Время и смерть. Противостояние

Гермиона медленно шла по густому лесу. Солнечные лучи настойчиво пробирались сквозь пушистые зеленые кроны деревьев и отражались в капельках росы на паутине, опутавшей многие кусты. Воздух был наполнен несмолкаемыми птичьими трелями, а где-то недалеко тихо журчал ручей. Гермиона не знала, откуда она идет, и не знала, куда. Она просто брела по узкой, едва заметной тропинке и наслаждалась окружающими звуками и запахами. Ей почему-то казалось, что она очень давно не слышала и не чувствовала ничего подобного, будто долгое время пробыла в каком-то изолированном месте. Впереди виднелся просвет между деревьев, в котором ослепительно сверкал ручеек. Гермиона прибавила шаг. Ей вдруг невероятно захотелось дотронуться до воды, почувствовать ее прохладу, увидеть свое отражение в ее кристальной глади. Буквально выбежав из тени деревьев, она на мгновение зажмурилась от яркого солнца, а когда открыла глаза, зашлась в беззвучном крике. Солнечный свет стал тусклым — казалось, солнце вот-вот погаснет, — кристально чистый ручеек окрасился в багровый цвет, а вдоль него бродили страшные существа. Большие, тощие, с выпирающими костями и жуткими наростами по всему телу, они опускали свои вытянутые морды к кровавой воде, с жадностью глотая ее. Ни шелеста листьев, ни пения птиц, ни журчания воды. Гермиона бросилась было назад, вглубь леса, но стоило ей развернуться, как она едва не столкнулась с одним из этих непонятных существ. Оно смотрело на нее пустыми глазницами, медленно подходя ближе. Она закричала, но из горла не вырвалось ни звука. Хотела убежать, но оказалась окружена. Круг сужался, становилось все холодней. Десятки черных пустых глазниц будто вытягивали из нее жизненные силы. Она упала на колени и сжала виски руками. В голове нарастал гул сотен голосов. Она не могла расслышать слов и опять попыталась закричать. Существа плотно окружили ее, наклоняя головы в разные стороны, словно изучая ее, наблюдая за реакцией. Гул стал невыносим. Гермиона сильнее сжала пальцы, до крови впиваясь ногтями в кожу. И вдруг сквозь боль и шум она услышала голос. Знакомый голос. Он без остановки говорил и говорил. О книгах, порталах, заклинаниях, о прошлом и будущем, о жизни и смерти. Его звук впивался в мозг насильно, требовательно, желая запечатлеть там эти знания навсегда. Гермиона отчаянно замотала головой, но легче не стало. Боль уже была невыносимой. Под зажмуренными со всей силы веками начали проноситься какие-то картинки. Хаос и разрушение, тысячи растерзанных тел, кричащие и молящие о помощи люди... Видения резко исчезли, а из темноты умирающего сознания на Гермиону посмотрели круглые желтые глаза. Их взгляд успокаивал, дарил столь желанное умиротворение, затягивал в свою глубину. Гермиона слегка вздрогнула и провела ладонью по лицу. С первого этажа послышался шум, и она распахнула глаза. Не успевшая еще окончательно сформироваться мысль о том, что это был сон, и вовсе растворилась, стоило Гермионе вновь окунуться в бездонную желтую глубину. Несколько раз моргнув, Гермиона поняла, что по-прежнему лежит рядом с Гарри, и это он сейчас внимательно на нее смотрит. Точнее, большая черная собака. — Странный сон приснился, — тихо сказала она, отвечая на немой вопрос. — Гарри! — услышала она вопль Роджера с первого этажа. Сорвавшись с места, собака выскочила из комнаты и одним прыжком преодолела лестницу, с грохотом приземлившись внизу. — В чем дело? — воскликнула Гермиона, выбежав из комнаты следом за Гарри и перегибаясь через перила. — Они здесь, — ответил он, глядя на собаку. — Что будем делать? Гермиона оглянулась в комнату. За окном было светло. Но в ту же секунду мелькнула тень и что-то огромное ввалилось в комнату, разбив окно. Не успел монстр выпрямиться, как мимо Гермионы буквально пролетела собака, с разбега врезаясь в монстра и впечатывая его в стену. — Гермиона, сюда! Бегом! — заорал Роджер, взбегая по лестнице на несколько ступенек. Она побежала вниз, постоянно оглядываясь на собаку, схлестнувшуюся с монстром. Вцепившись