Время и смерть. Противостояние

Дождавшись, чтобы Гермиона уснула, Гарри осторожно поднялся с дивана, подложив под ее спину несколько подушек и накрыв еще одним одеялом, которое дал Роджер, и тихо вышел вместе с ним из комнаты. Авроры на кухне о чем-то негромко разговаривали, и Гарри с Роджером незаметно добрались до другой комнаты. — А теперь рассказывай правду, — сказал Роджер, закрыв дверь. — Правду? — переспросил Гарри, садясь на кровать. — Да, без приукрашивания, — кивнул Роджер. — Говори все как есть. Мои нервы беречь не надо, после того, как я тебя убил, меня уже ничем не испугаешь. Гарри ощутимо передернуло. — Ты меня не убивал, — отозвался он. — Это ты так думаешь, — мрачно бросил Роджер. — А тогда для меня это было более чем реально. Поэтому говори прямо — у нас есть шанс вернуться домой? — Если Луг согласится нам помочь, то да, — ответил Гарри, наблюдая, как Роджер ходит из угла в угол. — Как его уговорить? — Понятия не имею. Подожди, расскажи, что с Сэм и Гермионой. — Ну что... — Роджер остановился посреди комнаты. — Саманта, конечно же, бросилась на тебя едва ли в первую минуту. Ну, не на тебя, на монстра того. А я еще смотрю, ты, как только очнулся, странный какой-то: по сторонам затравленно смотришь, отвечаешь односложно. Но, думаю, мало ли, после стресса переклинило немного. А потом Гермиона подходит ко мне и спрашивает, не заметил ли я в тебе чего странного, сказала, что уж больно ты на себя не похож, — Роджер сел на кровать рядом с Гарри. — Попросила отвлечь Сэм, чтобы была возможность поговорить с тобой наедине. Отвлечь ее я не успел — она уже затаскивала тебя в одну из комнат. — Ненормальная, — проворчал Гарри. — Вот я тогда то же самое сказал, — кивнул Роджер. — А потом Гермиона все же решилась поговорить с тобой, но ты на нее набросился. Гарри резко повернулся к нему. — Нет, она вырвалась, — Роджер махнул рукой. — Но тогда-то и началось самое страшное. Ты хотел во что бы то ни стало добраться до нее, убил Дина и Дейва, мне чуть шею не свернул, но я чудом умудрился всадить в тебя нож, — мрачно закончил он. Гарри морщился каждый раз, когда Роджер называл монстра его именем. — Что будет с Сэм? — тихо спросил Роджер. — Не знаю. Вот этого я не знаю. — Немного странно, что он не набросился на нас сразу. Мог ведь перебить нас всех и спокойно заняться Сэм и Гермионой. Гарри мотнул головой, прогоняя видение. — Образ человека для них непривычен, — заговорил он, рассматривая свои руки. — Возможно, он не мог с первых же минут полностью контролировать новое тело. Роджер вздохнул и, поставив локти на колени, сцепил пальцы в замок. — До меня только сейчас начинает доходить весь ужас той ситуации. Эта тварь изучала нас, играла с нами, говоря, что монстров нельзя убить. Она была так близко... — он замолчал и подозрительно посмотрел на Гарри. — Постой-ка, а как этот преобразившийся монстр смог разговаривать? Это же невозможно. Гарри буквально видел все нарастающее недоверие. — Почему невозможно? Анимаг ведь, превращаясь в животное, может использовать его голосовые связки. — Ты не сравнивай! — замотал головой Роджер. — Одно дело когда разумное существо превращается в кого-то, а другое... — Эти монстры не менее разумны, чем мы, — перебил его Гарри. — Нельзя их недооценивать. Мы не знаем, что в них вложил Луг. Если написано, что он сам перестал с ними справляться, то куда уж нам? — Ты... — Роджер скривился и мотнул головой. — Монстр тот сказал, что они подавляют нашу магию. Это так? — Это надо спрашивать у невыразимцев, — ответил Гарри. — Мне, конечно, хочется верить, что магию все-таки ничем нельзя подавить, иначе какой в ней тогда смысл? — Но наша магия же здесь не действует. — Действует, — кивнул Гарри. — Но не так, как обычно. И это вовсе не заслуга монстров. Мы в стране Мертвых, здесь все не так, как обычно. Роджер уткнулся