Воля Малдары: Чёрное солнце

Альмегир содрогнулся от ещё одного удара в челюсть, но не издал ни звука. Акула-оборотень, удерживающий его, неспешно прошагал взад и вперёд, в нетерпении схватил магистра за подбородок и встряхнул, заставляя поднять глаза: – Не смей молчать при мне, эльф! Я знаю, насколько горд ваш народ, и потому не поскуплюсь ни на какие средства, дабы разговорить тебя. – Что ты бубнишь себе под нос? – наконец, сверкнул глазами Альмегир с дерзкой улыбкой на окровавленных губах. – Выражай свои мысли яснее, иначе я ничем не смогу помочь. Оборотень рассвирепел, услышав насмешку, и последующий удар пришёлся прямо в солнечное сплетение менельсирца. Эльф мужественно стерпел. – Ты не в том положении, чтобы дерзить, – рявкнул тюремщик. Видя такую выдержку, он выхватил из-за спины короткий кинжал и вонзил его в правое запястье пленника, чуть пониже одного из широких титановых браслетов, удерживающих магистра на цепях. Донёсся хруст перерубленных костей, рукав белой рубашки мгновенно пропитался чёрной кровью. Оборотень оскалился: – Чувствуешь? Говори немедленно всё, что знаешь о магии перемещения! Альмегир сдвинул брови и прикрыл глаза. Словно не обращая внимания на боль, молодой эльф поразительно ровно сказал: – Это всё, что от меня нужно? Ты не того поймал. Я простой рейнджер из Менельсира, исполняющий роль магистра. Я с порталами дел не имею. Хоть что со мной сделай, я не скажу того, чего не знаю. Неудовлетворённый таким ответом оборотень вырвал кинжал из руки пленника и пронзил вторую в том же месте: – Тогда я задам вопрос, на который ты точно знаешь ответ. – Он обошёл юношу и с неимоверной силой ударил в его правый локоть. За очередным хрустом острый кончик кости зацепил шёлковую светлую ткань и порвал. Венозная кровь хлынула на каменный пол. Оборотень вдохнул её запах и, облизнувшись, продолжил уже чуть спокойнее: – Из-за чего предали смерти моих родителей, когда-то состоявших в ордене Звёздного Дракона?! Альмегир молчал. Было видно, каких трудов ему стоит не выдать испытываемой боли, но оборотню хотелось слышать страдания пленённого магистра. Он мягко прочесал пальцами золотистые волосы, отметив про себя небольшую проплешину у левого уха, потом распорол расшитую серебром зелёную мантию, обнажив плотно сложенное, уже израненное эльфийское тело, окинул его оценивающим взглядом и опустился перед ним на колени. Его ладони заскользили сверху вниз по тоже удерживаемым титановыми цепями длинным мускулистым ногам, украшенным тёмным витиеватым узором татуировки. Оборотень припал к правой ноге, медленно прогладил её, как восхищаясь, потёрся щекой о гладкую кожу: – Красивые. Даже дотрагиваться до них жаль, но необходимо. С этими словами он вытащил второй кинжал и, стиснув в руке колено, пару раз глубоко резанул кожу. Его когти погрузились в ранки, захватили, и оборотень резко рванул. И только теперь сумел добиться желаемого – эльф задёргался, словно пытаясь вырваться из плена, вскинул голову с широко распахнутыми глазами. Боль страшно исказила красивое лицо, магистр кричал – только крик его был беззвучным. Несколько секунд спустя рейнджер безвольно повис на цепях. Он с трудом поднял беспомощный взгляд на небольшой округлый кусочек кости, который тюремщик играючи покручивал меж пальцев, и сказал: – Отчего ты всё ещё уверен, что я тот, кого ты искал? Ты ведь акулий оборотень? Да, было в ордене Звёздного Дракона несколько вашего племени. Был момент, что двоих казнили за измену, но лично я находился среди их защитников, потому что не верил обвинениям. Не я тебе нужен. – Этого недостаточно. – Ещё через пару секунд в руке оборотня оказался второй надколенник, и он с упоением начал слизывать с него тёплую кровь. – Что ещё за измена? Кто был против них? Силы покидали Альмегира, юноша мог только содрогаться от действий своего мучителя. Магистр находился на грани сознания, лишь боль, как он ни пытался отвлечься от неё, удерживала его. Он исподлобья посмотрел на оборотня и тяжело просипел: – Ворóны. Всё из-за Ворон. Были отступники в ордене, диверсанты. Не одного мы выявили, но потом подозрения были брошены на эту пару, Корý и Найеро. Я говорил с ними, я чувствовал, что они невиновны, я старался их защитить по мере сил перед всем орденом, но моих доказательств оказалось мало. Их просто хотели убрать с пути. Они узнали нечто, что угрожало бы кому-то с более высоким званием, и тут подвернулись Вороны. – Вороны? Что за бред ты несёшь?! – Небрежно отбросив надколенники куда-то в сторону, оборотень поочерёдно пнул эльфа под раненые колени, выбивая кости из остатков суставов. – Какого дьявола моих родителей вовлекли в это?! Альмегир продолжал мужественно переносить пытки: он знал, что обречён, и мысленно уже взывал к Зандаре, дабы она как можно скорее забрала эльфийскую душу подальше от терзаемого тела. В мыслях всплыл образ прекраснейшего из всех собратьев, сереброволосого, с глазами прозрачными подобно льдам Южного океана, множеством шрамов, однако далеко не обезображивающих тренированное тело… и отражением в имени. – Сбор. Отступники, ренегаты... Они все из Враньего Сбора. Это всё политика Империи Вóрона! Брат императора, Арнас, это его поддерживают Ворóны. Предатель среди глав ордена Звёздного Дракона. Кору и Найеро стали свидетелями разговора одного из нас с Воронами. Явно, его шпионы выследили их, поспешили доложить своему господину, и обвинения в пособничестве пали на них, дабы кто-то из верхушки избежал... – Я требую имени! – Оборотень резко приблизился к пленнику и, схватив за волосы, заставил поднять затуманенные глаза. – Скажи мне имя, эльфийское отродье! – Неблагодарный мальчишка, – с ухмылкой оскалился эльф, с облегчением чувствуя, что жизнь, наконец, покидает его. – Бесконтрольный! Хочешь мстить, сначала успокойся! За Ланью охотиться надо, ясно? Я на него думал, думаю и буду думать. Об имени сам... догадаешься. – Откинув голову, Альмегир с беззвучным смехом затрясся в истерическом припадке – и через пару секунд затих. Акулий оборотень после этого словно очнулся и в ужасе отступил на полтора шага. – Правду баяли старики: эльфы умеют умирать, наводя страх на убийц. – Он нервно сглотнул и, прикрыв глаза, крикнул: – Банух! На зов прибежал худенький бледнокожий полурослик с длинными руками, похожий на помесь малого чарка с канфушем: – Я ваш, повелитель мой Кью́зо. – У стены стоит небольшой деревянный ящик, – глубоко вздохнув, негромко сказал оборотень. – Принеси его. Банух в точности выполнил, что от него хотел хозяин. Ящик высотой и шириной не превышал половины роста карлика, и тому, если б захотелось поместиться, пришлось бы очень сильно скрючиться. Кьюзо задумчиво посмотрел на ящик, потом снова на эльфийский труп, болтающийся на цепях, и, многозначительно пробормотав: «Отличная будет посылка для рыцарей Звёздного Дракона», – обнажил меч.