Шах и мат, Огнева

      Утро давало о себе знать. Щебетание птиц доносилось до спящей девушки из открытого окна. Легкий ветерок бегал по комнате, а лучики скользили по ее огненно-рыжим волосам. Василиса недовольно поморщилась, а после привстала. Девушка зевнула, потянулась, в общем, сделала все, с чего обычный человек начинает утро, но она тут же улеглась обратно. Вот уже шесть лет на Скарлетт-стрит, в небольшом домике живет семья Огневых. Нортон Огнев — владелец крупной нефтяной компании в  Канаде и его дочь — Василиса Огнева, которая выросла настоящей красавицей. Их жизнь медленно течет в обычном темпе. Василиса ходит в школу, у нее огромное количество друзей, хотя и врагов не наберешься. Нортон ведет бизнес. Это была прекрасная жизнь, вдали от старых бед и недругов. Все изменило обычное, на первый взгляд утро.  — Василиса, живо поднимайся! — Дверь открылась и в комнату вбежал Нортон, — Давай, давай, быстрее!       Девушка приоткрыла глаза и натянула на себя одеяло. Солнечный свет пробивался даже сквозь толстый плед. — Пап, последний день лета. Чего ты мне поспать не даешь? — умоляющим голосом спросила Василиса.  — Потом, все потом. Мы опаздываем на самолет! — еще громче проговорил Огнев и, подойдя к девушке стянул с нее одеяло.       Василиса ошарашенно посмотрела на отца. Какой к черту самолет? Куда они в последний день лета собираются лететь? Она поймала на себе недовольный взгляд отца. Это был суровый взгляд и он редко смотрит так на Василису. Девушка кивнула, показывая, что встает. Рыжеволосая потянулась, лениво зевнула и взглянула в окно. Соседка напротив как обычно поливала цветы, а мужчина из дома, который стоял рядом каждое утро мыл машину. Все повторялось изо дня в день, но Василисе это только нравилось. Как следует собравшись, она потопала на кухню, где уже стояли чемоданы. Василиса и не заметила, что ее шкаф пуст, ведь почти всегда ее вещи валялись разбросанные по комнате. Нортон с кем-то разговаривал по телефону.  — Боже, неужели тебе так не терпится? Я не собирался переезжать в Россию, — раздраженно говорил мужчина, активно жестикулируя одной рукой, — О чем ты вообще говоришь? Сначала будишь меня в четыре утра, потом говоришь, что нам надо срочно возвращаться. Думаешь мне легко оставить все свои дела тут и вернуться обратно? У меня через три часа была назначена важная встреча, а теперь мне приходится ее отменить! Василиса замерла на месте. Вернуться? В Россию? Домой? В старую школу? Девушка сглотнула и онемела. Не могла пошевелиться. От такой резкой слабости в теле она села на ступеньки. В голове не укладывалось, что они вот-вот вернутся в ненавистный ей город, школу, класс. Девушка повернула голову и взглянула в зеркало. На нее от туда смотрела уверенная, стройная, симпатичная девушка. Рыжеволосая уже давно не было той нюней, которой приехала в Канаду. Ее характер закалили тут, а благодаря лучшим врачам и диетологам, ей удалось похудеть. Теперь она совершенно другая. Девушка встала и глубоко вздохнула. Она решила, что ее одноклассники не заслужили приветливую и милую Василису. А совсем на оборот. Нортон сунул телефон в карман и взял чемоданы. Он огляделся и заметил стоящую на ступеньках Василису.  — Вась, прости, что не сказал, но меня самого предупредили только сегодня ранним утром, — виновато сказал Нортон, уже смягчив черты лица.  — Ничего пап, все нормально. Просто мы возвращаемся туда, откуда приехали. Рано или поздно, это все равно случилось бы, — она улыбнулась и, подбежав к отцу поцеловала его в щеку, — Я смотрю, вещи мои уже упакованы, — улыбчиво продолжила девушка, — что же тогда вперед, поехали. Василиса вбила себе в голову, что не будет слабой. Будет сильной, и никогда не покажет одноклассникам истинную себя. По крайней мере Марку и Фэшу, которых она помнила, будто вчера видела их. Девушка надеялась, что они хоть чуть-чуть изменились, но ей мало в это верилось. Она представляла себе Фэша, как круглого бабника, который ни одной юбки не пропускает, и наверняка уже переспал с половиной школы. Марк ни чем не отличается от своего дружка. Василиса улыбнулась от той мысли, что и правда скоро увидит всех своих старых одноклассников. И в какой же шок их повергнет, когда они увидят ее.

