Чужой мир

Гермиона выпалила вопрос и тут же испугалась. Идиотка! Как она вообще могла додуматься спросить нечто подобное у Драко Малфоя? Он же слизеринский ублюдок, да еще и враг Гарри! А сейчас он вообще обернется и убьет ее. Правда, Гермиона так и не успела понять, чего боится больше: того, что Малфой действительно ее убьет, или того, что она так никогда и не узнает, что с ним произошло. Драко и правда обернулся и посмотрел на девушку, однако не спешил бросаться в нее непростительными. Вместо этого он устало потер переносицу и спросил: – Грейнджер, что ты тут делаешь? – Эээ, обход. – Обход в поезде – задача старост школы. А ты, как я вижу, – он кивнул на ее значок префекта, – пока что лишь староста факультета. – Да, но старосты школы не торопятся выполнять свои обязанности. А если что-то случится… – Брось, Грейнджер, ничего не случится, – тихо произнес Малфой, вновь отворачиваясь к окну. Он почему-то почувствовал легкое разочарование. На краткий миг он подумал, что это нечто вроде провидения. Судьба сама сталкивает их, предлагая Драко разом решить все проблемы. Ведь как было бы просто – рассказать ей все, запугать, убедить сбежать куда-нибудь подальше, прихватив с собой родителей. Ведь она же сама его спросила, не случилось ли чего… Но это глупо. Старосте Гриффиндора нет никакого дела до забот Малфоя. – Это же Хогвартс-экспресс. Здесь нет Упивающихся, спрятавшихся под лавками и на багажных полках. – Ну да, тебе-то лучше известно, где прячутся Упивающиеся, – огрызнулась Гермиона. Малфой прислонился лбом к оконному стеклу и закрыл глаза. Да, так гораздо лучше. – Слушай, Грейнджер, шла бы ты заканчивать свой обход. А то, судя по шуму, ты еще не всех первокурсников распугала. – Малфой, что с тобой произошло? – упорствовала девушка. Драко ухмыльнулся. Ну до чего же упряма! – Ничего, что могло бы стать твоей заботой. – Понятно, – задумчиво отозвалась Гермиона и вернулась в вагон. Драко продолжал стоять, прислонившись к окну. К горлу подкатывала тошнота, начиналась мигрень. И как назло ни одного зелья с собой. Придется перед ужином зайти к крестному, а то до утра Драко рискует не дожить. Несколько минут он провел почти в полной тишине (если не обращать внимания на стук колес и шум ветра за окном), пока дверь в тамбур снова не отворилась и он не услышал голос упрямой гриффиндорки. – Вот, возьми! Драко обернулся. Она стояла непривычно близко к нему, в протянутой, чуть подрагивающей руке маленькая склянка с зельем. В карих глазах застыл испуг. Глупая девчонка сама боялась того, что делала. – Что это? – наконец спросил Драко. – Зелье от головной боли, – ответила она, не опуская руку. – А с чего ты взяла, что оно мне нужно? – Ты тихо говоришь, стараешься как можно меньше двигаться, да и к тому же цвет лица у тебя катастрофически близок к зеленому, – она слегка улыбнулась, еле заметно, одними уголками губ. – Возьми, не упрямься! Он молчал и не двигался. – Ну же, Драко! – она впервые назвала его по имени… точнее, он не помнил…он ведь не запоминал каждую свою беседу с Грейнджер. Но он был уверен, что она впервые назвала его по имени. И это звучало так… обыкновенно. – В конце концов, школе нужны дееспособные старосты. Тем более сегодня. Драко уже было решился принять ее помощь, но тут она улыбнулась по-настоящему, широко, в глазах появилось что-то такое, чего Драко там никогда не видел – участие. И это напомнило Драко о самом главном. Она Гермиона Грейнджер, лучшая подруга Поттера, магглорожденная в придачу. Он сын самого влиятельного Упивающегося Смертью, чистокровный, которому к тому же нужно придумать, как похитить эту глупую девчонку прямо из-под носа Дамблдора. Они не предлагают друг другу помощь, они друг друга ненавидят. – Я ничего не возьму из рук грязнокровки! – выплюнул он. Тогда Гермиона схватила его руку, сунула в нее склянку и, твердо взглянув ему в глаза, произнесла: – Совсем не обязательно вести себя как полный идиот, когда кто-то просто пытается помочь. Она еще мгновение смотрела ему в глаза, а после повернулась и вошла