Глава 5. Новые знакомства
23 января 2016 г., 22:04
Гермиона стояла, вперив удивленный взгляд в мужчину. Он, в свою очередь, внимательно разглядывал худую фигуру девушки, облаченную в тонкую ткань, почти ничего не скрывающую.
Ее мокрые волосы, потемневшие от воды, оттеняли бледную кожу, казавшуюся совсем прозрачной в тусклом свете факелов. Покрасневшие щеки и обкусанные губы, с запекшейся на них багровой кровью, ярко выделялись на лице волшебницы, которое сейчас выражало крайнее недоумение и смущенность.
Она, переступив с ноги на ногу, пошевелила замерзшими пальцами. Чародейка никак не ожидала наткнуться на кого-либо, так как этот коридор был одним из самых пустынных. Покорив себя за неосторожность, Грейнджер сжала ладонью полотенце у груди, сглотнув вязкий комок в горле. Немного закашлявшись, она поприветствовала Трандуила, собираясь обогнуть эльфа и сбежать в свою комнату, с досадой вспоминая это недоразумение.
Но король, решивший поиздеваться над беспомощной колдуньей, лишь крепче схватил ее предплечье. Натянув саркастическую улыбку, владыка заговорил своим привычным ледяным голосом, от чего температура, казалось, понизилась еще больше, а переплетения вековых стволов, из которых состоял дворец, покрылись плотной корочкой голубого инея:
— Что же в такое время здесь делает ведьма? Некоторые могут подумать, будто вы что-то замышляете.
У Гермионы перехватило дыхание от его слов, лишенных хоть малейшей логики. Неужели он не видит, что она всего лишь идет от купальни?
— Ваше Величество, — девушка выплюнула обращение, сморщив нос, — к величайшему сожалению всех «некоторых», я просто иду в свои покои. Надеюсь, вас не затруднит отпустить меня, ибо, как вы уже сказали, час поздний, и мне бы хотелось лечь в постель, — волшебница, постаравшись не обращать внимания на навязчивые картины сна, лезущие в память, едко посмотрела на Трандуила почти черными глазами.
Лесной правитель придвинулся к Гермионе ближе, так, что она ощутила свежий аромат его волос, свесившихся к ней. В голове владыка уже затолкал наглую чужеземку в темницу, но с виду выражение лица не изменилось, и только взгляд выражал его небезызвестную вспыльчивость.
У гриффиндорки возникло легкое дежавю. Ситуация в целом напоминала не так давно произошедший инцидент в саду. Грейнджер оставалось надеяться, что в этот раз из-за Трандуила ей не придется опять сидеть в комнате днями, не имея возможности выйти даже в окрестности замка. Не смотря на то, как сильно она истосковалась по свежему воздуху, уступать и подчиняться королю не собиралась. И привыкшего к безоговорочному повиновению синдар это раздражало. Пусть ведьма и не находится у него в услужении, но он дал ей кров, еду и приют, а это означало, что проявлять уважение и слушаться она обязана.
— Безусловно, вы можете идти, — владыка отпустил руку Гермионы, которая незаметно потерла покрасневшее пятно на коже.
Девушка, все еще немного ошарашенная внезапным столкновением, заторможено обогнула эльфа. Медленным шагом она направилась в нужном направлении, чувствуя спиной пронзительный взгляд.
— Я бы посоветовал вам поторопиться, — мужчина решил поставить заключительный штрих в их завуалированном соперничестве, — Ваш внешний вид говорит только о вашем распутстве, но в своих владениях я этого не позволю.
Ехидно-кислотный и одновременно тягуче-приторный голос заставил волшебницу молниеносно развернуться, ощущая поднимающуюся волну раздражения и ярости, неприятно щекотавшую горло у самого его основания.
«Да как он смеет? Чертов…»- у Гермионы в мыслях прозвучал такой поток нецензурных выражений, что она сама поразилась. Однако вслух она не нашлась, что сказать. Резко все гневные эмоции были задавлены внутри нее привычным чувством гордости и достоинства, поэтому колдунья, добро улыбнувшись, хотя это ей стоило огромных усилий, и задрав подбородок, прерывисто выдохнула и кивнула, внутренне ликуя. Удивленное выражение лица короля определенно стоило ущемленного самолюбия.
На этот раз она пошла гораздо быстрее.
