Полукровка 2. Камни бесконечности

      Весть, принесённая Гердой, вырвала землю из-под ног. Воздух застыл в лёгких, время сжалось в ледяной комок где-то под рёбрами. Война. То самое слово, что последнее время жило на краю сознания - тенью в зеркале, шепотом в тишине. Мы готовились. Ждали. А потом… Потом были мирные рассветы в звенящих садах Альфхейма, смех Вольштага за кубком вина, тихие беседы с Гердой под сенью древних дерев. И где-то между этим - коварная надежда. Может, пронесёт. Может, он одумается.        Как же слепа я была.        Герда ворвалась в покои, её обычно спокойные глаза теперь горели, как угли. В руках она сжимала доспехи - не парадные, не те, что сверкают на праздниках. Настоящие. Чёрные чешуйчатые пластины, пропитанные запахом стали и дыма.        - Время вышло, - её голос был резким, как удар клинка. - Переодевайся. Быстро.        Я лишь кивнула, пальцы сами потянулись к холодному металлу, но взгляд упёрся в дверной проём. За ним - хаос. По коридорам носились стражи, их шаги глухо бились о стены, сливаясь в гул приближающейся бури. Где-то за окном, в лазурном небе Альфхейма, уже клубились первые тени.        Локи.        Он шёл сюда. Не с посольством, не с лживыми речами. С мечом. С армией. С Камнями, которые должны были развязать ему руки.        - Он знает, - прошептала я, натягивая наручи. - Знает, что Эфир здесь.        Герда резко повернулась, её пальцы впились в моё плечо.        - Ты - та, о ком говорило пророчество. Творение двух миров. Ты остановишь его.        Но в её глазах читалось другое: «Или погибнешь».        - Асгард остановился недалеко от Астры. Вся армия там.        Герда захлопнула дверь, будто пытаясь отсечь этим звуком нависшую угрозу. Но страх уже просочился в комнату, густой и липкий, как дым от горящего знамени.        - Вся армия? - голос сорвался, став чужим. - Сколько их?        Она заколебалась. Впервые за все время её пальцы дрогнули, сжимая край плаща.        - Не знаю. Но… много. Пауза. Она судорожно глотает. - Мне страшно.        Я не ответила. Просто посмотрела ей в глаза - и в них отразилось то же самое: ледяное понимание. Мы не готовы. Никто не готов.        То, что принесла Герда, оказалось не просто нарядом - а доспехом, замаскированным под изящество. Сарафан - плотная ткань цвета утреннего тумана, прошитая золотыми нитями, будто лучи, пробивающиеся сквозь облака. Рукава, облегающие до локтей, не стесняли движений. Короткая юбка - прямая, без лишних складок, чтобы ноги не путались в битве. Жилетка - жёсткая, как панцирь, сковывающая талию, но сзади ниспадающая почти до пола, словно крылья.        А потом - броня.        Не грубые, громоздкие латы, а тонкие, почти невесомые пластины, мерцающие призрачным лунным светом на полированном серебре. Они обхватили грудь, живот, спину, руки, словно вторая кожа, не шелестя и не давя. Но я знала: они выдержат удар. Должны выдержать. Цена победы слишком высока, чтобы позволить себе усомниться в их надежности.       Последним штрихом стали сапоги. Высокие, из черной кожи, словно выкованные из самой ночи. Обувь воина, готового к долгому и опасному пути.       - Ну что, я готова? - спросила я, обернувшись к Герде. Голос предательски дрогнул, выдавая волнение.       Герда, не проронив ни слова, приблизилась. Ее прохладные пальцы, словно прикосновение ледяного ветра, скользнули за мою спину, уверенно фиксируя клинки в ножнах. Звук был едва слышен, но в тишине комнаты щелчок отпущенных лезвий прозвучал, как приговор.       - Теперь - да, - тихо ответила Герда, и в ее глазах я увидела не только поддержку, но и тень тревоги.       Дверь распахнулась с такой силой, что эхо пронеслось по комнате.       