Информационные Сети

— И совершенно напрасно ты так разнервничался. Видишь, со мной все в полном порядке, головокружение и тошнота не в счет. Да и пройдут они быстро, мне обещали, — Шихо чуть наклоняется вперед, устраиваясь удобнее на больничной койке. Шиничи сидел напротив нее, оккупировав жесткий и какой-то по-особенному неудобный стул для посетителей. Он был спокоен впервые за ближайшие двенадцать часов. А чего волноваться, скажите на милость? Все живы, ну, кроме того программиста, с которого все началось, и тех несчастных доходяг, умирающих в мире каждую секунду. А Мияно к тому же и выглядит хорошо: лицо свежее, вид отдохнувший, будто не в больнице ночь после обморока провалялась, а хорошенько отоспалась в отменной кровати. Чего не скажешь о детективе, в чьи мешки под глазами информатор предложила складывать бутылки из-под пива из комнаты Мори Когоро — все поместятся, да еще и для парочки преступников место останется. Детектив старательно отшучивался, в глубине души признав правоту девушки. Ну да ладно, потом поспит нормально и вовремя. Когда-нибудь. — Что вообще произошло? На тебя напали те же самые люди, что и в прошлый раз? Чего сейчас от тебя им было нужно? — вопросы так и посыпались. — Ты главное не нервничай, — усмехается информатор, — Понятия вообще-то не имею, чего они от меня хотели. Возможно, били на поражение. Возможно хотели отрезать способность выхода из сети и попытаться наколупать из меня информации. Они же передо мной не отчитываются, — и пожимает спокойно так плечами. — Нам очень повезло с твоим медицинским датчиком, — Мияно в ответ на это приподнимает бровь, — Странно, обычно его ломают в первую очередь. Не догадались? Забыли? На подобное рассчитывать более не приходиться, но это сыграло нам на руку… — Подожди секундочку, Шиничи, — вот теперь она хмурится, — Отродясь не пользуюсь медицинскими датчиками. Я хорошо контролирую своё состояние, а при взломе, как ты заметил, они чаще всего бесполезны. — То есть, — детектив не верит своим ушам, — Ты хочешь сказать, что никакой медицинской программы, отслеживающей твое состояние у тебя не было? Но как же тогда за тобой приехали мед.работники? Спокойствие? К черту идет спокойствие! Сон? Какой сон? У нас есть непрекращающиеся дерзкие «наезды» на одного потрясного детектива и его банду. А еще дело нераскрытое, сроки горят, все такое… А кто-то ночью гонял с Джентльменом в идиотскую игрушку. Но это лирические отступления, опустим их. — Понятия не имею. Потеряла сознание, когда насильно выдергивали из сети. У них оказался неплохой выводящий — нападающие не смогли удержать меня. Хотя это странно, что там забыл настолько опытный программист, разметавший ТАКУЮ защиту в клочья? — Мияно тоже не так безмятежна, как несколькими минутами ранее, — Очнулась здесь. А тут на вопросы времени не было. Тесты на состояние и все такое. Покормили. А потом ты пришел. Хотелось воскликнуть что-то вроде: «Ну почему ничего не может быть так просто?». По-счастию Шиничи вовремя вспомнил, что вообще-то он сам любит впутывать себя в разного вида сложности. А раз так, то нечего ныть, когда оные оказываются серьезнее, чем ожидалось изначально. — У тебя есть подозрения, что бы это могло быть? Невозможно, чтобы это была случайность. Может ли быть так, что это подстроили сами нападающие? — количество вопросов скоро будет превышать количество ответов в критическом значении. — Нет, — девушка качает головой, — У меня на тот момент не осталось сил и возможностей защищаться. Тогда прошло около десяти минут, и, кажется, встреча с вирусом их серьезно потрепала. Не думаю, что что-то из арсенала моих программ могло стать для них преградой даже на небольшое время, — Мияно вздыхает, — Это больше похоже на чудо. Как жаль, что я не склонна верить в чудеса подобного толка. Если говорить откровенно, то и Шиничи испытывал сейчас нечто подобное. Он не мог просто обрадоваться спасению близкого друга, списав все на невероятную счастливую случайность. Он