подбородком в сцепленные пальцы. — Ничем не примечательные исчезновения людей привели нас к древней мифологии, к сказкам, — буркнул он. — Родж, после одиннадцати лет ты уже не должен чему-либо удивляться, — усмехнулся Гарри. Роджер приподнял брови и согласно хмыкнул. — А как они думают? — тихо спросил он и, встретившись с недоуменным взглядом Гарри, пояснил: — Твари эти. О чем они думают? — Они мыслят образами, — нахмурившись, заговорил Гарри. — Довольно примитивно, но они очень способны к обучению. Даже пытались постичь нашу магию, но сильно обожглись, применив ее. Роджер злорадно фыркнул. — А где они брали сведения о нашей магии? Гарри постучал указательным пальцем себе по виску. — Вот здесь. Их вторжение в сознание мало похоже на нашу легилименцию, скорее, на Круцио. Но зато в этот момент их собственное сознание полностью открыто, чем я и воспользовался. — Будучи под Круцио, — выдохнул Роджер. — Я всегда тебя побаивался, знаешь? Гарри криво улыбнулся. — Не под Круцио, а под чем-то похожим. Так я и увидел Луга, книгу, место, где она спрятана. И то, что монстры ищут анимагов. — Почему ты эту книгу показал Гермионе, а не мне? Твою неугомонную подругу не остановит и табун кентавров, — недовольно произнес Роджер. — Я не владею легилименцией и не умею перенимать чужую магию, но насколько мог, воспользовался той некой чудовищной частью, какой со мной поделился один из них при ранении. Проникнуть в человеческое сознание я могу, только когда человек спит, когда он не контролирует себя и более беззащитен. И как я мог, будучи собакой, объяснить тебе, что ты должен заснуть, чтобы я сумел что-то тебе показать? Да даже если бы я и объяснил это, ты бы поверил? — Сомневаюсь, — вздохнул Роджер. — Ну вот, — Гарри пожал плечами. — Но где ты был в то время, пока нас обрабатывал монстр? — Не помню, — Гарри потер лоб костяшками пальцев. — Помню, как на нас напали, помню, что видел в их мыслях себя. — Поэтому решил увести их от дома? Гарри кивнул. — Последнее, что я помню, — как заскочил за какую-то небольшую постройку и буквально врезался в одного из них. — Получается, они тебя вырубили, чтобы запустить к нам своего, — хмыкнул Роджер. — Выходит, так. Когда я очнулся, думал, сдохну от головной боли, но спустя какое-то время отпустило, и я отправился на ваши поиски. — Так значит, Гермиона действительно видела тебя, когда мы вернулись из той адской прогулки за книгой. Представляю твое состояние, когда ты услышал, что я тебя убил. — Уверен, что представляешь? — ухмыльнулся Гарри. Роджер качнул головой. — И ты отправился к тому дому, чтобы лично убедиться... — В своей смерти, да, — закончил Гарри вместо запнувшегося Роджера. — Убедился? — Убедился, — протянул Гарри, медленно кивнув. — Убедился, что уволить вас всех надо к чертовой матери. Роджер выпрямился, удивленно глядя на него. — Ну ладно Гермиона, — продолжил Гарри. — От пережитого была не в себе, хотя после того, через что мы с ней прошли, она первая должна была подумать о проверке личности. Но вы, авроры! Какие вы нахрен элитные бойцы? Роджер напряженно сглотнул. — Очень не хватает Грюма с его лекцией на тему «Неусыпной бдительности», — Гарри скинул куртку и протянул руку Роджеру, демонстрируя длинный кривой едва заживший шрам, тянувшийся от локтя до запястья. Роджер что-то промычал и глубоко вздохнул. — Нам на курсах в самом начале рассказывали, что в первую очередь при каких-либо подозрениях и сомнениях надо всеми возможными способами установить точную личность мага, — Гарри надел куртку. — Если бы хоть один из вас это вспомнил, Дин и Дейв были бы живы. Ты же проверил меня, когда я превратился в собаку. Почему не сделал это еще раз? — У него не было этого шрама? — спросил Роджер. — Конечно, не было. Они не могут скопировать абсолютно все, только образ в целом. Кстати, Сэм тоже могла бы быть