в вагон, с силой хлопнув дверью. Драко в замешательстве уставился на нее и усмехнулся. Подумать только, Гермиона Грейнджер только что назвала его идиотом, а потом еще и хлопнула дверью. Он никогда бы не подумал, что такая, как она, может хлопать дверью. Пэнс иногда так делала, но только если Драко уж очень сильно ее доводил. Блез постоянно хлопала дверью. Она просто считала это неотъемлемой частью нормальных отношений. Но вот хлопающая дверью Гермиона Грейнджер. Нет, это невероятно… Малфой еще раз глянул на дверь и выпил зелье. Он засунул бутылек в карман и направился в сторону купе своих друзей, стерев с лица неподобающую добрую улыбку. *** За окном зарядил дождь. Гермионы не было уже минут 20, а значит, самое время задать мучавший его вопрос. – Так что произошло между тобой и Гермионой? – спросил он, посмотрев на Рона. – Вы как будто совсем были друг другу не рады. – Брось! Тебе просто показалось, – ужасно неумело соврал Рон. – Так значит, ты пытался летом, – заключил Гарри. Рон отвел глаза. – Ну, в общем, да. – И ничего не получилось? – Ничего, – Рон пожал плечами. – Я думаю, мы оба этого не очень-то хотели. – А как Герм к этому отнеслась? – Хорошо, – Уизли снова посмотрел другу в глаза. – Она сама предложила остаться просто друзьями, когда уезжала домой. А почему ты спрашиваешь? – Ну, ты же знаешь, вы мне как брат с сестрой, – неуверенно начал Гарри. – Я не хочу, чтобы между вами были какие-то проблемы. – Да нет, все нормально, просто дай нам немного времени. – Да без проблем, – Гарри улыбнулся, и в этот момент дверь купе отъехала в сторону, и в проеме появилась Гермиона. Она раскраснелась и тяжело дышала. – Гарри, достань, пожалуйста, мой чемодан! – попросила она, плюхнувшись на сиденье. – Все в порядке? – спросил он, ставя чемодан рядом с ней. Гермиона начала судорожно рыться в вещах, пока, наконец, не вытащила из-под аккуратных стопок одежды маленькую сумку с зельями. – Что это? – подал голос Рон. – Зелья на каждый день. Я еще весной приготовила несколько про запас. А то дома готовить неудобно. И да, Гарри, все прекрасно, – она извлекла из сумки нужный бутылек и теперь усиленно пыталась застегнуть чемодан. – А разве можно готовить зелья летом? – спросил Гарри. – Конечно! Зелье – это же не магия, а лишь правильно приготовленная смесь трав. – Но ведь есть зелья, для которых нужна магия, – вновь влез Рон. – Ух ты, что я слышу! Рон Уизли решил выучить пару строчек учебника?! – съязвила Гермиона, застегнув-таки упрямый чемодан. – Просто видел однажды, как мама готовила зелье и колдовала. – Ну, это чаще всего высшие зелья. Для отвара от бессонницы или головной боли магия не нужна, – Гермиона поднялась с сиденья, сжимая в руках маленькую бутылочку с каким-то зельем. – Я схожу к машинисту, узнаю, когда мы прибываем. Вернусь минут через 10. А вы пока переоденьтесь в форму. И Рон, не забудь о значке! С этими словами она вышла из купе. Мальчики молча уставились на дверь. – Ну, и что это, по-твоему, было? – спросил Гарри. – Понятия не имею, – потянул Рон. – Но она права, пора переодеваться. Гермиона действительно вернулась всего через десять минут, правда на этот раз была жутко злая. – Что с тобой? – На Малфоя нарвалась по пути, – с досадой ответила Гермиона. – Слизеринский гаденыш! Ну, пусть он только дождется следующего года! Вот стану старостой школы и ежедневно буду с него баллы снимать! – Гермиона! Это же должностное преступление! – ехидно воскликнул Рон. – Устав я получше тебя знаю, – огрызнулась Гермиона. – И вообще, где твой значок, Рон? – Да вот он, – Рон достал значок из кармана и прицепил его к мантии. – Не понимаю, зачем мне постоянно носить это клеймо? – Рон! Быть старостой – это большая честь! – Ага, честь, означающая конец веселью, – отозвался Рон. – Чтобы я больше не слышала подобных заявлений, Рональд Уизли! – Ну и что ты сделаешь? У тебя пока что нет права снимать баллы со старост. – Зато я в любой момент могу прийти к профессору МакГонагалл и заявить о твоем несоответствии занимаемому посту! И тогда долой