В комнату ворвалась Сиф, словно буря. Дыхание ее было сбивчивым, словно после долгого бега, а взгляд горел неистовым пламенем. На ней уже были надеты доспехи - те самые, пропитанные кровью врагов и славой побед, в которых она когда-то сражалась за Асгард. Теперь же ей предстояло поднять меч против него, против дома, который она когда-то поклялась защищать.       И в этом взгляде, помимо твердой решимости и яростной отваги, читалось что-то еще, что-то глубоко запрятанное, что-то мучительное.       Страх, ледяными пальцами сжимающий сердце? Сомнение, змеей обвивающее душу? Или отчаяние от неизбежности выбора, разрывающего ее на части?       - Готова? - ее голос рассек воздух резко, словно клинок, отрикошетивший от щита.       Я безмолвно кивнула.       - Эирик, ждет. Вперед.       Не просьба. Ультиматум.       Мы вышли.       Сиф нервничала.              Это диссонировало с ее образом до степени нереальности. Я видела ее в бою - воплощение бесстрашия, с клинком, танцующим в свете зарниц, словно продолжение ее решимости. Видела на советах горделивую, с высоко поднятой головой, чей ледяной взгляд замораживал любые возражения. Но сейчас…       Ее пальцы судорожно вцепились в рукоять меча, словно опасаясь выронить его. В глазах, обычно твердых, как асгардская сталь, плескалась тень. Сомнение? Ужас?       Я понимала ее, увы, слишком хорошо.       Асгард стал моей обителью. Его златые чертоги, шепот ветров, ласкающих сады Идунн, раскаты смеха воинов, эхом разносившиеся по пиршественному залу - все это проросло в мою душу, пустило корни в сердце. А теперь… теперь мне предстоит обнажить клинок против него.       Коридор предательски сжался, стал короче обычного.       Мы шли стремительно, почти бежали, лавируя между стражами. Звон доспехов, приглушенные голоса сплетались в тревожную симфонию. Сиф, возглавляя наш бег, двигалась с показной уверенностью, но я видела, как напряжены ее плечи, как скована ее поступь.       Она не желает этого.       Наконец, она замерла, резко обернулась и распахнула дверь.       - Нам сюда.       Комната встретила нас светом - но не теплом.        Просторное помещение, залитое солнцем через огромные окна, казалось, должно было быть уютным. Но воздух здесь был тяжёлым, наэлектризованным.        Я сразу почувствовала тяжелые взгляды. Эирик, правитель Альфхейма, стоял во главе, его пальцы впились в край стола. Айвер, отец Герды и главнокомандующий, скрестил руки, его взгляд был острым, как клинок. Два незнакомых альфа - один высокий, с шрамом через глаз, другой моложе, но с таким же жёстким выражением лица. Фандрал и Вольштагг - обычно шутливые, сейчас они были серьёзны, даже Вольштагг не ухмылялся.        Эирик поднял голову. Его голос, тихий в своей глубине, прокатился по залу, заставив дрожать не только стены, но и сами основы мироздания:       - Мы все знаем, что произошло.       Его взгляд коснулся меня, и в нем не было и тени упрека - лишь холодная, бездонная ясность, как у горного озера в зимнюю стужу.       - Армия Асгарда расположилась на окраинах Альфхейма. Пока - далеко от города, словно хищник, выжидающий в тени, - пауза повисла в воздухе, тяжелая и зловещая. - Но они пришли не для переговоров.       Тень скользнула по столу, словно зловещее предзнаменование - то ли облако заслонило солнце, то ли чье-то сжавшееся от ужаса сердце отбросило свой темный отблеск.       - Локи жаждет войны. И он получит её.              Айвер шагнул вперед, его голос разорвал напряженную тишину, как молния темное небо:       - Но мы не отдадим ему то, за чем он пришел.       Эфир.       Он не произнес это вслух, но это слово эхом прокатилось по залу, проникая в самую душу. Не нужно было слов. Все и так знали.       - Эфир? - спросила я, хотя ответ уже терзал мое сознание.       - Да. И Камень Душ.       Голос Айвера звучал сухо, как скрип заржавевшего клинка, который долгое время пролежал в земле.       Я сглотнула, с трудом пересиливая нарастающую тревогу. Два Камня. Локи не просто вторгся в Альфхейм - он пришел грабить, забирать самое ценное.       - Сколько асов с ним?       Мне необходимо было знать. Нужно было хоть как-то оценить масштаб надвигающейся катастрофы.       Эирик ответил мгновенно, без малейшего колебания, но в его голосе не было ни злости, ни страха - лишь ледяная, непроницаемая пустота, словно бездна, смотрящая в тебя.       - Тысячи.       - А нас?       - Меньше.       Айвер резко выпрямился, его глаза вспыхнули яростным огнем.       - Но наша сила - в магии. Один заклинатель стоит десятка воинов. Ты и сама это знаешь.       Я кивнула. Знала. Своими глазами видела, как один взмах посоха обращает в пепел целый отряд.       - Каков план?       - Мы выдвигаемся к равнине, где уже стоят асы, - Айвер провел рукой по карте, и его пальцы оставили на пергаменте едва заметные царапины, словно шрамы. - Все, кто владеет магией, уже за пределами города. Готовы к битве.       Наступила тишина. Звенящая, давящая, предвещающая беду.       Затем Эирик медленно поднял голову. Его взгляд был тяжелым, как свинец.       - Локи требует переговоров.       Все взгляды впились в меня, словно когти хищных птиц.       - Он хочет видеть тебя, Анастасия.       Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки.       - В чём смысл? - голос прозвучал резче, чем я хотела, выдавая мое смятение. - Я уже говорила с ним. Это бесполезно.              Сиф шагнула ближе. Её рука легла на моё плечо - тёплая, тяжёлая, словно якорь в бушующем море.       - Это его условие.       - Тебе нужно лишь поговорить, - добавил Айвер. - Эирик будет с тобой. Я. Бояться нечего.       - Я не боюсь его.       Ложь.       Она прозвучала слишком громко, слишком резко, словно треснувшее стекло. Даже Вольштагг приподнял бровь, удивленный моей наглой ложью.       - Просто… не понимаю, чего он хочет.       - Мы тоже, - Айвер вздохнул, и в этом вздохе сквозила усталость и безысходность. - Но он настаивает. Поэтому мы идем туда все.       - Конечно.       Я попыталась придать голосу твёрдость, но он дрогнул - предательски, по-детски.       Они вышли первыми: Эйрик, Айвер, незнакомые альфы, чьи лица были напряжены и суровы. Затем Фандрал и Вольштагг, чья обычная бравада сменилась мрачным молчанием.       Я осталась на секунду одна.       Дрожь.       Она поднималась от кончиков пальцев, сжимающихся в кулаки, к горлу, к вискам, словно ледяные щупальца, охватывающие мое тело.       Я боюсь.       Не смерти. Не битвы.       Его.       Его смеха, который звучит, когда он загоняет тебя в угол, словно крысу в клетку. Его слов, которые режут, как нож, даже когда он говорит о любви, отравленной ядом. Его непредсказуемости, его хаоса, который он несет с собой.       Чего он хочет на этот раз? Какую игру он затеял?       Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, и вышла.       Я шла, уткнув взгляд в землю перед собой, боясь поднять глаза и увидеть приближающуюся бурю.       Фандрал и Вольштагг обменивались тревожными взглядами, их молчание было красноречивее любых слов, словно надвигающаяся гроза. Сиф сжала мою руку в своей - её ладонь, обычно твёрдая и уверенная, сейчас дрожала, выдавая её страх. Она тоже боится.       Мы вышли на площадь - и мир перевернулся.        Там, где ещё вчера звучали песни и смех, теперь царил хаос. Жители Альфхейма метались, как испуганные птицы перед бурей. Одни уже облачились в доспехи, другие сжимали в руках оружие - кинжалы, луки, посохи с дрожащими на концах магическими сферами. Дети жались к матерям, старики шептали молитвы.        