BTS. Драбблы.

Когда Чонгук вырывает глаза Юнги из глазниц, золотая кровь кажется Сокджину чем-то нереальным, падающим на землю солнцем, песком, осыпающимся с собственных ладоней. Сокджин смотрит, сжимая в пальцах собственный браслет, и не верит. Не верит до последнего, пока чужое оружие не замахивается для последнего удара. - Стой! Собственный голос кажется выкованным из чугунных наконечников стрел и копий. Он не узнает его, не узнает, пока смотрит в глаза Чонгука. Здесь его власть кончается. У Сокджина есть единственный шанс. Он улыбается криво, растягивая подрагивающие губы, и склоняет голову, опускаясь на колени. Чонгук принимает сделку без слов, убирая оружие, оставляя все еще живого, но поверженного Юнги где-то за своей спиной. Наверное, это льстит его самолюбию, вести кончиками пальцев по щеке бога любви. Того самого, которому властно все живущее на этой дрянной земле. Сокджин бросает ровно один последний взгляд на Юнги. Он не верит, что он в сознании, он чует стучащий чужой пульс в своей голове. Ладонь Чонгука мажет по золотым узорам на белой коже Сокджина, размазывая краску. Он целует его сам, медленно и тяжело. Бог любви способен дарить ее кому угодно. Разница лишь в цене.