может лишь снова начать анализировать очередную подвернувшуюся загадку, прикидывая, чем ее последствия могут обернуться в будущем. Они недолго молчат, каждый погруженный в собственные раздумья. — А Ран притащила ко мне знакомиться подружку Куробы Кайто, — начинает Шиничи в попытке хоть чем-то разбавить концентрированный сироп их общего напряжения, — Она довольно неплохая, эта Аоко, чем-то мне Ран напоминает, — парень замолкает, теребя край рубашки, небрежно наброшенной сверху на футболку. Максимально расхристанный вид. — Оу, даже так? Ну, она всегда отличалась умением заводить занимательных друзей: Соноко, ты, а теперь еще и близкий человек погибшего при странных обстоятельствах программиста… Снова пауза. Фактов много, но они настолько разрознены, что от них не перестает болеть голова — Кудо перед выходом не даром скормил себе пару анальгетиков. Смерть. Вирус. Нападения. Аоко. Джентльмен. Джентльмен? Ну, он помогает Шиничи, а точнее, Конану с его расследованием. Пока что весьма номинально помогает, но все-таки. Тем не менее интуиция, что так часто бывает права, подсказывала детективу, что все с ним не все так просто. Он тоже наверняка как-то замешан в этом деле. Джентльмен обмолвился, что пытался создать управляемый вирус. Неужели он так просто взял и бросил свою идею? Если это и правда, то тогда встает другой вопрос: а зачем он вообще пытался создать этот вирус? И от чего-то есть чувство, что вопрос-то очень правильный. — Шиничи, зависаешь, — коротко бросает Мияно, чем мгновенно приводит в чувство, — Я бы посоветовала тебе идти домой и проспаться. В крайнем случае, если это слишком просто для великого Эдогавы Конана, попроситься поспать здесь. Думаю, санитары быстро поймут, что если тебя погонят, то очень скоро отправятся на вызов еще одного медицинского датчика. — Кажется, я только и делаю, что сплю. А вот тут информатор просто взяла и беспардонно расхохоталась. — Ты… Шиничи…тольк­о и спишь? — некоторые паузы в ее речи объясняются наличием хохота во время оных, — Все проспал, конечно…а то, что зомби — это так…имидж такой, — и, наконец, успокоившись, — Упрямый дурак. Я по глазам вижу, что не послушаешь. И ладно. Мусоль свое расследование дальше. Только, ради всего информационного, не дури. На этой внушающей оптимизм ноте они и расстались, Шихо была отдана в руки докторов, которые тут же начали активно интересоваться о ее самочувствии. Мияно тоже не растерялась и начала в ответ обильно, вперемешку с ответами, засыпать доблестных мужей медицины вопросами о том, как ее вчера доставали из виртуальной реальности, какого типа сигнал они получили, во сколько и…и так далее, в общем. Информаторской хватки не теряет даже на больничной койке, похвально. Кудо тоже не остался без дела: стоило ему только выйти из здания больницы, как на его телефон пришло сообщение от Ран. «Мы с Аоко идем в гости к Куробе, ты с нами?» И только детектив хотел дать отрицательный ответ, как до него медленно дошло, К КОМУ в гости они собрались. «Куда вы собрались? Ты серьезно, Ран?» Пальцы время от времени отказывались опускаться на нужную клавишу, и потому написание этого сообщения съело рекордное количество для Кудо времени. «Серьезнее некуда! Мы с Аоко сейчас пойдем в квартиру Куробы Кайто. У Аоко есть ключи — она иногда помогала ему по хозяйству. Кстати, никого не напоминает?» Нет, конечно. И последний вопрос к делу не относится. «Кажется, ты меня приглашала с вами? Я иду.» «Я и не сомневалась в тебе, детектив. Сейчас Аоко пришлет тебе адрес, сохрани ее телефон заодно. Встречаемся там через час.» Дождавшись сообщения с координатами от подруги Ран, детектив для начала решил, что в организм неплохо было бы опрокинуть стакан кофе и что-нибудь энергетически ценное. Тем более, что на метро отсюда не слишком долго было ехать. Кофейня или фастфуд? Кофейня ближе аж на добрый десяток метров, решено. Через некоторое время, поразив девушку на кассе количеством мелочи в качестве оплаты эспрессо и