Сломай меня

Квартира Кэсси и Пирса, 20:30       В гостиной царит напряжённая тишина. Кэсси, сидя на диване и смиренно сложив руки на коленях, наблюдала за Пирсом. Он сам не свой вот уже два часа. После двадцати отчаянных попыток дозвониться до Брилл парень пробыл ещё полтора часа на улице, не желая видеть Уистлер. Но всё же он на это решился и, зайдя в квартиру, застал её в гостиной, болтавшую с подругой по телефону. При виде «возлюбленного» она затихла и просто наблюдала за ним, приготовившись к серьёзному разговору. Но он не проронил ни единого слова. Джонсон то ходил взад-вперёд по комнате, то отходил к окну, подолгу смотря на опускавшиеся на город сумерки, то испепеляюще, внимательно смотрел на Кэсси. Никогда ещё она не видела его таким. Сейчас парень похож на бомбу, готовую вот-вот взорваться.       Не зная, что ещё делать от безысходности, он снова взял в руки телефон и набрал выученный на зубок номер, но снова абонент не желал отвечать. Пирс уже всерьёз подумал, что с Хьюстон что-то случилось, как тишина в комнате нарушилась.       — И чего ты так печёшься об этой девице? — Кэсси с прищуром уставилась на него.       — Замолчи, — строго процедил, даже не глядя на неё. — С удовольствием придушил бы тебя сейчас, — злобно добавил он.       — М-да, не знала, что ты такой деспот.       — А я не знал, что ты такая сучка. Нет, я, конечно, знал, что характер у тебя не сахар, но чтобы до такой степени. Зачем ты ей это сказала?       — Что сказала?       — Ты издеваешься? То, что мы якобы куда-то там уходим. Какого чёрта, Кэсси?!       — Ты думаешь, я такая слепая и не замечала, как ты на неё смотришь? Ты явно к ней неровно дышишь, — Джонсон слушал девушку спокойно, но давалось это ему с трудом. — Да-а-а-а, друзья вы! Да ты её чуть ли не глазами раздевал! И тут она ещё к нам домой припёрлась! Думаешь, я бы позволила развалиться нашим отношениям?       — О! Так всё из-за ревности? — с издёвкой спросил он. — Так вот, «милая», зря ты так пеклась, — с гадкой ухмылкой добавил парень. — Да, я люблю Брилл, а с тобой начал снова встречаться лишь для того, чтобы хоть как-то перестать думать о ней. Но толку особого, как видишь, это не принесло, — пожал плечами.       — Так ты меня использовал?! — взорвалась она.       — Получается, что так, — совершенно спокойно согласился.       — Ах ты, ублюдок! — Кэсси в один миг оказалась возле Пирса и занесла уже руку, чтобы ударить его, но он ловко перехватил её запястье. — Да ты… Ты хоть представляешь, что с тобой сделает мой отец, когда узнает?       — Да хоть что — мне плевать! Я не твоя собственность, Кэсси, и никогда ею не был!       — А твои родители? Что будет с ними, когда они узнают?       — Шантажировать пытаешься? Увы, не выйдет. Они бы к чёртовой матери выкинули такую невестку, как ты! Не удивлюсь, что и твои родители такие же мелочные и сволочные людишки, как и ты сама. Хотя, о чём это я? Яблочко от яблоньки ведь недалеко падает!       — Да как ты смеешь, — тихо произнесла она. — Отцепись от меня! — вырвала свою руку из его хватки. — Ублюдок! Катись отсюда! Видеть тебя не хочу! Собирай вещи и проваливай!       — С превеликим удовольствием!

