Сломай меня

Колумбийский университет, спустя четыре дня, 16:10       На удивление Пирса несколько дней прошли совершенно спокойно. Он ждал подвоха буквально за каждым углом, но ничего не происходило. Ему всё это казалось донельзя странным. Как только Брилл сказала, что Эдвардс немедля что-нибудь предпримет, чтобы они больше не смогли увидеться, ему хоть и показалось это смешным, но во внимание взять всё же стоило. Ведь, как говорится, предупреждён — значит вооружён. Джонсон готовился к какой-нибудь подлянке буквально уже на следующий день. Всё-таки несколько лет проучился с Джейсоном и, хоть немного, но его паршивый характер да знает. Но ничего не происходило. Когда тот замечал их вместе, и вовсе не обращал на них внимание, что весьма странно при таком нелестном обещании. «Затишье перед бурей?» — не раз думал Пирс по этому поводу, теряясь в догадках, чего ждать от этого придурка. Да и ждать ли вообще? Может, он просто решил напугать Брилл и всё, ничего более? Кто знает.       В глубине души парень боялся слов Хьюстон, хоть и не показывал ей этого. Всё-таки ему казалось, что Эдвардс найдёт способ, чтобы разлучить их. Не столько из-за того, что сам, возможно, любит Брилл, нет. Он уверен, что соверши Джейсон то, что хотел с ней сделать, бросил бы её уже на следующий день. Она бы убивалась из-за этого, а ему было бы всё равно. Но не суть. Пирс уверен, что Эдвардс может пойти на что угодно по той простой причине, что его отшили. Но плевать на причины! Одна лишь мысль о том, что они могут расстаться, пугает. Впервые за всё время он счастлив, а если так произойдёт, что им придётся… Нет! Этого нельзя допустить. Но что делать, когда ты вроде и не видишь потенциальной угрозы?       — Наконец-то ты припёрся, — сзади Джонсона раздался до мандража ненавистный голос. Его обладателя не составило труда узнать.       — Что тебе нужно? — устало спросил он, всем своим видом показывая Эдвардсу, что у него нет ни малейшего желания иметь с ним дело.       — А то ты не знаешь, — с иронией сказал тот, подойдя к нему. — Я насчёт Брилл.       — Насчёт Брилл? — повторил Пирс, еле сдерживая усмешку. — А разве есть смысл разговаривать, если она уже сделала свой выбор? — победоносно, самодовольно улыбаясь, заключил он.       — Какого чёрта ты влез в наши отношения? — пока терпеливо спросил Джейсон, с ненавистью во взгляде смотря ему в глаза.       — А разве это были отношения? — с иронией спросил Джонсон. — Она тебя никогда не любила, тупой ты идиот.       — Врёшь.       — С чего бы? Брилл сама мне об этом говорила. Хм, как бы это так сказать, чтобы тебя не обидеть?.. В общем, она просто хотела попользоваться тобой, вот и всё; как, думаю, и ты хотел это сделать, — тот шокировано уставился на него. — Да, я обо всём знаю. Хоть мы и долгое время не разговаривали друг с другом, но доверительные отношения у нас оставались на прежнем уровне… Она не такая наивная, какой кажется на первый взгляд.       — Уж тебе ли об этом судить, — хоть разговор проходил не на повышенных тонах, но атмосфера в холле становилась всё более напряжённой буквально с каждой минутой.       — Но не тебе так точно. Я её знаю, слава богу, уже почти год. Не то, что ты.       Эдвардс не говорил более, лишь сверлил Пирса ненавистным взглядом. Казалось, что сейчас проделает в нём дыру. Только Джонсон собрался уходить, как оппонент снова его окликнул:       — Раз уж у вас с ней всё так прекрасно, то почему же она в самый первый раз отшила тебя?       Тот от злости сжал руки в кулаки. Откуда он об этом знает? «Решил ударить по больному, значит?» — Пирс обернулся к Джейсону, буравя его взглядом, а тот лишь стоял и нагло улыбался. Хотелось врезать по этой роже, но парень сдерживался. С горем пополам, но сдерживался.       — А это не твоё собачье дело, — сквозь зубы процедил он, медленно подойдя к усмехавшемуся бывшему однокласснику.       — А ты не такой уж и святой. Не понимаю, как такая, как Брилл, могла полюбить такого, как ты? Сначала с Кэсси был, — «Кэсси? Так вот, откуда он знает», — Джонсон пребывал в состоянии шока, но виду старался не подавать, — а теперь к Хьюстон переметнулся. А до этого ты ещё, вроде как, с Моникой заигрывал, — всё больше злобно улыбаясь, Эдвардс медленно выговаривал каждое слово, будто пытаясь распробовать его на вкус. — А ты бабник ещё тот.       — Бабник, но не насильник, — с вызовом бросил Пирс, хоть ему и не понравилась эта приставка «бабник».       Улыбка мигом исчезла с лица Джейсона. Тот, не раздумывая, лишь услышал последнюю фразу Джонсона, с размаху врезал кулаком ему по лицу так, что тот впечатался в стену. Больно ударившись и спиной и затылком, Пирс долго не мог прийти в себя. Тяжело оперевшись на стену, несколько минут пытался сфокусировать взгляд на Эдвардсе, который почему-то не спешил уходить. Наконец отойдя от шока, тяжело дыша, медленно поднёс руку к лицу и нащупал что-то липкое — кровь. Он разбил ему нос.       — Ах ты… — Джонсон вмиг оказался рядом с ним и, схватив за ворот рубашки, тоже впечатал в стену, и тот зашипел от боли.       — Молодые люди! А ну, живо прекратили! — Пирс, повинуясь властному голосу, который показался ему знакомым лишь отдалённо, нехотя отпустил Джейсона. К парням подошёл ректор университета — Дональд Льюис. Вместе с ним была и миссис Мюллер, шокировано и с тоской в глазах взглянувшая на своего «подопечного». — Вы что это себе позволяете?!       — Мистер Льюис, вы сами всё видели. Он первый начал, — Эдвардс выставил руки в защитном жесте. Джонсон ненавистным взором посмотрел на него, всё ещё зажимая нос рукой.       — Мне всё равно, кто первый из вас начал… Значит, так: вы вдвоём идёте ко мне. Решим, что с вами, драчунами, делать. Только по отдельности, а то ещё не дай бог чего у меня вытворите.       — Пускай этот идёт первым. Я хоть к медсестре успею зайти, — кивнув на Джейсона, процедил Пирс и пошёл к кабинету врача. Надо же хоть как-то привести себя в порядок.

***

      — Что?! Да вы издеваетесь?! Какого хрена?! — Пирс, вскочив со стула, опёрся обеими руками на стол Дональда Льюиса, ненавидящим взором уставившись на мужчину.       — Подбирайте выражения, мистер Джонсон. Вы за сегодня уже достаточно натворили, — совершенно спокойным голосом сказал тот, в то время как у парня от негодования и злости эмоции лились через край. Он, тяжело вздохнув, покорно сел обратно на стул — и так положение у него несладкое, даже можно сказать чересчур горькое. — Не понимаю, как один из лучших студентов нашего университета мог затеять драку.       — Я затеял драку?! И вы поверили этому хмырю?!       — Подбирайте выражения, молодой человек, — вновь повторил ректор. — Кхм, я собственными глазами видел, как ты схватил Джейсона за ворот и явно хотел его ударить или что-то в этом духе, а своим глазам я верю. В чём причина?       — Во-первых, это не ваше дело, что за причина, а во-вторых, не я, чёрт побери, начал первый! Он это был, он! Вы мне не верите? — шокировано спросил Джонсон, смотря на того. — А кто, по-вашему, мне нос расквасил? Я сам себе о стену?       — Джейсон утверждает обратное.       «Твердолобый кретин», — Пирс просто, поджав губы, смотрел на мистера Льюиса, не говоря ни слова. Он сделал вывод, что говорить с этим человеком, похоже, бесполезно.       — Ну, скажите мне, мистер Льюис, что такого сделал он и не сделал я?! — парень не знал, как ему достучаться до ректора. — Деньги заплатил? Ну, извините, я такого не сделаю. Я подлизой быть не собираюсь, — и отвернулся к окну.       — Пирс, — тихо позвала его миссис Мюллер, искренне желая помочь, но, увы, она не могла. С Дональдом спорить бесполезно. Впрочем, Джонсон даже не взглянул на неё.       — А ты, Пирс, как я посмотрю, совсем страх потерял, — медленно проговорил мистер Льюис. — Хамишь мне, но это ладно. Ты ещё перед этим затеял драку. Знаешь, что за это полагается?       — Идите вы, — прошипел тот, всё так же смотря в окно. У него уже нет терпения разговаривать с этим человеком. — Мне плевать, — уже тише добавил он.       — Плевать, значит? — недовольно переспросил ректор. — Что ж, в таком случае, тебе нечего делать в нашем заведении. Ты отчислен.       Пирс медленно повернул голову к мистеру Льюису, не веря своим ушам. Миссис Мюллер же шокировано ахнула.       — Что? Отчислен? Да вы шутите? — нервно посмеиваясь, спросил он.       — Никак нет. Такие хамы и драчуны, как ты, нам не нужны, — твёрдым голосом подтвердил тот.       — Хам и драчун, значит? — Джонсон быстро встал со своего места и, с ядовитой улыбкой взглянув на ректора, нарочно смахнул со стола светильник. Тот тотчас же при соприкосновении с полом разбился. — Упс, извините! Случайно вышло! — он обошёл кресло и быстро приблизился к выходу. — Вы, мистер Льюис, такой же прогнивший до костей человечишка, как и все в этом чёртовом университете! Ну, или почти все, но не суть. Премного вам благодарен за отчисление, хоть не появлюсь больше в этом вшивом здании. До свидания! — и ушёл, громко хлопнув дверью так, что со стены упала небольшая рамочка и разбилась вдребезги. Квартира Пирса, 21:00       — То есть как это: отчислили? — испуганно спросила Брилл, услышав историю похождений Пирса в университете после занятий.       — Обыкновенно. Взяли и отчислили, — пожал он плечами и, выйдя из спальни, пошёл в ванную посмотреть, так ли всё ужасно, как ему думается. Парень хотел побыть один, но, будто назло, пришла Хьюстон и чуть ли не с порога потребовала объяснений, почему у него разбит нос. Пришлось, конечно, рассказать.       — И ты так просто к этому отнёсся? — она всё не унималась с расспросами. Именно по этой простой причине он не хотел говорить ей обо всём этом. Чем дальше, тем будет только хуже. Скандала не избежать.       — А что мне оставалось делать? Умолять его оставить меня? Я не Эдвардс, чтобы подлизываться к каждому, — грубо произнёс Джонсон, не смотря на возлюбленную.       Она испуганно взглянула на него. Явно чувствовалась напряжённая атмосфера. Он просто смотрел на своё отражение, стараясь не обращать внимания на притихшую девушку. А кровотечение из носа остановилось. Но в больницу на днях всё равно придётся съездить.       — И что ты будешь делать? — тихо спросила Брилл.       — Заберу завтра документы из универа и поеду обратно в Даллас. Отец, конечно, убьёт за так бесполезно потраченные деньги, но мне всё равно, — безразлично ответил Пирс.       — Что? Ты хочешь уехать?       — Да, Брилл, потому что мне уже осточертел этот город! Не могу больше здесь находиться, — раздражённо ответил он, оперевшись обеими руками на раковину. Послышался тихий всхлип, и парень понял, что перегнул палку. Надо же было ей так ответить!       — Иди ко мне, — он протянул к девушке руки. Она упорно игнорировала его. Тогда Джонсон сам подошёл к ней и, вопреки её желанию, обнял и заботливо пригладил волосы на макушке, прижав её ближе к себе. Нужно как-то загладить свою вину, но как? — Прости, я не хотел так.       — Значит, и я тебе надоела? — тихо, почти шёпотом спросила Хьюстон, заглядывая ему в глаза.       — Брилл, извини, я… Я не это имел в виду, — она осторожно отошла от него, исподлобья смотря.       — Пирс, я всё понимаю. Можешь ехать. Там твоя семья, а здесь… А что здесь? Здесь ничего, — парень притянул её к себе и нежно и чувственно поцеловал. Ему действительно надоел этот город, но только из-за Брилл мирился со своим пребыванием здесь.       — Тут ты, а ты тоже моя семья, — прошептал он. — Я люблю тебя.       — И я тебя люблю, — спустя пару секунд произнесла девушка, прижавшись к нему и закрыв глаза. Фактически, она во всём виновата. Не заведи она «отношений» с Джейсоном, всего этого бы не было. — Можно у тебя сегодня переночевать? — ей хотелось провести эту ночь с ним, раз он уезжает.       — Конечно, — согласился, совершенно не возражая. Напротив, Пирс и сам хотел предложить ей остаться у него на ночь. Всё равно Адриана сегодня утром улетела обратно в Даллас, так что они могут спокойно побыть наедине.       Он, посадив Хьюстон на небольшую тумбочку, чувственно, опьяняюще поцеловал, слегка проведя языком по её губам.       — А ты уже отошла от первого раза? — оторвавшись от любимых губ, недвусмысленно спросил Джонсон. Сначала не поняла, о чём ведётся речь, но потом до неё дошло, и она слегка покраснела. Он даже не намекает, а напрямую спрашивает.       — Ну, да. Вроде бы, — пусть у них уже и был секс, но, чёрт побери, после первого раза совесть ещё не позволяла так открыто говорить об этом.       Пирс, так же хитро улыбнувшись, как тогда, в первый раз, взял Брилл на руки и затащил в душ, тут же повернув кран. Холодная вода вмиг оросила парочку, и девушка от внезапного холода задрожала. Парень, обняв её и прижав к такой же холодной стене, вновь поцеловал, но уже больше со страстью.       — Что ты делаешь?.. Почему тут?.. — тяжело дыша, спросила она, дрожа от холода. Хьюстон вовсе не против приятного провождения ночи, но не в душе же, чёрт!       — Экономим воду, — с улыбкой ответил он. — Тебе понравится, не бойся.       Джонсон, взявшись за подол хлопкового кружевного платья, потянул его вверх и снял с неё ненужную вещь. Брилл, решив не оставаться в долгу, быстро сняла его уже насквозь промокшую футболку. Он, убрав её руки, которые уже потянулись к ремню на его джинсах, подхватил её под ягодицы и, прижав к стене, властно поцеловал, скользнув языком в рот, и она застонала ему в рот, обнимая за шею. Но не успела насладиться поцелуем, как Пирс, оторвавшись от её губ, перешёл к шее, ключицам и груди. Девушка, тяжело и часто дыша, шумно выдохнула, откинувшись назад и едва не ударившись головой о стену.       — Пи-и-и-ирс, — едва слышно простонала она, проведя ногтями по его шее, — пожалуйста…       — Что? — делает вид, что не понимает, при этом нахально улыбаясь. Хотелось её подразнить. Пусть умоляет. — Скажи это, солнышко, — прошептал ей на ухо и легко, будто ветерок пронёсся, поцеловал её в шею. Послышался разочарованный и недовольный вздох.       — Пирс, я… Я хочу тебя.       Победоносно улыбнувшись, Джонсон, чмокнув Хьюстон в висок, опустил её на пол и быстро избавился от остатков одежды. Вновь взяв её на руки и прижав к стене, резко вошёл. Она тихо застонала, впившись ногтями ему в плечи. Чуть погодя Пирс начал двигаться, с каждым разом всё быстрее и быстрее. Стало невыносимо жарко. Даже прохладная вода, казалось, стала горячее. Обняв возлюбленного и положив голову ему на плечи, Брилл, часто дыша, сладко застонала, покусывая губы от наслаждения.       Наконец, в груди что-то рассыпалась тысячей искорок, а всё тело свело приятной лёгкой судорогой, что парень едва не уронил любимую. Дрожащими руками опустив её на холодную плитку, он облокотился на стену, выставив вперёд руки и уткнувшись девушке в плечо. Она, мягко обхватив его лицо руками, чувственно поцеловала, и Джонсон ответил, хотя сил хоть как-нибудь пошевельнуться вообще нет. Зато в теле осталась какая-то приятная нега.       Отдышавшись, он взял Брилл на руки и отнёс в спальню. Положив её на кровать, Пирс лёг рядом, крепко обняв, и оба провалились в царство Морфея.