Гость 1: Владыка Тьмы

Сигнал тревоги, пробежавшийся по всему замку, от чердаков до самых нижних уровней темниц, заставил всех обитателей Каэр-Линн бросить свои дела. Повинуясь какому-то инстинкту и Гарри, и Джеймс (так и не выпустивший из рук книгу о Волшебных Палочках) направились в детскую, к Гриффину, где с малышом находилась Лили. Гарри встретил отца у самых дверей в детскую, и в комнату они вошли вместе. Лили в это время металась по комнате, держа малыша на руках. Увидев мужа и сына, она бросилась к ним и встревожено спросила: — Что это было? На нас напали? Как такое возможно?! Кровная Защита не может быть разрушена! — Он нашел какую-то лазейку, — нахмурился Джеймс, — Он не мог вернуться в род сам, значит, его провели. — Вопрос в том: добровольно ли?! – воскликнул Гарри, мечась по комнате и собирая самое необходимое для ухода за Гриффином. Они-то могли покинуть замок налегке, но малышу необходимы были бутылочки, одежду, пеленки и распашонки. Скинув все на детское одеялко, в кровать мальчика, Гарри завязал все в узел. — Потом все выясним. Сейчас надо срочно уходить! Герт, Уинни! – позвал он домовиков. — Да, мастер Гарри? — Как много магов атаковали Каэр-Линн?! — Очень много, мастер Гарри! – пискнула Уинни, прижав уши. – Уинни испугалась и отослала Нерри и Дука к сестре, в Поттер-Холл! — Где они сейчас? Герт прислушался. — Везде, мастер. Их очень много. Тридцать магов, пятьдесят дементоров и еще оборотни. Они на всех лестницах и выходах. Плохой волшебник, который принадлежит проклятой ветви Певерелл, очень хорошо знает замок. Мать говорила мне, что ей говорила моя бабка, что той говорила ее бабка, что у проклятого Кадмуса Певерелла была копия книги Хозяйки Нимвэ! — Что за книга? – удивился Джеймс. — Книга тайн Каэр-Линн, – ответил ему Гарри, – Это плохо – значит, мы не сможем сбежать. — Мастер, Гарри, Герт может вам помочь. Злой Волшебник, не подумал заблокировать магию эльфов, сэр! Хозяйка Лили и молодой мастер Гриффин не пострадают! Герт и Уинни никогда не навредят своим хозяевам! Гарри и Джеймс переглянулись. — Хорошо. Уинни, Герт, перенесите нас, а мы направим куда! — К Сириусу? – испугано спросила Лили. Джеймс кивнул. — Погодите, я оставлю им маленький подарочек! – остановил домовиков Гарри и обведя волшебной палочкой стены, полы и потолки прошептал какое-то очень длинное заклинание, заставившее стены запульсировать и засветиться на долю секунды. – А теперь уходим, быстро! Исчезая, они услышали чей-то истошный крик. *** Они появились прямо посреди гостиной дома номер 4 по Тисовой улице, так что крик Пожирателя слился с визгом Петунии. Когда женщина поняла, кто появился перед ней, ее визг перешел в еще более громкий, но на этот раз женщина звала своего мужа и родителей, которые жили с ними. — Сириус!!! Мама, папа!!!– крикнула она в потолок и тут же бросилась к сестре, зятю и племяннику с неиссякаемым потоком вопросов. – Что случилось?! На вас напали? Как это возможно?! Я думала, что в том доме вы в безопасности?! — Мы тоже так думали, – остановил ее Джеймс и, взяв из рук жены Гриффина, кивнул ей на кресло, – Лили, ты как себя чувствуешь? — Все в порядке, Джеймс, но я бы не отказалась от чашки чая с молоком. — Я сейчас все сделаю! — Позвольте Герту обо всем позаботиться, Госпожа Петуния. Герт знает, что нужно Хозяйке Лили! – И оба домовых исчезли, а через секунду на кухне загремела посуда. — Что случилось? – спросила Петуния, садясь рядом с Лили на диван. В это время в гостиную спустились остальные обитатели дома и теперь ожидали ответа Поттеров. — На нас напали Пожиратели во главе с Волдемортом, – ответил Джеймс, – Похоже, кто-то его провел. — Предатель или…? – спросил Сириус. — Не знаю, – покачал головой Джеймс, – Осталось не так много живых волшебников, которые состоят в достаточно близком родстве с нами, чтобы Защита Крови пустила их. — Ты можешь вспомнить, кто именно? – спросил у него Гарри. Сам он уж точно не знал фамильное древо настолько хорошо, чтобы суметь сейчас вспомнить все семьи, которые были на нем указаны. — Постараюсь, конечно… – Джеймс задумался ровно настолько, чтобы выпить чай, поданный Гертом и Уинни. Выполнившие свой долг домовики сейчас пристроились в уголке, ожидая дальнейших распоряжений. — Роберт Кинсайт; Чарли Клей и его дети, Моника и Лиза; Певилы и,… о Моргана!!! Как я мог об этом забыть!?! Трэверсы!!! Шесть поколений назад младшая дочь Гилберта Поттера… как же ее звали?