Время и смерть. Противостояние

— Родж, — выдохнула Саманта, привалившись к двери. — Родж. Роджер разжал дрожащие пальцы и с трудом поднялся на ноги. Но, сделав два шага назад, не удержался и рухнул на колени. Гермиона молча перевела взгляд с бледного Роджера на Гарри. Его глаза, к которым уже вернулся обычный цвет, были открыты и были такими же безжизненными, как и у Дина. Плакать не хотелось. Гермиону накрыло состояние полнейшей опустошенности, и одновременно эта ситуация казалась такой неправдоподобной, ненастоящей. Она скорее поверила бы в тот странный сон, чем в то, что Гарри действительно мертв. Перед глазами быстро проносились фрагменты прошлого: их первая встреча в поезде, робко зарождающаяся дружба, первое столкновение с серьезными опасностями, первые потери... Она словно заново пересматривала все их совместные годы, заново переживала все чувства. Гермиона медленно моргнула. Когда она увидела Хагрида, несущего на руках «тело» Гарри, она закричала. Заорала во все горло, выпуская боль наружу. Но сейчас сил кричать не было. Сейчас она видела его мертвый взгляд и понимала, что уже ничего не изменить, что в этот раз чудо не произойдет. Она опустила голову и прикрыла глаза ладонью. Чертов выбор профессии Гарри. Чертово его желание отыскать ее любой ценой. Чертов его приказ Роджеру. Ее разрывали противоречивые чувства — жгучее желание упасть рядом с Гарри, трясти его изо всех сил и умолять, чтобы он очнулся, сменялось боязнью ощутить его холодеющие руки. Хотелось запомнить его веселым и грустным, добрым и злым, смеющимся и страдающим. Любым. Но живым. А еще очень хотелось умереть самой. Возвращаться в магический мир без Гарри, без главного, по мнению Гермионы, его составляющего, не представлялось ей возможным. Как, наверное, и Роджеру, который не сводил глаз с рукоятки ножа, будто пытался взглядом повернуть время вспять. Слева послышался шорох, и Гермиона посмотрела на Саманту. Та медленно подошла к Гарри и села пол. Дрожащими руками она касалась то его груди, то рук, то лица. — Почему вы ничего не делаете? — прошептала она, оглядывая остальных авроров. — Ему надо помочь. Все молчали, ошеломленные смертью Гарри. Гермиона смотрела, как Саманта судорожно ощупывает Гарри, и понимала, что желание убежать отсюда, орать, что это сон или что она сошла с ума, пересилило желание приблизиться к Гарри. А еще она подумала, что в его гибели виновата только она. Не Роджер, вонзивший Гарри нож в грудь, а она. Ведь если бы она не вырывалась, если бы она позволила Гарри сделать то, что он хотел — точнее, не он, а то нечто, сидящее внутри него, — то сейчас он наверняка был бы жив. Надо было потерпеть, надо было поддаться ради Гарри, ради его спасения. А теперь... — Наверное, нам надо уходить отсюда, — прошептал Дилан медленно и тихо. Настолько тихо, что в обычной ситуации его никто не услышал бы, но сейчас его шепот буквально прогремел на весь дом. Все, за исключением Саманты и Гермионы, смотрели на Роджера. Они знали о данном ему приказе и знали, что любой из них поступил бы так же. Таковы законы Аврората. — Мы должны забрать его тело, — проговорила Саманта, не поднимая головы. — Мы не можем оставить Гарри здесь. Мы должны забрать его, вернуться домой и похоронить. Его, Дина и Дейва. — Не получится, — произнес Роджер. Гермиона перевела на него взгляд, думая, что ему сейчас хуже всех. Его голос непривычно дрожал. — Мы не сможем передвигаться с... с... — он не смог продолжить и, зажмурившись и закусив губу, запрокинул голову назад, с силой ударяясь затылком о стену. Гермиона всхлипнула. Болезненная гримаса Роджера всколыхнула в ней самое тяжелое чувство — чувство потери. И сейчас оно медленно поднималось из глубин сознания, подобно цунами, затапливая ее изнутри, скрывая под собой все остальные чувства. — Нет, — замотала головой