в его шею зубами, она сильно трепала его, пытаясь повалить на пол. Это было непростой задачей, потому что размерами она значительно уступала. — Быстрей! — повторил Роджер, хватая Гермиону за руку. — Надо бежать! — Куда, интересно? — спросил Дин, не сводя глаз со входной двери. Со второго этажа донесся вой, затем грохот, а вскоре наверху лестницы показался Гарри. Снова в один прыжок достигнув первого этажа, он подскочил к двери, дернул зубами ручку и выбежал на улицу. — Куда?! — закричала Гермиона, порываясь броситься следом. Оттолкнув ее назад, Роджер подбежал к открытой двери, но замер, так и не закрыв ее. — Он их уводит? — удивился он. — Он уводит их от нас! — он захлопнул дверь и растерянно посмотрел на не менее ошеломленных авроров. — Они пришли за ним? — подала голос Саманта. — И он это знал? — добавил Дилан. — Ну а дальше-то что? — спросил Брайан. — Нам здесь оставаться? — Меня больше интересует, куда он их заманивает и чем это закончится, — мрачно произнес Дин. — Он возвращается! — крикнул из кухни Дейв, и Гермиона поспешила к окну. Черный пес мчался в их сторону со всех ног, но когда до дома оставалось всего несколько метров, он вдруг резко затормозил, глядя куда-то вверх, и прыгнул в сторону, но не успел увернуться. Выскочивший из-за дома монстр сбил его с ног, и пес кубарем прокатился по двору. В окно его уже не было видно, и Гермиона, юркнув мимо Роджера, занятого перепалкой с Дином и Брайаном, осторожно выглянула за дверь во внутренний двор. Собаки нигде не было, а вдалеке в небе виднелся улетающий монстр. — Далеко собралась? — прошипел Гермионе в ухо Роджер. — За тобой смотреть надо похлеще, чем за маленьким... — он замолчал, что-то увидев, и, обернувшись, крикнул: — Дин! Когда остальные авроры подбежали к ним, Роджер открыл шире дверь и кивнул на Гермиону. — Саманта, держи ее. Сэм встала рядом с Гермионой, но не сводила глаза с Роджера, Дина и Брайана, бегущих к лежащему на снегу человеку. * * * — Ну что, как он? — Роджер вернулся со своего наблюдательного поста — так он назвал окно на кухне. — Внешне цел, — тихо ответила Гермиона, сидя возле Гарри. — Но выглядит не очень. — Я бы на тебя посмотрела, если бы ты проторчал в шкуре громадной псины хрен знает сколько, — огрызнулась Саманта. — Не хрен знает сколько, а приблизительно сутки, — хмыкнул Роджер. — Гермиона, а где его очки? Она подняла на него испуганный взгляд. — Они лежали на тумбочке, — пробормотала она. — А потом... — А потом он превратился в ту собаку, и мы о них совсем забыли, — кивнул Роджер. — Твою мать, а! — от досады он ударил кулаком по стене и вышел из гостиной. — Он по-прежнему холодный, — сказала Саманта, трогая руки и лицо Гарри. — Неужели до сих пор не согрелся? Гермиона поправила два толстых одеяла, которыми он был накрыт, и сжала его руку, украдкой бросая взгляд на Саманту. Было удивительно, как она и Гарри умудрились все это время скрывать свои нерабочие отношения. Хотя, как скрывал Гарри, Гермиона примерно догадывалась. Для него это было не более чем приятное времяпрепровождение, но Саманта... Сейчас даже слепой заподозрил бы неладное. Она уже едва ли не лежала рядом с Гарри на диване, неотрывно смотрела на него и гладила по волосам. Гермиона оглянулась. Брайан, Дейв, Бен и Мэтт о чем-то тихо переговаривались, стоя у окна, остальные же были на кухне. С тех пор как монстры стали являться при дневном свете и столь настойчиво нападать именно на них, было решено постоянно следить за улицей, чтобы не быть застигнутыми врасплох. Хотя и это мало что давало. Рука Гарри дернулась, и Гермиона выжидающе на него посмотрела. Саманта, видимо, тоже что-то заметила, потому что склонилась ближе к Гарри и тихо позвала его. Гермиона почувствовала, что рука Гарри стала теплой, а на его щеках заметила появляющийся слабый румянец. — Гарри? — снова заговорила Саманта. — Ты меня слышишь? Он немного пошевелился и поморщился, когда волосы склонившейся Саманты коснулись его лица. — Слышу, — ответил он, и Гермиона испуганно замерла от звука чужого незнакомого голоса. Но Гарри тут же прочистил горло и повторил уже привычным голосом: — Слышу. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Саманта. Гарри медленно сел, обводя комнату странным взглядом, как будто впервые ее видел. — Нормально. — Может, тебе стоит еще полежать? — сказала Гермиона, с тревогой наблюдая за ним. — Нет, все нормально, — ответил Гарри. Гермионе его поведение показалось очень странным, но она списала все на потрясение от предшествующих событий. — Мне послышалось? — в гостиную заглянул Роджер и, увидев Гарри, быстро подошел к нему. — Ты как? — Нормально, — в третий раз произнес Гарри все с той же безжизненной интонацией. — Ну тогда рассказывай, что ты узнал, — Роджер быстро подтащил кресло к дивану и уселся. — Что узнал? Роджер растерянно моргнул. — Ты вообще помнишь, где мы? — спросил он. — Да. — Ну? — Что ну? Роджер взглянул на Гермиону. — Ты что, разговаривать разучился, пока собакой был? — воскликнул он, поворачиваясь к Гарри. — Нет. — Ну так рассказывай! Зачем им анимаги? И что это было за собачье представление? — Не знаю, что за представление, но анимаги для них что-то вроде подопытных кроликов, — ответил Гарри, и его речь все больше походила на привычную. — Подопытные? — переспросил Роджер. — Им интересно, как мы умудряемся менять внешнюю оболочку и на что мы способны в новом образе. — И сейчас они охотятся конкретно за тобой? Гарри наморщил лоб. — Да. — И что нам делать? — Не знаю. Как отсюда выбраться, они мне не сообщали, — Гарри пожал плечами. Роджер откинулся на спинку кресла и тихо застонал, сжимая двумя пальцами переносицу. — Гарри, — Гермиона подвинулась ближе к нему. — Твои очки... Они остались в предыдущем доме, но ты увел нас далеко от него. Ты справишься? Он некоторое время молча смотрел на нее, словно что-то обдумывая и прикидывая в уме, и наконец кивнул: — Постараюсь. — С тобой точно все в порядке? — спросила она. Его поведение ее настораживало. Чувствовалось что-то странное, чужое. Казалось, что Гарри плохо понимает, где он и с кем. — Да, а что? — ответил он. — Что-то не так? — Просто волнуюсь за тебя, — сказала Гермиона, взяв его за руку. — Все хорошо, — Гарри слегка улыбнулся. — Зачем ты нас привел именно в этот дом на окраине? — спросил Роджер. — Мы же отсюда до других домов только чудом живыми сможем добраться. — Здесь нет людей, и монстрам здесь делать нечего. — Не считая экспериментов над тобой, — сказал Дин, облокачиваясь на кресло Роджера. — Этот эксперимент мало что им даст, — Гарри покачал головой. — Анимаг не представляет для них серьезной угрозы. И если они хотят перенять какую-то силу от нас, то будут очень разочарованы. — Думаешь, им интересна наша магия? — Вряд ли. Их магия сильнее и, как видите, способна блокировать нашу. — И чем же это все закончится? — тихо спросила Саманта, тревожно глядя на Гарри. — Они похитят и убьют всех магов, оставив лишь тех, кто обучен анимагии? — Возможно, это и есть их цель, — ответил Гарри. — Хорошо, — протянул Роджер, запуская обе пятерни в волосы. — Но убить-то их хоть как-нибудь можно? На лице Гарри на мгновение мелькнуло жесткое выражение. — Нет, — глухо произнес он. Гермиона скрутилась калачиком в кресле и с тревогой наблюдала за Гарри и Самантой. Они сидели на диване и о чем-то разговаривали. Гермиона не прислушивалась к их разговору, но Саманту, видимо, уже не волновало, что остальные авроры поймут, что между и ней и Гарри что-то есть, и она не отходила от него ни на шаг. Но Гермиону тревожило вовсе не то, что, появившись здесь, Саманта перетянула все внимание Гарри, а то, что Гарри был совсем на себя не похож. На каждый вопрос он отвечал с заминкой, будто что-то скрывал и боялся ляпнуть лишнее или же придумывал что-то на ходу. Оба варианта Гермионе не нравились. И она неотрывно смотрела на него, чтобы не пропустить некий малейший знак, подсказку, которые помогут ей разобраться с вопросом об изменении в поведении друга, но его лицо оставалось непроницаемым, и лишь изредка на нем проскакивала улыбка. Гермиона даже была рада, что Саманта так