… Лив… Олли… Оливия – точно! Оливия Поттер вышла за Каспера Трэверса. — Отлично, Джеймс! Ты мог бы вспомнить об том, что один из Пожирателей является твоим родственником до того как его дружки напали на мою сестру и племянника! – резко вставила Петуния. — Они, между прочим, для меня тоже не чужие! – огрызнулся Джеймс и сам ругавший себя за то, что забыл о таком факте. А он еще удивлялся, почему в прошлом Гарри они не воспользовались Каэр-Линн. Видимо тогда его память была лучше! — Вот именно! – взвизгнула Петуния. — Туни, успокойся, в твоем положении нельзя волноваться! – мягко погладил ее по плечу Сириус. — Действительно, дорогая, все в порядке, с ними уже все хорошо и они в безопасности, – поддержал его Иен. — А что с твоим положением, Туни? – спросила ее Лили, желая поменять тему разговора. Петуния как-то сразу расслабилась и смягчилась. — Я беременна, Лили. Уже месяц! – радостно сообщила она. — У меня скоро будет сын, – гордо сообщил Сириус. — У меня тоже, – ответил ему Джеймс, но особой радости в его голосе не было. – Мы узнали сегодня утром. — Срок не больше десяти часов, а процесс уже идет, – ответила Лили и грустно посмотрела на мужа. Она знала, что ему будет тяжелее, чем ей. Даже тяжелее, чем Гарри. Петуния, Сириус, Иен и Роза посмотрели на Гарри так, словно он был смертельно болен. — Это конец? – спросила Роза. — Да, но сначала я уничтожу Волдеморта! – ответил ей Гарри, вздернув подбородок и сжав губы. *** Поттеры поселились в двух пустых комнатах в доме номер четыре. По иронии судьбы это были именно те две смежные комнаты, которые давно в прошлом занимали Гарри и Дадли. Гарри с Гриффином поделили ту, что была меньше (она и тогда принадлежала ему), а Джеймс и Лили расположились в другой (в той, где жил Дадли). Гарри странно было снова жить в этом доме (да еще и в той же комнате). Всякий раз просыпаясь по утрам он был вынужден раз за разом напоминать себе что он вовсе не живет у ТОЙ тети, и что эта новая тетя любит его, как сына, в чем он уже не раз убедился. Наверное, если бы не кроватка Гриффина, стоявшая там, где раньше у Гарри располагался чемодан (а еще чуть раньше валялись сломанные игрушки Дадли) он уже давно сошел бы с ума. А так, было довольно легко убедить себя в том, что он не на летних каникулах в доме Дурслей, а в далеком прошлом! Литтл-Уингинг был тихим уголком со знакомыми Гарри соседями. Поттеры не сидели дома безвылазно. В этом городе все было настолько по-маггловски, что искать их здесь просто не додумались бы! Лили и Петуния часто гуляли с маленьким Гриффином в сопровождении Гарри или Джеймса или Сириуса. Больше всего им нравилось, когда их сопровождал именно Гарри, потому как именно он знал этот городок как свои пять пальцев. Он рассказывал им истории из своего детства, связанные с теми или иными местами. Показал школу, рассказав, что однажды, убегая от Дадли, взлетел на крышу школьной столовой, и классный руководитель послала гневное письмо, в котором написала, что он лазает по крышам. Сам Гарри, тогда даже не знавший о магии, объяснял себе это тем, что его подхватило ветром, когда он пытался перепрыгнуть через мусорные баки за столовой. Женщины долго смеялись над этим. Видя веселье взрослых маленький Гриффин тоже заулыбался и что-то проагукал, подозрительно похожее на слово «ветер». Они как раз вышли к детской площадке возле начальной школы и Гриффин топая ножками по лужам, направился к ней. Чего именно он хотел – понять было сложно, видимо, его просто заинтересовали непонятные конструкции (как выяснилось позже, «непонятной конструкцией» оказались качели). Он расплакался, просясь на них, и не успокоился, пока Лили его не посадила на качельку и осторожно не покачала пару раз. Судя по восторгу мальчика — ему понравилось. Прогулка вместе с Гарри всегда длилась около часа, и возвращались женщины довольные с уставшим Гриффином, который после этого тихо спал, как ангелочек. Но так было очень редко, потому что большую часть времени Гарри проводил в Хогвартсе, ставшей штабом Ордена Феникса, или участвовал в рейдах, отражая нападения: разъяренный неудачей в Каэр-Линн Волдеморт нападал на все и всех. Приказ был только один: захватить Поттера в плен. Поэтому нападали в основном на магов и тех, кто входил в Орден, чтобы создать много шума и привлечь внимание. Лорд знал, что Гарри не станет отсиживаться в стороне и примет участие в бою. И он не ошибался. Гарри принимал участие во всех сражениях, но вовсе не ради благородной мысли о спасении тех, на кого напали: он рассчитывал, что однажды сможет встретиться с Волдемортом! Однажды он принялся сожалеть о том, что не выловил его там, в Каэр-Линн. Однако Лили знавшая все, о чем он думает, так сильно разволновалась от мысли, что он мог остаться