повнимательнее. Наверняка заметила бы много отличий. — После того, как он напал на Гермиону, я спрашивал у Сэм, как он себя с ней вел и менялись ли у него глаза. Она ответила, что не видела. Гарри стукнул кулаком по колену. — Они не могут быть настолько предусмотрительны, — прошипел он. — Это будет слишком сложно. — Это в любом случае будет слишком сложно, — ответил Роджер. — Очки твои ему, я так понимаю, тоже не нужны были. — Нет, конечно. — Гермиона сказала ему, что они остались в другом доме, из которого ты нас увел. Он как-то странно посмотрел на нее. — Еще бы, — фыркнул Гарри. — Он понятия не имеет, что такое очки и зачем они нужны. — А ты как без них? Справишься? — А у меня есть выбор? — вздохнул Гарри. — Ты так говоришь... Создается впечатление, что эти монстры испытывают те же эмоции, что и мы, — Роджер дернул плечом. — Недоумение, злость, радость... — Это действительно так. Они способны удивляться, радоваться и даже грустить. — И злиться, — добавил Роджер. — Да, это у них... — Гарри замолчал и вскинул голову, глядя на дверь. — Что там случилось? Он подскочил с кровати и рывком открыл дверь, столкнувшись нос к носу с Брайаном. — Вы что прячетесь? — завопил он. — Напугали только. Из гостиной послышался приглушенный женский вскрик. — Сэм? — Роджер посмотрел на Гарри. — Да, Саманте плохо, — кивнул Брайан, отскакивая в сторону от рванувшего в гостиную Гарри. Мэтт и Дилан с силой прижимали вырывающуюся Саманту к дивану. Она выгибалась всем телом, молотила ногами по диванным подушкам и пыталась укусить авроров за руки. — Что вы делаете? — воскликнул Гарри, бросая быстрый взгляд на сжавшуюся на другом диване Гермиону. — Она пыталась убить себя, — сдавленно ответил Мэтт, перехватывая ее руку. — Себя? — переспросил вышедший из-за спины Гарри Роджер. — Да, себя. Схватила себя за горло и пыталась задушить. Гарри подошел ближе и заглянул Саманте в глаза. Они были полны безумия, и казалось, что она не видит ничего перед собой. — Сэм? — позвал Гарри, касаясь ее подбородка. — Сэм, ты слышишь меня? — Бесполезно, — сказал Дилан. — Она не реагирует на нас. Но внезапно она замерла и вполне осознанно посмотрела на Гарри. — Отпустите ее, — шепнул он. — Гарри... — начал Мэтт, но он перебил его. — Отпустите, — твердо сказал Гарри, и авроры отошли от дивана на шаг, а он продолжил стоять, склонившись над Самантой и опираясь одной рукой о спинку дивана. — Сэм? Она моргнула и, подняв руку, провела ладонью по его щеке и шее, коснулась кончиками пальцев его губ, вновь скользнула ладонью по щеке, обвела шрам на лбу и слегка улыбнулась. Гарри чувствовал исходящую от ее руки прохладу и напряженно следил за блуждающим по его лицу взглядом Саманты. — Что происходит, Гарри? — тихо спросил Дилан. — Оно уже управляет ей, — ответил он. — Знает, как выглядел после превращения монстр, но похоже, что не умеет еще считывать мысленные образы и думает, что я — и есть тот... — он запнулся и вздохнул. — Надо как-то попытаться достать его из Сэм. — Достать? Из себя-то чего достать не попытался? — хмыкнул Брайан. — Да потому что Гарри, в отличие от некоторых, не трахался с монстром, — огрызнулся Роджер. — О чем ты? — нахмурился Мэтт. — Она всегда была у нас на глазах и никуда не выходила. — Выходила, — мрачно произнес Роджер. — Только выходила с Гарри. А если быть точнее, то с тем монстром, прикинувшимся Гарри. — Ага, он накинулся на нее как на Гермиону, и Сэм об этом умолчала? — усмехнулся Дилан. — Никто ни на кого не накидывался, — раздраженно бросил Гарри. — Мы с Сэм уже не первый год являемся любовниками. Наступившую тишину нарушил глухой голос Брайана. — Так эта тварь считает тебя своим папочкой? — Саманта приподнялась на локтях, пытаясь оказаться как можно ближе к Гарри, и Брайан скривился. — Слушайте, я не хочу становиться свидетелем брачных игр всяких монстров. — Заткнись, — шикнул