Пепел тонет в море

Высотные здания горят огнями, все магазины увешаны рождественскими украшениями, по городу ходят Санты, раздаривая деткам подарки, взрослые спешат домой к семье, плотнее кутаясь от мокрого снега в плащи и куртки. Город поет в преддверии праздника. Тэхен четко ассоциирует Санту с Сатаной, в его голове дети продают души жадной скотине за мягкого Тедди. Это должно казаться неправильным, но он бы, пожалуй, и сам с радостью отдал сейчас никому не нужную свою запятнанную душу за возможность повернуть время вспять. Ну да, ему уже не восемь лет, чтобы мечтать о Тедди… Он не спеша едет по мосту, пересекающему самую большую реку в Сеуле. На дорогах скользко, а потому, даже если Хосок сейчас позвонит - никаких гонок. Его новенькая, три часа назад доделанная Ламборгини Галардо: ядовито-зеленая и угловатая, но все же очень милая, - просто не переживет таких неадекватных условий. В ее солнечном Сан-Франциско не бывает такой погоды. То есть, в целом, снег Тэхену нравится. Они с Чонгуком, когда были младше, выбегали играть на улицу, пока падал снег, но для гонщика такая погода приносит одни неприятности. Он слишком хорошо помнит, как едва не врезался в толстенное дерево, когда машину занесло на заснеженном повороте, как бухнуло тогда сердце, и едва не потемнело в глазах. Но это было давно. Ночной Сеул приветствует его, обнимая нежным светом желтых фонарей и синеватых вывесок. Пересечь мост, остановиться внезапно, по наитию, выйти из машины, спуститься к самой воде и застыть, оперевшись руками о невысокое заграждение, спасающее нерадивых детишек от падения в воду. Выловить минуту единения с природой, отпустить все беспокойные мысли, крутящиеся в голове, проверить телефон, на котором почти сто пропущенных от Юнги, зажечь сигарету и выпустить дымок в небо. Снег, серея в темноте, падает в воду, навсегда в ней исчезая. Словно бы в огромный темный омут памяти раз за разом падают обгоревшие события, люди, случайные взгляды, нежные улыбки, истерики и жаркие объятия, превратившиеся в пепел, бесследно растворившиеся в глубине вод. «Иисус идет! Покайтесь пока не поздно! Иисус…» - оглушительный перезвон колокольчика и крик какого-то дядечки позади нарушает равномерный гул города, который уже успел слиться в одну усыпляющую тишину. Тэхен вздрагивает от неожиданности и роняет сигарету в воду. Покаяние? Какой в этом смысл? Сам себе не покаешься, а до мнимой подземной бани есть еще настоящий конец света в собственной голове. Уставшие черти в его голове уже сточили вилы, закалывая нервные окончания, которые болью отдаются в сердце. Надо все же навестить Чонгука, может он уже пришел в себя? Ответом – очередной пропущенный звонок от старшего брата. На этот раз Тэ решает перезвонить. - Какие люди решили вспомнить о моем существовании, - раздраженный голос Юнги вызывает невольную улыбку. - Что ты так трезвонишь, не уж то соскучился? - Делать мне больше нечего. А вот у тебя брат, между прочим, в больнице. Но нет, зачем же нам брать трубку. Это же всего лишь Чонгук. - Что с ним? – делая вид, что напуган, дрогнувшим голосом спрашивает он. - О, его всего лишь сбил какой-то мудак-гонщик, он просто еще не пришел в себя, но, если где-то в отголосках твоего пропитанного бензином мозга вдруг проснулось что-то похожее на семейные узы или, хотя бы, уважение к родному отцу, прилетевшему сегодня утром из почти месячной командировки, ты можешь подгребать к дому. Сегодня мы забираем Чонгука из больницы. - Но он же еще не пришел в себя… Разве так можно? – непонимающе хмурится Тэ. - Нам все можно, Тэхен, - ехидно скалится старший. – Мы же дети Ким Намджуна. И его передергивает от этой фразы. Дети Намджуна. Всю жизнь он только и слышал это, никто не хочет видеть в них просто людей, все видят в них сыновей Того Самого и так далее. А что у каждого из них есть свои мысли, своя жизни и свои мечты? Нет. Они один целый организм под кодовым названием: «Наследники империи BTS». - Отец очень хочет видеть тебя, так что не отмахивайся от этого сразу, - предупреждает Юнги прежде чем отключиться. Close your eyes, look into the dream Winds of change will winds of fortune bring Ночной Сеул уже не кажется таким родным и теплым, свет фар встречных машин обжигает глаза, парень крепко сжимает руль, периодически заставляя себя не сворачивать с пути. Особняк семьи находится минутах в тридцати езды. И эти тридцать минут стоит потрать на то, чтобы побороть желание врезать нахальному брату по морде. Нам можно все, мы дети Намджуна. Для нас все двери открыты, мы наследники империи. Мы-мы-мы, нам-нам-нам. - Скорей бы уже стать свободным, - устало