За окном

Хёнсын криво улыбался, смеясь гортанным звуком с хрипотцой, издавая какой-то квакающий отзвук. Ровные прямые пальцы упирались Чунхёну в лоб, надавливая. Тот сидел тихо, не шевелясь, ожидая следующего шага парня. - Хёнсын... Опусти пожалуйста руку, - следователь говорил тихим, уверенным голосом, способным убеждать, но видно не в этот раз. - Я же сказал, что я не этот чёртов Хёнсын! Этот мальчишка... Слишком слаб. Он не имеет никакого влияния, горделивый выродок, а толку мало. Приходится всё делать за него, - хмыкнув, парень сдул чёлку на бок и поправил её пальцами. - Тогда кто ты? - Чунхён отклонился на стуле назад, стараясь отстраниться как можно дальше от этого сознания Хёнсына. Лунный свет проникал в кухню, делая всё тайное явным, сокрытое - видным, тёмное – светлым. Так и лицо Хёнсына теперь отливало беловато-желтым оттенком света спутника Земли, а улыбка блестела. Этот парень сейчас не был тем Хёнсыном. В нём была не только гордость парня, но и надменность, возвышенность над другими и властность. Он убрал руку. С лица сползла улыбка, он стал предельно серьёзным, сменяясь на свирепый вид. - Кто я тебя не должно касаться. Просто прими как есть, но этого мальчишку я заберу... на время. Меня ждут ещё много дел, - Хёнсын печально посмотрел в окно, подходя к нему и проводя пальцами по стеклу, разглядывая город внизу, смотря на проезжающие машины, шум листвы и начавшийся дождь. Закусив губу, парень резко развернулся, метнув колкий взгляд в сторону следователя. - Не преследуй меня и лучше забудь этого мальчишку, - отчеканив, парень направился к выходу, не останавливаясь, чтобы обуться. Чунхён сидел в ступоре. Перед ним сейчас был вроде бы и Хёнсын, и в то же время не он. Это был другой человек. Совсем другой. Будто... это другая сторона Хёнсына, его второе "я". "Раздвоение личности? быть не может... или может?" - осознав, Чунхён подорвался с места, и рванул за парнем в коридор, нагоняя его на лестнице. Зажав рукой рот мальчишке, Чунхён подхватил его, отрывая от пола держа под подмышки, и поволок обратно в комнату. Парень брыкался, мычал, бил локтём Чунхёну в бок, но следователь умел не замечать боли, так что не обращая внимания, приволок его в свою комнату, предварительно умудрившись закрыть входную дверь на два щелчка, и уложил рыжеволосого парня на кровать, крепко держа его руки и усевшись на ноги. - Отпусти, полудурок! А, что ты творишь? Слышишь, скотина? Отпусти!!! - парень весь извивался, пытаясь скинуть с себя эту тушу в виде Чунхёна, что у него мало получалось. Рыпался, почти ускользал из рук следователя, но тот снова перехватывал запястья и давил на них с большей силой. Это всё не прекращалось. - Чёрт... Хёнсын, прости, это для твоего же блага, - выдохнув три раза, Чунхён занёс кулак в воздух, и резко выдохнув воздух, он с такой же быстротой приближал кулак к лицу. Чунхён видел всё это сквозь замедленную съёмку. Как костяшки пальцев касаются щеки парня, сминая её, как он уже почувствовал контур зубов, и вот голова поворачивается вправо и Хёнсын теряет сознание. Тяжело дыша, Чунхён сполз с парня и уселся рядом, теперь осторожно проводя по ушибленному месту подушечками пальцев. - Прости, но ты должен поспать, - накрыв парня, Чунхён закрыл дверь, и прошёл в гостиную, укладываясь на диване, - что только с этим мальчишкой не случается. То нападают, то сестру ищет, то сны разные, теперь ещё и это, - следователь какое-то время не мог заснуть, прокручивая в голове только что случившееся. Второе "я" - это не шутки. Значит существует два Хёнсына, и этот второй не так дружелюбен. Вообще раздвоение личности случается для