- Это страшный сон...Всего лишь сон...

      Мерзкое ощущение, когда тебя утыкают носом в то, что и без лишних упоминаний ясно осознаешь. Рейджи был растерян, зол, унижен и в довесок ко всему рад, что мужское тело, родное и знакомое, теперь в порядке. Так и должно быть. Однако Шу не спешил покидать ванную комнату, выжидающе прикрыв глаза и облокотившись на край керамической ванны. «Так долго продолжаться не может!» — Рейджи решил поскорее скрыть следы своего промаха, под маской которую научился носить с детства. Идеальная броня — наследие, которым по сей день пользуются оба ее сына. Беатриче… Все в нем (Шу) напоминало мать. И внешность, и повадки. Она никогда не спешила, будто все время было у нее в руках. Как она ошибалась! Такое сходство всегда раздражало угрюмого юношу, ведь он пошел в деда, даже близорукостью. — Стейк с кровью? — словно официант, который знает предпочтения своего постоянного клиента, монотонно произнес эстетик. — Не в этот раз. — делая ответ таким же нуторно-медлительным, блондин тяжко вздохнул, — Ты всегда был таким… слабым? — вопрос прозвучал поистине оскорбительно, по крайней мере для ушей, которые уже не намеревались дослушивать глупые предположения. — НЕТ. — в официальном тоне, четко бросили, вскакивая из уже холодной воды, которая мигом начала скатываться змеями-струйками с худосочной долговязой фигуры. — Да… А задница у тебя хороша и в женском, и в мужском обличии… — насмешливо хмыкнули и задумчиво произнесли в никуда. — Прибереги свои комплименты для младших… Мы с тобой прекрасно пониманием, что единственный способ разрешения проблем между нами — это дуэль. Я не собираюсь делать тебе одолжение… Даже если и благодарен тебе за оказанную помощь. Хотя я не просил тебя. — Ха… для меня… если учитывать наш возраст вы все мелкотня. Но какая честь — Сакамаки Рейджи сам благодарит МЕНЯ… Поразительно. — Прекрати эту игру на публику. — Может мне следовало не мешать Аято? — Само по себе слышать твой голос подле себя уже отвратительно, как собственно и лицезреть. Тебя не просили об одолжении. — шлепая босыми ногами по кафелю, Рейджи оставлял мокрую дорожку. — Забавно. Ведь ты сам позвал меня. В довесок ко всему еще и обвиняешь меня в том, что я использовал свой статус, чтобы защитить тебя? — КАКОЕ СЧАСТЬЕ! САКАМАКИ ШУ МЕНЯ ЗАЩИЩАЕТ. Я СЕЙЧАС ЖЕ ВОЗРАДУЮСЬ ЭТОМУ НЕВЕРОЯТНОМУ СОБЫТИЮ! — зло-прищуривая глаза, Рейджи все же снял очки и накинув на себя халат, так и не воспользовался полотенцем. Ноги скользнули в тапочки, но вытирать мокрые волосы юноша не собирался. Оба парня смотрели друг на друга одинаковыми взглядами полными раздражения и неприязни. Естественное напряжение противоположностей, которые явно схожи в чем-то. — Ты наверняка пытался меня снова отравить. — устало молвили, словно это происходило уже не единожды, юноша ухмыльнулся. — Однако все тщетно, у меня выработался иммунитет. — Я слишком увлекся экспериментом и не заметил, как один прохвост подложил бомбочку. При чем здесь твоя персона? — Хочешь сказать, что ты оставил надежду занять мое место? — Оно и так мое. — невозмутимо продолжали, вытирая за собой мокрую воду шваброй, — Я выполняю все твои обязанности… Как «серый кардинал», мне достаточно и этого. — Хах. Утомительно, но я скажу то, что я хочу видеть сегодня. И это ты. В костюме матроски. В нем сейчас ходят почти все женщины, не достигшие возраста замужних дам. — Ты…- шипя, злобно огляделся по сторонам брюнет, — совсем потерял свои мозги?! ГДЕ ТЫ ТАК ПРИШИБ ГОЛОВУ? Я не настолько болен, чтобы делать для тебя такие