Саманта, комкая окровавленную футболку Гарри. — Нет. Я не пойду никуда. Гермиона посмотрела на ее сгорбленную фигуру, вздрагивающие плечи. Почему-то вспомнились слова Гарри о том, что в Аврорате чувствам не место. Ей стало жаль Саманту. Она постоянно находилась рядом с Гарри, зная о том, что дальше секса без обязательств их отношения не зайдут, но не устраивала ему скандалов, не грозилась все рассказать Джинни. Просто любила его и всегда была рядом, готовая помочь ему в любую минуту. Джинни... Гермиона едва не застонала. Если им удастся отсюда выбраться, что она скажет Джинни? Как она будет смотреть ей в глаза, зная, что Гарри погиб из-за нее? Наверное, Саманта права — лучше действительно остаться здесь с Гарри. — Нет. Гермиона вздрогнула от звука голоса, не понимая, как кто-то отвечает на ее мысли. — Нет, — повторил Брайан. — Роджер прав, — он подошел к Саманте и начал поднимать ее на ноги, но она сильней вцепилась в футболку Гарри. — Пойдем, Сэм. Мы все равно уже ничем им не поможем. Он рывком поставил ее на ноги. Саманте удалось схватить руку Гарри, но она выскользнула из ее пальцев. Сердце Гермионы встрепенулось и успело сделать три оглушительных удара, пока она смотрела на «ожившего» Гарри. Но его рука с глухим стуком упала на пол и больше не шевелилась. Брайан протащил по коридору вырывающуюся Саманту, остальные авроры двинулись следом, а Гермиона стояла и гипнотизировала руку Гарри, боясь пропустить, как он опять ей пошевелит. — Гермиона, — она слышала Роджера, чувствовала, как он сжимает ее плечо, но не могла оторвать взгляд от Гарри. — Гермиона, пойдем. Ей вдруг захотелось во всем обвинить Роджера. Как он смеет дотрагиваться до нее? Как он смеет? Этими руками он убил Гарри. Гарри! Ее Гарри! А сейчас прикасается к ней? Гермиона резко вскинула на него глаза, набирая побольше воздуха, чтобы все ему высказать, но лишь медленно выдохнула. Его всегда ярко-синие глаза, сверкающие озорством и весельем, сейчас казались бледно-серыми. Гермиона тряхнула головой. — Ради него, — прошептал Роджер. — Ты должна выжить ради него. Гермиона бросила последний взгляд на неподвижного Гарри и, приняв протянутую руку Роджера, вышла с ним из дома. Постоянно оглядываясь, они со всех ног бежали к ближайшим домам. К счастью, ни один монстр не объявился, и все благополучно добрались до одноэтажного невзрачного домика, спрятанного среди деревьев. Зайдя внутрь, все молча разбрелись по углам. Разговаривать не хотелось, каждый переживал трагедию наедине с собой. Гермиона села в кресло, украдкой глядя на сжавшуюся с краю дивана Саманту. Она обхватила плечи руками и слегка раскачивалась из стороны в сторону, будто сама себя убаюкивала. Гермиона осмотрела комнату — авроры сидели с белыми лицами и уставившись в одну точку. В считанные мгновения они разом лишились двух коллег и командира группы. Гермиона почувствовала, что опустошение в груди сменяется жгучей болью, а к глазам подступают слезы. Сердито смахнув их, она только сейчас сообразила, что в комнате нет Роджера. Нашла его Гермиона на кухне. Он сидел на полу, прислонившись спиной к холодильнику и запустив обе пятерни в волосы. — Роджер? — тихо позвала она, но он не пошевелился. Она присела рядом и тронула его за плечо. — Роджер? Он покачал головой. — Поверить не могу, — прошептал он. Гермиона закусила губу, пытаясь сдержать слезы. Сейчас она хотела вытащить Роджера из ямы самобичевания, куда он сам себя загонял. Дин был мертв, остальных авроров Гермиона плохо знала и довериться сейчас могла только Роджеру. — Держись, — она сжала его плечо. — Ты удивительно спокойна, — он поднял голову и посмотрел на нее. — Я не спокойна, поверь, — Гермиона глубоко вздохнула. — Абсолютно не спокойна, но если я еще потеряю и тебя, то окончательно впаду в отчаяние. Роджер уперся лбом в сложенные на коленях руки. — Я