там один против стольких Пожирателей, дементоров и оборотней, что он очень быстро согласился с тем, что это было бы самоубийством. Вообще-то он не считал так, потому что знал, как обеспечить свою безопасность во время дуэли с Темным Лордом, а после его уже ничего не волновало. Разве что, чтобы смерть (если она все-таки его настигнет) была быстрой и безболезненной (ради матери, которая почувствовала бы его боль, как свою собственную). Но Гарри старался не думать об этом, чтобы не волновать Лили. Зима прошла в постоянных нападениях. Волшебное сообщество Англии было ввергнуто в пучину страха и отчаянья. Каждый день над чьим-нибудь домом находили Черную Метку. Люди стали бояться друг друга, запирались в домах, предавали, пытаясь выторговать жизнь. Члены Ордена Феникса без устали отражали атаки, после которых очень многие оказывались серьезно ранены или убиты. Гарри к счастью удавалось избегать серьезных ранений, но для этого он прилагал очень много сил, потому что даже из-за легкой царапины Лили устраивала кошмарные истерики (при этом она почти не волновалась за Джеймса, пару раз оказавшегося в Святом Мунго). Впрочем ранения Джеймса тоже не были серьезными. Его, как и Гарри, хотели не убить, а пленить, поэтому смертельных заклятий в него никто не пускал, только помрачающие, лишающие сознания и прочие неприятные, но не смертельные вещи. В начале весны Гарри удалось пару раз пересечься с Темным Лордом, но тот, едва завидев его, сбегал. Эта охота за собственным хвостом в серьез начала надоедать Гарри еще к рождеству. К апрелю она его уже бесила, ведь у него было очень мало времени: он терял силы, словно перетекая из своего тела в то крошечное, живущее в утробе Лили, и в последнее время все чаще ощущал себя там, а не здесь. Малышу же в свою очередь не нравилось становиться невольным участником в сражениях, и из-за этого Лили очень плохо себя чувствовала. В общем, затягивать дальше решающий бой было нельзя, и Гарри решился на крайность. План был готов у него очень давно, но его рискованность заставляла его надеяться на встречу с Томом в бою. Видимо, удача не желала ему помогать. Что ж, значит, нужно было рискнуть. Ради того чтобы объяснить свое намерение отцу и крестному, он попросил их задержаться в Хогвартсе и постарался как можно лучше заблокировать свое сознание, чтобы этот разговор не слышала Лили. — Что у тебя, Гарри? – спросил Сириус, когда Гарри запер за ними дверь пустого класса и наложил на нее несколько защитных заклинаний. — У меня есть план, как покончить с Волдемортом. Я не хотел прибегать к нему, потому что он слишком рискован, но ждать дальше я не могу. В моем распоряжении только три месяца. — Что за план? — Он очень простой, – ответил Гарри. – Сдаться в плен! — Ты рехнулся?! – воскликнул Джеймс, – Нет, даже думать не смей! — Иначе я не смогу встретиться с ним лицом к лицу, Джеймс! Выхода нет! — Одного я тебя не пущу! – категорично возразил Джеймс, подскочив со стула и нависнув над столом, словно стараясь стать больше и авторитетней. — Нет, я пойду один, – покачал головой Гарри. Он не хотел привлекать к этой стадии кого-то еще, опасаясь разоблачения. Терять близких, когда можно этого избежать,… нет, Гарри был категорически с этим не согласен. — Я тебя не оставлю, – почти на парселтанге прошипел старший Поттер. В его глазах засветилось то маленькое пламя, которое появляется у всех, кто принял свое решение. Гарри вздохнул, поняв что не сможет отговорить и отца и, единственное, что сейчас возможно – свести к минимуму риск обнаружение Джеймса. — Хорошо, – согласился он, – с одним условием — ты будешь под мантией! Джеймс нахмурился, но кивнул. — Отлично, – выдохнул Гарри, понимая, что этот бой он выиграл. — Сириус, необходимо, чтобы ты зачаровал экстренный портал на Тисовую улицу, который сможет активировать только Джеймс. Остальное обеспечит Дамблдор! — Ты уверен, Гарри? – неуверенно спросил Сириус, исполняя его просьбу и зачаровывая для Джеймса портал — перо, оставленное кем-то на столе. — Да, все равно у нас нет другой возможности покончить с войной. Давайте лучше найдем, как сделать так, чтобы Джеймс смог последовать за мной туда, куда меня отведут. Наверное, какие-нибудь связывающие чары. Думаю, нужно будет также подключить ко мне и Дамблдора. — А как же то, что ты связан с маленьким Гарри? – спросил его Джеймс. – Разве это не спутает чары, ведь ты, получается, находишься в двух местах. — Придется поработать над чарами так, чтобы они привязывали тела, а не души и разумы, – ответил ему Гарри. – Для этого вы мне и нужны: один я с этим не справлюсь.