Midi-blocker

Кеноби проверил, нет ли за ними хвоста, и задал новый курс, подальше от Джеонозиса. Автопилот должен был с этим справиться. Наконец, джедай мог устроить падавана со всеми возможными удобствами и осмотреть его. Энакин снова впал в беспамятство и не реагировал на действия магистра, даже когда тот вынул из судорожно стиснутых пальцев сломанный медальон. – Ах, вот где был дополнительный модуль связи, – пробормотал джедай, откладывая миниатюрное устройство в сторону. У него появилась минутка, чтобы переосмыслить все произошедшее за последние минуты, ведь он едва поспевал за происходящим и мог думать только о том, как им спастись. Если бы Энакин не позвал R2-D2, все могло закончиться плачевно. Пришлось пообещать дроиду собственноручно вычистить его и обновить краску, чтобы поощрить своевременные действия в сложной боевой ситуации. Может быть, Оби-Ван и прорвался бы через дройдеков, но он здраво оценивал свои шансы в бою на световых мечах. Даже будь у него свободны обе руки, Кеноби постарался бы избежать поединка с Дуку. Их последняя встреча много лет назад до сих пор хорошо помнилась джедаю. Оби-Ван еще раз проверил пульс, потом реакцию зрачков. Он пошарил под рубахой Энакина, а затем и вовсе задрал ее, осматривая кожу и прощупывая внутренние органы. Все было в порядке, и кости вроде бы целы, беспокойство вызывала только худоба. Немного успокоившись, магистр потер руки, словно согревая, и начал водить ладонями над юношей. Сила проникала под одежду и даже под кожу, этот способ был дольше, но надежнее любого медицинского сканера, однако и он не выявил причин состояния падавана. – Сейчас бы мне пригодилась твоя интуиция, – проговорил Кеноби, перебирая одинаковые с виду пакеты с едой. Он всегда полагался на волю случая, в то время как Эни безошибочно находил среди них именно то, что хотел съесть. По виду они все были одинаковыми и решительно ничем не пахли. Один размер и вес. Кеноби разложил перед собой пяток и начал откладывать наиболее сомнительные. Он даже пропускал сквозь них Силу и смотрел, что из этого выйдет. Кропотливая работа увенчалась нежданным успехом в виде жиденького супчика, который он постудил и начал понемногу спаивать падавану. Еда подействовала на юношу не хуже какого-нибудь лекарства. Он продолжал спать, чем сильно тревожил магистра, но его бледность сделалась чуть менее пугающей. Да и дыхание вроде как стало глубже. R2-D2 тактично напомнил джедаю о сообщении от Высшего Совета джедаев. Приказ признать Энакина мертвым и прекратить его поиски возмутил Кеноби даже больше, чем бездействие в отношении потенциально опасного объекта, обнаруженного на Джеонозисе. Магистр немедленно отправил донесение о результатах проверки боем, особенно подчеркнув, что игнорировать фабрику по производству дроидов серии B и примыкающие к ней лаборатории было просто нелепо. Закончив запись, Оби-Ван проверил, не показались ли из астероидного пояса корабли неприятеля. Погони по-прежнему не было, значит, Энакин и информация о расположении базы не имели для противника особой ценности. Кеноби обеспокоенно посмотрел на Энакина, лихорадочно соображая, как поступить. Он не мог игнорировать прямой приказ, но и тащить с собой падавана в таком состоянии было недопустимо. – R2, покажи мне звездную карту этого сектора, – велел джедай, почесывая сильно отросшую бородку. Окинув её взглядом, он велел рассчитать расстояние до Татуина. – Менее парсека, значит? Что ж, это пока лучший вариант, проложи маршрут, мы отправляемся туда. *** – Мастер, – стуча зубами, позвал Энакин и съежился, не открывая глаз. Происходящее походило на странный сон. Казалось, если открыть глаза, он снова окажется в постылой комнате в компании дроида-уборщика. – Лежи, Эни, – велел тот, накрыв падавана своим пыльным плащом. – Сейчас мы тебя согреем. Хочешь есть? Юноша раскрыл глаза и порывисто сел, чтобы обнять наставника. Этот маневр забрал у него все силы, юноша обмяк в руках мужчины, но не уснул, что само по себе было хорошо. – Ну-ну, что ты как маленький? – Оби-Ван растерянно погладил всхлипывающего падавана по волосам. На самом деле он