защиты организма от внешнего мира. Значит у студента была не лёгкая жизнь. И как же часто это проявляется? Кто-нибудь ещё знает? Может та девушка, которая постоянно ходит к парню домой? Ещё много вопросов скопилось у Чунхёна, под давлением которых он не проспал до утра, но организм и усталость всё же взяли своё. Поутру Хёнсын переворачивался с боку на бок, елозил, обнимался с подушкой, подминал под себя одеяло или же заворачивался в ролл. В конечном итоге, тело достигло самого края своего мучения койки и послышался шумный удар о пол, а за ним ругань. Утро Хёнсына было не самым радужным, не самым воскресным, не самым удачным, но Хёнсын чувствовал себя прекрасно. В голове пусто, что бывает не часто, вокруг было красиво, опрятно, кровать оказалась как из пуха столь мягкой, что снилось ему не только розовые единорожки, но и вполне взрослые сны, от чего парень обнаружил утреннюю радость. Снова выругавшись, Хёнсын поплёлся в ванную, шаркая ногами и не разлепляя глаз, из-за чего собрал все косяки дверей. "Что ж такое-то, будто дом не мой. Я ж его наизусть знаю" - почёсывая свою макушку, Хёнсын включил прохладную воду, и простоял так минут пятнадцать, очищаясь от оставшихся мыслей, внутренней душевной грязи, от всех забот. Что было вчера - он не помнил, а что говорить про прошедшую неделю. Прохладные струи воды быстро стекали по гладкой коже, стремясь наперегонки к пяткам. Парень провёл пятернёй по волосам, закидывая голову назад, подставляясь ласкающей воде. По своей забывчивости, да и думая, что этот дом его, Хёнсын не закрыл дверь, к тому же ещё и не услышал звука хлопка. Он продолжал спокойно мыться, когда его плеча коснулись тёплые пальцы. Поначалу эти пальцы плавно скользили по плечам, после ладони разминали их, от чего Хёнсыну вскружило голову, и он поддался этим рукам, касаясь их, томно вздыхает. Его дыхание участилось, прохладный душ стал колюче ледяным, потому что тело распалялось, а чьи-то руки продолжали спускаться ниже, уже выводя узоры на животе. Вот Хёнсын, приоткрыв глаза, смотрит на парня, стоящего возле него, вот он тянется, касается подушечками пальцев подбородка и целует. Поцелуй получился мокрым от воды, тёплым, от дыхания вторгшегося парня и каким-то новым. Ни с кем Хёнсын так не целовался. Это было что-то незнакомое, но слишком приятное, чтобы прекращать. - Мёнсу... ты странно целуешься... - Хёнсын оторвался от парня, снова подставляясь струям воды, стараясь избавиться от нахлынувшего возбуждения, хотя ничего скрывать не хотелось, да и Мёнсу знал его желания. Вот и сейчас так искусно управлял его телом. - Хех, парень, видать я тебя сильно ударил. Прости, но здесь нет никакого Мёнсу, - низковатый голос усмехнулся, а тёплые руки тут же как-то обиженно сползли с живота парня. "Не Мёнсу... Да ладно, кто же ещё может..." - Хёнсын резко раскрыл глаза и посмотрел на парня. Чунхён. Тут до студента дошло осознание того, что с Мёнсу уже давно покончено, что вот этот парень ищет его сестру, что вчера они вместе были в кафе... А что было дальше? Что было, раз это Чунхён ведёт себя так с ним? - Ты... Ты-ты-ты... – Хёнсын, заикаясь , отошёл к стенке ванной, оседая, - ЧТО ТЫ СО МНОЙ СОТВОРИЛ?! Ты... Соблазнил меня, да? Затащил в койку и насиловал! Подлил мне что-нибудь в молоко и… и я это выпил! А ещё... - Хёнсын потрогал пальцами свою разболевшуюся щёку, - ещё ты ударил меня! - Хёнсын сидел в ванной, обхватив колени руками, и не обращал внимания на отлетающие от дна брызги, с ужасом, брезгливостью, с осуждением смотря снизу вверх на Чунхёна. Тот в свою очередь сначала не понял, о чём вообще этот парень говорит, но