От ненависти до любви

Вот и но­вая гла­ва! На­де­юсь, что она вам пон­ра­вит­ся. Не­боль­шая прось­ба — ос­тавляй­те по­жалуй­ста от­зы­вы. А то от­сутс­твие ре­ак­ции от чи­тате­лей на­тал­ки­ва­ет на мысль, что все очень пло­хо. Вол­ну­юсь, дос­та­точ­но ли опи­саний, ди­ало­гов, от­ступ­ле­ний, ин­те­ресен ли сам сю­жет… На­де­юсь на ва­ше по­нима­ние: ) Спа­сибо за вни­мание, при­ят­но­го проч­те­ния! Прибывая в неком замешательстве от внутренней борьбы разума и эмоций, а также нескончаемых и запутанных мыслей, Самойлова мысленно в своей голове приводила все «за» и «против», представляя чистый лист, разделенный на две колонки. В графе «против» можно было сбиться со счета от количества пунктов — определенно Кисляк не лучшая кандидатура в защитники, но и другой нет. Конечно, более разумно подавить свои фобии и провести эту ночь в гордом одиночестве, но страх начинал перерастать в панику, которая уже выходила из-под контроля. Девушка слишком долго находилась где-то не здесь, в каком-то своём мире, в котором тщетно пыталась навести порядок. Парню нравилось наблюдать за ней, но пора бы возвращать её в эту реальность. — Ян, ты как? — настороженно спросил Саша. — Нормально, — заикаясь, ответила Самойлова. — Тогда спокойной ночи, я пойду к себе, — медленно двигаясь по направлению к выходу, сказал Александр. Ещё до того, как парень настиг дверной проем, Яна его успела остановить: — Саш, постой, пожалуйста, останься. Парень на мгновение замер, не веря своим ушам, но не заставил себя долго ждать. — Я сейчас, принесу подушку и одеяло, — повернувшись к Самойловой, успокаивающе добавил Кисляк. — Не бойся, здесь кроме нас никого нет. Я быстро. Александр и впрямь вернулся очень быстро, Яна не успела до конца понять, что она сейчас устроила. В голове так и не укладывалось, что же одержало победу в этой мини схватке, ментальная сторона явно кричала: «нет», да и эмоции уж слишком сильно, еще больше рациональности, недолюбливали парня, чтобы сказать да. Очевидно, было что-то третье, которое изо всех сил заставило вырваться эти слова из горла девушки. Она их упорно старалась подавить, а они устойчиво и рьяно вырывались наружу, скреблись, душили её изнутри до тех пор, пока она перестала им противостоять. Они победили и ликовали, а девушка тихо презирала и отчитывала себя за эту слабость перед страхами. Теперь ругать себя уже поздно, Саша рядом, на другой половине кровати. И хорошо, что их разделяет одеяло, это конечно успокаивало в какой-то мере, но липкое чувство неуверенности в своем решении давало о себе знать. Самойлова ворочалась на своей стороне так, насколько это возможно, что даже чуть не упала на пол, но парень вовремя подтянул её обратно. — Ян, спи уже, не волнуйся, я не такой уж и страшный, людьми не питаюсь, — усмехнулся парень, поворачиваясь к девушке лицом. — А я и не боюсь, — совсем неуверенно пробормотала Самойлова. — Спи уже, завтра у нас очень тяжелый день, — полушёпотом сказал Кисляк до того, как провалиться в сон. Яне лишь оставалось гадать, что ожидает её завтра. А сейчас она только молча и тихо завидовала тому, как быстро парень смог отдаться в нежные руки Морфея, в то время, когда она вкрадчиво вслушивалась в каждый шорох, бессмысленно убеждая себя в том, что ей это всё лишь мерещится. И чем громче становились эти непонятные звуки, тем ближе девушка придвигалась к спящему парню. Все её действия больше имели рефлекторный характер, она словно маленький зверек-малыш, который ищет на интуитивном уровне защиты у более взрослой особи, в её случае этот крепкий и более сильный защитник — это Саша. И чем меньше становилось расстояние между ними, тем спокойнее становилась Яна и, наконец-то, ей удалось заснуть. Утром девушка проснулась на груди у Кисляка в его крепких объятиях, более того она сама обнимала парня одной рукой. От ужаса увиденного Самойлова медленно закрыла глаза, и также медленно их разомкнула, но картинка не спешила меняться, а это был совсем не сон. Девушка стремительно выбралась из плена рук Саши до того, пока тот не успел проснуться. Теперь ей только оставалось надеяться, что Александр ничего не знает об этом и делать вид, что кроме общей кровати между ними ничего и не было. Когда проснулся парень, девушка уже вовсю хозяйничала на небольшой кухне, где Саша её и застал. Кисляк с несколько минут пристально наблюдал за готовившей девушкой, не заметившей его появления, мысленно отмечая про себя, насколько сильно Яна притягивает его внимание к себе. — Доброе утро! — весело сказала девушка, повернувшись к парню. — Давно ты тут стоишь? — Нет. Только что встал, — уверенно соврал Саша. — Как спалось? — Спасибо, хорошо, ты как? — Отлично, — ухмыльнулся Александр, хитро сощурившись и пристально вглядываясь в глаза девушки. — Почему так рано встала? — Я привыкла рано вставать, — как можно правдоподобнее выпалила девушка, хотя отчетливо понимала, что Кисляк в курсе, и утром он лишь притворялся, что спит, но раз парень не решается заговорить об этом первым, то и ей целесообразней молчать. Проведя завтрак, в напряженном молчании и искоса поглядывая друг на друга, они разбрелись каждый по своим комнатам, чтобы переодеться. Преобразившись в более удобную одежду, Яна застала парня на улице, тот нагло улыбался во все свои тридцать зуба, что у девушки возникло желание стереть эту голливудскую улыбку с его самодовольного лица. У многих бы его лучезарное выражение вызвало умиление и восторженность, но у Самойловой оно вызывало лишь настороженность и массу противоречивых догадок, что же именно её ожидает за сегодняшний день. Саша — парень весьма непредсказуемый и, как оказалось, очень изобретательный, так что день обещает быть насыщенным, а Александр из ненавистника плавно переходил на другую роль, пока непонятную для Яны.