активно его тормошила. Однако небольшое зернышко раздражения все же в душе появилось. Гермиона хотела сама наедине поговорить с Гарри, но не могла вырвать его из цепкой хватки Саманты. И когда та приблизилась к уху Гарри и что-то стала ему шептать, Гермиона не выдержала и отправилась к Роджеру. За время совместной учебы и работы он стал близким другом Гарри, чуть ли не таким, как она или Рон. Гарри доверял ему, и Гермиона не видела причин сомневаться в Роджере, а еще она надеялась, что он, пусть и не так хорошо, как она, но все же знает Гарри и тоже заметил некие странные изменения. — Роджер, — он сидел на кухне с Дином и Брайаном. — Надо поговорить. — Что за секреты? — тут же отреагировал Брайан. — Ну не с тобой же ей секретничать, — усмехнулся Дин. — Что-то случилось, Гермиона? — Нет, все нормально. Просто хочу кое-что спросить, — ответила она, выходя из кухни вместе с Роджером. Отведя его в дальний конец коридора, она легонько потянула его за руку, чтобы он наклонился к ней. — Ты не заметил ничего странного в поведении Гарри? — прошептала она. — Заметил, — кивнул он. — И что думаешь делать? — Честно говоря, не знаю. Он и раньше уже вел себя странно, как ты помнишь. Сомневаюсь, что укус твари подействовал всего лишь как ускоритель превращения. Вполне возможно, что Гарри находится под неким влиянием. — Он на себя не похож, — покачала головой Гермиона. — Он как... как... — Как робот? — подсказал Роджер. — Точно. И еще он как будто нас не знает и каждый раз обдумывает свои фразы, сомневаясь, что можно нам говорить, а что нет. — Подожди, Гермиона. Думаю, ты себя уже накручиваешь, — Роджер быстро оглянулся. — Я не спорю, что Гарри ведет себя подозрительно, но это же не значит, что... — Не значит что? — спросила Гермиона, не дождавшись продолжения. — Короче, я за ним присмотрю, — вновь заговорил Роджер. — Я хочу поговорить с ним наедине. Ты не мог бы, — Гермиона немного скривилась, — отвлечь на некоторое время Саманту. Роджер с пониманием улыбнулся. — Да, она в Аврорате к нему так не липла, — усмехнулся он. — Соскучилась очень, наверное. Хорошо, я сейчас позову ее, а ты забирай Гарри. Он подмигнул ей и быстро направился в гостиную, а Гермиона почувствовала, как заливается румянцем. Роджер как будто знал и про нее, про ту «ночь», что они с Гарри провели вместе, хотя она была уверена, что Гарри не стал бы об этом распространяться. Опомнившись, она поспешила за Роджером и столкнулась с ним возле лестницы. — Наверное, чуть позже поговоришь, — странным тоном произнес он, глядя наверх. Гермиона проследила за его взглядом и успела заметить, как Саманта затащила Гарри в одну из комнат. — Ненормальная. Роджер вернулся на кухню, а Гермиона зашла в гостиную и опустилась в кресло, закутавшись в одеяло. Она не могла понять, о чем думали те двое. На них могли опять напасть в любое время, а они решили предаться любовным утехам. Чтобы потом убегать от монстров в одном нижнем белье, а то и вовсе без него? Гермиона фыркнула, чем привлекла внимание Мэтта. Покачав головой на его вопросительный взгляд, она посмотрела на огонь в камине. Про ту ночь Гарри никак ей не напоминал. Возможно, понял, что Гермиона провалилась бы под землю от стыда, а возможно, ему самому было неприятно это вспоминать. Гермиона нахмурилась. Второй вариант ей не нравился. О том, что они с Гарри друзья и заниматься подобными вещами, вообще-то, не должны, тоже думать не хотелось. Дружба между парнем и девушкой рано или поздно, но обязательно уложит их в одну постель. Но почему-то Гермиона и подумать не могла, что такое произойдет между ней и Гарри. С Роном все было не так. Он был обычным, простым, он не вызывал ощущения недосягаемости. Гарри же она словно поставила на пьедестал. Он был для нее образцом, эталоном того, каким должен быть мужчина. Он был другом, частичкой души. Но когда он поцеловал ее, то буквально грохнулся с этого пьедестала, показав ей, что он намного ближе, чем кажется. Что нет ничего невозможного. И что он вовсе не идеален. За спиной послышался смех Саманты, и Гермиона