сэндвича с индейкой, парень ожидает на остановке своего автобуса, решив, что ему по ломам ехать на метро. Солнце припекало ничем не покрытую макушку, есть стоя было не слишком удобно, но парень не жаловался. По крайней мере, до того момента, как у него в кармане коротко не завибрировал телефон. Достать, не пожертвовав провиантом, его возможности не было, а потому детектив на некоторое время забивает на это. Правда после сильно об этом жалеет. Почему? Письмо пришло на почту, привязанную к аккаунту Конана, надежно замотанную в защитные системы и пропускающую сообщения лишь определенного круга людей. И что же видит там Кудо? Незнакомый, а точнее, неопределенный адрес, и одна короткая фраза. «Приятного аппетита.» Какая, однако, двуликая ситуация. С одной стороны Шиничи был готов проклясть себя за то, что не посмотрел пришедшее сообщение сразу — смысла озираться по сторонам было бы больше, нежели имеется сейчас. Впрочем, детективу это не мешало. С другой стороны — парень успел доесть и не подавился своим завтраком-обедом, что было бы очень грустно. Мысли, похожие на рой диких пчел, по улью которых хорошенько прошлись палкой, нещадно накинулись на сознание Кудо. Особенно рьяно кусались вопросы «От кого это?», «Какие могут быть последствия?», «Кому и зачем это понадобилось?». Но больше всего детектива заботил тот факт, что ни ощущения глухой нависшей над ним опасности он не испытал, ни взгляда острого на себе не почувствовал. Конечно, можно все списать на перебои в работе интуиции, но обычно в таких ситуациях Кудо чувствовал тревогу. Сейчас он не мог даже мало-мальски запаниковать, будто четко осознавал, что это — не более, чем чья-то безобидная шуточка. Из разряда тех, которые проворачивает иногда Джентльмен. Джентльмен? Хм. Это мысль. Что если это его проделки? Но как? Ладно, если он смог пролезть на почту Конана, когда-нибудь это должно было произойти. Но откуда ему было знать о том, что у Эдогавы в реальном мире сейчас эдакий обеденный перерыв? Надо будет серьезно поговорить с ним по возвращению домой. Настолько серьезно, насколько это вообще возможно с Джентльменом. «Снова вопросы в долгий ящик», — мысленно вздыхает Кудо, почему-то очень быстро успокоившись. Это всего лишь шутка. Просто точное попадание в точку. Мало ли совпадений в мире бывает? Да-да, и медицинские датчики туда же. И хакеры умирают от системных неполадок. И все по стечению обстоятельств, все случайно так вышло. А Кудо Шиничи просто непроходимый параноик. Конечно, это форменное издевательство — подкидывать человеку, желающему собрать головоломку, неподходящие друг к другу кусочки. Факты, щедро поставляемые из вне в голову Кудо, казалось, имели между собой катастрофически мало общего. И где события-связки, когда они так нужны? Со стороны даже может показаться, что идет несколько одновременных процессов. Только это не так. Детектив это чувствует, но объяснить решительно не может. Подъехавший автобус чихнул на Шиничи облаком выхлопного газа и чуть было не уехал, пока парень выходил из прострации и соображал, что это вообще-то его маршрут. Последняя мелочь из кармана пошла на билет, и вот, Кудо больше не обладатель несметного богатства монеток. Хорошо бы, чтобы это было одной из самых масштабных его проблем. Мерное урчание транспорта такое умиротворяющее, а городской пейзаж за окном такой привычный, что просто невозможно, поддавшись соблазну, не закрыть глаза, откинувшись на спинку сиденья. И все мысли из головы разом вон, только бы не пропустить свою остановку. Звуковое оповещение должно в этом помочь… И почему нынче автобусы такие быстрые? Для сонно хлопающего глазами парня поездка пролетела за пару тягучих секунд. И где его должны будут ждать девушки? У подъезда, хотелось надеяться. Уж очень Кудо был против того, чтобы Ран и Аоко совались в квартиру Куробы самостоятельно. Это не совсем законно в нынешней ситуации. И не совсем безопасно, если уж на то пошло. Веббер, курирующая дело Куробы, ооочень