Все готовы сражаться.        А я?        Мы пересекли площадь, не проронив ни слова. Эирик вёл нас к Драконьему полю - месту, где обычно резвились крылатые звери, а теперь собирались воины. Армия Асгарда стояла слишком далеко, чтобы идти пешком. Нам предстояло лететь.        Вольштагг окликнул Сиф - они отошли в сторону, оставив меня одну. Фандрал поравнялся со мной. Его обычно весёлые глаза сейчас были серьёзны, а в уголках губ пряталась тревога.               - Анастасия, - он говорил тихо, будто боялся, что его услышат. - Не бойся. Локи не тронет тебя.        - Я не знаю, чего от него ждать, - прошептала я.        - Может, он хочет избежать битвы? Предложит Эйрику сдать Камни в обмен на мир.        - Эирик никогда не согласится, - мои слова прозвучали твёрже, чем я чувствовала.        - Но Локи этого не знает.        - Значит, битва неизбежна.        Фандрал задумчиво сжал губы.        - Посмотрим.        Мы вышли на поле. Эйдерха уже ждали нас, их крылья нервно подрагивали. Я вскочила в седло, почувствовав, как холодный ветер бьёт в лицо.        И тогда мы взмыли вверх навстречу судьбе.        Я впилась пальцами в плечи Фандрала, пока эйдерха рассекал воздух своими мощными крыльями. Ветер свистел в ушах, заставляя глаза слезиться, но я не отводила взгляда от горизонта. Мы миновали кольца суши, пронеслись над парящими островами, оставили позади величественное Древо Астра - и тогда увидели их.       На берегу бескрайнего моря, там, где вода встречается с небом, стояла армия Асгарда.       Тысячи.       Возможно, десятки тысяч.       Золотые доспехи сверкали под светом тройного солнца Альфхейма, образуя живое, дышащее море металла. Копья, мечи, щиты - всё было выстроено в идеальные ряды, будто гигантская машина смерти. От этого зрелища перехватило дыхание.       Я никогда не видела войны.       Но теперь она стояла передо мной - холодная, безжалостная, реальная. Я всматривалась вдаль, пытаясь разглядеть среди этого металлического леса знакомый силуэт. Где ты, Локи? Но расстояние было слишком велико. Мысль о том, что после Альфхейма его взгляд обратится к Земле, сжала сердце ледяной рукой.       Эйдерх начал снижаться. Внизу, на равнине, уже собрались войска Альфхейма - но их было меньше. Намного меньше.       Пока мы кружили в воздухе, меня не покидало странное ощущение. Всё это напоминало то ли историческую хронику, то ли кадры из эпического фильма: две армии, два мира, лицом к лицу на идеально ровном поле. Как будто сама Вселенная подготовила эту сцену для последней битвы.       Среди суеты я заметила Айвера - он гарцевал на неожиданно появившемся боевом коне (откуда они здесь взялись? Раньше я их не видела), отдавая распоряжения ещё не построившимся воинам.       Эйрик, оценив обстановку, приблизился ко мне.       - Пойдём, - сказал он просто.       Я бросила взгляд на Фандрала. Он едва заметно кивнул - «Всё будет хорошо». Но в его глазах читалось то же, что и у меня: «Мы оба знаем, что это ложь».       Туманное утро Альфхейма стелилось по полю, цепляясь за копья, посохи и шлемы воинов, будто сама земля не решалась стать свидетелем того, что вот-вот произойдет. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом влажной травы и холодного металла. Где-то вдали каркала ворона - одинокий, зловещий звук, будто сама смерть наблюдала за нами.        Сделав глубокий вдох, я последовала за правителем Альфхейма навстречу судьбе. Под ногами хрустела трава. Каждый шаг отдавался в висках, словно отсчет времени перед казнью.        