Сломай меня

На следующий день       Занятия в университете давно закончились, и Пирс и Брилл уже в два часа пополудни были дома. Наступил тот страшный день — четверг. Хьюстон ужасно боялась этого, однако такое неизбежно. Пусть Хелена её вчера и успокоила, однако сегодня утром она проснулась с какой-то тупой болью на сердце. Девушка безоговорочно поняла, чем это вызвано, и в душе начала медленно нарастать паника. От прежней уверенности в словах Милтон не осталось и следа. Каждый час действовал на нервы сродни раздражителю, и она с затаившимся в душе страхом ждала наступления четырёх часов, может, чуть позже, ибо мать сказала, что именно в это время Тея будет у них.       Брилл тяжело вздыхает, стараясь отвлечься от тревожных мыслей, и бросает мимолётный взгляд на настенные часы. 15:42. Снова вздох и унылый взгляд в окно. Уже второй день подряд льёт дождь. Как-то подозрительно. Или это просто она такая мнительная?       — Чего такая невесёлая? — за стол сел и Пирс и, подперев голову рукой, вопросительно посмотрел на возлюбленную.       Она внимательно взглянула на него, будто стараясь прочесть его мысли или вовсе предугадать, что принесут последующие дни пребывания её кузины в их квартире. «Как жаль, что я не могу предвидеть будущее», — уныло подумала девушка, смотря в серые глаза, обладатель которых терпеливо ждал ответа. Она боялась, ужасно боялась. Хьюстон настолько полюбила этого человека, о чём даже и не предполагала в самом начале учебного года, что боялась его потерять. Почему-то появилась странная уверенность, что ещё одна ссора между ними — и они окончательно расстанутся без всяких «ещё одних шансов». А она этого никоим образом не хочет, поэтому в последнее время даже всегда соглашается с тем, что бы Джонсон ни предложил. Брилл не только дорожит его мнением, но также боится недомолвок, которые могут привести к очень серьёзным ссорам, поэтому и молчит.       — Да будто не знаешь, — бросила она, сильнее обхватив кружку руками. Странно, но не чувствовала, что нагревшаяся посуда обжигает кожу.       — Ты всё о Тее? Боже, Брилл, ты сама сказала, что она здесь всего лишь на неделю. Потерпим, — просто ответил парень, чем заслужил полный негодования взгляд. — Ну, что?       — Что? Это я у тебя должна спросить «что», — злобно проговорила девушка, не заметив, что сама разожгла костёр, в которой оба могут начать подкидывать дров. Однако она этого не понимала.       Возлюбленный нахмурился, долго сверля её взглядом и непозволительно долго храня молчание.       — Значит, всё-таки не доверяешь мне? — наконец спрашивает он.       — Будешь тебе доверять, когда ты чуть ли не каждую бабу в юбке провожаешь с довольной улыбкой, — фыркнула Хьюстон, скрестив руки на груди и отвернувшись от него.       — Не понял! — медленно протянул Пирс, офигев от такого заявления. Нет, он вовсе не отрицает, что раньше такой грешок за ним был, но в последние месяцы — никогда. — Это ж когда я успел ещё и на других понасмотреться, не скажешь? Самому прям интересно стало.       — Когда?! Да взять хоть позавчера в столовой! Тогда, когда ты как раз выходил оттуда, а какая-то баба заходила!       — Ты издеваешься? Окей, если ты настолько не любишь, когда я смотрю хоть краем глаза на других, — парень перевёл дыхание, — то будет тебе известно, что посмотрел я на неё потому, что случайно столкнулся с ней при выходе.       — Какая жалкая попытка оправдаться, — фыркнула она, а он лишь руками развёл, не зная, каким образом убедить возлюбленную в обратном.       «Спокойно, Пирс, спокойно. Она просто себя накрутила и поэтому всё выговаривает. Постарайся её успокоить», — говорит себе Джонсон, призывая к рациональному мышлению и борясь с желанием придушить Хьюстон за её неверие.       Пока он раздумывал, какие ещё аргументы можно привести, девушка, презрительно хмыкнув, встала из-за стола и уже хотела направиться к выходу с кухни, как Пирс вовремя спохватился.       — Брилл, стой, — он едва успел схватить её за руку.       — Отпусти! — капризно воскликнула она, пытаясь вырвать руку из железной хватки, однако тщетно.       — Угомонись, тогда отпущу, — довольно-таки спокойным тоном ответил парень, всё ещё удерживая любимую. По прошествии минуты-другой он осторожно привлёк её к себе, когда она прекратила вырываться. Несмотря на прекращение этих попыток, Брилл по-прежнему прерывисто дышала, показывая, что ещё не успокоилась. Так прошло несколько минут.       — Отпустило? — спросил Пирс, однако возлюбленная не удостоила его ответом. Она лишь недовольно посапывала. — Брилл, ты просто себя накручиваешь, — сказал он, заботливо приглаживая каштановые волосы.       — Я боюсь, — еле внятно пробурчала девушка в ответ. — Не хочу, чтобы мы ссорились.       — Мы и не будем ссориться. Всё будет хорошо. Между нами ничего не будет, не беспокойся.       — Обещаешь? — она подняла на него взгляд.       — Конечно, — Джонсон слегка улыбнулся, в душе радуясь, что Хьюстон успокоилась. — Я люблю только тебя, — и чмокнул в её в лоб.       Внезапно в дверь позвонили. Брилл встрепенулась и бросила взгляд на настенные часы — 16:20. Она отошла от Пирса, медленно переводя дыхание. Час Х настал. Кинув на Джонсона грустный взгляд, она пошла открывать дверь. Ему ничего не оставалось делать, кроме как пойти за ней. Вот осталось три шага, два, один… Вновь тяжёлый вздох, щёлкает дверной замок.       Дверь открывается и взорам парочки предстают две представительницы прекрасного пола: мать Брилл и невысокая девушка, стоящая рядом с ней. Пирс невольно пробежался глазами по этой особе: чёрные, как смоль, волосы, черты лица правильные и красивые, глаза — притягательного зелёного цвета, совсем как у Брилл, а на губах — очаровательная улыбка. «Красивая», — едва подумал, как тут же мысленно дал себе пощёчину. Так нельзя, он ведь обещал Брилл.       — Ну, вот, Брилл, и Тея приехала, — с улыбкой сказала миссис Хьюстон.       — Вижу, не слепая, — достаточно недовольно проговорила её дочь. Впрочем, судя по тяжёлому вздоху женщины, скрыть это она и не пыталась. — Рада тебя видеть, — девушка едва не подавилась этими словами. А тут ещё и улыбку пришлось нацепить.       — И я, — улыбнулась Тея, сняв пальто, и, многозначительно взглянув на Джонсона, перевела вопрошающий взгляд на кузину.       — Пирс, мой парень, — сквозь зубы проговорила она, чувствуя, как руки уже так и чешутся придушить Ричардсон.       — М-м-м-м, приятно познакомиться, — ещё шире улыбнувшись, сказала та, подав парню руку для приветствия.       — Взаимно, — проговорил он, быстро ответив на рукопожатие, мельком взглянул на девушку и опустил взгляд вниз, лишь бы не смотреть на неё. Для Ричардсон это не осталось незамеченным, и она усмехнулась.       — Что ж, я пойду. Не буду вам мешать, — улыбаясь, произнесла миссис Хьюстон и, попрощавшись с ребятами, ушла.       — Ну, пошли, что ли, покажу твою комнату, — нехотя сказала Брилл, «оторвав» изучающий взгляд кузины от Пирса и обратив тем самым внимание на себя. Та лишь кивнула и последовала за ней вглубь квартиры.       В то время как девушки ушли, парень остался стоять на месте, не решаясь сдвинуться с места. А вот теперь и ему стало страшно. Всё-таки опасения возлюбленной не напрасны. Сохранять равнодушие к такой особе будет очень тяжело.