должен был просто остановить его, — донеслось до Гермионы его бормотание. — Связать, оглушить... что угодно. А я убил... Гермиона шмыгнула носом и села рядом с Роджером, положив голову ему на плечо. — Неужели он знал, — продолжал Роджер, — что не сможет побороть эту заразу? У меня до сих пор перед глазами его лицо, когда он сказал защитить тебя любой ценой. Но почему... — он повернулся к плачущей Гермионе. — Почему он набросился на тебя? — Я не знаю, — она провела тыльной стороной ладони под носом. — Я хотела узнать, что он чувствует, не изменилось ли чего, а он сначала буркнул, что я как ты, потом сказал, что ему плохо, но он не может показать это перед подчиненными. А потом набросился на меня и хотел... — она замолчала, заново переживая тот ужас. — Он едва меня не изнасиловал. Роджер резко выпрямился, удивленно глядя на нее. — Гарри?! — Он уже был одержим, — тихо ответила Гермиона. — А кровь? Ты его ударила? — Да, светильником, что стоял на тумбочке. — Но зачем ему это понадобилось? Он же буквально за несколько минут до этого был с Самантой. — Я не знаю, — Гермиона удрученно покачала головой. — Но то, что он при этом говорил... Сидящий внутри него монстр контролировал и его память. Роджер резко поднялся и вышел из кухни. — Сэм! Иди сюда, — услышала его голос Гермиона, и вскоре он вернулся, а следом в кухню зашла зареванная Саманта, бросив взгляд на не менее зареванную Гермиону. — Что ты хочешь? — проворчала она, вытирая слезы. — Ты когда с Гарри в комнате уединялась, все было как обычно? — прямо спросил Роджер, немного запнувшись на имени. Саманта моментально вспыхнула и снова бросила взгляд на сидящую Гермиону. — Какое это теперь имеет значение? — Такое же, как и раньше, — ответил Роджер. Он неуверенно посмотрел на Гермиону, не зная, можно ли все говорить. — Он хотел меня изнасиловать, — тихо сказала Гермиона. — Что? — Саманта резко изменилась в лице. — Нет, ну он мог, конечно, быть жестким, но чтобы до насилия... нет. — И глаза нормальные были? — уточнил Роджер и хмыкнул, когда Саманта покраснела. — Я... я не видела, — пробормотала она. — Получается, все началось позже, — заговорил Роджер, меряя шагами маленькую кухню. — И все-таки какой смысл обсуждать это сейчас? — подала голос Саманта. — Его все равно уже не вернуть. — А такой смысл, что мы виноваты во всем этом дерьме! — воскликнул Роджер. — Мы вовремя не заметили, что с ним что-то происходит. — Заметили, — встряла Гермиона. Роджер вздохнул и опустился на стул. — Тем более, — мрачно произнес он. — Заметили и ничего не сделали. Мы обязаны разобраться с этими тварями! — Роджер поднялся со стула. — Нельзя отсюда просто так уходить, надо узнать, что это за твари и как они проникли в наш мир. — Не кидайся из крайности в крайность, — серьезно произнесла Саманта. — Порталы, другие измерения, — тихо пробормотала Гермиона, и Роджер с Самантой уставились на нее. — Ты о чем? — спросил он. Гермиона подняла на них взгляд, задумчиво покусывая губу. — До последнего нападения я уснула рядом с Гарри. Когда он был в виде собаки, — она сама не знала, зачем уточнила, и нахмурилась. — И мне приснился странный сон. Какой-то голос, очень знакомый голос, без перерыва что-то говорил. О каких-то порталах, заклинаниях, древних книгах. Последнее, что я видела во сне, — это горящие желтые глаза, а когда проснулась, Гарри пристально смотрел на меня. — Ты думаешь... — медленно произнес Роджер, потирая лоб. — Легилименция? — спросила Гермиона. — Да. И это было очень больно. — Но я не замечал за ним таких способностей, — проговорил он, опять садясь на стул. — Снейп тайно обучал его этому. Гарри нужно было научиться закрывать свое сознание, но получалось у него это с трудом, — Гермиона замолчала и вскинула на Роджера удивленный взгляд. — Я поняла. Поняла. Эти монстры общаются между собой с помощью