Сломай меня

Спустя полтора месяца Мужское общежитие, 18:00       Время пролетело незаметно. Только вроде начался ноябрь, а уже дело близилось к новогодним и рождественским праздникам, так что студенты в данный момент учиться совсем не хотели. Вот и сейчас почти всё население мужского общежития, собравшись на общей кухне, обсуждало, кто и как будет проводить грядущие праздники. Что самое интересное, каждый старался переплюнуть другого. Всем весело это обсуждать. Всем, но не Пирсу. Только сейчас он действительно осознал, что учёба в этом университете, пусть и донельзя престижном, для него сплошная каторга. И дело не только в том, что мать чуть ли не пинком под зад определила сюда. Наравне с этим и Брилл. Они не разговаривают уже чёртовых полтора месяца! Как бы Джонсон ни пытался заговорить с ней, всё без толку. Всё ещё хуже, чем в прошлый раз, и он это хорошо чувствует. И точно знает, что Хьюстон в обиде именно на него. Но почему? Даже если и представить, что будто они с Кэсси и правда собирались куда-то идти, а он забыл её предупредить: разве можно так серьёзно обидеться и не обращать на него внимание вот уже полтора месяца? А может дело в?.. Нет, нет, нет, Брилл же ясно ему тогда сказала, что между ними ничего серьёзного быть не может. Пирс теряется в догадках. Именно ещё из-за неё он не может находиться в Колумбии. Слишком много здесь связано с ней. Ладно раньше они общались, дружили, а теперь между ними снова пропасть, и как бы Джонсон ни пытался это исправить, для Хьюстон он будто перестал существовать и на контакт она вообще не идёт. Хотя, был один момент, когда они всё же заговорили, и парень прекрасно его помнит. Но этот же случай привёл к концу их взаимоотношений вовсе.

***

Flashback

На следующий день после ссоры, Колумбия, 10:55       Прозвенел звонок и пара по лексикологии подошла к концу. Все студенты сразу стали собирать вещи. Пирс, попутно складывая своё добро в рюкзак, думал, как бы ему отловить Брилл и поговорить с ней. Он почти всю ночь не спал, думая об их ссоре.       — Брилл, Пирс, подойдите, пожалуйста, ко мне, — к ребятам обратилась миссис Мюллер. Хьюстон быстро зыркнула на парня и отвела взгляд, с долей испуга посмотрев на кураторшу. Они подошли к ней, встав на некотором расстоянии друг от друга. Женщина это заметила и решила дождаться, пока уйдут остальные студенты.       — Ребята, последняя неделя осталась до сдачи проекта, — начала она. — Честно, я думала, вы самые первые сдадите мне работу.       — Миссис Мюллер, как бы вам сказать? — быстро протараторил Пирс, увидев, что Брилл хочет первая начать разговор. — Понимаете, у нас… У нас не клеится работа.       — То есть как это? Вы не ладите друг с другом? — искренне удивилась женщина. Удивиться было чему: во-первых, эти двое являются просто образцом идеальных дружеских отношений, хотя завязаны они отнюдь не из-за дружбы; и, во-вторых, она сама, с подачки их друзей, поставила их в пару. Что такого могло у них опять случиться?       — Да, — сказала Хьюстон так, будто отрезала.       — И с чем же это связано? Может быть, я смогу вам чем-нибудь помочь?       — Нет! Ни в коем случае! — кураторша вздрогнула от того, с какой твёрдостью Брилл произнесла эти слова. — Просто это не ваше дело, миссис Мюллер. Я не хочу работать с Пирсом в паре, — уже дрогнувшим голосом сказала она. — Но мы, думаю, можем сдать кое-какие материалы. Но отметку ставьте Пирсу — он выполнил большую часть работы, а мне можете поставить незачёт. Мне всё равно, — добавила безразличным тоном, пожав плечами.       — Как это — всё равно?.. Нет уж, дорогуша, — отрицательно мотнула головой та. — Я понимаю, вам немного осталось? Так доделайте, неделя ведь ещё есть.       — Да как вы не понимаете?! — взорвалась девушка. — Не хочу я с ним работать! Не хочу! Оставьте меня уже в покое! — она в истерике выбежала из аудитории. Джонсон стоял, понуро опустив голову, чувствуя себя ужасно виноватым: и перед Брилл, и перед миссис Мюллер.       — Что это с ней? — кураторша строго посмотрела на него. — Пирс, ты её обидел?       — Что вы, миссис Мюллер! — он в защитном жесте выставил вперёд руки. — Я бы ни за что её не обидел и другому бы не позволил, — понял, что сболтнул лишнее, когда она, слегка прищурившись, с улыбкой взглянула на него.       — Кто-то у нас влюбился, значит?       — Миссис Мюллер, пожалуйста, давайте не будем об этом, — умоляющим тоном произнёс парень. Сейчас Агнесса попросит обо всём рассказать, а ему вовсе не хотелось докладывать о своей безответной любви.       — То есть, я права?       Джонсон недовольно вздохнул, сжав руки в кулаки. Он просто терпеть не может, когда до него допытываются. Хотелось нагрубить, сказать кучу всего неприятного, но не позволяли совесть и воспитание. Всё-таки эта женщина пытается им помочь.       — Да, вы правы, миссис Мюллер, — угрюмо согласился Пирс. — Но извините, как и сказала Брилл, это не ваше дело. Мы взрослые люди и сами в состоянии со всем разобраться.       — Да, я понимаю. Это личное… Ну, раз так, можешь и ты идти, Пирс.       — Подождите, миссис Мюллер. Я вам сейчас отдам то, что мы нарыли по поводу проекта, — он отдал ей несколько тетрадей и пару папок с информацией. — Извините, что так получилось.       — Ничего. Всякое бывает, — дружелюбно улыбнулась она.       — И, пожалуйста, поставьте и Брилл отметку, — Джонсон встретил лукавый взгляд миссис Мюллер. — Просто она ведь тоже работала и…       — Я всё поняла, Пирс, иди уже, — всё так же улыбаясь, произнесла она.       — Спасибо вам, — он благодарно улыбнулся и покинул аудиторию. — Нужно поговорить с Брилл, — сказал самому себе и быстрее зашагал по длинному коридору.