сомнительно, что погладит по головке что-то вынюхивающих в квартире студентов. А ничего так район у программиста, почившего не совсем с миром — аккуратно, чисто, не так много деревьев, но куча свободного пространства. Высотные здания устремляются вверх не менее чем двадцати этажами. В одном из таких «монстров» и жил Куроба? Шиничи предпочитает куда более низкие здания, пусть и сам обитает в многоэтажке. Что ни говори, а снимать квартиру в высотном здании намного удобнее, чем делить дом с родителями, как бы детектив их не любил. А если учесть их некоторую тягу к скверным шуточкам… И старомодную, на взгляд Кудо, нелюбовь к глубокой сети и виртуальной реальности. Искомый дом нашелся даже без GPS, для которого потребовалось бы включить интернет и вынуть голову страуса из песка. Детективу удалось избежать такого ненужного геройства — сейчас он не считал бы победу над паранойей чем-то оправдывающим риск. Хотя, что могло пролезть на его телефон, с которого он и в сеть-то в качестве Эдогавы Конана не заходил? Только сообщения принимал. Черт его знает. Но речь идет сейчас не только о его личной безопасности. Девушки обнаружились на лавочке рядом с кустом чего-то цветущего и благоухающего. Стоило Ран заметить друга детства, как она, подскочив с места, начинает энергично махать ему рукой. Вслед за ней встает и Аоко, настроение которой, кажется, было довольно неплохим. На сей раз она не хмурилась и не сжимала губы. — Ну и долго ты, Шиничи! Я уже думала, что нам стоит подождать тебя в квартире, время не бесконечно, — она обнимает парня, несмотря на ворчливые упреки, а он в ответ улыбается ей. — Добрый день, — многословности от Накамори-младшей было до сих пор не дождаться. Но вся эмпатия, некоторое количество которой было доступно Шиничи, намекала на то, что это нормально и скоро пройдет. Смогла же она каким-то образом спеться с Ран. — Я сегодня посмотрела новости о Куробе Кайто, — начала подруга детства, когда они двинулись к месту назначения, — Все говорят одно и то же: был программистом, загадочные обстоятельства, расследует Веббер. Обычно на Веббере все и заканчивается, информация о том, что эта корпорация займется делом о смерти своего программиста в буквальном смысле последнее, что можно увидеть в и без того не самой длинной новостной заметке. Не нравится мне это, — девушка откидывает волосы назад, тряхнув головой, — Их основная гипотеза — несчастный случай. Мол, пока расследование, о ходе которого ни слова, указывает только на один возможный исход. Выводы правильные, что довольно лестно для детектива, который иногда разбирал несложные дела конторы вместе с Ран. Только бы лучше не упоминать некоторые детективные способности Мори-младшей в одном контексте с этим делом. Конан только попросил своего информатора собрать побольше сведений — и все, посыпались неприятности. И если себя с Шихо он еще в состоянии вытянуть за уши из этой трясины, как он надеялся, то следить еще за безопасностью двух решивших поиграть в сыщиков девушек он не мог. Расследования в квартире Куробы не велись, как только отсюда вынесли тело и дело передали в руки Веббер. Но нервозность, сгустившуюся в воздухе, когда Аоко поворачивала ключ в замке, казалось, можно было зачерпнуть ложкой. На худой конец волосы девушек вот-вот начнут подниматься, будто под действием сильного статического электричества. Но законы физики попраны не были, а из-за угла не выскочили злобные адепты информационной корпорации и не испепелили никого на месте. Таким вот образом троица молодых людей и попала внутрь. Аоко мгновенно закрыла за ними дверь на замок, и Кудо не смог бы сказать, что это было лишней предосторожностью. День снаружи стоял солнечный, но в квартире было сумрачно и душновато. Детектив, следуя примеру девушек, разулся у порога, проходя вслед за ними в комнату. Аоко раздвинула шторы и комната наполнилась ровным светом — с этой стороны солнца не было, а потому не было и прямых солнечных лучей. И обычно это