Рождественская история

      — Эй! К чему такая спешка?       — Хочу побыстрее улететь отсюда, мало ли кому вздумается взглянуть на крышу этого дома. Я и так слишком заметен в последнее время, не хочу опять чистить базы данных Вселенной.       — А ты это часто делаешь? — ухмыльнулась собеседница. — Ну да, ты же большой крутой инопланетянин с двумя сердцами и феской, как же такое не заметить… А когда ты в последний раз делал это?       — Лет пятьсот назад, может позже, может раньше…       Вот примерное содержание разговора старых друзей, которые (извините, не удержался) сто лет не виделись.

***

      — Итак, — начал таймлорд, войдя в синюю будку. — Первым делом надо отправиться куда-нибудь в… Куда-нибудь, — закончил Доктор, так и не придумав уточнения для «куда-нибудь». Щелкнув тумблерами и дернув рычаги, юноша привел в движение ТАРДИС.       — Постой, дай хоть отдышаться… — сказала девушка и про себя добавила: «И осмотреться». Нынешняя ТАРДИС отличалась от той, в которой героиня находилась в конце приключения с ничего не помнящим Доктором: темные стены с синими светящимися прожилками сменились желтыми и «губчатыми» на вид стенами с кругляшками, что излучают мягкий свет; теперь потолок подпирают изогнутые буквально в три погибели коралловые столбы, что формой были похожи на растянутую по высоте букву S; от прозрачного пола шли лестницы «в подвал» — под консольную комнату, к многочисленным проводам -, к комнатам — а, точнее, к коридорам, ветвистым, словно акация, ведущим к комнатам — и наверх, ко второму ярусу, опоясывающему комнату. Среди того, что находится на втором ярусе, можно перечислить: шкаф с различными книгами, какими-то дисками и маленькими коробочками типа табакерок и шкатулок; доску, тряпку и стратегический запас мелков; письменный стол с лампой и выдвижными ящиками, рядом стоял удобный крутящийся стул с высокой спинкой; встроенные в кругляшки в стене картотечные шкафы, которые не были бы заметны, если бы не отсутствие подсветки и наличие ручек.       Дающая мягкий желтый свет временная колонна с четырьмя стержнями внутри двигалась вверх и вниз под мерный звук дематериализации ТАРДИС в пространстве и времени. Тишина, спокойствие… А где Доктор?       — Эй! — Катя окликнула Доктора, но в ответ не услышала и эха. — Хм, странно. Этот корабль больше внутри, чем снаружи, возможно даже бесконечный. А эха нет. Так и свихнуться недолго…       — Извини, — послышалось из коридора. — Надо было предупредить. Я кажется вырвал тебя во время готовки…       Глаза Кати округлились:       — Я же газ не выключила!       — Я выключил, у меня зачет по незаметному использованию отвертки.       — Ты просто чудо!       — А я и не отрицаю, еще и поесть принес, — владелец ТАРДИС протянул девушке пару брикетов, завернутых в фольгу.       — Что это? — поморщилась Катя.       — Это свежеприготовленная еда из синтезатора корабля, откопал-таки его после долгого перерыва.       — Это безопасно есть? — с неизменным скептицизмом спросила землянка, не знакомая с такой пищей.       — Не знаю, хотел на тебе проверить.       — Ну тебя! — проголодавшаяся хотела уж развернуть упаковку, но, заметив некоторую деталь, спросила: — А что это за цифры на фольге?       — Это код пищи. Посмотри — в левой руке сорок, шесть, сорок девять — яичница с беконом и приправами. Кажется, раньше был другой… А это, в правой руке — чувствуешь, будто губка? — зеленый чай с лимоном и сахаром или тридцать два-пятьдесят восемь.       Сохраняя некое недоверие к хай-тек причуде, Катя развернула обертку и откусила от похожего на сырок «Дружба» белого брикета. Вскоре девушка уплела мягкий «яичный» сырок, запивая (или закусывая, если угодно) «чайным». Всю эту картину наблюдал довольный Доктор, шептавший: «Эх, будь ты моей дочерью…»       — Извини, что? — Катя покосилась на великовозрастного спутника. — Ну-ка закончи фразу? Если бы я была твоей дочерью…       -…я бы в тебе души не чаял. Нет, ну, а что, у меня есть отцовский опыт, вот и все. Нельзя ли погрезить по прошлому полуторатысячелетнему Повелителю Времени. Или мне уже две тысячи… — его спокойный голос будто улыбался, излучал тепло.       — А ты расскажешь мне о них, о своих детях? — у Кати снова загорелись глаза; видимо, в ее жизни не хватало этого чуда, которое привносил в жизни каждого этот пришелец. — Они, должно быть, замечательные!       — Да, должно быть, замечательные… — на мгновение призадумался и отвел взгляд Доктор. — Ближе к делу. Мне необходимо пройти обряд очищения.       — Погоди, обряд? Ты же цивилизованное существо из цивилизованного вида…       — Из древнейшего вида! И то, что я последний, не значит, что не должен чтить их обряды.       Доктор обошел консоль управления, попутно переключая тумблеры, рычаги, кнопки, вентили. Наконец он вернулся в исходную точку и дернул на себя поршень. В корабле потемнело.       — Сейчас сверху на тросе спустится аппарат. Я должен лечь в него, а потом, — Доктор достал из кармана плаща небольшой диск из фольги, напоминавший системную плату: — А потом приложить это к шее. Я погружусь в сон. после этого закрой крышку. Если что случится — спроси у ТАРДИС, она ответит. Напечатаешь вопрос на той печатной машинке, она на консоли. Ответ высветится на дисплее. Если у ТАРДИС хорошее настроение, конечно.       Аппарат спустился, как и сказал Доктор (и как он все это устроил?). Аппарат был похож не то на кровать, не то на гроб. На совершенно белой крышке было множество огоньков-светодиодов и три одинаковых кнопки с непонятными круговыми символами. Также в крышке было окошко, подобное иллюминатору в самолете.       Доктор отсоединил от аппарата трос, который пополз обратно, к потолку. Нажав на среднюю кнопку, инопланетянин открыл аппарат. Крышка откинулась, обнажив внутреннюю начинку аппарата. Выстиланная тканью выемка и несколько протянутых проводов — вот и все.       — Ну что ж, пора… А, хотя нет, — таймлорд снял феску и поставил на панель управления. — Вот теперь пора.       Доктор устроился поудобней внутри аппарата и улыбнулся Кате.       — Следи за жизнеобеспечением и показателями на мониторе, ты разберешься, интерфейс дружелюбный. Не волнуйся, все будет хорошо.       — Я и не волнуюсь.       — А я и не тебе, — такой далеко не обнадеживающей фразой Доктор закончил диалог, приложив диск к шее. Моргнув пару раз, он закрыл глаза, погрузившись в объятия Морфея. Катя вздохнула и послушно закрыла непослушную, тяжелую крышку. Та защелкнулась. Теперь Доктор заперт.       — Что ж, наедине с собой, — присев рядом вздохнула девушка. Что делать? Подумать, у чему все это? Зачем Доктор позвал ее? Чтоб она была его нянькой? Зачем следить за жизнеобеспечением? Разве это небезопасно? Что за необоснованный риск? Нет, если думать, то рождается слишком много вопросов, на которые нет ответа. — Может ТАРДИС поддержит разговор?       Что-то запищало. Землянка подошла к экрану и увидела на нем слово «НЕТ». Помигав, оно пропало, показав пульс, кровяное давление и…       — Уровень мозговой активности? — дочь доктора заинтересовалась этим пунктом. Рядом была обычная компьютерная мышка, которая управляла курсором. Щелкнув по значку мозга, Катя открыла отображение проекции мозга Доктора с активными участками.       — Что же это за очищение такое что требует работы воображения и…зрения? Что? Что если… — девушка недоумевала. В ее голову закралась мысль, побродила там и созрела. Мысль выдала гипотезу, которую непременно надо было доказать. Катя заглянула в иллюминатор и обнаружила, что глаза Доктора движутся под закрытыми веками.       — Что же это за очищение такое с помощью…сна или виртуальной реальности? Интересно-интересно…       Девушка снова подошла к монитору и заметила в углу еле заметную надпись «визуально-звуковая проекция». Когда курсор щелкнул по надписи, высветилось предупреждение, которое немедленно было закрыто. Сквозь помехи экран отобразил следующую картинку…