***
После сцены с владыкой за ней перестали постоянно следить. Ну, или хотя бы сделали вид, что перестали, а это не могло не радовать. Теперь Гермионе разрешалось выходить из комнаты, но за ворота ее по-прежнему не пускали. Впрочем, воодушевленная неожиданной, пусть и относительной, свободой, она не обратила на это внимания. Дни потекли более разнообразно. Еще одной внезапной новостью оказалось то, что девушку теперь приглашали в трапезную. Там ели простые стражники, служанки и мирные жители. Конечно, с первым появлением ведьмы в помещении все замолчали, враждебно уставившись на нее разом, но вскоре многие привыкли, и чародейка смогла даже завести себе там пару неплохих знакомых, включая и Тауриэль. Эта воинственная эльфийка не сразу тепло восприняла гостью во дворце, но за частыми разговорами за обедом девушки сдружились. Постепенно они обменивались историями из своих жизней, обсуждали разные темы. И, что оказалось наибольшим потрясением, рыжеволосая попросила Трандуила взять чужеземку в лесные отряды, охраняющие замок, сославшись на небольшую численность воинов и так нужное сейчас боевое колдовство, которым в совершенстве владела Грейнджер. Король, подумав, что это хороший способ отплатить ей за проживание, согласился. Безусловно, он был уверен, что после первого же похода Гермиона прибежит к нему в слезах, если не в ранах, и будет умолять о спокойной жизни. Трандуилу хотелось показать, что волшебница полностью в его власти, но, не смотря на такие мысли, девушка не пришла ни после первого похода, ни после последующих. Через несколько особо удачных битв с темными силами Грейнджер стали воспринимать совершенно по-другому. Поняв, наконец, что она не хочет им зла, лесные жители с восторгом обсуждали ее магию и то, как чародейка искусна в бою. Этим утром Гермиона встала раньше, чем обычно. Настроение было на высоте. За окном еще не рассвело, и только первые лучи солнца едва коснулись небосвода. Девушка с восхищением смотрела на пробуждение мира. Больше всего ее завораживала Одинокая гора, стоящая так недозволительно далеко. Грейнджер слышала много рассказов о гномах, о жутком пожаре, погубившем Дейл, о Смауге. Она не могла поверить, что в этой горе, издалека кажущейся размером с ноготь, спит огромный огнедышащий дракон. Волшебница видела этих существ в Хогвартсе, но то, что змеи обладают собственным разумом и умеют разговаривать, стало для нее настоящим открытием. Разумеется, в ее мире это были такие же животные, как и остальные, но здесь это были вполне мыслящие особи. Оторвавшись от балкона, Гермиона оделась в эльфийскую одежду и вышла из покоев. Слава Мерлину, что ей не дали этих вычурных женских платьев, чей подол волочился по полу еще метра три. Для этого пришлось знатно поругаться и поспорить, но результат этого стоил. Теперь в гардеробе у нее находилась пара темных обтягивающих штанов и несколько туник. Так, собственно говоря, и одевалось большинство мужского населения леса, а также Тауриэль. Как командующей стражей ей было бы крайне неудобно в длинных юбках. По пути девушке не встретилось ни единого эльфа, что и не удивительно. Как казалось, сейчас было около пяти утра. Пусть эти существа и не нуждались в таком длительном отдыхе, как люди, но в такое время предпочитали оставаться в своих комнатах. К счастью, она знала дорогу до кухни, а там постоянно были запасы еды, которые волшебница без угрызений совести поедала каждое подобное утро. Естественно, никаких подозрений пропажа не вызывала, ибо количество яств просто не могло существенно уменьшится из-за парочки фруктов и древесного сока. Позавтракав, Гермиона пошла на улицу. Ей хотелось потренироваться. Пусть она владела магией, но после некоторых лекций на тему самозащиты, ведьма решила начать стрелять из лука. Да, как бы банально это не звучало, но это оружие была самым удобным для использования, так как оно позволяло находиться на расстоянии и не требовало таких же тяжелых физических усилий, как меч. Конечно, для того, чтобы натянуть тугую тетиву приходилось немало постараться, но если сравнивать с чем-то другим, это довольно-таки посильно. На тренировочной площадке было холодно. Ледяной сильный ветер продувал насквозь, но колдунья только повела плечами. После небольшой разминки она, наконец, взяла лук. Гладкое дерево идеально лежало в ладони, тетива, сделанная из тончайших волокон, будто норовила уцепиться за пальцы. Тщательно прицелившись, Грейнджер напряглась всем телом и выпустила стрелу в мишень. После большого перерыва с занятиями стрельбой руки ослабли, и она не пролетела больше половины намеченного расстояния. Разочарованно вздохнув, Гермиона попробовала снова, но сзади нее кто-то насмешливо прокашлялся. Резко развернувшись, волшебница увидела Леголаса, находившегося у нее за спиной. — Поправка на ветер, — она с досадой улыбнулась. Разумеется, ее самооценка пострадала, но девушка не тешила себя тем, что хорошо владеет луком. Эльф также растянул губы в улыбке в ответ. Это так преобразило его угрюмое лицо, что казалось, парень, державший ее на прицеле в тот злополучный день, и юноша, стоящий перед ней сейчас, это два абсолютно разных человека. «Эльфа, конечно же», — в мыслях поправила себя Гермиона. Она внимательно смотрела в его голубые глаза, совершенно отличавшиеся по оттенку от отцовских. Через пару мгновений они весело рассмеялись, и напряжение между ними растаяло.
