Immortality and stuff

На следующее после ритуала утро Энтони решил порадовать Иэна, приготовив ему завтрак в постель. Они спали в одной постели, и когда Энтони проснулся, он заметил, что с Иэном было что-то не так. Его лицо было покрыто испариной, он дышал тяжело и часто, словно ему снился кошмар. Энтони подумал, что оладьи смогут привести его в чувство после того, как он проснется. Тем более, он хотел сделать что-нибудь приятное для Иэна, чтобы компенсировать его жертву. Когда все было готово, Энтони поместил завтрак на поднос и принес его в комнату. Когда он вошел туда, он обнаружил, что Иэн уже проснулся. — Доброе утро, — улыбнулся Энтони. — Я тебе завтрак сделал. — Я не хочу есть, спасибо. Энтони удивился. Иэн еще никогда не отказывался от еды, особенно, если она была приготовлена специально для него. — Что-то не так? — обеспокоенно спросил он и поставил поднос на столик рядом с кроватью. — Нет... Да. Мне не очень хорошо. Если честно, мне кажется, что я умираю, — слабо прошептал Иэн. — Что? — Энтони ужаснулся. — Нет, это не может быть правдой. После того, что мы вчера делали... — Кстати, касательно этого что-нибудь есть в твоей книге? — спросил Иэн. — Может, это нормально... Хотя, это нифига не должно быть нормально... — Я найду ту копию... Если я ее не выбросил... — Энтони начал искать листок в ящике. — Если ты ее выбросил, то пойдешь назад и опять ее сделаешь, понял? — простонал Иэн. — Так, я нашел! — Энтони воскликнул и начал читать. — Чтобы стать... Вам нужно... бла-бла-бла... О, я кое-что нашел. «Если во время сексуального акта не было поцелуев, бессмертный должен ежедневно целовать этого человека, в противном случае, он умрет в течение 24 часов.» Черт... — Чего?! — Иэн собрался с силами, нашел под кроватью ботинок и запустил его в Энтони. Ботинок попал ему в плечо. — Ты почему это тогда еще не прочитал?! — Справедливости ради, замечу, что я тебя спрашивал насчет поцелуев, и это был ты, кто отказался! — вспылил Энтони. — Да к черту. Теперь уже все равно. Иди и поцелуй меня! — приказал Иэн. Энтони вздохнул и, подойдя к Иэну, легко чмокнул его губы. — Что-то я не чувствую изменений, — пожаловался Иэн. — Там точно больше ничего не написано? Энтони снова погрузился в чтение листа. — Черт, — воскликнул он. — Тут сказано: «Поцелуй должен быть глубоким и полным любви.» — Да ну нафиг, — прорычал Иэн и, отвернувшись от Энтони, накрылся одеялом с головой. — Оставь меня и дай мне спокойно умереть. — Ни в жизнь! — Энтони рявкнул, резко развернул Иэна к себе и поцеловал его. Иэн попытался его оттолкнуть, но он был слишком слаб для этого, и по быстро сдался. Энтони продолжал целовать Иэна, чтобы убедиться, что в этот раз он точно все делал правильно, и с Иэном все будет в порядке. Когда он закончил, он вытер свои губы рукой и посмотрел на Иэна. Реакция не заставила себя долго ждать — через секунду Иэн ударил Энтони в челюсть. — Вот теперь я чувствую себя гораздо лучше, спасибо! — Иэн широко улыбнулся и взял поднос. — Так, что ты мне принес? — Не за что, но драться зачем? — проныл Энтони, держась за пострадавшую челюсть. — А это тебе урок. Впредь всегда читай условия сделки до конца, — Иэн пожал плечами и отправил кусок оладьи в рот. Иэн зашел в кухню, где Энтони делал себе чашку кофе, резко повернуул его к себе и поцеловал его. Энтони даже не сопротивлялся. С той ночи, когда Иэн стал условно бессмертным, прошло 3 месяца, и эти поцелуи со временем стали такой же рутиной, как чистка зубов или мытье рук. Поцелуи были долгими, но они не значили ничего для них обоих, кроме поддержки жизни Иэна. Они даже не говорили на эту тему, чтобы не смущать друг друга. — Как ты думаешь, — начал Иэн, пытаясь достать коробку с хлопьями. — Когда закончится бесконечность? — Слушай, если тебе надоели поцелуи, просто скажи, и я прекращу, — проворчал Энтони. — Я всегда знал, что ты не хочешь, чтобы я был жив! — торжествующе воскликнул Иэн. Энтони раздраженно посмотрел на него. — Не я это начал. — Между прочим, это был абсолютно философский вопрос, не имеющий абсолютно никакого отношения к моей жизни и смерти. — Ну, конечно. Иэн сел за стол и начал есть свои хлопья, Энтони сел напротив с чашкой кофе в руках. Они молчали, но тишина не была неловкой. Они оба были в своих мыслях, пытаясь полностью проснуться. — Извини, — неожиданно выпалил Иэн. — За что? — За то, что тебе приходится каждый день целовать меня. Энтони посмотрел прямо в глаза Иэна. — Прекрати. Мы оба виноваты. Скажи спасибо, что мне нужно просто целовать тебя, а не трахать или чего еще хуже. — Да, но... Теперь ты меня не можешь оставить больше, чем на сутки. А если ты себе девушку найдешь? Она будет тебя ревновать ко мне, и мне придется жить с вами поблизости... — Иэн, пожалуйста, успокойся, — попросил Энтони. — Я не думаю, что я найду себе девушку. Она будет смертной, я нет. — Но ты можешь сделать ее такой же... — Нет. Это