the phoenix.

На небольшую планету, затерянную в бесконечном сияющем черном бархате галактики, опустилась темная мгла ночи. Серебряное сияние сотен звезд нельзя было разглядеть за плотной пеленой облаков, которые окутывали своей рыхлой массой все небо. Аспидно-черные, они медленно плыли куда вперед, цеплялись за верхушки особенно высоких деревьев и несли за собой клочья тумана и холод. Лишь изредка в небольших просветах можно было увидеть мигающие звезды и одинокую луну, горделиво созерцающую безжизненные просторы всеми забытой планеты. В коридорах маленькой базы было холодно и сыро. Мои шаги отдавались глухим стуком в длинном и плохо освещенном коридоре. Сейчас, когда все обитатели этого убежища были погружены в глубокий сон, только один человек не мог найти себе покоя. И им был я. Сквозняк нещадно гулял в этом отсеке базы, поэтому то тут, то там можно было услышать глухие завывания ветра, которые лишь усиливали гнетущее чувство, не покидающее мою грудь. Поплотнее закутавшись в теплую черную шинель, я свернул направо и направился прямо к своей комнате, которая находилась в отдалении от всех других. Поднявшись по небольшой лестнице, я приблизился к темной двери, набрал код доступа и тихо проскользнул внутрь. К этой комнатке я испытывал сомнительные чувства. С одной стороны я терпеть ее не мог, так как именно тут, все мысли выходили наружу, окутывали тебя и разрывали душу на части, пытаясь причинить как можно больше боли. Но несомненно именно эта комната служила мне единственным островком спасения, где я мог остаться наедине и уйти от всех служебных обязательств. Помедлив пару секунд, я все же подошел к большому окну, которое доходило прямо до пола и сел на пол, опершись спиной о бок кровати, которая стояла рядом. Закрыв глаза, я устало выдохнул и запустил руку в волосы, окончательно взъерошив и без того неаккуратно лежащие рыжие волосы. Никогда не думал, что мне может быть так больно. Я даже не представлял, что такая степень душевной боли может существовать. В конечном счете, кто бы ни сказал мне, что эта боль уйдет, он бы никогда не узнал, какого это быть здесь без нее. Интересно, напоминает ли ей все, что она видит, обо мне? Ведь прошло уже больше шести месяцев. Больно ли ей дышать? Потому что мне больно, и так часто хочется оборвать все это, прервать эти секунды моей жизни, которые наполнены болью. Открыв глаза, я чуть наклонил голову и посмотрел в большое окно. За стеклом бушевала непогода. Ветер гнул тонкие стволы деревьев, а те в свою очередь отвечали жалобным скрипом. Небо готово было пролить на землю нескончаемые потоки дождя. В голове так часто всплывают все ситуации и диалоги, которые были между нами. Порой они вызывают улыбку, но почти всегда отзываются в сердце резкой горечью. Она преследует меня везде, закрывая глаза и погружаясь в сон, я вижу как она стоит передо мной в форме Первого Ордена. Темная шинель чуть великовата ей, но это ничуть не портит ее образ. На губах играет та особая улыбка, которая появлялась каждый раз, когда она видела меня. И она идет ко мне, а после крепко обнимает и прижимается к моей груди, заставляя меня снова чувствовать жизнь и видеть все краски этого мира. Я буквально чувствую, ее тело, запах, ощущаю на губах вкус поцелуя и слышу ее тихое дыхание. - Рыжее чудовище, - в голубых глазах загораются озорные огоньки, и в следующую секунду на моей шее остается красный след от поцелуя. - Глупое существо, - качаю головой я и беру ее лицо в свои руки, приближаю к своему и медленно целую в чуть раскрытые губы. Конечно, после таких воспоминаний и снов я просыпаюсь окончательно разбитый, понимая, что больше никогда не смогу прочувствовать что-то подобное. Никто не держал меня, поэтому я спокойно мог отправиться на другую планету, найти себе девушку и удовлетворить все физиологические потребности, но проблема была в том, что я не мог видеть других девушек. Я пытался, но все кончалось провалом, я злился и понимал, что все они не такие, как она. В конечном счете, Эви единственная. Эви. Такое милое имя. Я часто повторяю его вслух, не только для того, чтобы насладиться его звучанием в тишине своей комнаты, но и в надежде, что однажды я смогу услышать такой любимый и родной голос, который отзовется на него. Порой мне хочется убежать. Воспоминания накрывают меня волной одиночества, отдаваясь щемящей болью в душе, которая медленно гниет внутри моего тела. Неужели я никогда не смогу забыть ее? Как бы я ни старался, это все равно не происходит. Кажется, что прошла целая вечность, но ее образ все еще теплится в моей памяти и не покидает меня. То чувство, которое я испытываю к ней, никуда не уходит, а становится все крепче. Видимо, оно подпитывает свою силу из моей всепоглощающей боли. Эви единственная. И порой я не знаю как мне жить со всем этим. Я ненавижу это чувство, когда все дни похожи друг на друга. А вчерашний день лишь показал, что завтра будет точно таким же. И пусть все слова, как вода, утекающая сквозь пальцы, мне никогда не выпить ее. Потому что все что я делаю – думаю о ней. Кажется, что эти шесть месяцев похожи на бесконечность, полную страданий и горечи утраты. Я знаю, что она не прекратит преследовать меня в снах и мыслях, хоть это и больно, но я все же согласен терпеть все эти мучения, ведь это единственный способ, который позволяет мне насладиться тем человеком, который значил для меня абсолютно все.