Forever in a cage

***

      Чон дал мне ключи от своей машины и пожелал нам удачи, перед тем, как джинн сел, он обнял его и прошептал: "Я сделаю всё, чтобы вытащить тебя оттуда". В любой другой момент меня могла душить ревность, но сейчас этому чувству не было места. Был страх, было желание всё бросить, желание всех спасти, руки дрожали, глаза слезились, но я пытался держаться.       — Тэгун, пообещай мне, что найдешь себе кого-нибудь, даже если я вернусь?       — Я обещаю. А теперь езжайте, — конечно, он врал джинну.       Чон провожал взглядом свою машину, сунув в карманы пальто руки. Я не видел на его лице слёз, но знал на все сто, что, как только мы отъедем, они появятся.       Половину пути мы ехали молча, смотря в окно, нас обоих била дрожь, в какой-то момент мне начало казаться, что сейчас я вижу джинна в последний раз, это убивало.       — Ты как? — волновался я.       — Я сделаю всё, чтобы он не навредил ни тебе, ни Санхёку.       — Всё будет хорошо.       Ён промолчал и снова уставился в окно. Мы ехали недолго, всю дорогу я думал обо всём, что привело меня к этому моменту. Можно ли было его избежать? А как? Да, если бы я мог, то ничего бы этого не допустил, но время мне не подвластно, и, в конце концов, я человек, а не машина, а значит, что имею право оступиться.       Я вспомнил свою жизнь до встречи с джинном, понял, что прошлый я — неизвестный мне человек, которого настоящий я не желает знать. Моя жизнь была такой пустой и тусклой, и вот, единственный, кто смог помочь мне, уходит.       В какой-то момент я хотел развернуться и уехать, но у меня не было на это права. Хан, хоть он и младше меня, был моим лучшим другом, он принимал меня таким, какой я есть. Когда я признался ему, что гей, он посмеялся и сказал: "Да мне всё равно, главное — учти, я — натурал". Хотя реакция остальных моих друзей была ужасной, после того признания я потерял их навсегда. Хан мирился с моей трусостью, с моими запоями, с моими капризами. Я ни за что не бросил бы его.       "В моём телефоне много фотографий Хакёна, одна из них даже на заставке стоит. Мы будем искать его, приложим все силы, а когда я заскучаю — посмотрю на эти фото и представлю, что он уже рядом", — думал я, но это не утешало меня, наоборот, наводило тоску.       Подумать только — миллионы людей идут за нашим мэром, верят в него, не подозревая, что в душе он — отвратительнейшее создание. Если бы можно было видеть людей насквозь, то таких, как он, убивали бы ещё в детстве.       Оставалось ехать пять минут, как говорил навигатор, я не знал, что должен был сказать, только чувствовал, что хочу избавить себя от этого выбора. Хочу проснуться тогда, когда всё кончится. Джинн бы лежал рядом со мной, обнимая... неужели моё счастье так легко разрушить? Как хорошо тем, чьё счастье заключается в деньгах, ведь они есть везде, вокруг нас, их не страшно потерять, не страшно отдать или обменять, это ведь всего лишь бумажки. Вот только с людьми не так...       Чем ближе мы были к пункту назначения, тем беспомощнее я себя чувствовал. Создавалось ощущение, будто меня посадили в комнату без окон и дверей, и теперь она начала заполняться водой. И вот, я по шею в воде, делаю последний вздох, и понимаю, — скоро конец.

***