Сломай меня

Колумбийский университет, 19:25       На улице царит безмятежная тишина, лишь изредка прерываемая хрустом едва прикрывшего землю снега под ногами одиночных прохожих да шума проезжающих по 116-й улице немногочисленных машин. Полной противоположностью этому был восточный корпус Колумбии, где и организовали вечеринку перед наступающими праздниками, а именно в спортзале. Музыка здесь гремит так, что едва стены не дрожали от этого.       Брилл сидела на одной из лавочек, задумчиво подперев голову рукой. Она снова терялась в себе. Вчера на полном серьёзе решила провести весь вечер с этим Джейсоном, а сегодня днём боевой настрой как рукой сняло. Снова закрались сомнения. Почему-то не хотелось разрушать в пух и прах свою самую первую любовь, хоть уже и безответную, возможно. Но дело не только в этом. Хьюстон всё то время, что сидела на лавке, а это уже около получаса, бросала взгляды на сидящего напротив Джонсона, только на другой стороне спортзала. Тот непринуждённо болтал с Джоном, вовсе не обращая на неё внимание, будто ничего и не было, хотя та изредка смотрела так, что вполне могла бы прожечь в нём дыру. Почему «будто ничего и не было»? Всё дело в том, что они ненароком встретились возле кабинета миссис Мюллер, когда Брилл выходила, а Пирс, наоборот, заходил к кураторше. Они пересеклись взглядами, и она уловила в его глазах тот уже забытый ею мимолётный, но такой тёплый огонёк. Было видно, что и ему не хватает её общества, но оба не могли переступить эту невидимую стену. Почему? Да чёрт их обоих знает. Но после этой неожиданной встречи у неё появилось желание наплевать на все принципы и рассказать ему обо всём. Но как он отреагирует? Она не знает, и эта неизвестность её пугает.       — Приветик, — голос раздался совсем рядом и так внезапно, что Хьюстон вздрогнула. Повернула голову и тут же узнала его обладателя. Грех не узнать — Джейсон, которого она весь вечер избегала.       — Привет, — безразлично ответила и опустила взгляд, принявшись изучать что-то на полу.       — Ты какая-то сегодня невесёлая. Праздники на носу, а ты грустишь, — парень попытался обнять её, но девушка воспротивилась, показывая, что не стоит этого делать, и он отодвинулся от неё.       — Я всегда такая, — недовольно произнесла она, всё так же не поднимая на него взгляд.       — Да ну? Не верю! Вчера ты была явно не такая, как сейчас, — с улыбкой произнёс Эдвардс.       Брилл сжала кулаки от злости. Почему-то сейчас Джейсон показался очень противным, не таким милым, как вчера. Он ведёт себя так, как и все парни до этого. Но было в нём что-то и такое, что отличало от других. Но что, она понять не могла. И из-за этого не могла ему перечить. По сравнению с Джейсоном девушка чувствовала себя маленькой и беззащитной. Нужна поддержка, помощь. Она подняла взгляд и посмотрела на Пирса. Появилась какая-то слепая надежда на то, что он увидит это и хоть что-то предпримет, но нет. Джонсон, казалось, ничего и не заметил. Он просто мило-премило болтал с какой-то брюнеткой, которая при каждом его взгляде на неё так наивно хлопала глазками, что Хьюстон аж передёрнуло. Стало больно и обидно. Притом ещё больнее, чем до этого. Неужели Пирс и правда разлюбил, и теперь ему просто плевать на неё? Но ведь когда они пересеклись у кабинета миссис Мюллер… Впрочем, неважно. Как он поступает, так и она.       — Эй, ты чего такая нервная? Успокойся, — сказал Джейсон, нежно погладив Брилл по руке. Она отодвигаться и отдёргивать руку не стала, наоборот, немного расслабилась. Рассказать ему о своей симпатии? Или… Тут на них обратил внимание Пирс. В душе Хьюстон появилась надежда. Заступится? Она не знала, заметил ли он это в её глазах, но парень просто перевёл взгляд на Джейсона и, задержавшись на нём, отвернулся. Надежда рассыпалась, как стекло рассыпается при ударе на тысячи осколков. Всё кончено.       — Я не нервная. Со мной всё в порядке, — наконец ответила Брилл.       — Да? Тогда почему ты сейчас так напряглась? — Джейсон всё никак не мог угомониться.       — Просто устала, вот и всё. Тут скучно, — пожав плечами, проговорила она, не обращая ни малейшего внимания на сидящего рядом парня. Внешне выглядела абсолютно безразличной ко всему, но внутри бушевала буря. Боролись две её стороны: одна, любившая Джонсона и не принимавшая никого другого, и вторая, посылавшая далеко и надолго первую и требовавшая признаний Эдвардсу.       — Тогда, может, пойдём отсюда куда-нибудь? — вновь рой мыслей обрушил вопрос, заданный Джейсоном.       — Мне и тут неплохо, — резко бросила Брилл.       — Как знаешь.       Повисла тишина. Он просто сидел, улыбаясь и кивая своим друзьям и знакомым, а она не могла спокойно усидеть на месте. Было ощущение, будто на её место тысячу иголок высыпали, так девушка нервничала.       — Джейсон, — тихо позвала она его.       — Да? — с готовностью отозвался парень, переведя на неё взгляд. Хьюстон немного смутилась этого, но виду не подала.       — Мы можем выйти?       — Конечно, — запоздало ответил он, видимо, удивившись такому вопросу от неё.       Они вышли из спортзала в коридор и отошли к окну. Народу здесь мало. Если и проходило человека два-три, то это хорошо, а так коридор пуст.       — Ну, и что ты хотела? — неторопливо спросил Джейсон, встав напротив Брилл. Она, ничего не ответив, обняла его и, резко наклонив голову к себе, поцеловала. Он остался приятно удивлён.       — Что это было? — спросил, выражая недоумение.       — Поцелуй, — тихо ответила девушка, едва не покраснев до кончиков ушей.       — Да ну? А я и не знал, — с лукавой улыбкой сказал парень. — Зачем? — вопрос риторический, потому что он уже прекрасно обо всём догадался.       — Ты мне нравишься, — почти смущённо прошептала она.       — То есть, ты хочешь, чтобы мы…       — Да.       Этого короткого слова Джейсон и ждал. Улыбка победителя тронула тонкие губы, и он со всей страстью впился в мягкие губы Брилл.

Конец третьей части