***

      Пирс медленно с сумкой наперевес брёл по вечернему Нью-Йорку. Каким же идиотом он был всё это время! Это же надо было так слепо довериться Уистлер! Использовать её в качестве замены Брилл! А ведь Джон был всё это время прав.       Джонсон просто ненавидит себя за это. Но ещё больше ненавидит за то, что они снова в ссоре, да ещё и, похоже, похлеще, чем в первый раз. На душе болезненно скреблись кошки, и он вновь достал телефон и на автомате набрал до боли знакомый номер, но снова без толку. Теперь телефон и вовсе выключен. Парень просто в отчаянии. Как до неё дозвониться? А если с ней что-то случилось? Да он себе этого не простит! Ему ничего больше не оставалось, кроме как пойти в одном единственном верном сейчас направлении. Мужское общежитие, 21:30       Шум и разговоры в комнате тут же стихли, когда послышался тихий стук в дверь.       — Кого могло принести на ночь глядя? — неизвестно, у одногруппников ли или же у самого себя, спросил Джон и пошёл открывать незваному гостю дверь. Увидев пришедшего, он несказанно удивился: — Пирс?       — Впустишь? — сипло спросил тот. Парень выглядел совершенно разбитым.       — Конечно. Проходи.       Друг молча прошёл в комнату и сел на одну из кроватей. Он не обращал ни на кого ни малейшего внимания. Не до этого сейчас. Ему ужасно стыдно: перед Брилл за то, что с ней может что-либо произойти, если уже не произошло; перед Джоном за то, что выгораживал эту дрянь Уистлер.       — Наро-о-д, идите-ка вы все к себе, — Бригс попросил остальных разойтись. С ним спорить никто не стал, ибо все поняли, что случилось что-то плохое. В один миг комната опустела. — Пирс, что случилось? — ноль реакции. — Пирс? Она тебя выгнала?       Джонсон нервно перебирал пальцами, а глаза смотрели в одну точку на стене.       — Джон, я такой идиот! — он закрыл лицо руками. — Она такая тварь, а я ей почему-то слепо верил. Хотя ты говорил, а я всё равно не верил тебе... Да как тебе сказать? Я сам ушёл, в каком-то смысле, — парень переключался с одного на другое, но Джон на это не обращал внимания. Видно, другу и так плохо.       — Из-за чего вы поругались-то?       — Из-за Брилл. Кэсси ревновала. Но это фигня. Эта идиотка додумалась сказать ей, когда она пришла ко мне, что она не вовремя. Якобы мы должны были куда-то там пойти. А Брилл обиделась и ушла. При этом её взгляд… Он будто потускнел, стал каким-то пустым, — он говорил это с мучительной гримасой на лице. Видно, что воспоминания всего произошедшего даются для него с большой болью. — Я ей раз тридцать пытался позвонить, но без толку. Сначала она просто игнорировала и не отвечала на звонки, а теперь телефон и вовсе выключен. Боюсь, что с ней что-то случилось. Я себе не прощу, если она…       — Пирс, успокойся! Мы ещё ничего не знаем, а ты уже панику наводишь! — Джонсон посмотрел на него так, будто захотел убить — да как он смеет так говорить, когда с Хьюстон могло что-то случиться? — Может, она отсиживается где-то? Хотя, знаешь, довольно странно, что она обиделась только из-за того, что Кэсси наплела. Впрочем, неважно. Главное её найти. Я позвоню Хелене, и ты ей всё объяснишь, хорошо? Она наверняка должна знать, где может находиться Брилл. Женское общежитие, 22:00       Хелена, уставшая, но довольная, только вернулась с торгового центра, в то время как Люси, Мэри и Вивьен ещё на некоторое время остались там. У неё сейчас одно желание: завалиться спать. Она с блаженной улыбкой взялась за дверную ручку их с Брилл комнаты, предвкушая сладостное мгновение, но тут же её лицо исказилось гримасой гнева. Дверь заперта, значит, Хьюстон ещё не пришла. Или просто куда-то вышла?       — Зазанимались они в доску, я смотрю, — раздражённо пробубнила Милтон и спустилась на первый этаж, на кухню. — Девочки, а Брилл ещё не приходила? — спросила у сидевших на кухне девчонок с другой группы.       — Нет. А она что, куда-то ушла? — ответила одна.       — Да к Пирсу. Они должны были проект закончить, насколько я знаю. Ну, ладно. Спасибо! Пойду вскрывать замок.       «Ну, Брилл! Смотрю, дело у вас зашло явно дальше работы над проектом, — мысленно негодовала она, вновь поднимаясь на второй этаж. Едва поднялась, как зазвонил телефон. — Джон? Что ему могло понадобиться, ведь он звонил только полчаса назад?»       — Алло. Ты что-то хотел?       — Хелена, тут с тобой Пирс хочет поговорить. Ему очень надо.       — Ну, давай, если ему срочно, — сконфуженно произнесла девушка. На душе заскреблись кошки: это явно по поводу Брилл.

