Клубничное варенье!

      Пабло вносит Мари в номер на руках. Переступив порог, он проносит ее вглубь комнаты и останавливается у кровати.       Поставив жену на ноги и целомудренно чмокнув в щечку, Бустаманте растянулся на шелковом покрывале, совершенно не намереваясь ничего предпринимать. Марисса в недоумении уставилась на мужа. Несколько минут разглядывая, собирающегося заснуть парня, Мари, наконец, не выдерживает: — Эй, ты ничего не забыл? — Я? Нет, а что? — совершенно спокойным голосом отвечает тот. — Пабло! — Марисса топает ножкой, - ты, что, спать собрался? — Мари, я не понимаю, чего ты от меня хочешь? — Чего я хочу?! — девушка буквально задыхается от возмущения, — ты вообще-то не забыл, что мы сегодня некоторым образом поженились? — Я, нет. А, ты? — Я? Пабло, ты издеваешься? — Скажи мне Мари, что это было? — Да, где было? — сеньора Бустаманте уже готова испепелить мужа глазами. — Ну, там, когда Мия сделала вам с Лухан «подарочки», — Пабло делает пальцами "кавычки". — Так ты, что из-за этого дуешься? — Я не дуюсь. Просто не понимаю, почему каким-то стриптизерам досталось созерцать твой жаркий танец, а твой законный муж остался обделен….       Пабло перевернулся на живот и демонстративно приготовился спать. Марисса, постояв перед кроватью с открытым ртом, наконец, что-то для себя решила и, сняв с себя пиджак мужа, накинутый на плечики, швырнула его в лежащего Пабло. Парень реагирует и мгновенно переворачивается на спину, удобно располагаясь на подушках и подсунув под голову руки. В его глазах прыгают чертята. Брови шаловливо изогнуты, на губах играет провокационная улыбочка…. — Обделен говоришь….       Сеньора Бустаманте берет со столика пульт и по номеру разносится плавная музыка. Девушка, качая бедрами, медленно подходит вплотную к кровати. Проводя рукой по своим изгибам, она начинает плавно двигаться в такт музыке. Руки зарываются в волосы и нащупывают, каким-то чудом оставшуюся там брильянтовую шпильку. Мелькнув огоньком, шпилька отлетает в угол комнаты. Руки вновь возвращаются к изучению собственного тела. Тоненькие пальчики рисуют замысловатые узоры. Левое плечо…. Бретелька сползает, обнажая грудь…. Пальчики продолжают свой путь ниже, приближаются к бугорку груди, касаются ее вершинки. Мари выдыхает, ее губы расползаются в довольной улыбке. Пабло шумно сглотнув, замирает. Его девочка красива как ангел. Он не может оторвать от нее взгляда. Ее рука перемещается правее, проделывая свой маршрут в обратном порядке. Пальцы оглаживают грудь, обводят бусины сосков, пробегаются по тонкой талии, тонкое шелковое платьице скользит по ее ногам. Откинув его в сторону, девушка остается в тонких кружевных трусиках и подвязке. Ручки проводят по бедрам. Продолжая свои мягкие движения, Мари забирается на кровать и подползает к мужу, совершенно потерявшему остатки разума. Не тратя времени, она забирается на него, и Пабло оказывается прижатым к кровати ее гибким стройным телом. Его губы тянутся к ней, но девушка прижимает пальчик к его губам и отрицательно качает головой. Ее руки начинают расстегивать пуговицы на его рубашке. Привстав, парень помогает ей освободить себя от предмета одежды. Ее ручки обхватывают крепкие плечи. Тело блондина не слушается, мозг затуманен. Ее руки скользят по нему, оставляя ожоги везде, где могут прикоснуться к обнаженной коже. Пабло поднимает руки и обхватывает тонкий стан любимой. Губы так близко, что ощущается легкий ветерок ее дыхания: — Пабло, — выдыхает она, и ее губы накрывают его.       Язык проникает внутрь, проводит по губам, касается зубов, сплетается с его языком, не теряя инициативы. Целует его жарко, сладко…. Руки Пабло сами собой поднимаются к ее лицу, зарываются в распущенных волосах. Марисса гладит мужа по щекам, губам. Она ерзает на нем, вызывая мучительную волну желания. Ее губы шепчут самые сладкие слова на свете.       Глухой стон. Пабло выбирается из-под нее и опрокидывает на кровать. Волосы ярким веером раскидываются на шелке покрывала. Марисса смеется: — Теперь ты доволен? — Ты сводишь меня с ума, — шепчет блондин и продолжает огненный танец начатый ею.       