понравилось бы Кудо. Но сейчас квартиру отчаянно хотелось хоть чем-нибудь оживить, так тихо в ней было. Аоко и Ран молчали, Шиничи тоже. Раскрытое окно и свежий воздух так же не спасли положения. — Давайте пока осмотримся, спешить некуда, — тихо бросает Накамори и уходит в соседнюю комнату. Здесь их было две, в отличие от однокомнатной квартиры Шиничи. Немного смущенно кашлянув, Ран молча направляется за подругой. Правильно, негоже оставлять ее сейчас одну. Девушки ушли наверняка в спальню программиста, но настоящая «его» комната была здесь. Это чувствовалось, а может, Шиничи просто примерял сюда модель «Как было бы у меня, будь я на его месте». Рабочий стол, кресло для погружения, реквизит для фокусов лежащий в отдельном шкафу с полками. Как странно. Вроде в помещении ничего не меняли с момента смерти ее хозяина, но некая опустошенность ощущалась изрядная. Вот был человек и не стало его. И приходит Шиничи, расследуя обстоятельства этого «исчезновения». Смотрит на его вещи, которые он покупал для себя. Возможно, что-то из этого он долго хотел. За столом наверняка проводил много времени, читал книги из стеллажа, смотрел в окно и видел занимающийся рассвет после бессонной ночи. Шиничи как-то невесело вздыхает, рассматривая корешки книг. Антиутопии, фантастика, легенды и мифы. Кажется, кого-то так же не слишком привлекал реальный мир. И ни одного самоучителя или просто справочника по программированию. Он был настолько хорош, что мог держать все в голове? Ну или просто в электронной библиотеке, бумажные книги у программиста — такой моветон. Но и сам Шиничи грешил к ним любовью. Столько тактильных впечатлений, как тут устоять? Когда-то Эдогава Конан и он, Кудо Шиничи, могли похвастаться полной концентрацией на раскрытии дела. Кого вообще может интересовать что-то помимо правды? Но сейчас все чаще и чаще детектив ловит себя на мысли, что ищет не столько улики к очередному преступлению, сколько отражение людей в окружающих его вещах. Тех, кто исчез безвозвратно. Скверная привычка, ох скверная. Сейчас парень не может отказать себе в слабости. Из соседней комнаты слышатся сдавленные всхлипы. И кажется даже, не в один голос. Кажется, Ран снова видит в Куробе отражение Шиничи. Только и он сейчас замечает беспорядочные знакомые отблики. Отмахивается от них, как от назойливых насекомых, подходит к рабочему столу. Несколько мониторов, две клавишные клавиатуры и один проектор для голографической, компьютерная мышь, графический планшет. Ходят легенды, что каким-то отморозкам удобнее управлять компьютером с этого исчадья ада. Не проще ли заиметь сенсорный экран? Извращенец этот ваш Куроба Кайто. Из исследовательского интереса детектив лезет под стол, потеснив огромный процессорный блок. Ничего себе на него всякого понакручено. Это чего здесь наворочено вообще? Как жаль, что это нельзя запустить — наверняка о включении компьютера сразу же узнает Веббер, поэтому это когда-нибудь потом. Как ни забавно, но сейчас целью Кудо являлась куча путанных-перепутанн­ых проводов. У себя дома он иногда прячет туда всякие мелкие, а иногда и не мелкие, штуки, которые нежелательно светить перед случайными посетителями. Флешки со всякой стремной информацией и далее по списку. Ибо под стол не заглядывает даже любопытная Ран — и так понятно, что там бардак, хаос и монстры. Ожидания не оправдались — в паутине из проводов ничего представляющего интерес обнаружено не было. Только смятый клочок бумаги, на котором криво была накалякана черным карандашом какая-то зубастая рыба с красными глазами. Это что вообще такое? Положив скомканное «произведение искусства» на место, Шиничи проходится ладонями по полу под проводами для очистки совести. Ууух, ну и пылища! Тут вообще тряпка гостила? Как и у Кудо, наверняка нет. Так. Стоп. Что это? Подушечками пальцев парень нащупал странный ощутимый стык линолеума. Как будто его здесь положили отдельным небольшим куском. Но почему тогда его края выше пола? Ненамного, но