***

      — …В итоге она убежала. Я не знаю, что делать, Хелена. Я ей уже миллион раз звонил, а у неё телефон не отвечает. А если с ней что-то случилось? Я себе этого не прощу, если это так… Чувствую себя такой сволочью, хотя понятия не имею почему, — Пирс говорил всё это с такой тревогой в голосе, с таким страхом, что Хелена ощутила, как сильно этот парень любит её подругу и дорожит ею.       — Пирс, ты не виноват. Успокойся. У неё голова на плечах есть. Не думаю, что она способна на какой-нибудь необдуманный поступок. Я найду её и поговорю с ней. Не волнуйся.       — Спасибо, Хелена.       — Да не за что.       Милтон, убрав телефон в карман джинсов, спустилась вниз и, надев куртку, покинула общежитие. Она точно знает, где может находиться Хьюстон. Центральный парк, 22:50       В парке ни души. Казалось даже, будто он мёртв. Территорию освещают небольшие фонари и свет луны. На деревьях каркают вороны. Атмосфера зловещая и жуткая, от чего невольно дрожат коленки. Хелена, быстро преодолев весь парк, подошла к берегу реки, откуда в тёплое время года отплывают десятки речных трамвайчиков, и заметила там женскую фигуру. Сомнений быть не могло — это она.       — Брилл! — крикнула Милтон, подбежав к подруге. Та, сидя на холодной земле, вся дрожала.       — Что ты тут делаешь? — не своим голосом спросила она, безэмоционально взглянув на Хелену.       — Тебя искала. Время уже почти одиннадцать часов!.. Боже мой, у тебя руки ледяные. Ты вся дрожишь! — ненавязчиво обняла Хьюстон. Та отстраняться не стала. — Брилл, я в курсе, что вы поссорились.       — Откуда ты об этом знаешь?       — Я с Пирсом разговаривала. Он мне всё рассказал.       — Вау! А я-то думала, что он со своей шавкой развлекается, — при вспоминании о Кэсси глаза Брилл вспыхнули яростью.       — Он пытался до тебя дозвониться.       — Знаю, именно поэтому я отключила телефон. Он уже достал со своими звонками!       — Брилл, Пирс волнуется за тебя. Ему стыдно перед тобой из-за всего этого.       — Да что ты говоришь! Стыдно ему, значит! Волнуется он! Пускай за свою подстилку волнуется, а меня оставит в покое!.. Да отцепись ты! — она оттолкнула Хелену и встала с земли. Та испуганно взглянула на подругу.       — Господи, Брилл, что с тобой? Неужели всё только из-за того, что она тебе сказала?       Хьюстон перевела на неё полный слёз взгляд.       — Нет, дело не… Не в этом… Точнее, отчасти… — она не выдержала и заплакала. Милтон осторожно подошла к ней и снова обняла её. — Хелена, я такая дура! Это же надо быть такой идиоткой!       — Брилл, да в чём дело?       — А я ведь думала, что он мне просто друг, пока не начала ревновать его. Я влюбилась, как последняя идиотка, а у него уже была девушка! Не понимаю, зачем он только говорил, что любит, раз у него есть она? Зачем?.. Просто поиграть со мной?.. Но он ведь прекрасно знает, что всё это: поцелуи, объятия, все эти ощущения для меня в новинку!.. Бабник, ненавижу его.       Хелена ничего не говорила ей. Просто знала, что это бесполезно. Сама через такое проходила.       — Брилл, пошли в общагу, иначе ты так околеешь тут, — Хьюстон возражать не стала, лишь молча поплелась за ней, понуро опустив голову.       Случилось то, чего Милтон так опасалась. В этот раз этих двоих примирить будет нелегко. Да и вообще, возможно ли это будет теперь?

Конец второй части