Древняя магия

То был день моей смерти и возрождения. Я плыла по реке в лодке, впереди был свет, напоминавший мне свет солнца, по берегам росли прекрасные деревья, которые склоняли свои ветви, будто указывая путь тому, кто впервые находился в этом месте. Мне было легко. Как никогда до этого. Я не думала ни о чем, я просто ждала. Для эльфа это стало чем-то вроде образа жизни. Мы всегда ждали чего-то, сидя в Лихолесье и никуда не выходили. Леголас был прав, когда начал бояться за мою жизнь, я погибла, он меня потерял. Снова. Мне хотелось вернуться к нему хоть на несколько минут, чтобы извиниться. Но у меня не было такой силы. Но я ошиблась. Если у меня не было таких способностей, то у Гендальфа они были. И он смог сделать так, чтобы я вернулась, но ему пришлось заплатить за это дорогую цену. Когда битва закончилась, мы все ликовали. Мы одержали верх над силами тьмы, вместе. Мы спасли город, который принадлежал моему другу, от разрушений. И я жалел только об одном – я отпустил Вению сюда. Я знал, что она умеет обращаться с мечом и если что сможет хоть как-то себя защитить. Но в тот момент, когда ее душа стала покидать тело, я почувствовал это. У нас была связь, которая становилась крепче с каждым днем и разорвать ее, казалось, никому не под силу. Разве что самой смерти. И она это сделала. Когда мне сообщили, я немедля побежал к ней. Она лежала на земле, ее кожа была слишком бледной, а волосы потемнели. Это что-то значило. Что произошло с моей возлюбленной, что теперь я не чувствую ее присутствия рядом? Я присел около нее и взял за руку. Такая холодная. Моя Вениа всегда была лучом света в моей жизни, он согревал мое сердце и придавал сил. Я долго смотрел на нее и молил Эру, чтобы он спас ее, чтобы вернул ее мне. Я проклинал себя, что отпустил ее, что поддался ее уговорам, что отступил после ее слов. Да, она не моя мать. Вениа была рядом со мной гораздо дольше, чем она. Но закончилось все практически также, как тогда – я потерял того, кто был мне дорог. - Леголас, - я почувствовал, как тяжелая рука Арагорна легла на мое плечо. - Разойдитесь, - сказал Гендальф и коснулся ладонью лба Вении, на миг мне показалось, что он понял, как ее можно спасти. И внутри все затрепетало. Если это так, то… - Нужно отнести ее в замок, - это было его первое указание, но он все еще не произнес того, что поразило нас всех. Теодред пришел гораздо быстрее, чем я мог предположить. Он же потерял отца, он должен был сейчас его оплакивать и думать о том, как поддержать Рохан в это непростое для него время. Особы королевских кровей должны думать в первую очередь о своем королевстве, о своих жителях. Любовь для них была роскошью, как и эмоции, но он был здесь. Я знал, что роханский принц неровно дышал к Вении, что сейчас ему так же больно видеть ее в таком состоянии, как и мне. - Мы можем спасти ее, но для этого нужна жизненная энергия. Назгул высосал из нее все. Даже малейшую часть, которая бы поддерживала в ней жизнь хотя бы в небольшой степени. Кажется, они просто хотели уничтожить ее, отомстить за то, что их план не удался. А может быть им просто нужна была часть силы, чтобы стать еще могущественнее. На этот вопрос даже я не могу найти ответ. Я понимал, к чему он клонил. Когда эльфийский лекарь спасает кого-то от смерти, он передает часть своей жизни тому, кому это на тот момент больше всего нужно. Поэтому они живут гораздо меньше, поэтому они слабее других. Вениа отдала часть своей жизненной силы Теодреду. В нем сейчас была часть моей любимой, но требовать от него того, чтобы он вернул ее обратно… Вениа бы так не поступила, и я не стану его об этом просить. Единственный, кто должен заплатить за это – я. Это я был виноват в том, что ее изгнали из Лихолесья, это я был виноват, что она познала вкус свободы, что стала другой, что увидела мир во всех его красках. Но я ни о чем не жалел. - Я готов отдать свою силу ей, - я поднялся со своего места и посмотрел на волшебника. Мне казалось, что кто-то начнет меня отговаривать от этого решения, ведь я наследник одного из эльфийских царств, но комната была наполнена тишиной. Арагорн бы сделал то же самое для Арвен, я знал это. Он отпустил ее только потому, что так она будет жить дольше, потому что хотел сделать так, как будет для нее лучше, потому что он любил ее. Как люблю Вению я. - Нет, - все оглянулись на Теодреда, он не сводил взгляда с эльфийки. – Я это сделаю. Я многим ей обязан. - Но Рохан… - начал Арагорн. - Эовин или Эомер будут гораздо лучше управлять королевством, чем я. Она спасла меня, теперь я хочу ответить ей тем же. Гендальф посмотрел на меня и ждал моего ответа. И я хотел возразить, но Теодред начал говорить раньше, чем я. - Она любит тебя. Ты