнула, замотав руками, не понимала, что происходит… пока Фуллбастер не принялся озабоченно, требовательно ловить её губы.       – П…ПРЕКРАТИ! – панически завопила она, ошарашенно отворачиваясь, но тот и не думал отступать: намертво стиснул её лицо, изворачивая голову, чтобы поймать желанные, влажные уста. Наконец, ему это удалось, и Джу вытаращила глаза, чувствуя, что несётся спиной вперёд навстречу белому, гладкому полу.       Грей рухнул прямо поверх Локсар, и от силы удара его уста буквально сплющились о её мягкий рот, а скользкий язык, никем и ничем более неостановимый, нырнул Джувии под нижнюю губу. Она едва не задохнулась, вновь ощутив такого мучительно-щекотного Фуллбастера… Чувствовала его вес всем стройным телом, ощущала, как тот страстно кусает её нижнюю губу, как оттягивает её на себя, как обсасывает… Мне не вынести этого…       – Гх… Да ч-что на тебя нашло?! – завопила она, с силой оторвав от себя парня за плечи, и содрогнулась, как и в прошлый раз заметив краем глаза растянувшеюся нить слюны, огибающую её язык и его. Она смотрела в горящие безумием глаза, слушая учащённое биение сердца у самого горла… и её руки задрожали: Грей возмущённо давил на неё, силясь приникнуть ко рту вновь. Его злило, что подставленные перед собой руки Локсар мешали брюнету добиться поставленный цели.       – Что на меня нашло?.. Ты серьёзно? – зашипел он и мотнул головой, схватив её за запястья. С силой развёл руки в стороны, уперевшись мощной грудной клеткой в её упругую грудь. Джу запыхтела, отворачивая голову и отчаянно дёргая руками. – Что на меня нашло?! Я больше не могу, не могу терпеть и не собираюсь! Хватит с меня… Я влюбился в тебя, тогда, в кафе, по-настоящему, понимаешь?! Мы оба любили, ненавидели, вновь любили снова ненавидели! И вина за все это лежит на плечах нашей чёртовой работы! Нам уже даже не надо охотиться друг на друга, но мы продолжаем сходить с ума. После всего, через что мы прошли…       Он грозно навис над ней, удерживая руки Локсар придавленными к полу… и прошептал в застывшее, побледневшее личико Джу:       – Чувствуешь это?..       Она молчала, не в силах выдержать столь откровенное приближение к себе. Заикалась, панически вырывая руки, и зажмурилась, замычав: не успела оправиться от его слов, как язык Фуллбастера вновь затанцевал у неё во рту.       Она боялась его впервые с того самого момента, как услышала произнесённое им на ухо признание в том, что Грей является киллером. Она не хотела поддаваться. Дрыгала руками, изо всех сил попытавшись выдернуть собственное тело из его столь неожиданных страстных объятий… и почувствовала то, от чего паника лишь возросла.       Он оторвался от её губ, пройдясь шершавым языком по подбородку, и требовательно уткнулся девушке в шею, кусая проступающие мышцы, щекоча соблазнительные ключицы… Она со свистом вдохнула, широко раскрыв глаза… и перед очами поплыли тёмные пятна. Низ живота утеплился, и желание потереться о торс мужчины своим чувствительным плодом стало почти непреодолимым. Она вспомнила ласку и добрые глаза Фуллбастера, когда тот был известен ей под именем Джек, вспомнила свои собственные пылающие от любви щёки, румянец на которых проступил и сейчас…       Это чувство…       Она вдруг ощутила, как Грей любовно прорыл подбородком вырез её куртки, чуть открыв вид на скрытую тканью упругую грудь, и несдержанно провёл языком, желая спуститься ниже.       Джу почувствовала, как волна мурашек прокатилась от шеи к груди, и насытила объёмом выступившие чувствительные бусины, что врезались в ткань…       – НЕТ! – испугавшись реакции собственного тела, воскликнула Локсар, и Грей остановился, желанно глядя на неё.       Она мотала головой из стороны в сторону, пытаясь прогнать возбуждение. Джувия любила, действительно любила нависшего над ней брюнета. Точно знала, что иначе никогда не излила бы ему душу, не стала открывать прошлое, обняв коленки под вентиляцией. Чувствовала влечение, до слёз хотела признаться во взаимной любви… Но пыталась уверить себя, что все эти чувства – ложь. Единственная радость и горечь в жизни – это шоколад и работа! Шоколад и работа!       …Так ведь?..       