слишком рискованно. Прекрати, а? Все в порядке. Не придумывай себе ничего. — Иэн... Иэн, проснись... — Ч-что? Сейчас 6 утра, что случилось? — пробормотал полусонный Иэн. Энтони ответил поцелуем. Но этот поцелуй не был таким, к которым привык Иэн. Он был мягким и нежным. Он даже поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы он заканчивался. Его рука скользнула по его шее, прижимая его ближе к себе, но Энтони отстранился от него. — Извини, что так рано, но мне нужно уехать, — прошептал он. — Я вернусь только завтра утром. Спи дальше. — Ты куда? — хрипло прошептал Иэн в ответ. — Это... Это по семейным делам. Я не могу сказать. Извини, мне пора. — Удачи. — Спасибо. Иэн закрыл глаза, снова пытаясь уснуть, но он не мог. Он до сих пор чувствовал вкус губ Энтони, и, он должен был признать, что он ему нравился. Это была смесь мятной зубной пасты, кофе и чего-то еще. Иэн не мог сказать, что это было, но ему казалось, что это и был вкус Энтони. Он не мог не думать о том, почему этот поцелуй отличался от тех, что были раньше. Это было из-за того, что Энтони чувствовал вину перед Иэном за то, что ему пришлось его разбудить, и он решил ее компенсировать? Или из-за того, что его так расстроили его «семейные дела», что это отразилось на поцелуе? Или на это все-таки была другая причина? И — самый важный вопрос — почему Иэн почувствовал странное тепло в груди, когда Энтони целовал его? После того утра Иэн заметил, как что-то изменилось. Поцелуи стали такими же нежными, как тот, который был перед тем, как Энтони пришлось уехать. Они стали избегать смотреть друг другу в глаза, но физического контакта между ними стало больше, чем раньше. Даже внешность Энтони каким-то образом изменилась. Казалось, что все осталось абсолютно таким же, но, в то же время, и нет. Иэн думал, что Энтони стал красивее, чем раньше. Он начал ловить себя на том, что пытается незаметно следить за Энтони и замечать вещи, которых он раньше не замечал. Как он смотрел свой любимый сериал, как он смотрел в одну точку в стене, когда задумывался, как он вел себя, когда проигрывал бой в Mortal Combat... Список был практически бесконечным. Иэну нравились эти детали, настолько, что это начало его пугать. Осознание пришло к нему спустя месяцы, когда он проснулся среди ночи с одной мыслью в голове: «Кажется, я влюбился в Энтони.» Эту ночь Иэн объявил для себя началом своего личного ада. Он пытался задушить в себе чувства, которые начинали возникать в его сердце, но каждый поцелуй возвращал их к жизни. Он начал избегать Энтони настолько, насколько мог, он блокировал каждую мысль о нем, но все было бесполезно. Он даже начал думать о том, что ему было бы лучше уйти куда-нибудь далеко. Энтони тогда не смог бы его поцеловать вовремя, и его чувства умерли бы вместе с ним. К сожалению, он хотел жить больше, чем избавиться от чувств. Энтони же начало раздражать то, что Иэн начал запираться в своей комнате на весь день. Наконец, его терпению пришел конец. После привычного утреннего поцелуя, когда Иэн собрался уходить, Энтони остановил его. — Отпусти! — Иэн попытался освободиться, но Энтони крепко держал его. — Пока ты не объяснишь, почему ты от меня прячешься, не отпущу. Иэн попытался что-нибудь придумать, но он слишком сильно нервничал для этого. Энтони оставалось совсем немного, чтобы узнать его секрет, и это пугало его. — И все-таки? — Я... Я не могу сказать, — выдохнул Иэн. — Почему? Чувак, ты не можешь скрывать от меня это все время, тем более, раз мы будем жить вместе вечно. Сердце Иэна болезненно сжалось. — Тебе это не понравится... — Ты не можешь утверждать наверняка, понравится мне это или нет, если ты мне это не скажешь. — Я люблю тебя... Энтоне в шоке ослабил хватку. Иэн воспользовался этим и вырвался из его рук, чтобы сбежать и закрыться в своей комнате. Энтони попытался его остановить, но Иэн захлопнул дверь прямо перед его носом. Тогда он начал стучать в дверь, чтобы тот ее открыл. — Пусти меня! — Пошел вон. — Не дождешься. Сейчас же пусти меня! — Зачем? — Я тебе должен кое-что сказать. — Так скажи сейчас. — Нет. Мне нужно видеть твои глаза. За дверью воцарилась тишина, и, спустя несколько секунд, дверь открылась. Энтони схватил Иэна и поцеловал его. Они целовались так, словно это был их самый последний поцелуй. Он был долгий, страстный и нежный одновременно, и никто из них не хотел, чтобы этот момент кончался. Когда они все же отстранились друг от друга, Энтони спросил: — Почему ты мне не сказал об этом раньше? — Я не думал, что ты тоже любишь меня, так что... — Иэн пожал плечами и покраснел. — Ага... Так значит, ты слепой идиот! — Энтони счастливо воскликнул и широко улыбнулся. — Чт... Заткнись! — возмущенно крикнул Иэн. — А ты заставь. Их губы слились в очередном поцелуе. Иэн чувствовал себя необыкновенно счастливым впервые за всю жизнь. Это утро Иэн объявил для себя началом его... их личного вечного рая.