легилименции или чего-то очень похожего! — быстро заговорила она. — Помнишь, когда в доме Гарри закрыл нас собой от одного из них, он сначала схватился за голову? — дождавшись кивка от напрягшегося Роджера, она продолжила: — А до этого точно такой же догнал на улице, и Гарри тогда почти потерял сознание от его некой ментальной атаки. — Хочешь сказать, что Гарри решил таким же образом атаковать тебя во сне? — неуверенно спросил Роджер. — Да нет же! — Гермиона подскочила. — Он пытался передать мне информацию. Видимо, он овладел их способом общения. — Он мог убить меня как Дина, — тихо произнес Роджер. — Но остановился. Тогда он еще себя контролировал, — еле слышно закончил он. — Что ты видела во сне? Гермиона вздрогнула и повернулась — в дверном проходе стоял неслышно подошедший Дилан. — Я согласен с Роджером, — сказал он, подходя к столу и опираясь на него руками. — Эти твари лишили нас слишком многого. Так что ты видела? Гермиона вздохнула и, нахмурившись, обхватила себя руками за плечи. — Видела лес, из которого я вышла к ручью. Вокруг все было очень живое, светило солнце, пели птицы, журчала вода. А потом в один миг все изменилось. Вода как будто превратилась в кровь, а возле нее ходили еще более жуткие монстры, чем те, что обитают здесь, и пили ее. Я хотела убежать, но они меня окружили, а потом я почувствовала сильную боль и услышала голос. — Чей? — спросил Дилан, внимательно наблюдая за ней. — Не знаю. Точно не могу сказать, но он был очень знакомым. — Гарри? — Я не могла понять, чей он, — покачала головой Гермиона, поеживаясь. — Понимала только, что знаю его. — И что он говорил? — Он говорил очень много. Про какие-то порталы, заклинания и некую книгу. — Книгу, — эхом повторил Роджер, подходя к окну. — А ведь Гарри не просто так вел нас на окраину города, — сказал он, повернувшись к Гермионе, и кивнул головой в сторону окна. — Там лес? — спросила она, подойдя к Роджеру и глядя в окно. — Как видишь. — Почему мы раньше его не замечали? — А ты много по сторонам смотрела? — хмыкнул он. — Подождите, — окликнула их Саманта. — Вы что, собираетесь идти в лес и искать какую-то несуществующую книгу? — Почему же несуществующую? — Потому что если бы она существовала, то Гарри сказал бы нам, разве нет? А он что говорил? Что не знает, как отсюда выбраться и что тварей этих убить нельзя. Роджер задумчиво постучал по кончику носа. — Здесь что-то не то, — протянул он. — Когда Гарри превратился обратно в человека, он с самого начала вел себя странно. Но ты говоришь, что все было как обычно, — он посмотрел на Саманту. — А потом он вдруг напал на Гермиону. И как ты сказала, ему было плохо? Гермиона кивнула. — Но он делает вид, что все нормально, потому что не может дать слабину перед подчиненными и... — Гарри никогда не называл нас подчиненными, — перебил ее Дилан. Роджер многозначительно поднял брови. — Выходит, что он с самого начала был едва ли не полностью под влиянием непонятно чего, поэтому и не думаю, что можно верить тому, что он сказал. — А тому, что она видела во сне, можно? — Саманта ткнула пальцем в сторону Гермионы. — Может, он специально ей показал тот лес, чтобы заманить нас. — Зачем нас заманивать куда-то, — заговорил Дилан, — когда он мог легко перебить нас всех в доме. И я уверен, что в образе собаки он был куда более адекватен. — Он защищал нас, — кивнул Роджер. — Но тогда что с ним успели сделать за то короткое время, пока он увел от нас монстров и вернулся? — спросила Саманта. — Ты сама прекрасно понимаешь, что у нас нет ответа на этот вопрос. — Получается, что нам ничего не остается кроме как идти искать какую-то книгу? — обреченно сказала Саманта. — Но это же верная смерть. — Поэтому пойдем не все, — ответил Роджер. — Ты остаешься в доме. Дилан? — Я иду с тобой, — сразу же кивнул тот. — Хорошо. Расскажи