Грей прекрасно понял её состояние, озвучив все тоже самое вслух, и усмехнулся, глядя на упрямую, красную Локсар.       – Это всё работа и бесконечные убийства не дают тебе смириться с подлинными эмоциями. Я знаю, что ты любишь меня так же, как «Лили» любила «Джека», – прорычал он ей в губы. Она не ответила вновь, зная, что он прав… но не решалась произнести согласие вслух. Вдруг его звериная улыбка стала шире, и он провёл языком по своей верхней губе, так что у Джувии ёкнуло сердце от скрытого желания… и дичайшего страха. – Тебе осталось лишь сдаться, как сдался своим чувствам я. Я снова человек, Джувия. Человек, а не убийца. Перестань сопротивляться… Я вижу, как горят твои глаза… Поддайся. Я не могу терпеть. Даже когда ты была Лили, отказывала мне в поцелуях из-за своего страха… Больше я ждать не намерен. Отдайся мне своей волей, или же я возьму тебя силой.       – Чт… Хватит, – просипела она, не узнав собственного голоса. Чувства рвали её на части, но она не могла позволить себе повредить девственность. Это… под запретом. – Ты ведь не серьёзно?.. Н-н-нет, слезай с меня, я не разрешаю, я ни за что не стану…       – Ну же, – выгнулся он, горячо потеревшись носом о её шею. Она сдавленно захрипела, не зная, как справиться с этой одуряющей любовью. – Я хочу тебя… Я слышу твоё сердце, чувствую твою любовь… и ужас. Ты боишься тех откровений, о которых сама же сейчас и молишь меня своим телом.       – За-мол-чи! – помотала она головой, чувствуя, как горит лицо от желания, написанного на ней. Грей широко ухмылялся – он был очень доволен, зная, что не один изнемогает не только от пошлых чувств, немедленного желания удовлетвориться, но и от любви. Самой настоящей. – Слезь с меня! Слезай, отпусти, не трогай, я…       – Так и думал, – вздохнул он, с улыбкой отведя глаза в сторону, и решительно привстал, не отпуская рук Локсар… после чего с невероятной скоростью перевернул её, так что она вскрикнула, шлёпнувшись на живот, а после и вовсе завопила, отчаянно дрыгаясь: он уселся коленями на её ладони, не дав выбраться, а бедрами оказался поверх упругих ягодиц Локсар. Грей почувствовал девичью мягкость сквозь брюки своим передом, и рвано выдохнул, не удержавшись.       Девушка панически завопила, ощутив, как тот для пробы толкнулся сквозь ткань, чтобы она оценила возбуждённый размер его желания.       У Грея стояло уже давно, но сейчас, когда потвердевшая плоть познакомилась с девушкой чуть ближе, он сжал зубы, чтобы сдержать стон. Так хотелось скорее избавиться от преграды и почувствовать её по-настоящему… Судя по тому, как непроизвольно выгибается поясница кричащей от стыда и страха девственницы, тело Локсар было не против.       Но не сама Джувия.       – Это изнасилование! – вопила она, на что Грей спокойно согласился. Джу с трудом повернула к нему трясущуюся голову, с ужасом глядя, как тот задумчиво рассматривает её поясницу. – Что значит «да»?! Я не шучу, слезь с меня!       – Не-е-ет, просто взять тебя – это не интересно, – ухмыльнулся он, схватившись за тугую эластичную ленту на брюках киллера. Когда-то в этом своеобразном ремне она хранила охотничий нож, но Нацу и Люси его, разумеется, изъяли. Он разорвал пояс по контуру тонкого шва, помахав перед её лицом чёрной повязкой. – Хочу, чтобы твоя любовь победила принцип. Чтобы ты сама восхотела меня…       – ЧТО ТЫ…       Но фраза вновь обратилась в крик возмущения и несогласия, когда парень, сбросив с себя все армейский ремни одним махом, уложил их рядом с собой вместе с негодным больше для ношения поясом. Аккуратно достал её выкручивающиеся руки из-под колен, сжав их в одной, чтобы сильная жертва не выбралась, и принялся обматывать извивающиеся женские ручки одним из своих ремней. Вдел фиксатор в проделанную для этого дырочку, поправил пряжку и потянулся за вторым, проделав тоже самое, соединив тем самым её запястья намертво. На всякий случай.       – Я не буду, – едва дыша, сказала Джу. Грей усмехнулся, отпустив её полностью обездвиженные руки. – Н-не буду…       – Но ты хочешь, – настаивал Фуллбастер, прикусив губу, и лёг на неё сзади. Её связанные руки уткнулись в пах и оба едва не завопили. Но удержались. Грей перемахнул её синие волосы на левый бок, поцеловав Джу за ухом. Она содрогнулась всем телом… как вдруг с ужасом заметила, что свет померк: Фуллбастер завязал ей глаза эластичной тугой лентой, который когда-то служил ей поясом. Осталось только опьянённое сознание, колкий страх и шорох куртки, которую стаскивал с неё Грей, так что материя повисла на её сцепленных запястьях за края рукавов. Вскоре, как бы она не сопротивлялась, там же повисли и майка с лямками бюстгальтера.       Она скулила от стыда, не видя парня, но чувствуя, как тот несдержанно поворачивает её к себе. Джувия лежала на спине, пытаясь освободить руки – всё бесполезно.       – Н.. Не смотри на меня… – заскулила она и вздрогнула, когда ощутила его ладони на оголённой талии, а кончики пальцев – под грудью. Он принялся гладить её обеими руками, с каждым разом поднимая руки выше, все сильнее и яростнее врезаясь в упругую плоть, так что грудь подпрыгивала. Она подавилась собственной слюной от этих ощущений и ужасного, рвущего душу стыда.       – Ты волшебна, – уверил он её, не отрывая глаз от груди, и страстно нагнулся, улыбаясь у самого пупка: Джу дрожала с головы до пят, не видя ничего, кроме собственной бушующей фантазии.       Несмотря на её возмущённый писк, Грей залез кончиком языка под край брюк, после чего, целуя мягкую кожу гладенького живота, зацепил штаны и потянул вниз.       – Нет!..       – Да-да…       Как Локсар не дрыгала ногами, в итоге все равно осталась беззащитно мотать головой в одних плавках. Он поймал в воздухе её стройную конечность, развязно гладя её от подтянутых икр до самых бёдер. Джу, не удержавшись, выгнулась всем телом… и вовсе застонала, ужасно постыдившись этого: Грей налёг на неё всем телом, устроив поясницу между ног, и, как только освободился от тугих оков майки, обнажив крепкий торс, грязно положил руки поверх груди, поглаживая подушечками пальцев выступившие бусины. Внизу живота словно засверкал фейерверк, и она откинула голову, мучительно сжавшись.       – У-у… – пищала она, умоляюще выгибаясь, но спастись от его рук было нереально. Невыносимо… – П-пожалуйста, хватит… Хватит…       Он надавил сильнее, сорвав с её уст крик, и тут же накрыл бусину губами, проведя по ней языком. Всю её окутала дрожь, достигнув низа живота, там и оставшись.       – ГОСПОДИ! – вырвалось у Джу, и она невольно стиснула его горячую поясницу оголёнными ногами, гадая, скоро ли закончится это мучение.       …А вот хочет ли она скорейшего окончания или нет, предоставлю читателям додумать самим.       – Хочу тебя… – сгибаясь от наслаждения, сказал Грей, и хрипло рассмеялся, когда Джу, не видя его из-за повязки, напряглась. – Расслабься, – посоветовал он… и устроил руку поверх её плавок, поглаживая сквозь промокшую ткань пальцами. Её кольнуло, словно она получила хороший удар током, и застонала, сорвано, словно в припадке.       Как горячо…       Ощутив, как Фуллбастер стаскивает плавки, Джу предприняла последнюю попытку мольбы. Но его это, естественно, не остановило… и он с силой раздвинул её ноги, уткнувшись во влажный, запретный плод лицом.       – О-о-о-О-ОЙ! – вскрикнула она, прогнувшись до предела, и почувствовала, как тот жадно кусает половые губы…       Джувия заплакала от стыда и того, что поддалась-таки на его животную страсть. От безжалостного киллера не осталось и следа: ощущая своего мужчину сквозь царящий мрак повязки, что безжалостно ласкал её потайное местечко, девушка потёрлась о его спину ножками, невольно призывая ни в коем случае больше не тянуть. Чувствовала, как страстно он выдохнул в неё, сипло смеясь, и провёл языком снова, утерев с губ сладковатую жидкость – соки любви Джувии.       – Нельзя увлекаться… Оставлю немного этого чуда своему другу, – шепнул он, едва сумев припустить штаны и оттянуть боксеры. – Он может обидеться.       – НЕТ-НЕТ, БОЖЕ МОЙ, НЕ!..       – Тс-с-с, – успокаивающе погладил он её бёдра, чувствуя, как колышутся под желанным телом связанные руки, и погладил потайное место Локсар пальцами, не в силах удержаться. Фуллбастер пристроился, прогнувшись над ней, и жарко накрыл губы своими. Она панически перехватывала воздух, отвечая. Даже сквозь повязку скорее не видела, а чувствовала, насколько могуче тело мужчины, собирающегося взять её… – Перед тем, как грубо, ради тебя я постараюсь сделать это нежно…       И он прикусил губу, сделав немного неуклюжий толчок, потому как девственное тело было ужасно узким. Тем не менее, у него получилось протолкнуться, и он застонал, сдвинув брови к переносице. Знал, что вопреки этому сладостному, опьяняющему погружению в давно желанную девушку, должен взять себя в руки и успокоить кричащую под ним Локсар, которой по несправедливым правилам Матушки-Природы в первые минуты их страстного сближения было суждено испытывать нестерпимую боль.       Джу не могла дышать от боли, чувствуя в себе разрывающего на части парня, такого любимого… но такого мучительного. Всю её трясло, повязка намокла от слёз. Кричать перестала только услышав над самым ухом успокаивающий, возбуждённый до полусмерти голос Грея, и заставила себя поймать его губы, чтобы хоть как-то справиться с ужасающим чувством безысходности.       Он нежно ласкал её нёбо и толкнулся чуть дальше, дёрнувшись: Локсар вскрикнула ему в рот, хныча, как маленькая девочка, а он почувствовал судорогу, волной прокатившуюся по телу. Честно говоря… Джувия в таком виде нравилась ему намного больше. Беззащитную, испуганную и доверчивую, её хотелось защищать.       Фуллбастер обнял её, устроившись поудобнее, и неуверенно поцеловал в ухо: кажется, она притихла.       – Как ты? – спросил он девушку.       – М-мне… лучше. Мне хорошо, – тихо ответила она, и тут же застонала, когда тот довольно приник к её шее, щекоча чувствительную кожу.       Жжение не растворилось полностью, но она определённо не соврала, доложив Грею о своём состоянии. Появилось незнакомое ей до этого чувство присутствия мужчины, и ей вдруг так захотелось, чтобы он продолжил… Что Грей, собственно, и сделал.       С её уст сорвался настоящий блаженный стон, и она вновь почувствовала, как смыкаются губы Грея на груди, прямо на выпирающих бусинах… Он проталкивал себе путь, рвано дыша. Со связанными руками за спиной, с повязкой на глазах и этой сладостной мукой вперемешку с горячим дыханием Фуллбастера, она чувствовала себя такой беззащитной… Но это лишь прибавляло остроты. Джу выгибалась от наслаждения, выкрикивая его имя.       Грей входил теперь, как нож в тёплое масло, и не смог удержаться: чуть привстал, задрав голову к потолку, и принялся наращивать темп, теперь исследуя её внутри грубо, как и обещал. Она выгнулась всем телом, задрожав от наслаждения, и сильно покраснела, услышав хлюпающий звук. Грей же возбудился от него настолько, что горячо схватил удивлённую Локсар за бедра, сжав, и чуть приподнял над землёй, продолжая толкаться.       – Ох… – вздрогнула Джу, ощутив неясную ей, но определённо желанную судорогу. Грей задыхался от страсти, тяжело дыша. Слушал, как прилипают и отлипают от него её мягкие бёдра… и вдруг Джувия вздрогнула всем телом, расслышав помимо резкого крика Грея стук крови в собственной голове. Она замерла, туго стиснув его ногами. Он что, только что кончил?..       Ну точно. Возбуждающее чувство наполнения накрыло её с головой, и когда Фуллбастер толкнулся снова, она едва не подпрыгнула, простонав что-то неразборчивое, и чуть было не утонула в собственном наслаждении. Перед глазами плясали звёзды, всё тело сковало судорогами.       Она сделала это вслед за ним.       – Б-Б-Боже… А-а…х… а… Грей…       Он не ответил на зов, побелев от эстетики, и прилёг на неё, сдёрнув со слезящихся голубых глаз повязку. Она приоткрыла рот, глядя на удовлетворённого, уставшего брюнета, и призывно приоткрыла рот. Он послушно поцеловал её, после чего уронил голову на её грудь, чтобы оправиться. Аккуратно вышел из девушки, крепко обняв, и, едва владея трясущимися руками, смог избавить руки любимой от тугих пут.       Она вытащила из-под себя ремни и обняла мужчину за шею, одну ладонь запустив в колючие волосы. Грей улыбнулся, переваривая случившееся. Уже и забыл, что подвергнут заключению в «Хвосте Феи».       Сейчас Грей находился в руках красной, но счастливой Джувии, и вся ненависть, которую они испытывали до этого, незаметно упорхнула на второй план.       Остальное не так важно.