Роджер. — Никто не хочет. Гарри, что нам делать? — Имеешь в виду, чем это все нам грозит? — отозвался он, медленно отклоняясь назад, вынуждая Саманту сесть. — Понятия не имею. Гермиона, ты тогда в аптеке случайно снотворное не захватила? Гермиона вздрогнула, услышав свое имя, и перевела напуганный взгляд с Саманты на Гарри. — Нет. — Зачем тебе снотворное? — удивился Роджер. — Думаю, что если отключить Сэм, то и та тварь действовать не сможет. — Но ты же говорил, что они больше действуют на тело, чем на сознание. — Взрослые — да, но этот зародыш еще слишком слаб, — Гарри отходил ближе к дверному проему, уводя за собой Саманту. — Раз другого выхода нет, — тихо произнес он и, когда Саманта подошла почти в упор, схватил ее и с силой приложил об угол двери. — Ну и методы! — воскликнул Роджер, наблюдая, как Гарри подхватывает оседающую Сэм. Подняв ее на руки, Гарри подошел к дивану и опустил на него Сэм. — А что делать, когда она очнется? — спросил Дилан. — Или предлагаешь каждый раз бить ее головой о стену? — Нет конечно! — рявкнул Гарри. Его фразу о том, что ее надо связать, заглушили громкий хлопок и вопль Гермионы: — Книга! Гарри резко выпрямился и обернулся — на месте книги лишь темнело большое прямоугольное пятно. — Свяжите Саманту и поищите в доме снотворное, — скомандовал Гарри. — Роджер, Дилан, за мной! — Гарри! — Гермиона едва не упала, подскочив с дивана и запутавшись в одеялах. — Я пойду с тобой! — Гермиона, сейчас не время для споров, — он выставил руку в сторону, закрывая ей проход. — Вот и не спорь, — ответила она и быстро поднырнула под его руку, но Гарри успел поймать ее и обхватил за талию. — Гермиона, останься в доме, — тихо сказал он. — Нет, мне страшно без тебя, — она посмотрела на него снизу вверх. — Какой бы монстр тобой ни управлял, я знаю, что ты не причинишь мне вреда. Я пойду с тобой. — Гарри, — нетерпеливо позвал Роджер, стоя возле входной двери. — Ладно, пойдем, — он взял Гермиону за руку, и они выбежали из дома вслед за Роджером и Диланом. На этот раз возле ручья их не встретили никакие страшные существа, и они быстро и беспрепятственно добрались до хранилища. — Может, тебе все-таки не стоит заходить внутрь? — спросил Роджер, как и в прошлый раз первый подходя к двери. — Ты знаешь другой способ, как разбудить Луга? — ответил Гарри. — Нет, но давай сначала зайду я, ладно? Роджер медленно открыл дверь. Вдалеке опять показался огонек и стал быстро приближаться. — Ничего не изменилось, — пробормотал Дилан. — Это плохо, — сказал Гарри, делая шаг ближе. Факелы резко погасли, и из темноты вырвался сильный порыв ледяного ветра. — Гарри, назад! — Роджер старался перекричать свист ветра. Ветер стих, откуда-то из глубины хранилища донеслось низкое глухое рычание, и вновь наступила тишина. — Я так понимаю, в прошлый раз такого не было? — поинтересовался Гарри, глядя на взъерошенных Роджера и Дилана. Гермиона пряталась за спиной Ханта. — Не было, — буркнул Роджер. — Отлично, — кивнул Гарри. — Заходи. Проход снова освещался тихо потрескивающими факелами. Подождав, когда авроры и Гермиона отойдут подальше, Гарри осторожно приблизился ко входу. — Гарри, — окликнул его Роджер. — Только без глупостей. Если что-то чувствуешь, лучше не входи. — Ничего не чувствую, в том-то и дело, — ответил Гарри, делая шаг за покрытый зеленым мхом порог, и тут же ощутил какой-то чужой страх. Нечто внутри него отчаянно хотело поскорее уйти из этого места и наполняло его сильнейшим страхом, внушая мнимую опасность. — Гарри? — Гермиона вернулась к нему, заметив, что он замер на одном месте. — Что случилось? — Оно боится, — тихо ответил он, обводя взглядом стены каменного прохода. — Что? — Оно чертовски сильно боится этого места, — повторил Гарри. — Чего вы там встали? — громким шепотом спросил Роджер. — Да, пойдем, — Гарри подтолкнул Гермиону