***

      «Чтоб эту миссис Мюллер!» — Хьюстон, оперевшись на батарею и смотря в окно, стояла на лестничном пролёте между третьим и четвёртым этажом, куда мало кто из студентов забредает. Горло снова душат слёзы, а глаза стоят на мокром месте. Только она успокоилась, как раз, и Агнесса вновь задела за живое. Только сейчас девушка осознала, насколько тяжело ей в этом университете. И всё только из-за Пирса. Крайне тяжело находиться рядом с ним. Хотелось подойти к нему, поговорить, извиниться за своё дурацкое поведение, но нет. Гордость не позволяет. Зачем выстилаться перед тем, у кого есть другая?       — Брилл!       «Проклятье! Как он меня нашёл? Какого чёрта ему надо?»       — Чего тебе? — недовольно спросила Хьюстон, утерев слёзы и повернувшись к нему лицом.       — Брилл, я хотел извиниться. За Кэсси, — Джонсон провёл рукой по волосам. По всему видно, что он волнуется.       — Это за ту, за твою блондинку, что ли? — спросила, выделив «твою».       — Ну, да…       — Да ладно, — она махнула рукой. — Ну, собирались и собирались куда-то, бог с ним. Это всё, что ты хотел? — строго спросила, скрестив руки на груди.       — Ну, да. Просто я подумал, что мы могли бы…       — Нет никакого «мы», Пирс! Нет и не будет! — резко оборвала его девушка. — Ты подумал, что мы могли бы заново строить из себя друзей? Да не сможем мы, Пирс! У нас и дружбы-то, по сути, никакой не было!       — Ладно-ладно, согласен, — проговорил парень, у которого внутри всё начинало закипать от отношения одногруппницы. Вот так всегда: ты стараешься с ней нормально поговорить, как она тут же начинает всё портить. — В первый раз я напортачил: полез к тебе, наивный дурак, со своей любовью. Допустим, и в этот раз виноват я, но и доля твоей вины здесь есть: ты просто психанула и сбежала. Другой человек попытался бы разобраться, всё уладить… Ты явно что-то недоговариваешь, Брилл, — сказал, внимательно вглядываясь в её глаза, практически зажав у стены. Она испуганно уставилась на него: он находится непозволительно близко.       — Выпусти меня! — прикрикнула на него Брилл, стараясь вырваться из своеобразных «оков».       — Пока мы всё не обговорим, хрен я тебя отпущу.       — Отойди от меня, мне так неудобно.       — Да я тебя не тесню.       — Джонсон, — сквозь зубы проговорила она.       — Ладно, я понял, — Пирс отошёл от неё.       — Пирс, послушай. Мне кажется, нам стоит вовсе прекратить общаться, — дрогнувшим голосом произнесла Хьюстон, не решаясь посмотреть ему в глаза.       — В смысле? — искренне удивился он, скептически приподняв правую бровь.       — В прямом. Сам посуди: мы только начали общаться, как через какие-то три-четыре недели поссорились. Помирились. И снова через месяц поругались. Нам лучше вовсе перестать общаться друг с другом, чем так трепать себе нервы.       Джонсон просто стоял, ничего не говоря и даже не смотря на неё. Видимо, обдумывал сказанное ею.       — Да, наверное, ты права, — всё же сказал он. — Ладно, если ты так хочешь, то пусть так и будет. Возможно, ты и права. Я больше не буду к тебе лезть, — и ушёл, даже не задержав на ней взгляд, как всегда делал до этого.       Раз она больше не хочет его знать, то пусть так и будет.

***

      — Эй, Пирс, а ты как считаешь? — спросил Мартин друга, выдернув из пучины воспоминаний.       — Что? — тот уже в многомиллионный раз прослушал то, о чём говорят его соседи.       — Народ думает, чтобы провести последний день в универе на природе. Ты согласен? — объяснил Джон.       Пирсу ужасно захотелось послать всех своих соседей-друзей куда подальше, но он сдержался.       — Лично мне вообще всё равно, — бросил и пошёл наверх в свою комнату. Настроения обсуждать это нет. Впрочем, его нет все эти последние дни.