Акварельные открытки (по BTS)

      Для Чонгука, вся эта суета вокруг, желтые машины такси, шмыгающие туда-сюда по широким улицам, шум людей, шум их жизней. Они куда-то торопятся, спешат успеть для чего-то важного, но, как думается Чонгуку, это важное, постоянно ускользает, потому что никто так и не перестает торопиться.       Громкий шум города, звуки накладываются друг на друга, машины сигналят, дождь льет с неба и в кровь, разбивается об асфальт, оставляя после себя лужи, люди переговариваются, мигают вывески магазинов, с глухим, раздражающим жужжанием и посреди всего этого, тихий и незаметный, стоит Чонгук. Это называют как «Так живет город», но это преувеличение. Существует, существует, а не живет.       Чонгук, к сожалению, тоже только существует. Он ходит, дышит, чувствует мурашки, появляющиеся из-за холодного ветра, проникающего под толстовку, но он не живет. Посреди города миллионника, тоже можно чувствовать себя одиноким.       Чонгук со своим альтруизмом и самопожертвованием, в кровь и с крыши, как дождь, потому что это как минимум долбоебизм. - Давай останемся друзьями? – говорит Тэхен, снисходительно улыбаясь и протягивая руку, чтобы быть друзьями еще лучше.       Чонгук протягивает в ответ и сейчас бы заматериться, дать по лицу, да так чтобы до сломанного носа, но Чонгук же дохуя правильный, он переживет и плевать что внутри крошит в пыль, а Тэхен нежный, тем более, какой жест, воистину откровенно добродушный, остаться друзьями.       Чонгука мажет слезами по асфальту, в каком-то людном районе, прямо на улице, ломает как после двух лет на героине и тут резко отходняк и сейчас бы валиумом закинуться или каким еще обезболивающим, но у Чонгука есть только сорванный голос и воспоминания горячих поцелуев на своей шее, по пьяне и под львиной дозой возбуждения, из-за того, что перепили и дало лишнего.       Ламповая вечеринка, в честь того, что Чимин наконец – то затащил Юнги в кровать, тупость, уровня выше Эвереста, но кому к черту нужен серьезный повод чтобы выпить?       Если бы Чонгук знал, что случится подобное дерьмо, он бы все пиво слил в толчок, еще до того, как к Чимину завалился Тэхен. Чонгук прыгнул выше головы, но забор из снисходительности и жалости, предназначенный, как раз на тот случай, если какая-нибудь шавка, вроде него, решит нарушить личное пространство Тэхена, Чонгук только коготочками слегка покарябал и плевать всем что кровь из носу, как важно, чтобы Тэхен заметил, как Чонгук скребется и воет у двери, Чонгуку уже и самому плевать.       Сейчас, Чонгук перестает даже существовать, а жить, это слишком громко, для того, у кого сорван голос.