вперед. — Держись поближе к ним. — Книги здесь нет, — заметил Роджер, когда они вышли в уже знакомое круглое помещение. — Гарри, куда ты? Гарри прислушивался к своим ощущениям, пытаясь понять, чего больше всего боится сидящая внутри него тварь. Он шагнул ближе к центру, к каменному сооружению, на котором раньше, видимо, и лежала книга, и почувствовал, что существо внутри буквально взбесилось от ужаса. Значит, он на верном пути. Книга перед ним появилась неожиданно. С уже знакомым хлопком, оглушительно отразившимся от каменных стен. В ушах зазвенело. Но не от прокатывающихся по стенам звуков хлопка, а от визгов беснующейся твари. Зажившая рана на боку резко взорвалась болью, и Гарри вздрогнул, так и не донеся руку до книги. В висках и ране с одинаковой силой пульсировала тупая боль, вынуждая сдаться, отступить, убежать из этого жуткого места и бежать до тех пор, пока не закончатся последние силы. В ушах стоял невыносимый звон, а перед глазами то наступала темнота, то являлись какие-то страшные кровавые картины. Гарри тяжело и рвано дышал, пытаясь справиться с нахлынувшими ощущениями. Из оцепенения его вывело прикосновение Гермионы. Она осторожно взяла его за руку, взволнованно глядя в глаза. Не говоря ни слова, она протянула его руку к книге. Позвоночник пронзило болью, и Гарри дернулся. Он не слышал, как Гермиона позвала Роджера, но почувствовал, как чьи-то руки сжали его плечи. Накрыло новой волной страха. Гермиона сжала его руку, перед глазами все вспыхнуло красным, и Гарри попытался вырваться, но Роджер удержал его, а через мгновение Гермиона прижала его ладонь к деревянной обложке. В следующую секунду Гарри показалось, что что-то взорвалось — настолько оглушительным был грохот. Некая сила отшвырнула его, Роджера и Гермиону в сторону, прямо на Дилана, и все они рухнули бесформенной кучей возле единственного выхода из этого страшного помещения. Гермиона, выкарабкавшись из-под Роджера, тут же бросилась к Гарри. Оглушенный, он молча смотрел на нее и на то, как она открывала рот, что-то ему крича, и мысленно ощупывал себя. Голова и бок уже не болели, в ушах по-прежнему стоял звон, но теперь это было последствием непонятного взрыва, а не воплями напуганного монстра. — Гарри? — донеслось до него словно сквозь вату. — Гарри! Он моргнул пару раз и, поморщившись, сел. — Ты как, цел? — спросил Роджер, потирая ушибленную ногу. — Кажется, да, — ответил он. — Что это было? — Хотел бы я знать, — хмыкнул Роджер, оглядываясь на разрушенный постамент. — Радует, что потолок не рухнул от этого взрыва. Он поднял голову вверх, и в это время до всех донеслось далекое цоканье копыт. — Что это? — прошептала Гермиона. — Сейчас узнаем, — мрачно ответил Роджер, глядя на заваленный обломками камней проход, ведущий к выходу из хранилища. — Других вариантов, кроме как стоять здесь и ждать, у нас все равно нет. Звук становился все громче и громче. Гермиона прижалась к Гарри, с силой вцепившись в его куртку. Земля под ногами задрожала. В центре разрушенного каменного постамента засветился маленький белоснежный огонек. Он медленно увеличивался в размерах, ослепляя и вынуждая жмуриться. Звук копыт отдавался эхом от каждого сантиметра стен. Яркий шарик вспыхнул, и цокот сменился громким лошадиным ржанием. Гермиона пошатнулась и сильнее вцепилась в Гарри. Открыв наконец глаза, Гарри видел лишь некое белое большое пятно, которое медленно принимало форму лошади. — Охренеть, — прошептал рядом Роджер. Гарри прищурился. Свечение почти полностью пропало, и он рассмотрел огромного белоснежного коня с пугающими красными пятнами вокруг глаз. Сбруя его отливала золотом и казалась такой тяжелой, что конь будто едва держал голову. Седло было украшено множеством золотых пластин, издающих мелодичный перезвон при движении, и все тело коня огибал широкий ремень. А рядом стоял