состроил свой покер фейс и протянул студенту полотенце. - Я тебе лишь полотенце занёс, это во-первых. Во-вторых - я ничем тебя не поил и не насиловал. Мы спали в разных комнатах, и ты дрых как тюлень. А в третьих, это ещё надо подумать, кто на кого нападал ночью. Не припоминаешь? Ты мне ко лбу пальцы приставлял и угрожал, - Чунхён скрестил руки на груди, не стесняясь смотрит в свою очередь на Хёнсына. - Я угрожал? - уже тише переспросил студент, опуская взгляд, задумавшись, - значит снова это было... - подняв вновь глаза, Хёнсын как мог вскочил на ноги, придерживаясь за следователя, - я тебя не ранил? Не пытался угрожать? Ничего особенного не сделал? - в глазах мальчишки загорелся испуг, это Чунхён хорошо увидел. Значит... Он переживает... за то, что мог причинить боль? Значит он не контролирует себя. - Нууу, ты хотел сбежать под дождь по очень важным делам и... просил забыть. Но ты ведь знаешь, что я не выполню ни одной из тех просьб, - Чунхён легонько похлопал парня по плечу, успокаивая, - мойся и выходи, я завтрак приготовил. После всё расскажешь, - следователь вышел, прикрывая дверь. Только спустя десять минут, когда Хёнсын уже сидел за столом, болтая ногами в ожидании, он густо покраснел, только сейчас поняв, что Чунхён заходил в ванную, когда студент был голый. - Кстати, прости за синяк. Но ты был не вменяем, и постоянно вырывался, так что пришлось тебя вырубить, - Чунхён поставил перед парнем тарелку с завтраком и кофе, - и у меня нет к сожалению ничего шоколадного, только кофе. - Ничего, его я тоже пью, - Хёнсын устало вздохнул и пододвинул к себе тарелку. Прежняя его гордость улетучилась. Сейчас он был в гостях у парня, которого презирает одна половина института, а другая восхищается. Он был у парня, который в последнее время постоянно околачивается рядом с ним, и... которому он становится всё больше благодарен. Не раз Чунхён его выручал, а порой проявлял заботу, что собственно сейчас и происходило. Хёнсын чувствовал себя в безопасности, когда раньше такого не было. Студент задумчиво ковырялся в тарелке, но находя еду очень даже аппетитной, Хёнсын был погружён в свои мысли. Чунхён наблюдал за этим странным явлением, попивая кофе из своей кружки. Всё же, не смотря на две основные личины Хёнсына, у него было много собственных маленьких личностей, которые крайне отличались друг от друга. Где же тот сварливый, вредный Хёнсын, тот гордый парень, которым он бывает обычно? Сейчас перед следователем сидел тихоня, из которого и слова не вытянешь, не то чтобы он пытался сбежать или угрожать. - Хёнсын, можно не скромный вопрос? Кто такой Мёнсу? - Чунхён конечно уже догадался, кем бы мог быть этот человек, но хотелось этотрменно услышать. - Мёнсу? Какой Мёнсу? - Хёнсын, вырванный из своих раздумий, не понял заданного вопроса. Он уже забыл обо всём существующем, лишь помня малую кроху, что он сейчас не один, а точнее Хёнсын никогда не был один, но теперь их трое. - Ну, когда ты меня поцеловал, то позвал Мёнсу. - Я тебя не целовал! - Целовал... А, не важно. Так кто он, Мёнсу? - Мой бывший, - Хёнсын, поначалу вспыливший, сейчас говорил безразлично, - мы расстались полгода назад. - Чё так? - Чунхён старался не проявлять интереса, но это ему мало удавалось. - Нууу... как я понял, то как раз угрожал ему, как и тебе вчера. Только по серьёзному. Я не знаю, что творит РАин, но узнаю последствия, - Хёнсын посмотрел в серое окно, за которым дождь стучал в стёкла, будто с каждым разом норовя выбить его, добраться до нежной кожи парня и колоть её резкими ударами. - И давно у тебя... С тобой живёт РАин? - следователь старался выудить любую