вещи… И вообще, где ты видишь женщину?! — Тогда сыграй для меня… Ты ведь помнишь… Дьявольский Дуэт? Где-то в глубине ребер, кольнуло неприятное чувство. Это дуэт потрясал до глубины души, в свое темное время. Время когда эти двое были так дружны… Совсем давно было то, что явно не вписывалось в отношения между этими такими родными братьями в прошлом, соперниками и врагами — в настоящем. Кем они были до всего этого? Неужели такими же близкими как тройняшки, пока Беатрикс не разделила неразлучных братьев, показывая на роли и статусы, этикет, обязанности перед Отцом и Матерью, перед Королевством Темного Мира… который так желает Рейджи сейчас, от которых скрывается Шу. Тягость обязанностей которых один не достоин, другому — не впрок. И все бы возможно исправить… однако титул наследника передается лишь одному единственному сыну — перворожденному. А он, как известно — высокомерное ничтожество. Иногда Рейджи казалось, что он болел альтруизмом, убирая свои собственные интересы в сторону — все ради семьи… И к чему приводит эта, почти «отцовская» забота о своих братьях, которые явно бы спалили дом без надлежащего присмотра, вызвав огромную шумиху, прослыли бы невежественными вандалами и маньяками…? Никто не ценит ни усилий, ни времени, все — сплошные эгоисты до мозга костей, думают лишь о жалких интересах сегодняшнего дня. Недальновидные остолопы… А что будет с ними, если … Двойственность Рейджи мешала принять себя настоящего. Готового жить отшельником, однако в этом не было необходимости и пользы. — К чему мне помнить или забывать такие вещи? — заминка оказалась длиннее, чем ожидал Шу. — Ты же помнишь, что я переигрывал тебя, потому ты и бросил скрипку? — расстояние стало слишком близким. — Это меньшее, что заботит меня сейчас. Если желаешь умереть от моей руки, можно использовать привычные способы. Если ты конечно не спасовал. — Хех… пытаешься перевести тему. Мне вот интересно, если трахаться с тобой, как с женщиной, ты превратишься в мужчину? А даже если и трахать тебя как мужчину, можешь ли ты стать женщиной… В конце концов груди — наша с Аято слабость. — Я не понимаю тебя. Даже если ты мой брат. Говорить такие омерзительные и откровенные вещи… Неужели сегодня лунное затмение? — Последнюю жертву так глупо вчера убили… — Что?! Убили? Как такое могло произойти?! — Канато не рассчитал силу удара… — Как-будто кто-то из вас умеет что-то рассчитывать… — пафосно закрыли глаза кистью, убирая швабру на её обыденное место другой рукой. — Ты все еще должен мне. — Обязанности, которые я выполняю за тебя — вот моя оплата. Шу хмыкнул, не такое он ожидал услышать от брата. — Я восхищаюсь… твоим женским обличием… Думаю можно воспользоваться следующей ситуацией и хорошенько пометить тебя… — Вот твои мысли, безобразные, полны похоти… Ты уродлив в своих желаниях Сакамаки ШУ. — В отличии от тебя я бываю честным своими желаниями. Если хочу есть — ем. Хочу спать — сплю. Я не иду на поводу у других… В этом наше отличие. — Не говори подобной ерунды. Все это чистой воды вздор. Ты так спокойно говоришь о том, чтобы опорочить. И кого?! Собственного родного брата! Так низко ты пал? Но не дождешься. Я не собираюсь поддаваться на твои жалкие провокации. Шу. — С такой интонацией произносить мое имя… Выделяешь, словно с придыханием… Неужели я настолько любим тобой, что ты меня ненавидишь? Возмущение от глупых предположений просто выводило из себя… — но показывать слабость дважды, не тот удел к которому любитель и коллекционер фарфора стремился. — НЕТ смысла разговаривать с тобой. Животные