высокий парень. Одет он был в странного вида кольчугу, каждая чешуйка которой была овальной и золотой, оба запястья защищали кожаные широкие браслеты, также украшенные золотом. На поясе висел нож, на бедре — длинный меч, а в левой руке поблескивал в свете свечей золотой щит. Длинные платиновые волосы незнакомца отливали серебром, а холодные ярко-голубые глаза внимательно рассматривали незваных гостей. Взгляд Луга остановился на Гарри. Он резко двинулся в его стороны, выхватывая на ходу меч. Ощущение сильнейшего ужаса вспыхнуло в голове Гарри с удвоенной силой. Он оттолкнул от себя Гермиону ближе к Роджеру. В горле пересохло, и он не мог издать и звука, лишь наблюдая, как Луг стремительно к нему приближается. Он был значительно выше и крупнее каждого из них, и если бы они так и продолжили стоять, то, возможно, Луг просто убил бы их. Но Гарри как будто что-то мешало заговорить, как будто кто-то сжал горло ледяной рукой. Меч блеснул и замер у шеи Гарри, касаясь кожи кончиком. Гарри поднял глаза и встретился взглядом с пронзительными голубыми глазами. От меча исходил странный жар, и в ушах вновь зазвучал визг монстра. — П-под-дождите, — пролепетала Гермиона, несмело шагая ближе к Гарри. — Вы Луг, да? Нам очень нужна ваша помощь. — Я не исполняю просьбы смертных, — голос Луга разлетелся по каменной зале громовым раскатом, отчего содрогнулись стены. Гарри вздрогнул и почувствовал, как острие меча проткнуло кожу. — Пожалуйста, — в голосе Гермионы послышались слезы. — Вы ведь создали фоморов, а потом запечатали их здесь? Но они выбрались на свободу и уже убили много неповинных людей. — Неповинных людей нет, — хмыкнул Луг, тем не менее убирая меч от Гарри. Его голос стал заметно тише и более похожим на человеческий. — Выбрались, значит, — он снова посмотрел на Гарри. — Один из них управляет тобой. Я вижу твой страх. Борешься с ним? У тебя неплохо получается, но вскоре он все равно полностью завладеет твоим разумом. — Вы можете освободить его от этого? — спросила Гермиона. — Нет, — бросил Луг и вернулся к коню. — Постойте! — в отчаянии закричала Гермиона. — Вы же сын Солнца, вы всегда с любовью помогали людям развивать в себе внутреннего волшебника. — Книги иногда врут, — ответил Луг, поправляя золотой повод на шее коня. — Даже такие, как эта, — он глянул на лежащую среди обломков камней большую книгу. — Зачем вы создали таких монстров? — Ты читала об этом. — Их можно уничтожить? — Нет. Я создал их слишком разумными, слишком неуязвимыми. Настолько, что они второй раз обошли меня. — Помогите нам, — прошептала Гермиона. — Просите в ответ все, что угодно, только избавьте мир людей от монстров. — Все, что угодно, — повторил Луг, подходя ближе к Гермионе. Он наклонился, коснулся пальцами ее подбородка и поднял голову выше, заставляя посмотреть ему в глаза. Его пальцы обжигали, но Гермиона терпела, упрямо глядя на него. Тон Луга отрезвил Гарри, и он, мотнув головой, положил руку на плечо Гермионы. — Все, что угодно, но не связанное с ней, — сказал Гарри. Луг выпрямился и слегка улыбнулся. Гарри показалось, что вокруг стало светлей. — Я не дьявол, я не забираю души, — ответил Луг. — И естественно, я вновь загоню в заточение всех фоморов до последнего, но... — он замолчал и посмотрел на Гарри. — Ты отправишься туда вместе с ними. — Что? — воскликнула Гермиона, хватая Гарри за руку. — Я не могу освободить его от темной части его души и не могу отпустить фомора в мир людей, — ответил Луг, и в его руке опять блеснул меч. — Если вы не согласны, я убью его прямо сейчас. — Нет, — всхлипнула Гермиона. — Гарри... — Хорошо, — кивнул Гарри. — Я отправлюсь вместе с ними, но только когда буду убежден в том, что все люди возвращены в свой мир. — Не надо ставить мне условия, — нарочито мягко произнес Луг, беря коня под уздцы. — Вы еще не знаете, какая это будет битва.