лишь сильнее нахмурилась, с ужасом понимая, что начинает ревновать Гарри к ней. Хотя откуда взяться ревности, если она даже не влюблена в него? Как бы то ни было, но Саманта начинала ее раздражать. Своей непосредственностью, своей свободой, ну и своей внешностью. Гермиона горько усмехнулась. Докатилась... Стала комплексовать из-за своей внешности. Разговаривать с Гарри перехотелось. Только не сейчас, когда он еще наверняка пребывает в этом блаженстве. Гермиона раздраженно выдохнула и поднялась из кресла, не в силах сидеть на месте и накручивать себя подобными мыслями. Не глядя в сторону сидящей Саманты, Гермиона направилась на кухню, но замерла в дверях, услышав злобный шепот Роджера. — Ты что творишь вообще? Помчался как кобель за сукой! — Я и есть кобель, забыл? — огрызнулся Гарри. — Но не при Гермионе же, идиот! Нахрена я распинался тогда? — Тебе виднее, нахрена ты распинался. — Да что с тобой?! — воскликнул Роджер. — Со мной все нормально, — ответил Гарри, распахивая дверь кухни. Гермиона не успела отскочить и оказалась нос к носу с ним. В глубине зеленых глаз танцевали желтые искорки. Он молча обошел ее и скрылся в гостиной. — Ты прав, — упавшим голосом произнесла Гермиона, подходя ближе к Роджеру. — Он одержим. — О, правда? — усмехнулся он. — Я сейчас видела что-то желтое в его глазах. Я обязана с ним поговорить. Она быстро пересекла коридор и, зайдя в гостиную, схватила Гарри за руку. — Пошли со мной, разговор есть, — она потянула, заставляя его встать на ноги. Гермиона завела его в комнату, где на полу все еще лежало покрывало, на котором она совсем недавно спала, прижавшись к теплому боку огромной собаки. — Гарри, у тебя все хорошо? — спросила она, усаживая его на кровать. — Ты как Роджер, — Гарри закатил глаза. — Да все со мной нормально. Гермиона взяла его за руку. — Я волнуюсь за тебя. — Не стоит, — ответил Гарри и провел пальцами по ее щеке, скользнув подушечкой большого пальца по ее губам. Гермиона напряглась. — Гарри, не смей, — сказала она, всеми силами отгоняя от себя мысли, что совсем недавно он этими руками ласкал Саманту. Он приблизился к ней, и Гермиона опять увидела, как его глаза начинают менять цвет. Испугавшись, она попыталась встать, но он удержал ее, крепко схватив за руку. — Отпусти меня, — тихо сказала она. — Гарри, ты не в себе. Его рука переместилась с ее щеки на шею, и Гермиона почувствовала, как Гарри сжимает пальцы. — Тебе не понравилось в прошлый раз? — спросил он. — Прекрати, — выдохнула она. — Ты так кричала, — продолжал Гарри. — Пожалуйста, — ее голос дрогнул. — Пожалуйста что? — губы Гарри уже почти касались ее губ. — Отпусти, — шепнула Гермиона. — Ты не понимаешь, что делаешь. Это не ты. — А кто же? — усмехнулся Гарри. — Не знаю, но настоящий Гарри так себя не вел бы. — Не будь такой самоуверенной, Гермиона, — сказал Гарри своим обычным тоном, отстраняясь, и Гермиона облегченно выдохнула. — А ты не шути так, — ответила она. — А я и не шутил, — сказал он, и Гермиона резко вскинула взгляд. — Гарри, я не Саманта. — А причем здесь Саманта? Гермиона глубоко вздохнула, пытаясь унять раздражение. — Да ты только что был с ней в соседней комнате. — Ну и что? — Тебе не кажется, что сейчас не подходящее для этого время? — А с тобой тогда было подходящее время? Гермиона дернулась, как будто Гарри ее ударил. — Тогда было... мне было... — забормотала она, опуская глаза. — Что тебе было? — Мне было очень плохо. — А сейчас мне плохо. Гермиона обеспокоенно на него посмотрела. — Ты же столько раз сказал, что все нормально. — А по-твоему, что я должен был сказать? — хмыкнул Гарри. — Я не должен показывать слабость своим подчиненным. — Они не просто подчиненные, они твои друзья. — Не в такой обстановке, — покачал головой Гарри. — Думаю, тебе надо хорошенько выспаться, — сказала Гермиона, поднимаясь с кровати. — Разговор не получился. Попробуем в другой раз. Гарри! Он резко дернул ее обратно, заваливая на кровать. — Ты с ума сошел?! Отпусти меня! Гарри зажал одной рукой ей рот. — Не отпущу, — ответил