вздыхает он. Однако, на пути к дому ему снова звонят. - Отец? – вот теперь он по-настоящему удивлен. - С почтительным отношением к старшим у тебя, я смотрю, все очень плохо, - насмешливый голос Намджуна вторит голосу Юнги. Понятно, кому подражает старший брат. - Я ушел не для того, чтобы выслушивать все это, я хотел быть свободным от этого балагана, - моментально сердится Тэ, однако, трубку не отнимает. – Что ты хочешь? Юнги мне уже звонил. - Именно. У меня для тебя есть дело, тебе не надо возвращаться домой сегодня. - Благодарю за милосердие, - фыркает парень. – Я уж думал - моим нервам конец. - Второе замечание по поводу языка, - холодно обрывают его в трубке. Ви понимает, что зарвался. Еще одно замечание и будет плохо. Он это слишком хорошо помнит. - Я слушаю внимательно, - уже спокойнее говорит он. - Надо съездить в Инчхон, забрать подарок для твоего брата. - Серьезно? Посреди ночи? К ней!? - Именно, иначе я бы не стал просить тебя. Она же твоя бывшая девушка,- отец улыбается, Тэ готов спорить, довольно улыбается. - Почему сегодня? Почему не завтра? Может, я занят? – вздыхает Ви, разворачивая машину. Он, конечно, поедет, однако, поспорить с отцом – святое. - Завтра Рождество. И я хочу… - Слушай, а почему такой роскошный подарок получает он? Что перепадет мне? - Хотелось бы, чтоб мозги, - Намджун начинает злиться. – Но я, так и быть, сыграю в Санту и подарю тебе… Твою, такую желанную свободу. -Дашь подписать отказ от доли в компании? – Ви резко тормозит. Кровь в голове отбивает барабанную дробь, а дыхание, кажется, закончилось. Он сейчас пошутил? - Да, - совершенно серьезный голос в ответ. Это же… Это же невероятно. Настоящее чудо. Ради него можно и в Инчхон и на край света! - Отлично, я… Я… Все сделаю, - запинаясь, кланяясь, едва не ударившись об руль, отвечает Тэхен. Не придется больше бегать, прятаться, надеяться, что отец не позовет домой… Это просто сказка. - Только, - Намджун медлит, - говорят, она связалась с мафией, будь осторожен. - Беспокоишься обо мне? - Ты же мой сын, я люблю тебя. И это режет без ножа. Любит он его, ага. Но зашитое сердце расползается, оголяя старые раны. Впервые за долгие годы отец говорит, что любит его. Впервые нет этой чопорной холодности. Впервые он чувствует, что разговаривает с отцом, а не боссом большой компании. Дорога долгая и темная. Ви слушает музыку, стараясь не подпрыгивать на сидении от радости, в такое время перед Рождеством на дорогах должно быть просто дофига людей, однако ему везет, и он использует свою удачу, разгоняя машину сильнее. Эта малышка - прекрасная покоренная пантера на дороге. А Тэхен концентрируется, чтобы не повторилось… Нет, об этом думать нельзя. Перед очередным поворотом он тормозит, и совершенно неожиданно его обгоняет до боли знакомая Нисан Нисмо. Едва ли сбросив скорость, Джей-Хоуп, а кто, как не он, входит в поворот и уносится вперед, моргнув задними фарами. И почему Тэхен его не заметил раньше? Это вызов. И этот вызов он принимает. Пройдя поворот, он снова разгоняется, преследуя Хоупа, почти обходит его, но тот вырывается вперед, резко ускорившись. Хоуп звонит Ви, и машина автоматически снимает трубку. - До ближайшей автозаправки еще пятьсот метров, там и поговорим, - сквозь шум мотора доносится голос гонщика. – Я подожду тебя. - Обойдешься! – усмехается Ви, поймав азарт охотника, и дергает рычаг дополнительного ускорения. Они приходят к финишу почти одновременно. Но, как говорил знаменитый Торетто – победа есть победа, а потому за Хоупом остается его честное имя. - Мои деньги, случайно, не при тебе? – парень выходит из машины, чтобы пожать руку Ви. – Гоняешь неплохо, намного лучше, чем в прошлый раз. - Извиняй, - Тэ разводит руками. – А что ты тут, собственно, делаешь? Темноволосый гонщик неопределенно пожимает плечами. - Надо забрать кое-какие детали для машины. - Ночью? – непонимающе хмурится Ви, но поймав насмешливый взгляд, тут же кивает. Ну конечно, нелегальные гонки, нелегальные тачки, нелегальные запчасти. - У тебя новая машина,- Хоуп бесцеремонно подходит к Ламборджини. – Хорошая вещь, а капот откроешь? - Когда выиграю тебя, - Тэ показывает язык. – Станет утешительным призом. - Ладно, - Хоуп хмыкает, складывая руки на груди. – Сам-то зачем сюда подался? В море поздновато купаться. Или у тебя тут родственники? - Что-то вроде того, - парень тоже неопределенно махнул рукой. Не раскрывать же ему все секреты. – Сегодня же вернусь обратно, надо кое-что забрать. - Сегодня вернуться уже не получится, - он многозначительно посмотрел на часы, которые показывали начало двенадцатого. - Ну, ты меня понял.