ей нужен. Поэтому уйти стоит мне, - он грустно улыбнулся, а я понимал, что он говорит правду, но мне все равно хотелось ему возразить. Каждый решает сам, как провести свою жизнь, за что ее можно отдать. Мог ли я возразить тогда? Я посмотрел на Вению, ее губы начали синеть, смерть уже почти перевела ее душу на ту сторону, она почти забрала ее. Я молча кивнул. Мы не забудем о нем и о том, что он сделал. В комнате было светло. Кажется, это был день. Я открыла глаза и не могла понять, что со мной произошло, просто смотрела в потолок. В комнате было пусто и тихо, приглушенные голоса слышались за дверью. Я попыталась сесть на кровати, но это было немного тяжело. Наверное, я слишком долго провела в кровати. Все тело ныло. Я попыталась встать и поняла, что что-то не так. Мне казалось, что я это не я. Волосы были не того цвета, кожа была слишком бледной. Может быть, моя душа переместилась в другое тело? А такое бывало? Со мной да, в моем теле было чужое существо. Неужели… Дверь открылась и на пороге появился Леголас. Он казался мне задумчивым, но стоило ему встретиться со мной взглядам, как губы его расплылись в знакомой улыбке, от которой согревалось сердце. Я ответила ему такой же. - Как ты себя чувствуешь? – спросил эльф, закрыл дверь и приблизился. - Неплохо. Но немного странно. Как я выгляжу? Как прежде? – ответила я, не сводя с него глаз. - Ты все та же Вениа, какой была прежде, почему ты спрашиваешь? – он помолчал минуту прежде чем добавить. – Ах, ты про свои волосы? – он присел рядом со мной и заправил прядь моих волос за ухо. – Это сложно объяснить. Ты помнишь, что с тобой произошло? - Назгул поймал меня, а потом…Потом я видела нечто не похожее на реальность, - он взял меня за руку и вздохнул с облегчением, сжав ее чуть крепче. - Ты была на пороге смерти. Я чуть не потерял тебя. Назгул вытянул из тебя всю твою жизнь, не оставив ни капли. Поэтому, возможно, твои волосы потемнели. - Подожди. Если он вытянул из меня всю жизнь, то почему я жива? Или это все происходит в моем сне? Или ты тоже умер? – от последней мысли мне стало плохо. - Нет. И ты, и я живы. Чтобы тебя спасти один человек отдал свою жизнь, - казалось, ему нелегко было это говорить, думаю, он знал, что я почувствую, когда услышу эти слова. - Кто? – вопрос звучал тихо, в голове начали мелькать лица всех тех, кого я знала. - Теодред. Это имя. Оно отдавало доблестью, добротой, которая хранилась в сердце его обладателя. Он был маленьким мальчиком, а вырос в достойного воина, который был готов сделать все для своих подданных и друзей. У него был теплый взгляд, в нем жило любопытство. Он был одним из самых смелых людей, которых я знала. Я отдала ему часть своей силы в тот день, когда он чуть не умер, а теперь… Я держала в руках письмо, которое мне отдал Леголас. Он оставил меня наедине с самой собой, чтобы я могла не беспокоиться о том, что он что-то прочтет. Глупый. Я знала, что он бы так не сделал. Я смотрела в окно, мы все еще были в Гондоре, в той части замка, которая уцелела после нападения, и все не решалась начать читать, мне казалось, что мое сердце не выдержит этого. Но в конце концов я развернула его. Милая Вениа, я знаю, что сейчас ты будешь считать меня глупцом, который так поступил со своей жизнью и своим народом. Мой отец погиб, ты была тоже на грани смерти, мне было страшно. Я не хотел, чтобы ты ушла, я хотел, чтобы ты жила, поэтому я поступил так. Я благодарен тебе за все, что ты сделала и делаешь для меня и моей семьи. Я благодарен тебе за то, что ты беспокоишься о них, как о своей семье, и я знаю, что ты никогда не бросишь их в беде и будешь продолжать поддерживать, когда меня не станет. Ты ведь такая добрая, Вениа, такая светлая и чистая, за это я тебя и полюбил. Да, я все еще храню в своем сердце это чувство к тебе, пусть ты и не приняла его. Я знаю, что ты поступила правильно, что ты поступила милосердно по отношению ко мне, потому что не стала скрывать правду. Я ничего не мог сделать для тебя до этого момента, но теперь я знаю, как должен поступить. Теперь я буду с тобой до конца твоей жизни и сейчас я по-настоящему счастлив. Не осуждай меня, Вениа, не осуждай Леголаса за то, что он не пытался меня переубедить, он хотел отдать за тебя жизнь сам. Не вини и себя, я знаю, что ты станешь, но все вышло так, как решила за нас судьба. Я ни о чем не жалею, Вениа, ведь я отдал свою жизнь за твою, а это самое лучшее, что я мог сделать. Не считай меня безрассудным и помни обо мне, большего мне и не нужно. Прощай, Вениа, и распорядись своей жизнью так, как ты хочешь. Пара капель слез упала на бумагу. Я прижала письмо к груди и закрыла глаза, пытаясь представить его лицо. - Я буду помнить. Всегда. Спасибо!