остальным, кто еще готов будет пойти, — Роджер еще раз взглянул в окно. — Далеко. А быстро бежать по снегу не получится. — К тому же, — тихо заговорила Гермиона, — они могут понять, зачем мы туда направляемся. Роджер молча покивал. — Но Гарри хотел, чтобы мы это сделали, — сказал он. — И мы это сделаем. — Слишком тихо, — заметил Роджер, пробираясь между деревьев. — Здесь всегда тихо, — немного удивленно отозвался Дилан. — Я о том, что нам никто не помешал сюда добраться, — раздраженно бросил Роджер. — Не радуйся раньше времени, — мрачно буркнул Мэтт. — Я выгляжу радостным? — фыркнул Роджер. — Прекратите, — шикнула Гермиона. — Вы ничего не слышите? — Вода? — неверяще прошептал Роджер, прислушавшись. — Неужели сон действительно был вещим? Гермиона бросилась вперед, с неким остервенением расталкивая тяжелые ветки. Постепенно лес начал редеть, и, выглянув из-за одного толстого ствола, она увидела подмерзший небольшой ручей. — Оно? — спросил Роджер. — Похоже, — неуверенно протянула Гермиона. — Но что делать дальше? — Подойти ближе? — Не знаю. Во сне, как только я вышла из леса, все резко поменялось, — она растерянно посмотрела на Роджера. — Может, если пойду я, то ничего и не изменится, — предположил он, делая шаг на небольшую заснеженную поляну и тут же зажмуриваясь от яркой вспышки. — Роджер! — закричала Гермиона. Когда зрение вернулось, она увидела тех самых монстров из сна. Они не спеша приближались к ним, медленно наклоняя головы из стороны в сторону. Лес зашумел, ветер поднимал в воздух снег, закручивая его в воронки. Едва различимые в снежной буре чудовища казались приближением самой смерти. И они что-то шептали. Множество тихих разных голосов разносились по поляне и, словно отражаясь от деревьев, возвращались обратно в ее центр, туда, где стояли четверо человек, прижавшись друг к другу. Чем ближе подходили чудовища, тем громче становился шепот, проникая в сознание, путал мысли и вселяя сильнейший ужас. Первым не выдержал Дилан. Он рухнул на колени, схватившись руками за голову и застонав. Затем упал без сознания Мэтт. — Что они говорят? — крикнул Роджер, пытаясь перекричать шум деревьев и жуткий шепот. — Я не понимаю, — крикнула в ответ Гермиона, вцепившись в руку Роджера. Чудовища подошли уже почти вплотную. Гермиона опять увидела их огромные пустые глазницы и почувствовала, что Роджер пошатнулся. — Держись, — она подергала его руку. — Пожалуйста, держись. Неожиданно все стихло, окунув их в практически болезненную тишину. Гермиона задержала дыхание, глядя на уродливое существо, стоящее в двух метрах от нее и внезапно начавшее отходить. Она коротко взглянула на Роджера — он так же напряженно следил за монстрами. Они медленно отходили от них и вдруг начали растворяться в воздухе, становясь все более прозрачными, пока совсем не исчезли. — И что это значит? — с трудом выговорил Роджер. — Не знаю, — ответила Гермиона и обернулась к постепенно приходящим в себя аврорам. — Вы как? — Что произошло? — простонал Мэтт, потирая виски и морщась от боли. — Произошло то, что нас, видимо, пустили в святая святых, — сказал Роджер. — О чем ты? — насторожилась Гермиона и, проследив за взглядом Роджера, увидела на другой стороне замерзшего ручья странное сооружение. Несмотря на разыгравшуюся зиму, мрачное темное строение, напоминающее нечто древнегреческое, было окружено зелеными деревьями. Небольшое, с четырьмя колоннами перед входом, оно было сплошь покрыто мхом и плесенью и буквально кричало об опасности. — Что это? — прошептала Гермиона. — Даже думать об этом страшно, — пробормотал Роджер. — Но раз уж нас к нему подпустили, придется идти. Они осторожно перешли через ручей, и чем ближе приближались к жуткому дому, тем сильнее становилось желание развернуться и убежать. От дома просто веяло смертью. Тропинка, ведущая к черной двери, была