он. — Закричишь — ударю. Гермиона сморгнула слезы, глядя, как глаза Гарри медленно меняют цвет. — Гарри, — зашептала она. — Остановись. Зачем тебе это? Однажды ты смог побороть в себе это влияние, помнишь? — Не помню, — ответил Гарри, расстегнув куртку Гермионы, и наклонил голову, касаясь губами ее шеи. Гермиону начало бить мелкой дрожью, и она не могла точно сказать, почему — от страха или же от холода. Губы Гарри были прохладными, пальцы, блуждающие по ее телу, — ледяными. Гермиона вздрагивала от каждого прикосновения, и совсем некстати в голову закралась мысль: с Самантой все было так же? Это разозлило: то, что Гарри не хотел побороться за себя с неким внутренним монстром, то, что поддался Саманте и отправился развлекаться с ней, когда все они на волоске от смерти, и, наконец, то, что сейчас он позволяет так себя с ней вести. Разозлило и придало сил. Гермиона хотела было уже опять начать вырываться, но, понимая, что силой с Гарри ей не совладать, решила схитрить. Прижав ладони к щекам Гарри, она притянула его к себе для поцелуя, зажмурившись, стоило ей взглянуть в его желтые глаза. Скользнула руками по шее и, обхватив плечи, подтолкнула его, заставляя перекатиться на спину. И так же не отрываясь от его губ, дотянулась до стоящей рядом тумбочки и схватила светильник. Резко выпрямившись, она обрушила тяжелое основание светильника Гарри на голову и, путаясь в скомканной простыне, бросилась к двери и истошно завопила, когда Гарри сзади схватил ее за волосы. Он выволок ее из комнаты и швырнул вниз с лестницы, прямо под ноги ошарашенным аврорам, выскочившим в коридор на крик Гермионы. Роджер поймал ее у подножия. — Жива? — испуганно выдохнул он, поднимая Гермиону на ноги. — Гарри, что ты делаешь? — прорычал Дин, выходя вперед и настороженно глядя, как тот медленно спускается по лестнице. Его правый висок и часть лба были в крови. — Что у него с глазами? — тихо сказала Саманта. — Уйди с дороги, — ответил Гарри, подходя ближе к Дину и бросая взгляд за его спину, где Роджер прижимал к себе Гермиону. — Нет, — качнул головой Дин. Гермиона всхлипнула, видя, как на лице Гарри появляется жуткая ухмылка, так несвойственная ему. — Жаль, — протянул Гарри. — Ты был хорошим аврором. Дин вздрогнул, и Гарри бросился на него, хватая за горло, и с силой ударил об стену. Висящие на ней рамки с фотографиями посыпались на пол, звонко разбиваясь, а Дин медленно сполз по стене, застывшим взглядом уставившись в противоположную стену. Остальные дернулись назад, не веря своим глазам. А Роджер поймал на себе горящий взгляд Гарри и закрыл Гермиону собой. — Гарри, очнись! — крикнул он. — Не вынуждай меня! — И что же ты сделаешь? — спросил Гарри, делая несколько шагов. Роджер достал из внутреннего кармана нож. — Все, что смогу. Он глянул на Брайана и Мэтта и, оттолкнув от себя Гермиону, одновременно с ними бросился на Гарри. Саманта потащила Гермиону в гостиную. — Что ты с ним сделала? — требовательно спросила она, поглядывая в сторону коридора, из которого доносились звуки борьбы. — Спятила? — воскликнула Гермиона. — Совсем недавно он был нормальным! — Он перестал быть нормальным с тех пор, как его ранил монстр! — Ты его спровоцировала! — Да приди в себя! — взвизгнула Гермиона. — Если ты не заметила, после того как он очнулся, он вел себя очень странно. И я хотела поговорить с ним, чтобы попытаться выяснить причину, а он набросился на меня. — Поговорить? В отдельной комнате? — Тебе-то какая разница? Сама до этого с ним уединялась. — А ты позавидовала? Гермиона отшатнулась от Саманты. — Тебе следовало бы думать иногда головой, а не тем местом, которым привыкла, — холодно бросила она. Саманта злобно прищурилась, но тут из коридора раздался оглушительный грохот, и наступила тишина. Гермиона выбежала из гостиной и схватилась за стену, чтобы не упасть. Дейв лежал возле лестницы, его голова была в крови. Брайан, Мэтт и остальные сидели, тяжело дыша и уставившись в одну точку. А посреди коридора лежал Гарри, и Роджер до сих пор сжимал рукоятку ножа, торчащую из его груди.