пальцами хорошо ощутимо. Детектив переползает под стол еще большей своей частью, расшвыряв провода, мешающие обзору. И действительно, как заплатка формата чуть меньше, чем А3 на полу. Что бы это могло быть? Попробовав подцепить край линолеума пальцами, парень провалился — казалось, что он вот-вот отлепится от того, к чему был приклеен. И действительно — в одном месте он отошел, обнажая…железо? Та­ак. Самое время сходить на кухню за ножом, а так же удостоверится, что его возня в комнате не привлекла внимания, и девушки в большей степени заняты душевными проблемами. Много времени это не заняло, и вот уже парень сидит и ковыряется в щели на стыке тупым ножом с толстым лезвием. Как будто специально для этого здесь держали этот старый нож с деревянной ручкой, когда остальные ножи в подставке оказались острыми и керамическими. Забавно. Пара секунд и — Бинго! — заветная дверца открыта, точнее, толщиной в фалангу железная на вид пластина откинута в сторону. Под ней оказалось небольшое углубление. Собрание Толкиена поместилось бы туда полностью, но не более. И что же у нас там? Папка, одна. А в ней бумаги, исписанные мелким почерком. Рисунки, заметки. Выглядит как что-то важное. И как это вынести отсюда незаметно? Ран и Аоко наверняка захотят узнать, что это такое за папка. А сумки, как на зло, у детектива с собой нет. Сначала Кудо на всякий случай обшаривает все внутренне пространство тайника. Опа, флешка. Отлично. Она и в карман влезет. Вот почему бы Куробе было не перенести все на нее? Детектив, конечно, понимает, мелкая моторика, все дела, но Шиничи теперь от этого страдательно. Хотя, признаться, он совершенно счастлив. Ибо почти уверен, что эта черная папка прольет свет на нынешнюю ситуацию. А если и нет, то теперь имеется еще один носитель информации. Тайник с чистой совестью, которая мало сопоставима с дерзким хищением имущества, закрывают, провода художественно ложатся сверху. Тааак, папка, папка, куда же тебя деть? А то войдет сейчас сюда Ран, а он с серьезными уликами в руках посредь комнаты светится. Нельзя так. Оглянувшись как-то беспомощно, Шиничи ослабляет ремень на брюках, чувствуя себя тем еще школьником. И засовывает папку за край штанов со стороны спины, прикрыв верхнюю часть футболкой и рубашкой, которую он надел, несмотря на солнце. И был дважды прав. Первый раз — когда столкнулся с порывами довольно прохладного ветра. И второй раз сейчас, так по-простецки замаскировав находку. Только спиной к девушкам ему лучше не прижиматься. Да и не ходить впереди них, чтобы она у них перед глазами не маячила. Оглядев комнату еще раз, парень отмечает, что неплохо было бы покопаться еще и в книжках. Но почему его дорогие «помощницы» притихли? Заглянув к ним в спальню, детектив стал свидетелем поразительно халатной к расследыванию сцены: Аоко заснула на коленях Ран, а та, привалившись к стене. Серьезно? Парень прячет улыбку. Наивные они, и чего им было сюда лезть? Шиничи и сам справится с поиском улик и зацепок, а Аоко надо просто пережить такую масштабную для ее жизни потерю. И пережить, не влезая в опасные авантюры, пусть даже для дочки следователя это и может выглядеть отчасти заманчиво. Куробу это ей точно не вернет. Парень заправляет выбившиеся непослушные пряди за ушко подруги детства и выходит из комнаты. Итак, книжные полки. Раскрыть, пролистать, закрыть, убрать. Просто поиск оставленных между страниц листочков с записями или с пометками. И не особо отвлекаться на то, как непросто чувствовать себя крутым детективом имея папку с вещ.