сплошь усыпана сухими листьями, хотя на деревьях не было ни единого желтого листика. — Зачем мы сюда идем? Зачем? — отчаянно шептал Дилан. Гермиона вздрагивала от каждого шага, ей казалось, что сухие листья шуршат невыносимо громко и что вот-вот на них всех обрушатся разъяренные монстры. Но вслед за Роджером она все ближе и ближе подходила к страшной черной двери, и никакие потусторонние силы на них не нападали. — Знаешь, — заговорила она, когда Роджер осторожно коснулся пальцами массивной дверной ручки, покрытой скользким коричневым мхом, — сейчас эта идея не кажется мне такой уж правильной. — Поздно, — ответил он, сжимая пальцы на ручке и брезгливо морщась. На удивление, дверь легко поддалась и стала плавно открываться, издавая при этом душераздирающий скрип. В глубине склепа, как мысленно назвала это сооружение Гермиона, было абсолютно темно, как и ожидалось, но спустя мгновение вдалеке появился оранжевый огонек. Потом еще один, и еще, и каждый загорался все ближе ко входу. — О Мерлин, — прошептала Гермиона, когда огни стали быстро приближаться. Последний вспыхнул буквально в метре от стоящего впереди Гермионы Роджера, затем послышалось тихое шипение, огни вспыхнули ярче, и Гермиона с облегчением поняла, что это всего лишь настенные факелы, освещающие длинный узкий проход. — Смотри, как встречают, — пробормотал Мэтт, выглядывая из-за спины Роджера. — Ну пошли, — сказал Роджер, беря Гермиону за руку. — Ни шага в сторону, поняла? — Да, — тихо ответила она, ступая в мрачный коридор. Шаги гулко отдавались от каменных стен, а по стенам прыгали жуткие тени, отбрасываемые в свете факелов. Скоро проход стал расширяться, и авроры вместе с Гермионой оказались в небольшом овальном помещении. На стенах висели все те же факелы, создавая своим оранжевым светом жуткую атмосферу, а тихий шорох огня казался чьим-то шепотом, от которого в жилах застывала кровь. А посреди этого некоего зала стоял высокий каменный стол, освещаемый замысловатым подсвечником. — Роджер, — Гермиона сжала его руку. — Ты видишь? На столе. — Книга? — нахмурился он и подошел ближе. — Неужели нам так просто ее отдадут? На гладкой каменной поверхности стола лежала большая толстая книга. На первый взгляд ее обложка показалась тоже сделанной из камня, но, наклонившись ближе, Роджер понял, что это темное дерево. Углы обложки обрамляло железо, такой же была и витиеватая застежка, а на дереве было выжжено множество непонятных узоров. — Тебе это о чем-нибудь говорит? — спросил Роджер, глядя на Гермиону. — Нет, — она покачала головой. — Первый раз вижу что-то подобное, это не руны. Давай попробуем ее открыть. Она потянулась к застежке, но Роджер перехватил ее руку, схватив за запястье. — Я открою, а ты отойди лучше подальше. Гермиона нехотя шагнула назад, а Роджер, глубоко вздохнув, коснулся металлической застежки, ожидая как минимум сгореть заживо. Пальцы коснулись шероховатой поверхности, но вокруг было по-прежнему тихо. И тогда Роджер схватил книгу с обеих сторон и резко поднял со стола. По залу тут же пронесся сильный ветер, задувая факелы, и через мгновение все окунулось в полнейшую темноту. — Родж? — тихо позвал его Дилан. — Я тут, — ответил Роджер, не осмеливаясь сдвинуться с места, но неожиданно подсвечник, что стоял перед ним на столе, вновь вспыхнул, и Роджер резко дернулся назад. Вслед за подсвечником загорелись и остальные факелы. Все стало как раньше, не считая отсутствия книги на столе. — Хочешь взять ее с собой? — спросил Дилан, кивнув на книгу. — Почитать в креслице перед камином? — добавил Мэтт. — Именно, — подтвердил Роджер, перехватывая тяжелый фолиант поудобнее. — А ты хочешь почитать ее здесь? — Я сомневаюсь, что нам позволят ее вынести, — ответил Дилан. — Я больше сомневаюсь, что нам вообще удастся ее прочесть, — хмыкнул Роджер и направился к выходу.