Поцелуи обжигают ее кожу. Руки бешено путешествуют по податливому телу, стараясь охватить каждый его уголок, каждую впадинку. Кружево трусиков сползает и рвется под его напором. Оставленная для него «медовая» подвязка оказывается зажатой у него в кулаке. Бустаманте, кажется, только сейчас осознает, что эта восхитительная девушка теперь принадлежит ему.       Еще раз окинув голодным взглядом тело любимой, Пабло сгребает жену в охапку и, водрузив на плечо драгоценную ношу, устремляется в ванную.       Ворвавшись внутрь, он ставит ее в кабинку, скидывает с себя брюки, трусы и становится рядом под приятный прохладный дождь. Шальной блеск ее глаз окончательно сносит голову. Взяв за запястья, он ближе притягивает ее к себе и медленно опускается на пол душевой кабины, становясь перед ней на колени. Маленькие бугорки оказываются прямо напротив его лица. Губами, завладев розовым бутоном, блондин вызывает ее восторженный стон. Опершись на мраморную стену и раскинув руки в стороны, Мари выгибается навстречу умелым ласкам мужа и струям прохладной воды. Его губы скользят по мокрому телу, язык вытворяет немыслимые, неприличные вещи. Порхает по ее животу, бедрам. Подсадив ее на выступ ванны и, раздвинув в стороны стройные ножки, добирается до самого потаенного местечка. Марисса стонет в голос и Пабло победно улыбается. Встав с колен, он подтягивает к себе ее обмякшее тело. Тянется к ней, даря влажный жаркий поцелуй. Она произносит его имя, гладит себя его руками. Вожделение берет верх, в паху мучительная, сладкая боль, требующая разрядки. Пабло разрывает поцелуй, разворачивает жену спиной к себе, опирает ее ладони в мраморную плитку кабинки. Одной рукой упирается в стену, рядом с ее ладонями, другой подтягивает ее к себе и входит. Выдыхая вместе с воздухом глухие стоны, начинает медленно двигаться. Чувствуя ответные движения, окончательно сходит с ума…       Пройдя в комнату для новобрачных, Лухан закусила губу и скинула с себя пиджак мужа. Блас улыбнулся и подошел ближе. — Я люблю тебя… — Я сильнее…       Подняв Лухан на руки, Блас закружил ее, сметая все на своем пути. Бутылка шампанского и блюдо с фруктами разбились об пол, а влюбленные продолжали кружить пока не упали на кровать. Пару ловких манипуляции и они открытые друг для друга. Словно впервые познающие любовь, боятся сделать неправильное движение, оберегая и окутывая блаженным наслаждением. Нежные прикосновения, неспешные поцелуи уже мужа и жены, приятные объятья. Танец любви, воплощенный на белых простынях брачного ложа. Переплетение рук и ног. Обнаженные тела, пылающие от каждого вздоха. Телесный и духовный контакт двух любящих сердец, заключенный на небесах, перекрывает все плохое и заставляет забыть и любить друг друга, поддаваясь своим порывам и не стесняясь своих желаний. Любовь и страсть царит между ними, заполняя все пространство этой комнаты. Каждое движение дарит приятную истому, расщепляя тело на миллион частиц, которые парят в свободном полете, окутывая себя легким ветерком и вновь соединяются, чтобы продолжить приятные ритмичные движения, учащающиеся с каждым стоном, вырывающимся из уст любимых людей. Доказывая свою любовь, каждый пытается выиграть в этой безумной игре, где они оба побежденные самым светлым и чистым чувством любви. Слепая похоть и желание заставляют два сердца учащенно биться всю ночь, не переставая ни на минуту. И только утром, когда сил уже не осталось, они понимают, что животная страсть снова обманула их, а они добровольно поддались на нее сами того желая под прикрытием доказательства любви, давно зная о том, что она взаимна и крепка.       Утренний лучи разбудили неспавшую пару, призывая к пробуждению. Но два измотанных любовью сердца не хотели сегодня ничего, кроме как быть рядом и провести хотя бы этот день вдвоем, не вылезая из постели. Ну разве что только поесть.       Лежа на помятой кровати, Лухан чувствовала себя самой счастливой на свете. Свадьба прошла — лучше и быть не может. Маленький малыш живет в животике. Любимый мужчина лежит рядом и готов все сделать ради них. — Знаешь чего я хочу? — немного стеснительно спрашивает Лухан, ложась грудь к мужу.       Блас, переводя дыхание, говорит: — Дай мне хоть минутку… — У тебя только одно на уме! — возмущается Лухан, невинно улыбнувшись, — Я хочу клубничного варенья…