всего раз видел, как Эни плакал. Тогда они оба скорбели из-за смерти Квай-Гона. Обзаведясь собственным падаваном, Оби-Ван перестал винить себя в случившемся и понял, почему наставник хотел оградить его от схватки с ситхом. Врага подвела его самоуверенность, не ослабь он бдительность, Кеноби ни за что не удался бы тот фортель, и тогда судьбу Энакина решал бы враждебно настроенный Совет. – Я никуда не уйду, – пообещал магистр, когда Скайуокер пригрелся и затих. Магистр накрыл руку падавана, все еще комкающего полу его рубахи, побуждая разжать пальцы. Юношу смутил этот жест, и он отстранился, слабо пробормотав: «От вас смердит, мастер». Кеноби привычным движением растрепал спутанную шевелюру ученика и снова укутал его. Тот действительно поежился, но на сей раз не от холода, а от ночных видений, которые пробудились в памяти. Совершенно обычная забота со стороны наставника теперь виделась в несколько ином свете. – Скоро согреешься, – произнес магистр Кеноби, вкладывая в его руки миску с только что разведенной кашей. – Ты ведь не против повидаться с матерью и отчимом? Энакин не ответил. И есть не стал – его снова затошнило, но хотя бы не вывернуло. Он прикрыл глаза, стараясь дышать носом, а когда приступ начал спадать, выговорил: - Почему вы не атаковали меня в полную силу на тренировках? Когда я столкнулся с ситхом, он… он просто… Почему вы позволяли мне так плохо учиться? Если бы я проявлял больше усердия, тогда… – Энакин, – Кеноби с беспокойством посмотрел на подавленного ученика. – Ты не виноват. Дуку слишком силен. – Даже для вас, мастер? – не поверил Энакин, принюхиваясь к каше и размышляя, уляжется ли она в нем или лучше еще подождать. – Даже для меня, – серьезно подтвердил Кеноби, мысленно он принял решение рассказать о событиях, причиной которых невольно стал его юный падаван. – Не многие в ордене могут сражаться с ним на равных. Никто не сообщал Дуку о смерти его бывшего ученика, но он, несомненно, был в курсе случившегося. Как всегда заранее почуял беду, но в этот раз не сумел предотвратить. Он связался с Оби-Ваном вскоре после похорон Квай-Гона, точнее прислал краткое сообщение. Граф намеревался забрать Энакина и обучить его владению Силой. Кеноби никогда не доверял этому человеку, каким бы доблестным рыцарем он ни был. Именно потому он незамедлительно обратился к магистру Йоде с просьбой спрятать мальчишку. Тот сам решил, в чьи руки передать Энакина и куда отослать. – Дуку был в ярости, когда понял, что я не послушался его и поступил по-своему, – проговорил Кеноби, перебирая неприятные воспоминания. – Когда он налетел на меня со световым мечом, я мог думать только о том, чтобы сохранить голову на плечах и, если очень повезет, хотя бы ноги. «Мальчишка должен быть моим!» – так он кричал. С какой бы настороженностью Оби-Ван ни относился тогда к Энакину, тот уже стал его долгом - такова была последняя воля его умирающего наставника. Кеноби никогда не простил бы себя, если бы снова подвел Квай-Гона. – Когда Дуку пустил в ход Силу, я не мог пошевелиться, не мог даже закричать, пока он выворачивал мне душу наизнанку, – признание собственной слабости далось с трудом. Оби-Ван тогда отчаянно сопротивлялся, чтобы оттянуть неизбежное. Боль и удушье были самым легким из того, что ему пришлось вытерпеть. Дуку добился своего, уже через час он бросил измотанную, едва живую жертву и направился прямиком к Йоде, ни секунды не сомневаясь, что тот выдаст ему Скайуокера. Вот только он опоздал. Магистр уже перепоручил его кому-то из членов Совета и даже не был уверен, отбыл ли мальчишка с планеты на одном из множества кораблей, направляющихся в разные уголки Галактики, или же на время пристроен в чью-то семью. Он мог оказаться даже среди юнглингов. Поняв, что никто не желает облегчить ему поиски, Дуку отступился. Очередная волна памяти подхватила магистра Кеноби и забросила назад в их космическое суденышко. Энакин задремал, убаюканный знакомым, да что там, родным голосом. Что бы ни являлось ему в порой странных и причудливых видениях, как бы ни был силен враг, он знал, что может положиться на своего наставника.