***

Несколько часов спустя они расстались, Хосок поехал на причал, забирать свои запчасти. Ви должен был позвонить, закончив свои дела. Запчасти пришли не все, и это его беспокоило. Конечно, когда имеешь дело с черным рынком – радует и такая малость, но самого нужного не было. Чертовы японские двигатели, с ним приходится столько возиться! Именно это его беспокоило, когда позвонил Ви. Он орал в трубку что-то неразборчивое, на заднем фоне послышался взрыв, потом выстрелы, до Хоупа донеслось только «Спаси!» и «Паскучи». Найти одно кафе из популярной сети в Пусане, да как нефиг делать, однако, взрыв привлек полицию, и Хосок добрался до кафе, следуя за сиренами. - Какого хрена?! – шипит Хосок, когда Ви изрядно измазанный и, похоже, в крови, запрыгивает на соседнее сидение. – Что за родственники?! - Бывшая девушка,- парень победно машет какой-то бархатной коробочкой, напоминающей коробочку для обручальных колец. - Ей не понравилось кольцо? – усмехается гонщик, разворачивая машину, чтобы поехать к трассе. - Ей не понравилось, что оно не для нее, - честно признался Ви, снимая с себя курку. – Подстрелила, сука. Хосок непонимающе пялится на окровавленную руку. - Что это за мафиозные разборки? Тебе же в больницу надо! - Не ори, - морщится парень. Хосоку кажется, что у него скоро поедет крыша. От этого Ви одни неприятности. Сначала этот… Чонгук, теперь какая-то недовольная бывшая мафиози. Инстинкты кричат ему высаживать парня и валить. Причем с космической скоростью. – Все сложно, я не могу вот так объяснить. - Если не объяснишь, - Джей-Хоуп резко тормозит, так что не пристегнутый Ви едва не ударяется о стекло. – Высажу. Гонщик воет, пристегивается и рассказывает: - Моя бывшая… Она была, - он улыбается, - горячей девочкой, но ее папа…. Очень плохой парень. Оч-чень. И обидевшись, она решила взорвать мою машину и убить меня, оставив камень себе. - Ясно, а ты, значит, отдал ей по глупости кольцо своей матери? И теперь решил его забрать для новой девушки? Стоп. Камень? - Да, - гонщик, ухмыляясь, открывает коробочку. - Твою мать…- сказать, что Хосок удивлен, ничего не сказать. – Это же рубин! Охренительно большой. Я б за такой тоже убил. Ви улыбается, наблюдая за пораженным товарищем. – Вообще-то, это не совсем мое. Отец просил забрать. - А кто твой отец? – стоимость камня приблизительно несколько миллионов, да это же блин, вообще дофига. - Да так, просто… Бизнесмен, - гонщик пожимает плечами. Ну да, конечно. А бывшая у него дочь мафиози, ага. Кажется, он тоже не простой тип. Позади слышится нарастающий рев мотора. - Это за тобой? – осведомляется Хоуп, вжимая педаль газа в пол, получив утвердительный кивок. - С Рождеством, - неуверенно предлагает Ви. Да уж. Но шутка немного расслабила. Выводя машину на трассу, Хоуп смеется, но тут же берет себя в руки и очень серьезно добавляет. - Слушай, мне не нужны проблемы. Ты какой-то уж слишком опасный тип, так что, я высаживаю тебя, ты отдаешь мне мои деньги, и мы больше никогда не видимся. Ви пожимает плечами, ладно, мол, только от погони уйди. И Хосок уже слишком занят дорогой и машинами сзади, чтобы обратить внимание, как обиженно Ви сжимает губы. Кажется, его машина сейчас горит синим пламенем, как и его надежды обогнать Хоупа. Эти самые надежды превращаются в пепел, тонут в Пусанском море, потому что Джей-Хоупа, легко уходящего от погони, нереально превзойти. А последние условия просто не дадут ему шанс попробовать.