все привилегия старосты. – Ты этого не сделаешь! – Уверен, что хочешь проверить? – зло сощурилась Гермиона. – Нет. – Вот и прекрасно, – она посмотрела на свои часы. – Мы прибываем через час. Пошли, Рон! – Куда еще? – Нужно предупредить первокурсников, чтобы они переодевались и не торопились разбегаться по прибытии. – А сама ты этого сделать не можешь? – поморщился парень. – Рональд Уизли! – Да понял я, понял! Уже иду. – Гарри, – тон Гермионы заметно потеплел, – я видела Джинни и Невилла в соседнем купе. Ты мог бы присоединиться к ним. – Да, конечно. Спасибо, Герм, – отозвался Гарри, решив, что говорить ей что-то еще сейчас небезопасно. – Ну, тогда увидимся у карет, – и она вышла из купе. Рон, состроив Гарри недовольную рожицу, последовал за ней. А Гарри подумал, что ему совсем не хочется идти в соседнее купе. *** Дорога из Хогсмида в замок прошла как в тумане. Зелье Грейнджер помогло, но настроение это особо не улучшило. Их неожиданная встреча в поезде вернула его на землю, заставила вспомнить, что он хуже всех подходит на роль героя. Должность всеобщего спасителя уже занята Поттером. А он – Малфой. И он должен думать только о своем спасении. Главная задача для него – спасти мать. А Грейнджер пусть спасает Поттер. Если получится, Драко чем-нибудь поможет. А если нет, то и черт с ней, с этой старостой. Такой план был идеален. Но отчего-то не приносил облегчения. Было что-то такое в улыбке Грейнджер, когда она наивно протягивала ему зелье, что предсказывало: он не сможет пройти мимо, не сможет ее бросить. Занятый этими невеселыми мыслями, Драко поднимался на крыльцо Хогвартса. – Мистер Малфой! – позвал его знакомый голос. Драко обернулся. Немного в стороне от главного входа стоял Северус. – Профессор Снейп? – Драко подошел к крестному. Сердце пропустило глухой удар. – Что-то случилось? – Нет, просто нужно обсудить с вами один вопрос…касающийся вашего нового статуса. Пройдемте со мной. Когда они прошли несколько десятков метров по коридору, ведущему в подземелье, Драко не выдержал. – Северус, что случилось? Что-то с матерью? Снейп остановился, посмотрел по сторонам. – Нет. А что, Нарциссе что-то угрожает? Драко фыркнул. – Она жена Люциуса Малфоя, ей всегда что-то угрожает. – Нет, я хотел поговорить с тобой о другой женщине. – Что? – Драко удивленно посмотрел на крестного. – Альберта. Она возвращается в Британию. – Что? Как? Она… она писала тебе? – Да, пару недель назад. Она была в окрестностях Парижа и намеревалась двигаться в сторону Шотландии. Написала, у нее здесь какие-то дела. Я не рискнул рассказать тебе об этом летом. В твоем доме не место такой информации, сам понимаешь. – Да, понимаю, – Драко задумчиво кивнул. – Она приедет в школу? – Не знаю, – Северус покачал головой. – Она чиркнула всего пару строчек. Что немало, учитывая, что от нее не было вестей больше двух лет, но все же… Я хочу тебя предупредить, Драко. Если она действительно объявится, это может стать большой проблемой для тебя. – Что ты хочешь этим сказать? – Лишь то, что Люциус прекрасно знает, как Альберта к тебе относится. Если она объявится, он начнет тебя подозревать. И не он один. – Я понимаю, Северус. – Понимаешь ли? Я просто хочу, чтобы ты был осторожен. Если с тобой что-нибудь случится, Нарцисса… – Со мной все будет в порядке. Не беспокойся. Северус молча изучал юношу какое-то время, потом кивнул. – Ладно, иди в Большой Зал. – Северус, ты будешь сегодня на приеме отца? – Да, я собираюсь туда сразу после ужина. Что-нибудь передать твоей матери? – Не нужно, я сам ей напишу. Просто пригляди за ней. Северус кивнул и направился к своим подземельям, а Драко чуть ли не бегом бросился в совятню, бешено соображая на ходу, что делать теперь. Альберта в зоне досягаемости. Это и хорошо, и плохо. Да, крестный прав, Люциус не замедлит задать пару вопросов о его тетке. С другой стороны, Альберта хотя бы сможет ответить на вопросы Драко о Северусе. Мерлин, слишком много… Слишком много свалилось на Драко этой осенью. А теперь еще она возвращается. Она возвращается…