доками чуть ли не в, пардон, трусах. Книжки, просмотренные наспех, не обрадовали ничем необычным. Так же как и не нашел парень ничего интересного в ящиках. Помимо разве что красивой колоды карт с черными рубашками, на которых едва проступал темно-серый узор. Если откровенно, то Шиничи едва удержался от того, чтобы не забрать их себе. Но он детектив в конце-концов, а не клептоман! Вообще Кудо чувствовал себя сытым удавом: огромной ленивой змеюкой, набившей пузо и теперь это все переваривающей. Ибо найдя такую серьезную деталь, он чувствовал, что ловить здесь особо-то и нечего. — Шиничи? — Ран открывает глаза, стоит детективу лишь тронуть ее за плечо, — Ох, извини меня, я успокаивала Аоко и не заметила, как уснула, а ты… — Да, я осмотрел комнату. Ничего дельного не нашел. Вы здесь что-нибудь осматривали? Хотя, явно нет. Займетесь этим? — Угу, — девушка расталкивает Аоко. Та трет покрасневшие глаза и бледно улыбается Кудо. Кажется, она переоценила свои силы, решив, что сможет прийти сюда без содрогания и так просто рыскать в вещах своего близкого друга. Или, возможно, даже любимого человека. Какая теперь разница? Парень прислоняется спиной к косяку двери, от чего пластмассовый край папки неприятно царапает кожу спины. Тц, Шиничи — мастер маскировки и конспирации, здесь не поспоришь. А еще с этой штуковиной весь путь домой маяться в общественном транспорте, хоть такси от безысходности вызывай. Только вот финансы этому явно будут не рады. Он еще с Ран в парк аттракционов сходить обещал. Но это, наверное, уже после раскрытия дела Куробы. А Конан его раскроет. Иначе и быть просто не может. Девушки, подобно разбуженному механизму, начинают свое полухаотичное движение. Ран осматривает фотографии на тумбочке, почему-то зацепившись за них взглядом, Аоко заглядывает под кровать, но достает из-под нее лишь журнал довольно фривольного содержания. — Ой, — она краснеет и поспешно швыряет его на место. — Что вы вообще хотите найти в его спальне? — с улыбкой интересуется детектив, глядя, как его подруга детства вытаскивает фотографии из рамок. — Какие-нибудь подсказки, касательно того, что с ним произошло, — девушка пожимает плечами, — Может он оставил что-то специально для Аоко. — Да ну, — Кудо пожимает плечами, почти давясь собственным скептицизмом, — И поэтому ты дербанишь несчастные фоторамки? — Пусть дербанит, — отзывается Накамори, распахивая створки шкафа. Она окидывает взором его содержимое, представленное исключительно одеждой, и вздыхает, будто чаяла найти там что-то важное. Может она и не находит, а вот Шиничи отлипает от косяка, чтобы подойти и рассмотреть то, что вообще никак не вписывалось в гардероб молодого программиста. А именно: белоснежный костюм, рядом с которым к тому же привидением болтался на вешалке не менее белый плащ. Да тут еще и цилиндр внизу лежит. — Это костюм фокусника, — поясняет девушка, заметившая интерес детектива, — Он мечтал когда-то дать представление, которое заслужит много лестных отзывов. Своеобразная дань работе отца, который занимался карьерой фокусника-иллюзиони­ста, до того, как начать осваивать сеть. Кайто говорил, что он тяготел ко всему новому и необычному. Ну, — она вздыхает, — Это было их общей чертой, и… — задушенный на корню всхлип и силой сдержанные слезы, — Ушел он так же рано. Даже еще раньше. Не сказать, что Шиничи было жаль девушку, но сердце наполнялось какой-то глухой тоской каждый раз, когда ее на его глазах душили воспоминания. Парень беспомощно оглядывается на Ран, которая сжимала в своей руке одну из «раздетых» фотографий. Мори подходит к подруге, и голос, которым она обращается к ней, оказывается жестче, чем ожидает детектив. — А ну прекрати рыдать. Мы здесь на расследовании, к нему нельзя относиться легкомысленно. Мы не грустим, а действуем, ясно? В последний раз шмыгнув носом, но так и не заплакав, Аоко кивает. Боевой запал девушек сошел через пару часов, когда так ничего толком найдено и не было. Парню даже стало стыдно за сокрытие этой несчастной флешки и папки, но он снова вкатил своей совести транквилизатора — все ради их же безопасности, им не стоит влезать в это дело. Пусть даже стараясь, они многого не знают. Так что в итоге Ран и Аоко оставались с пустыми руками. Вечерело, с работы домой потянулись первые жители дома, за входной дверью то и дело раздавались чьи-то шаги по лестнице или чей-то голос. Это заставляло молодых