***

В аэропорту оказалось на удивление мало людей. Василиса огляделась. Она боялась увидеть тут знакомые лица. Девушка поежилась и потопала за отцом. Перелет был не таким уж и веселым и почти все время девушка спала. Волоча за собой тяжелый чемодан Василиса уже представляла себе встречу с одноклассниками. Нортон не подавал виду счастья, хотя и так можно было понять, что ему больше всего не хотелось покидать Канаду. Все дела он просто оставил на своего хорошего друга, а сам вернулся в Россию. Явно не просто так. — Пап, а мы сейчас поедем в тот дом, где жили раньше? — Василиса догнала отца, который уже подходил к выходу. — Нет, тот дом недавно купила молодая семья. Мы пока поживем у моих хороших знакомых, пока не найдем ничего подходящего, чтобы переехать. Василиса кивнула. Ей не терпелось узнать, что же это за хорошие папины знакомые? Открыв дверь и выйдя на улицу, на Василису накинулась волна ветра. От такого большого количества воздуха, ей показалось, что она вот-вот задохнется. Люди толпились как муравьи, машины гоняли, оставляя за собой облака дыма. Василиса улыбнулась от мысли, что вернулась туда, где знает почти каждый уголок. Они направились к незнакомой ей машине, а от туда уже вышла высокая светловолосая женщина. Ее голубые глаза впились в Василису, и девушка это почувствовала. Рыжеволосой сразу не понравилась эта женщина. Она шла к ним казалось, вечность. На тонких шпильках, в короткой юбке и полупрозрачной блузе. «Ну точно шлюха» — промелькнула в голове у Василисы, когда она уже стояла рядом. Нортон поцеловал ей руку, Василиса отвернулась. Она терпеть не могла всех этих нежностей.  — Елена, ты как всегда прекрасна, — говорил Нортон, смотря на женщину.  — Ты тоже почти не изменился, Норт, — медленно сказала женщина, —, а это твоя дочь? — она перевела взгляд на Василису и опять впилась в нее глазами. Осматривая каждую часть ее тела, — Она… — протянула женщина, не зная, что сказать, — очень изменилась. Нортон обнял Василису, а девушка надув губки отвернулась.  — Она стала красавицей, — улыбчиво сказал он,-думаю она понравиться Марку. Марку? Это имя, на несколько мгновений застряло у Василисы в голове. Марку? Неужели, они сейчас поедут к нему домой, а эта женщина его мама? Василиса откинула из головы эти мысли и мило улыбнулась. Ей хотелось произвести хорошее впечатление. Ссориться с этой дамочкой ей не хотелось. Лишь по ее ехидной улыбке можно было понять, что она та еще стерва. Они сели в машину, и уже через пару минут ехали по знакомой Василисе дороге. Она прекрасно знала, где живет каждый из ее одноклассников. Девушка поняла, что ее догадки были верны. Они и правда едут домой к Марку, а эта противная женщина — его мамаша. Сынок под стать родителю. Василиса вздохнула. Что так встревожило отца, что он решил вернуться обратно? Василиса не могла думать ни о чем другом, только об этом. Девушка не была глупой, и уже давно поняла, что отец не просто так бросил все в Канаде и вернулся домой. Девушка увидела большой двухэтажный дом, к которому они только, что подъехали. Это был частный дом, с большими окнами, маленьким двориком, в котором Василиса увидела знакомого ей парня. Как только парень улыбнулся, Василиса тут же узнала в нем Марка. Того самого, который шесть лет назад издевался над ней еще хуже чем Драгоций. Нортон вышел из машины первым. За ним последовала Елена, а Марк уже стоял рядом с мамочкой. Василиса так не хотелось выходить и разговаривать с кем-то из них. Девушка недовольно фыркнула и, закатив глаза вышла из машины. Какого было удивление Марка, когда он увидел стройную, красивую девушку перед собой, а не ту серую запуганную мышь из пятого класса. Он округлил глаза и недоуменно улыбнулся, той противной улыбкой, которую помнила Василиса. Елена тем временем, уже была в доме, а Нортон вытаскивал чемоданы из багажника. Он внимательно наблюдал за тем, как ведут себя Василиса и Марк. Огнев тоже недолюбливал сына Мартиновой, хотя самой женщине доверял.  — Огнева, ты что ли? — усмехнулся Марк и уткнул руку в бок.  — Как видишь, — буркнула Василиса и натянула милую улыбку.  — А ты изменилась, стала такой… — Марк хотел подобрать нужные слова, но на ум пришло только одно, — сексуальной.  — А ты не изменился, — у тебя как было мозгов как у ракушки, так и осталось, — съязвила рыжеволосая и хихикнула.  — Огнева, нашла с чем сравнить, — рассмеялся Марк, следя за тем, как Нортон затаскивает домой чемодан, — У ракушки нет мозгов.  — Ну… тебе виднее, Ляхтич! — громко сказала Василиса и пожала плечами. Марк понял, как только что его унизила серая мышь класса и ,когда девушка обходила его, он схватил ее за руку. Вырваться Василиса не могла. Хватка у него была стальная.  — Со мной лучше не ругаться, Огнева, — он косо на нее посмотрел.  — Ляхтич, с огнем играешь, отпусти, — ответила рыжеволосая.  Марк отрицательно покачал головой, но все же ее отпустил. Девушка дотронулась до багрового запястья и посмотрев в сторону Марка недоуменно подняла бровь. Неужели он за эти шесть лет, еще и с ума сойти успел? Василиса усмехнулась и направилась в сторону дома. Мысль о том, что ей придется какое-то время жить с Марком и его стервой-мамашей не давала девушке покоя. Ей показали ее комнату. В этом доме все было не так. Как-то не уютно и даже уснуть невозможно было. Но девушка так устала после перелета, что и не заметила как погрузилась в глубокий сон.

***

Все та же темная комната, все та же мебель. Шторы так и не открывали ни разу за шесть лет. Сейчас перед ним стояла шахматная доска, фигуры на которой были не тронуты, и лишь одна пешка стояла на две клеточки вперед. Все шесть лет, он не прикасался ни к одной из них . Он осматривал комнату уже сотый раз за этот день. Он продумывал каждый ход, чтобы ненароком не ошибиться. В этой игре нельзя совершить ошибку, иначе тебя ждет смерть. Он поднял руку дотронулся до одной из фигур. Это был конь. Он поставил его перед одной из пешек, которые закрывали собой остальные фигуры.