информацию, любую соломинку, чтобы больше понять этого человека. Он и так сложен по своей натуре, а когда их двое... То и сложнее тоже вдвойне. - Около четырёх лет. Как раз тогда, когда начались все эти сны. Тебе ведь психолог рассказал про меня, да? Он беспокоился, говорил, что мне нельзя жить одному, что Раин может вытворить что угодно, что этот тип совершенно не беспокоиться обо мне. Обычно вторая половина тебя беспокоиться, а это будто бы хочет жить отдельно. Не удивляйся, я знаю, что ты за мной следишь, что это господин Ли тебя подослал. Что... - Я бы и сам хотел. Если бы это меня не интересовало, то я отказал бы, - Чунхён уже съел свой завтрак, и сидел сложив руки в замок, внимательно наблюдал за парнем, - и то, что ты сказал в кафе... что я... кхм.. за тобой ношусь, как чёртов влюбившийся пёс, то это правда. Просто так я не признаю, но... ты уже всё сказал, так что скрывать нечего, - Чунхён протянул студенту салфетку, когда тот слегка разинув рот наблюдал за следователем. - Ты только что... предложил встречаться? Хах, шустрый ты! Не надейся, голубчик. Раз я такой, то не значит, что сразу кинусь тебе на шею. Для начала доверие. Ты знаешь, я не доверяю людям, - Хёнсын вытер протянутой салфеткой рот и встал из-за стола, подходя к окну и выуживая из кармана конфету, но через пять секунд чуть ли не подавился, закашливаясь и стуча себе в грудь. Он увидел напротив свой дом, своё окно, которое тоже было напротив, и где всё было прекрасно видно. Он даже разглядел в углу свою кровать, которая сейчас была убрана, что ей не свойственно. - Так ты... Живёшь напротив? Ты... всё же следил за мной... - Хёнсын опешил от такого заявления. Как-никак, а вот когда за тобой следят, наблюдают денно и нощно, когда ты теперь об этом знаешь... теперь же и в носу не поковыряться, всё будет отмечено, зафиксировано, запомнено. Это же никакой личной жизни, никакой свободы, хоть шторы теперь занавешивай. - Да, я здесь живу. Тебя что-то смущает? - Чунхёна совершенно не заботило, что он может быть, уже раскрыл все секреты Хёнсына, куда он прячет последнюю конфету, как он танцует по вечерам, как любит смотреть детские мультяшки. Чунхён главным образом просто наблюдал за мальчишкой, и было не важно, какие у того увлечения и прочее, важнее был сам Хёнсын. Но сам Хёнсын-то так не считал, так что уже в следующие пять секунд кипел и фырчал, словно чайник. - Переезжай! Быстро! Это... это же ты теперь... баалин, никакой свободы! Везде тебя контролируют, везде ты только пешка в руках игрока. Я что, игрушка для всех вас? - Хёнсын расхаживал по кухне, меряя её шагами, хотя строение было абсолютно такое же, и студент знал каждую длину сей комнаты, только расположение было немного другим. - Хёнсын, угомонись. Я не собираюсь переезжать из-за такой ерунды, - Чунхён сложил руки на груди, наблюдая за сей непонятной паникой. А Хёнсын тем временем уже обдумывал план, как бы тогда ему переехать. Может найдутся какие-нибудь дальние родственники, о которых он вдруг забыл, а они горюют и вспоминают его? Может есть у них жильё на время? А как же работа? Как же так девчонка? Она милая, приставучая, но жутко милая. - Чан Хёнсын, угомонись. Какие дальние родственники? У тебя их нет. И к твоему сведению ты это всё вслух говоришь, - Чунхён закатил глаза. - Ты не понимаешь... Раин узнает и... Ты знаешь, почему у меня нет друзей, почему я расстался с Мёнсу, почему всё так и я замкнут? Потому что со мной происходит эта хрень. Я не сплю ночами, я вижу эти преступления, как кого-то вешают за руки, стреляют. А после появился он - Раин. Он избавлял меня от приступов паники и агрессии, он