и то поумнее будут. — буркнул в расстроенности потери своего драгоценного времени Рей. Однако оказался прижатым к вспотевшему от пара кафелю, по которому стекали редкие дорожки капель. — Чего тебе?! — раздраженно произнес он, но голос дрогнул. Если бы можно было описать внутренне состояние второго по старшинству Сакамаки, то это была бы встреча-падение ленивца на отдыхающего мирно кота. Шу склонился слишком близко вынуждая оказывать сопротивление. Завязалась борьба. Естественно силы были неравными — ослабленный недавно Аято, Рейджи не мог оказать достойное сопротивление «пробудившегося ото сна ленивца». Небольшое облегчение не могло восстановить все силы за один прием, которого с легкостью забрал сын Корделии. Потасовка братьев перешла на пол. Шу оказался сверху. — Доволен? И чего ты добиваешься?! — прижатым к полу из кафеля, Рейджи также дерзко смотрел в глаза, не выпуская из своего захвата руки Шу. Внутренне он шипел и «шерсть» стояла дыбом от того, что это бесхребетное животное прикасается и слишком близко. Тот же, в силу своего небольшого превосходства, наклонился ближе к шее и слизал вытекающую от нагрузки на тело кровь. Вкус оказался как и ранее, вполне себе приятным. Нечто подобное он и раньше пробовал, когда братья в детстве играли на шпагах. Кто проткнет, тот и слизывает. Но пить из метки оставленной Аято было бы не интересно. — Твоей крови. Идиот. — слова словно разнесли всю голову, как арбуз оземь. Совсем не веря словам, брюнет все же попробовал попытку скинуть с себя голубоглазого вампира, но тот прижал бедрами так, что только голову удавалось поворачивать, утыкаться в достоинство брата не прельщало. — Твой затылок… я укушу его… самое слабое место… — Хах… Это уже не смешно. Прекрати все это… Я не собираюсь терпеть с собой подобное обращение! Слез с меня мерзкое отродье! — но было уже поздно. Болезненное ощущение стона вырвалось из глотки юного эстета. В глазах защипало от слез, а тело, словно воск, прекратило свои функции борьбы. — Что за?! — в голове начало темнеть, дрожь по телу оказалась приятной до невыносимости. — Пре — кра — ти! — внизу начало твердеть от неосторожных помахивающих движений. Мгновение и Рейджи пытается отстранить нахала, но тот действует еще ужаснее. А его обидчик так и продолжал свою трапезу, попутно лаская длинными пальцами чувствительные соски и чужой орган. Сквозь пелену слез, Рейджи видел, как халат распахнули шире и жадные губы оказались на шее, неаккуратно резанув прокусили левый сосок, отчего захотелось никогда не иметь чувствительности. Когти Рейджи готовы были разорвать шею Шу, как голос Райто над головой привел блондина в исходное до его ухода состояние. — Веселимся? — зеленые глаза не выражали былой игривости, однако азарт в них мелькал. — Уже нет, — вытирая кровь, все еще отходящего от нападения, Рейджи, разложившийся морально урод не спеша удалялся в другое помещение. — Ты в порядке? Рейджи-кун? — обеспокоено захлопали ресницами, находя для себя новые интересности, в виде оттопыренного в одном месте бугорка. — А ты как думаешь?! — зло отвечал ему юноша, осознавая, что эрекция эта, приведет его не просто в полную задницу, а кажется в самый настоящий пиздец. — Помочь руками или языком? — добродушно предлагали свои услуги уже влажные от нетерпения губы собеседника, как вход в душ был закрыт на замок. — Убирайся, извращенец. — ветерок от захлопнувшейся двери слегка поколебал волосы и хитрое существо покинуло территорию, замышляя коварный план по очарованию. И кто сказал, что быть бисексуалом не выгодно?