людей, вообще-то незаконно проникших в чужую квартиру, постоянно вздрагивать. — Кажется, пора отсюда уходить, мы ведь не хотим остаться тут до темноты? Свет, включенный в квартире вообще-то покойного человека, может заставить кого-то заподозрить неладное, — Шиничи поправляет рамки на тумбочке, в которые заправлять фотографии назад пришлось, конечно же, ему. — Хорошо, думаю, мы достаточно мест проверили. Аоко даже на кухне проверила, — неловким движением Мори смахивает со стола одну из рамок, стекло в которой, не выдержав такого издевательства, разлетается на осколки. Ох и досталось же несчастным рамочкам сегодня от Ран! — Я сейчас все соберу и пойдем, — спешно откликается подруга детства Шиничи и падает на колени, начиная собирать осколки. Детектив тоже собирался помочь, но… Дурацкая папка! — Я помогу! — зато Аоко ничего не мешало, и Кудо просто отходит, чтобы ей не мешаться. Дурацкое чувство. Его в принципе одолевают дурацкие чувства все время нахождения в этой квартире. За особенно ушлым осколком, отлетевшим аж под комод, Ран тянется, почти полностью ложась на пол и упираясь в него ладонью. Ее выражение лица меняется на заинтересованное, когда она вытаскивает что-то шуршащее. Снова демоническая рыба? Оказалось — почти не смятый листочек, вырванный явно из записной книжки. Основные испытания переносятся с первой аллели на десятую, Куробу туда не допускать. На время отстранить его от поручений высокой важности — такое чувство, что через него утекает некоторая информация. Встал вопрос о безопасности программного обеспечения Веббер для пользователей. Слишком неслучайный слух в слишком неслучайное время. Это и все, что было написано на листочке небольшого формата. Но это явно имело серьезный вес. Как некстати он попал в руки к девушкам! — Это не почерк Кайто! О чем здесь? Какие аллели? При чем здесь фирма, в которой он работал? — Аоко вертит листочек в руках, а Шиничи с трудом подавляет желание выхватить его у нее и сказать, что она ничего не видела, и это все ее мираж из-за долгого времени, проведенного здесь, и страстного желания получить хоть одну зацепку. — Не знаю, — Ран внимательно вглядывается в написанное, — Но то, что Веббер во всем этом как-то замешан — однозначно. Ох и опасные наблюдения. Шиничи откровенно не по себе от умозаключений Мори-младшей. Потому что они, черт возьми, правильные именно тогда, когда правильными им быть ни в коем случае нельзя. Неужто решили заговорить дурацкие гены, всю склонность к расследованиям из которых Мори-старший тщательно выполоскал пивом? — Можно мне? — парень забирает бумажку и осматривает ее с двух сторон. Из записей только это. Может что-то осталось оттиском на обратной стороне из другой записки? Проверить не помешало бы. Без свидетелей. — Можно я заберу это себе? — Ран задумывается на минуту, будто бы Шиничи ей уступил, если бы она не согласилась. Хотя, не будем забывать, на чьей стороне преимущество при расстановке сил. — Бери. Может что-нибудь поймешь. Ты же у нас за компьютером вечно торчишь, — то ли констатация факта, то ли не слишком завуалированный упрек. — И если вы закончили, то нам пора, — быстро переводит тему парень. — Минуточку. Уже идя по улице и ловя на небе розовые закатные лучи, молодые люди молчали, сбрасывая с себя будто налипшее беспокойство. С успехом завершили этот процесс только двое из них. Процессор Кудо оказался как всегда загружен более чем прилично. И еще эта дурацкая папка! — Спасибо вам за сегодня, — ветер треплет волосы Накомори, когда она запрокидывает лицо к облакам, — Здорово, что сегодняшний день был не напрасным. И знаете, — Она переводит взгляд на идущих почти плечом к плечу Ран и Шиничи, — Я бы хотела позвать вас на похороны. Вы мне не чужие. И, наверное, вам стоит увидеть человека, ради которого, помимо меня, вы это делаете. — Мы придем, — отвечает за них обоих Ран. Ну и ладно, детектив бы все равно не нашел бы в себе сил отказать. Но от чего такое странное тянущее тоской чувство?