А потом я увидела их. Впереди, из золотого моря асгардских воинов, отделились две тёмные фигуры.       Я прищурилась, и сердце резко дрогнуло.       Локи шел неспешно размеренным, почти торжественным шагом, его зеленый плащ колыхался, как живой, точно крылья дракона. Рядом тяжелой поступью следовал Вернер - некогда мудрый советник Одина, массивный, как скала, в доспехах, отливающих медью. Тот самый воин, что когда-то с улыбкой рассказывал мне истории об отце. Теперь его лицо было каменным, пустая оболочка, чей разум был скован чарами Локи. Его глаза, когда-то полные знания, теперь смотрели сквозь нас, словно мы были тенями.       Я оглянулась. За нашей спиной войска Альфхейма, наконец, выстроились в чёткие ряды. Маги с посохами впереди, лучники позади, кавалерия на флангах. Как на древних фресках.       Эирик шёл вперёд с королевским достоинством - спина прямая, подбородок приподнят. Только я, знавшая его месяцы, замечала лёгкое напряжение в уголках губ.       А я?       Я чувствовала, как страх ползёт по спине ледяными мурашками. Но зубы сжаты, кулаки тоже. Не покажешь. Не дашь ему этого удовольствия.       Они уже близко.       Вернер приближался, и с каждым шагом его доспехи глухо звенели. Меч за спиной казался неподъёмным - но я знала, как он фехтует этим монстром, будто тростинкой.       А Локи... Рогатый шлем бросал тень на лицо, делая его нечитаемым, лишь можно заметить едва уловимую самоуверенную улыбку. Где его посох? Почему он без Камня?       Они остановились в двух шагах.       - Приветствую, о великий правитель Альфхейма, - голос Локи был сладок, как отравленный мёд. - Или, как говорят, мудрый Эирик.       Его губы искривились в ухмылке, которую я знала слишком хорошо. Игра началась.       Эйрик не моргнул:       - Здравствуй, Локи.       Тогда театральный взгляд скользнул ко мне.       - Анастасия, - посмотрел он на меня, а я постаралась придать себе невозмутимый вид, хотя, если честно, у меня это, по-моему, не получилось. - Ты все так же прекрасна. Как тебе жизнь в Альфхейме? - спросил он меня своим приторно вежливым тоном.       - Не думаю, что мы пришли сюда, чтобы обсудить мою жизнь, - огрызнулась я уверенным голосом.       Локи рассмеялся - звук, от которого по спине пробежали мурашки.       - Как всегда, права, - он повернулся к Эйрику, и вдруг вся насмешливость исчезла. Голос стал низким, опасным. - Ты ведь знаешь, что хранишь то, что тебе не принадлежит.       В воздухе повисло молчание. Где-то вдали крикнула птица. Эирик медленно скрестил руки:       - Если ты о Камнях, они останутся здесь.       Локи наклонил голову, будто рассматривая диковинное насекомое:       - Ты действительно готов положить весь Альфхейм... ради них?       Тишина между нами была натянутой, как тетива перед выстрелом. Лёгкий ветер шевелил край плаща Локи, когда Эирик произнёс:       - Это не принадлежит и тебе.       Локи медленно покачал головой, и в его движении была змеиная грация.       - Ошибаешься, - его голос стал мягким, почти ласковым. - Эфир и Камень Душ должны принадлежать сильнейшим, - он широким жестом обвёл рукой поле. - Взгляни. Разве это не очевидно?       За его спиной золотая армада Асгарда сверкала под тройным солнцем Альфхейма. Наши же войска казались жалкой горсткой в сравнении.       Эирик не дрогнул:       - Не тебе судить о силе моих воинов.       - Ты можешь спасти их, - Локи сделал шаг вперёд, и его тень легла между нами. - Просто отдай мне Камни, и твой народ продолжит жить.       Я перевела взгляд на Вернера. Его лицо было пустой маской, глаза - стеклянными. Кукла. Всего лишь кукла в руках кукловода. Когда-то мудрый советник Одина, а теперь просто безвольная кукла в руках жестокого и жаждущего власти кукловода. На него не стоит рассчитывать, чтобы образумить Локи.       - Ты действительно считаешь, что можешь прийти сюда с армией и просто... попросить? - мой голос звучал резче, чем я планировала.       Локи рассмеялся - звонко, почти по-детски.       - Какая разница, как я их получу? - он развёл руками, как торговец на рынке. - Камни в обмен на жизни. Разве это не честная сделка?       Эирик выпрямился. Его голос спокоен, но в нем дрожала сталь:       - Тысячелетиями мы хранили Камень Душ. Многие приходили за ним - жаждущие власти, ослеплённые гордыней, - его взгляд стал тяжёлым, как молот. - Где они теперь? Кто помнит их имена?       Локи замер. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то - ярость? Страх?       - Ты прав, - он прошипел, и вдруг его лицо исказилось. - Они были глупцами. Но я - не они.       Он резко шагнул вперёд, и внезапно воздух вокруг нас сгустился.       - Ты понимаешь, что уже у меня есть? - его шёпот был страшнее крика. - Асгард за моей спиной. Камни - в моих руках. - он оскалился. - Я сотру Альфхейм в пыль. Каждую песчинку. Каждого альфа. Пока не получу своё!       От его слов по спине побежал холод. Он не блефует. В его глазах горело то, что нельзя было назвать просто злобой - это было безумие, всепоглощающее и бездонное.       Эирик не отступил ни на шаг.       - Мы будем стоять до конца. Запомни это, Локи.       Над полем сгустилась тишина. Где-то вдали закричала птица, и этот звук прозвучал как предзнаменование.       Локи внезапно повернулся ко мне, и его взгляд стал острым, как лезвие.       - А ты, Анастасия, - его голос звучал почти нежно. - Встанешь против Асгарда? Против мира, который стал тебе домом? Против мира твоего отца?.. Против меня?       Воздух между нами словно загустел. Я чувствовала, как десятки глаз воинов Альфхейма впиваются в мою спину.       - Я встаю на сторону жизни, - мой голос, к моему удивлению, звучал твёрдо. - Ты сошёл с ума, Локи. Ты ведёшь свой народ к гибели. И ради чего? Чтобы править пеплом и руинами? Очнись!              Его лицо исказила гримаса - не гнева, а почти... боли.       - Асгард - твой дом. И ты предаёшь его.       - Назови это как угодно. Я защищаю миры. И я остановлю тебя, - я встретила его взгляд без колебаний, сама не понимая, откуда взялась эта непоколебимость.       Локи замер на мгновение, затем медленно улыбнулся - улыбкой, от которой похолодела кровь.       - Твой выбор, Анастасия, - он повернулся к Эирику. - Значит, война.       - Да, - ответил правитель Альфхейма одним словом, но в нём звучала вся мощь его мира.       Локи в последний раз посмотрел на меня - взглядом, в котором смешались ярость и что-то ещё, неуловимое. Затем резко развернулся, его плащ взметнулся, как крылья тёмной птицы. Вернер, безмолвная тень, последовал за ним.       Мы с Эириком молча двинулись обратно. С каждым шагом к нашим войскам во мне росла странная уверенность. Альфы стояли ровными, незыблемыми рядами - их лица были твёрды, глаза горели. Они верят. Верят в свой мир. В меня.       Мысли проносились вихрем: Сиф, готовая сражаться против родного Асгарда... Вольштагг и Фандрал, оставившие всё... Как я могу дрожать, когда они стоят непоколебимо?       - Локи не получит Камни, - прошептала я, сжимая кулаки. - Не может.       Эирик остановился у небольшого шатра, его рука легла мне на плечо - тёплая, тяжёлая.       - Твои друзья ждут, - он улыбнулся, и в его глазах читалось одобрение. — Побудь с ними.       Я кивнула и шагнула к шатру, отодвигая полог...       Шатер встретил меня напряженной тишиной, нарушаемой только мерными шагами Сиф. Она металась из угла в угол, словно загнанная тигрица, её доспехи позванивали при каждом резком повороте. Вольштагг и Фандрал сидели за грубым деревянным столом - первый сжимал кубок так, будто хотел его раздавить, второй бесцельно чертил пальцем по поверхности стола.       - Что он сказал? - Сиф буквально налетела на меня, едва я переступила порог. Её глаза горели яростью, в которой угадывалась тень отчаяния.       Я медленно выдохнула:       - Ультиматум. Эфир и Камень Душ - или он превратит Альфхейм в пепелище.       Сиф резко отшатнулась, её лицо исказила гримаса отвращения.       - Это... Это безумие! - её голос сорвался на крик. - Он психопат! Выродок! Кто дал ему право…       - Трон Асгарда, - глухо проронил Вольштагг, не поднимая глаз от кубка. - Как ни крути, а теперь это закон.       - Закон? - Сиф ядовито рассмеялась. - Камень Душ тысячелетиями хранился здесь именно потому, что ни один узурпатор не должен…       - Он помешан на власти, - перебила я, опускаясь на скамью. Дерево холодно прижалось к бедрам через тонкую ткань доспеха. - И не остановится ни перед чем.       Фандрал внезапно ударил кулаком по столу:       - Значит, бьём по голове змеи. Убираем Локи - спадает и его чары, его внушения. Тор сможет вернуть трон.       Я вздрогнула. Вольштагг мрачно покачал головой:       - Легко сказать. Он сейчас сильнее и опаснее, чем когда-либо.       - Но мы обязаны попытаться! - Сиф с силой швырнула кинжал в стол. Лезвие с дрожью воткнулось между досок.       Вольштагг поднял на неё усталый взгляд:       - Помнишь наши детские игры? Когда он придумывал те хитроумные…       - Тот Локи умер в Тёмном мире, - Сиф перебила его, её голос внезапно стал тихим и острым, как тот кинжал. - То, что сейчас сидит на троне - чудовище в его обличье.       Тишина повисла тяжёлым покрывалом. Где-то снаружи донесся крик командира, строившего войска. Я поймала себя на мысли, что машинально слежу за узором древесных колец на столешнице - спиралями, уходящими в никуда...       Я стояла, словно оглушённая, слушая, как мои друзья спокойно обсуждают убийство Локи. Каждое их слово вонзалось в сердце, как нож. Убить его. Уничтожить. Как я могу желать смерти тому, чьи прикосновения ещё помнит моя кожа, чей смех звучит в моих снах?       - Анастасия.        Сиф подошла вплотную. Её пронзительный взгляд буравил меня, пытаясь докопаться до правды, спрятанной где-то глубоко внутри.       - Я готова к битве, - выдохнула я, но голос предательски дрогнул.       - А готова ли ты убить его, если представится шанс?        Мир вокруг замер. Я не могла ответить. Не могла даже дышать.        Нет. Нет, я не готова. Но как признаться в этом? Как сказать, что даже сейчас, зная всё, я не уверена, что смогу поднять руку на него?        К счастью, Вольштагг встал, его массивная фигура прервала этот мучительный момент.        - Пойдёмте подышим воздухом, пока ещё есть время, - его тёплая ладонь обхватила мою руку, уводя из шатра.        - Спасибо, - прошептала я, когда мы вышли.        Он лишь кивнул, его глаза говорили больше слов: «Я понимаю».        - Ты сделаешь правильный выбор. Я верю в тебя.        - Надеюсь, ты прав, - моя улыбка была слабой, как последний луч солнца перед бурей.        Вольштагг растворился среди воинов, а я подняла голову к небу.        Высокое. Бесконечное. Нежно-голубое. Солнце ласкало лицо, ветер играл непокорными прядями волос. Где-то вдалеке слышались смех и обрывки разговоров - обыденные звуки мирной жизни. Но я знала, что скоро всё это утонет в оглушительном грохоте битвы, в предсмертных криках и лязге стали.       Локи…       Имя жгло губы, как раскалённое клеймо. Зачем? Зачем ты обрёк нас на это? Зачем поставил перед невыносимым выбором между любовью и долгом? Я закрыла глаза, жадно впитывая последние драгоценные мгновения мира.