стал этим оружием против всего. Моё подсознание спит, когда всё происходит, но вот Раин... он предотвращает любой инцидент. Он чуть ли не убил Мёнсу, когда мы с ним поссорились из-за ерунды. Я тогда переживал... Минчжи... Она единственная, кого не трогал Раин, она и не знает об его существовании. Она настолько светлая. Чунхён, лучше не связывайся со мной. Иначе всё, что мне дорого погибнет, - Хёнсын постепенно переходил на шёпот, уже безнадёжно держа Чунхёна за рубашку. - Нет, Хёнсын, я наоборот хочу помочь, тем более тебе нельзя быть одному. Я помогу тебе и излечиться. - Излечиться, хахаха, ты издеваешься? - манера разговора Хёнсына менялось, а выражение лица снова рассекала дерзкая ухмылка. Хёнсын на время прикрыл глаза, морщась от некоей боли, а теперь вот так вот спокойно смотрел на следователя, - чего рот разинул? Давно не виделись? Ты у меня получишь, за то, что в прошлый раз так вырубил, - двойник Хёнсына, Раин, занёс руку для удара, но зазвонил телефон в кармане у Хёнсына. Закатив глаза, Раин выпустил Чунхёна, кинув того на пол. "И откуда у этого типа столько силы появляется" - следователь наблюдал за происходящим с пола. Парень небрежно вытащил мобильное устройство, буквально разрывая его на части в руках, но видно подумав, что хозяину он еще пригодится, спокойно нажал на кнопку "ответить", и приложил аппарат к уху. Странно было то, что Хёнсын был правшой, а вот Раин левша. Вот первый признак, как их различать. - Алло? Детка, ты меня зашибла. Задалбала прерывать меня на интересных моментах. Я тебя не знаю, мой дружок Сынни о тебе хорошо скрывает информацию, но знай, я до тебя доберусь, - Хёнсын говорил всё в трубку плавучим, сладостным голосом, от чего бежали по телу мурашки. Чунхён смотрел на Хёнсына, как на явно чокнувшегося, но смотрел он любя, не издеваясь. Встав с пола, пока Раин отвлёкся, быстро заломил тому руки и выхватил телефон, придавив парня к полу, удерживая. - Минчжи? Здравствуй, я друг Хёнсына, живу по соседству. Он тут ко мне заглянул на ночь, так что сильно не переживайте, с ним всё в порядке. Но я бы хотел с вами обговорить некоторые детали. Вы не могли бы подойти к двум часам к соседнему дому. Код номера 607, - договорившись о встрече, Чунхён выключил телефон и убрал его обратно в карман Хёнсыну. Посмотрев на корчащегося парня, следователь наконец ослабил хватку, давая больше простора и воздуха студенту, от чего тот раскашлялся. - Ты что, больной? Хочешь убить этого парня? - Раин встал с места, продолжая держаться за грудь, которой сейчас глубоко дышал, - но следователь не дал ему много простора, и как только парень перестал корчиться, отправил того в комнату и запер. - Ййааа! Чунхён! Я тебя из-под земли достану, но прикончу, как последнюю бактерию! Ты нажил себе делов, - Раин стучал в дверь, пихал плечом, стараясь выбить ненавистный предмет. Чунхён решил усмирить в этот раз парня именно таким образом. Делая выводы, Чунхён пришёл к заключению, что Раин появляется тогда, когда Хёнсын начинает злиться, доходя до критической точки, и тут-то появляется его двойник. Но нужно копать дальше в корень, чтобы выявить причину. В дверь вскоре позвонили. На пороге стояла та самая девушка, которую Чунхён видел постоянно в гостях у Хёнсына. Красивая опрятная девушка, всегда носит каблуки и синюю сумку. -Где Хёнсын? Что с ним произошло? - Девушка тут же ворвалась в квартиру, ни спрашивая разрешения, ни позволения вообще топтать в этих каблучищах ковёр. Но как только она открыла вторую дверь в комнату, то... - ну и где Хёнсын? Вы меня разыграли, да? - девушка возмущённо повернулась к озадачивавшемуся Чунхёну.