Гадкий Койот

Ренли с почти нездоровым интересом взглянул на меня. Казалось, что он пытается запомнить каждую шерстинку на моем теле, и мне было бы это чертовски приятно, если бы минуту назад Ренли не вел разговор с Кейтилин о удобстве носить собачью шкуру. Так то он говорил о том, что в такое время легче быть собакой, нежели лордом, но всё же. – Никогда не видел таких волков, – произнес он, нахмурившись. – Это собака, – натянуто улыбнулась Кейтилин, даже не глянув на меня. «Это койот», – возмущенно промолвила я, с ворчанием спрятавшись от взгляда Короля за длинной юбкой леди Старк. Ренли рассмеялся: – Очень скромная собака. Мне хватило гордости только на то, чтобы фыркнуть. Я всё еще была сердита на Кейтилин, ведь это она, прислушавшись к советам своих спутников, приказала привязать меня к столбу в шатре, чтобы я не путалась под ногами во время переговоров со Станнисом. Это было просто оскорбительно и безответственно по отношению ко мне. А если бы меня убили и съели крысы? Или у меня бы развилась клаустрофобия? В этом мире никто не думает о чувствах животных и это обидно. Вот уйду и провозглашу себя ещё одним Королем свободного королевства хвостатых, четвероногих созданий, будете знать, как сажать зверюшек на цепь. – Наши два Дома всегда были близки, – тщательно подбирая слова, начала Кейтилин, и её голос заставил меня замереть с приоткрытой пастью, – поэтому я умоляю вас отменить завтрашнюю битву со Станнисом. «Как я могла забыть про Тень, – я бросила взгляд на вход в шатер, потом на Ренли, который с улыбкой осматривал себя в зеркале, кажется, вообще не слушая Кэт. – Как я могла забыть про Тень?!». Вздоргнув от звона доспеха, который Бриенна почти нежно сняла с Короля и повесила на манекен, я впервые поняла, что означает «холодный пот». Мне стало и жарко, и холодно одновременно. Моя голова закружилась, и я, инстинктивно зарычав, отошла как можно дальше от входа. Я этого не видела, но знала, что все присутствующие здесь обернулись на резкий удар ветра в дверь шатра. То, что произошло дальше я помню туманно, но я точно помню, как от самой ночи отделился небольшой сгусток чёрной дымки и медленно приобрел форму человека, ну никак не напоминающего Станниса Баратеона. Я просто тупо пялилась на эту сущность и пыталась понять, где у нее глаза и рот и каким образом Бриенна обознала в нем старшего брата Ренли. Буквально увеличив свою руку в размере и заострив её на манер клинка, Тень проткнула насквозь грудь Ренли и так же неожиданно исчезла, как и появилась. – Не-е-е-ет! – взвыла волком Бриенна, бросившись к уже бездыханному телу Короля. От вида крови и кровавых ошметков, которыми мгновенно окрасилась ткань шатра, мне стало дурно и я отвернулась. Всего через пару секунд сюда ворвалась кучка вооруженных людей. Они что-то говорили, угрожали и кричали, но я слышала лишь звон в ушах. Однако, я четко услышала, как закричала Кейтилин Старк, прося их остановиться, когда они бросились на Бриенну. Один из них замахнулся на нее топором и разрубил бы надвое, если бы девушка не успела выхватить клинок из ножен Ренли и отразить удар, швырнув в остальных мертвого Короля, что сшибло их с ног. – Остановитесь! – громко рявкнула Кейтилин, когда Бриенна ударом ноги положила воина на спину и воткнула клинок ему в грудь. Я видела, что она не успеет достать меч из плоти убитого и защититься от молота, который держал человек, подходивший к ней сзади, и ринулась в атаку. Я напала так, как нападают волки, в ноги, стараясь порвать подколенные сухожилия и сосуды. Пасть мгновенно наполнилась горячей кровью, и человек заорал, упав на колени, тут же лишившись головы с помощью меча Тартской Девы. – Нам нужно уходить, – вздохнув, произнесла леди Старк, с ужасом поглядев на трупы, – Ты не сможешь отомстить, если умрешь здесь. Это подействовало, и Бриенна, взмахнув клинком, распорола ткань палатки и мы выбежали в дождливую ночь. Я рысью шла за ними, пытаясь понять, что только что произошло. При мне убили кучу народа, мой рот в чужой крови, а мне хоть бы хны. В этот момент я казалась сама себе противна, но вскоре я об этом и вовсе забыла. *** Когда мы вышли из леса на королевский тракт, нас встретил разведчик Фреев и вызволился проводить до самого замка, обсыпая нас новостями, как хорошими, так и плохими. Большинство из слов и имён, произнесенных этим человеком, я не поняла, однако, самое главное я уяснила: Робб жив, возможно, девственнен и одерживает победу за победой. Моя просьба рассказать поподробнее о Молодом Волке была понята неверно и меня неприлично почесали за ухом. – Говорят, что Король скормил сердце Ланнистера своему волку, – произнес Фрей, глянув на меня. – Мой сын не дикарь, – устало возразила Кейтилин Старк, пришпорив коня и приближаясь к замку. Я услышала, как она ахнула при виде трупов, которые свешивались со стены, став пищей для воронов. Даже с такого расстояния были видны красные плащи Ланнистеров. Навстречу выехал брат Кэт, высокий темноволосый мужчина с вечно прищуренными карими глазами. – Кто эти люди, которых повесили? – спросила Кейтилин у него, спешившись с коня. – Они приехали с Клеосом Фреем, когда он привез ответ королевы на наше мирное соглашение, – мужчина поджал губы, замялся, – Они пытались освободить Цареубийцу. А теперь болтаются на ветру, мысленно добавила я, оглянувшись на висельников. Джейме Ланнистер... На секунду представив среди этих везунчиков с распухшими лицами Льва Ланнистеров, меня пробрало холодом. Неужели, я все же прониклась к этому человеку симпатией? Или это просто на улице так холодно? Так или иначе, пришло время выбирать сторону.